Читаем Стеклянное сердце (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Юной воспитаннице монастыря Эми приходится выживать в борьбе со знатными учениками королевской школы. Не обладая даром магии, сирота является объектом вечных издевательств и насмешек. Но все это становится сущей ерундой, когда на их Валиарию нападают свирепые кальдерранцы и разрушают их земли.

Жестокий принц, у которого она украла нечто особенное, в ярости рыщет по ее следу, чтобы уничтожить, а человек, которого она считала врагом, неожиданно соглашается помочь, отправляясь с ней в невероятное путешествие, полное опасных приключений.

1-ая часть

Стеклянное сердце

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Стеклянное сердце

Глава 1

Под заунывное биение колокола монахиня Аспра смотрела сквозь пыльный витраж на мощеную дорожку, что вела к воротам монастыря. Ее лицо, испещренное глубокими морщинами и тесно закованное в монашескую рясу, скривилось от недовольства, когда она увидела послушницу монастыря в непотребном виде.

С распущенными спутанными волосами, грязным подолом и порванными книгами та торопливо шла, вытирая слезы рукавом.

Вечерами бывало прохладно, но у послушницы отсутствовал плащ, а верх школьного платья разорван, строгий воротничок стойкой болтался на одной нитке.

Стукнув костяшками сухих пальцев по витражу, Аспра отвернулась от окна и взглянула на чинно читающих учебники жительниц монастыря.

- Бригита! – рявкнула монахиня. Около нее пугливо засуетилась невзрачного вида женщина, облаченная, как и все, в рясу. – Задержать мерзавку!

Высокий и скрипучий голос старшей монахини разошелся под сводом купола, побежал, дребезжа, по каменным стенам. В это мгновение его услышали многие девушки, поежившиеся за деревянными партами.

И вошедшая внутрь Эмеральд была не исключением. И хотя девушка не удивилась, поскольку неминуемое наказание ожидало практически каждый день, но все же вздрогнула. Натерпевшись издевательств в школе, в монастыре она чувствовала себя лучше. Он был ее домом. Но боль физическая в нем была куда сильнее того, что она испытывала в школе.

- Эмеральд Стоун! – раздался тяжелый голос монахини Аспры, от которого у всех девушек по коже бежали мурашки от страха.

Монахиня Аспра славилась своей строгостью, твердым характером и даже жестокостью, из-за которой крики послушниц были слышны всем в темных и холодных комнатках. С ней всегда была ее незаменимая тонкая трость – стебель сухого варгаса, чьи ядовитые листья способны усыпить жертву навсегда. Летом послушниц часто отправляли на тяжелые работы на поля вокруг монастыря. Так в июле девушки рвали буйно растущий варгас, облачившись в жесткие кожаные фартуки и перчатки. Этой тростью старуха обхаживала руки и спины послушниц так сильно, что у многих на всю жизнь оставались шрамы. Никто не роптал. Все смиренно принимали наказание за провинность.

Покосившись на трость в старческих руках, Эми послушно присела перед Аспрой на колени, ощущая сбитой кожей охлаждающий камень.

- Да, сестра Аспра, - тихо произнесла девушка.

Весь монастырь из камня. Холодный, серый, мрачный. Как и ее фамилия. Все послушницы монастыря не имели родителей, были сиротами. Абсолютно всем давалась фамилия Стоун – камень. Эти старые многовековые стены были им отцом и матерью.

- Несносная девчонка! – ругалась старуха, сотрясая впалыми щеками. – Каждый день одно и то же. Разорванные учебники, испорченная одежда! За твои только нужды монастырь вынужден расплачиваться в ущерб остальным!

- Простите, сестра Аспра…

- Неслыханно! Никогда еще не видывали сестры такого вопиющего расточительства! Прежде ни одна из послушниц не доставляла столько хлопот! Тебя учат смирению! Смирению! А ты вновь и вновь возвращаешься в стены монастыря как после битвы!

- Мое поведение было недостойным, сестра Аспра, - как заведенная повторяла Эмеральд.

- Руки!

Девушка задержалась всего лишь на короткий миг, моргнув. Затем все же протянула тонкие белые кисти к монахине. Пальцы ее были устланы шершавыми мозолями, а костяшки сбиты в кровь, кое-где виднелись белесые шрамы от прошлых экзекуций. Под короткими ногтями сестра Аспра с отвращением увидела грязь, словно Эмеральд копала руками землю.

Первый удар оказался самым неожиданным. За прутиком варгаса тянулся вибрирующий свист, от знакомого звука в ушах послушницы заложило в преддверии привычной боли. Сам удар вспыхнул болезненной и яркой вспышкой, и на короткий миг Эми показалось, что с ее ладоней содрали кожу.

- Грешница! – Аспра с ненавистью смотрела на застывшее лицо девушки.

Никогда она не плакала в стенах монастыря. Ревела в три ручья за его стенами. Приходила грязная, побитая, в разорванной одежде и клочьями, вместо книг. Но никогда не плакала на глазах у монахини. Как бы та ее не лупцевала, как бы не наказывала многочасовыми молениями на коленях без еды и воды.

У Эмеральд Стоун был особенный характер, и этот характер мог принести в их стены беду извне. Прежде ни одна из послушниц не приносила столько проблем.

Пальцы были исполосованы в кровь, лицо неподвижной послушницы побелело, а на лбу выступила испарина пота – только тогда сестра Аспра остановилась, тяжело дыша. Выпрямившись и поправив свое черное одеяние, отправила послушницу приводить себя в порядок.

Она ненавидела эту плату. Каждый год монастырь Святой Анхелики должен отправлять по одной послушнице десяти лет на первый год обучения в королевской школе, где девочки обучались всем предметам наряду с остальными учениками. На женские и мужские классы деления не подразумевалось, все дети учились вместе согласно возрасту. Учеба длилась восемь лет.

В королевской школе в основном учились дети знатных особ, либо дети разбогатевших помещиков. В целом, школа не препятствовала такому незначительному смешению. Школа для крестьянских детей располагалась на другом конце Авергарда, и Эмеральд мечтала учиться в ней. Там было намного проще, а главное, дети там учились такие же, как она. Да или даже могла бы с удовольствием учиться, как большинство воспитанниц в монастыре. Только бы не ходить в центр Авергарда.

Но король Валиарии, Морвин, издал милостивый указ, по которому в королевскую школу брали по одной воспитаннице в год из монастыря Святой Анхелики. С утра и до позднего вечера они учились в школе, затем возвращались обратно в монастырь, успевая как раз к ужину и на вечерний молебен.

Эми была самой старшей в их группке девчонок, ей давно исполнилось шестнадцать, поэтому она всегда собирала их всех и брала на себя ответственность за младших. Воспитанниц принимали в школу с десяти лет, но в этому году их группка оказалась совсем небольшой - пятнадцатилетняя Опаль умерла от тяжелейшей болезни легких всего четыре месяца назад, а четырнадцатилетняя Эмбер лежала уже которую неделю в лазарете, мучаясь от кашля. Ей прогнозировали участь Опаль, и многие девушки отчаянно молились за ее здоровье наряду с Эми.

Так в школу они ходили всего лишь впятером. Самой младшей была белокурая крошка Руби. В школу она боялась идти, но из всех десятилеток выбор пал именно на нее. Со слезами на глазах девчушка приняла свою участь, но с каждым днем улыбчивое лицо ее становилось все более грустным и задумчивым. Королевская школа Морвина не славилась дружелюбием к гостям без роду, быстро ломала их, приноравливая к суровым реалиям жизни. Таким на самом деле был и монастырь, но все же маленьким детям, как Руби, было легче, монахини в основном не наказывали физически, жалея безродных и брошенных.

Затем по возрасту шли Агата, Джейд и Джаспи. Джаспи уже скоро стукнет четырнадцать, но девица росла до того худенькая и невзрачная, что ее часто принимали за одиннадцатилетку. Первое время она жаловалась, что учителя то и дело сверялись с бумагами, подозревая ее в умышленном обмане.

- Как будто кто-то захочет тут учиться по своему желанию, - бурчала она.

- Школа дает нам знания, которые в монастыре мы не смогли бы получить, - наставительно повторяла раз за разом Эмеральд, хоть в душе и не была с этим согласна в корне.

Но, как самая старшая старалась подавать положительный пример.

- Сомневаюсь, - качала головой Джаспи. - Что мне делать потом с этими знаниями? В монастыре я не хочу оставаться и преподавать. Там нужно иметь такой характер, как у монахини Аспры, иначе монастырь тебя съест.

- А я, наоборот, думаю, что как раз мы можем изменить все устои. Монастырю нужны новые учителя, и кто, если не мы, сможем понять всех девочек-воспитанниц? Я постараюсь быть добрым учителем.

- Ах, Эми, да Аспра тебя со свету сживет быстрее, чем ты вырастишь и получишь заветную бумагу, позволяющую преподавать. Как же я ее ненавижу!

- Джаспи!

Никто из их группы не вставал на защиту старой монахини. Все ее не любили и боялись. Но только за пределами монастыря они осмеливались вот так просто ее обсуждать. Внутри каменных стен девочки порой боялись даже дышать, чтобы черные вороньи глаза сухопарой старухи не метнулись в их сторону.

Порой Эмеральд не могла сопровождать всех девочек из школы, и тогда, по негласному молчанию, роль главной на себя брала Джаспи. В такие дни они все шли, вцепившись в сумки, по мощеной дороге до монастыря в угрюмом молчании, каждая думала о своем. И в то же время об одном и том же: каким издевательствам сейчас подвергается их несчастная сестра Эми.

Так уже повелось, что в классе Эмеральд выросло много задир из знатных семей. Ни ее покорное молчание, ни ее просьбы, ни тем более борьба не возымели нужного эффекта. Над бедной сиротой, к тому же не обладающей никакой магической силой, часто потешались одноклассники.

Сестры Беверлей зачастую обвиняли ее в воровстве, трепали и рвали холщовую сумку, обыскивая на предмет то пропавших драгоценностей, то духов, то чего-нибудь еще. Долговязый, вечно с ухмыляющимся лицом Олаф Варус ставил подножки или пачкал грязными ботинками подол серого монашеского платья, наступая на него с явным удовольствием. Именно из-за него Эми так часто приходилось штопать то подол, то оторванный воротничок. Олаф обладал магией земли, но владел ею так слабо и неумело, что при всех старался и не пытаться. Учился на ней исподтишка.

Так, с их легкой подачи над Эми издевались многие. Затишье порой не наступало даже во время уроков, потому что учителя не забывали о власти и магической силе, которой обладали отпрыски знатных особ.

Но больше всего Эмеральд ненавидела юного Сардана, младшего сына лорда Марo. Во-первых, Сардан жестоко пошутил, солгав ей и делая вид первые недели в школе, что они друзья. Она так радовалась, глупая, открыто восхищалась новым другом, завороженно глядя в синие глаза, иногда спрятанные за растрепанными черными волосами. Мальчишка Маро был красив, как дьявол, но и так же ужасен. В школе многие его побаивались, потому что ко всему прочему, он обладал изощренным умом, острым языком и приличной силой боевой магии. Попав однажды к нему в немилость, окружающие рисковали остаться там навсегда.

Лорд Маро много вкладывал в своих сыновей, и старшие уже числились в совете короля. На младшего он возлагал большие надежды, у старика Морвина была дочь, которой, как надеялся лорд, суждено было стать супругой Сардана. Словно хитрый паук он плел свою паутину, находясь подле своего властителя.

Морвин уже сдавал позиции, к тому же война с кальдерранцами сильно его подкосила. Перемирие заключили совсем недавно, но Морвин подозревал, что коварный король Кальдеррана просто затаился, собирая свою бесконечную армию. Его паскудный сын чуть ли не с четырнадцати лет возглавлял войско, прославившись невероятной силой и изворотливостью для своего возраста. Но птичка нашептала лорду, что без своего дара, сопляк ничего из себя не представлял.

А вот дар у него был весьма занятный. Крайне редкий. Младший принц Кальдеррана оказался менталом, мог управлять волей людей. Он был опасен даже для собственного отца. Для победы над враждующей землей, им просто необходимо убрать его как можно скорее. Король староват для еще одной войны, не выдержит, а неуемный отпрыск, жаждущий крови и власти, сильно им мешал.

**

Порой в школе почти полдня проходили физические упражнения. Всех учили боевому искусству, даже девочек. Монахиня Аспра была крайне против посещения воспитанницами этих занятий, но пропуски любых уроков без уважительной причины в королевской школе карались исключением. Поэтому, как ни скрипела старуха, а все же поделать ничего не могла.

Все ученики переодевались в более удобную для таких занятий одежду. У Эмеральд, конечно же, ничего такого сроду не было, она занималась в своем привычном сером платье. Учитель Мазек усиленно делал вид, что девушки просто не существует, ибо попросту терялся при виде очередной послушницы монастыря на своих уроках. Ругать ее за отсутствие штанов он не хотел, но и выделение на фоне остальных его жутко раздражало.

- Так, взяли мечи и разошлись по парам. Те же самые, в которых вы были в прошлый раз, - раздался его гнусавый голос над мшистым полем.

Эми чуть не взвыла от досады. Опять ей драться с Сарданом. Хотя за столько лет она, само собой, успела побывать в паре с каждым из одноклассников, но с ним было хуже всего. Мальчишка сгонял с нее семь потов, наслаждаясь ее поражением раз за разом. Наивный Мазек мог подумать, что он на самом деле закаляет ее и чему-то учит, но это было не так. Юному Маро нравилось смотреть как измученная девушка, умирающая от усталости и унижения, вот-вот свалится с ног. Каждый раз с жадным блеском в глазах он ждал от нее просьбы о пощаде, но каждый раз она падала чуть ли не замертво с бледными губами, сжатыми в тонкую линию.

Подойдя к нему, встала в стойку, крепко сжимая древко меча. Расслабленная поза и презрительное выражение лица являлись неизменным атрибутом одноклассника, но привыкшая к этому Эми даже не смутилась. Просто отсчитывала в своей голове время, надеясь на скорейшую передышку от учителя Мазека.

Но тот о таком даже и не помышлял, распекал учеников, прохаживаясь по ряду пар.

- Варус, почему я чувствую твою магию? Заглушить, я сказал! Запрещено использование магии в стенах школы, если этого не предусматривает занятие! Олаф, ты оглох?

Недовольный Олаф скривился, точно полыни съел, и сжал руку в кулак, заглушая свой тусклый поток. Только так, воровато он и мог ею пользоваться на занятиях. Эмеральд уже пришлось ощутить на собственной шкуре множество раз.

- Тебе сегодня конец, Святоша, - приглушенный голос противника вытянул Эми из задумчивых мыслей, она сурово взглянула на стоявшего напротив мальчишку.

- Учитель Мазек запретил пользоваться магией, - излишне звонким голосом напомнила она.