Читаем Трусики онлайн бесплатно

Стучат каблучки по мостовой. Вуаль под шляпкой колышется, добавляя тайны прекрасному лицу незнакомки. А народ вокруг улыбается. Незнакомка ловит приветные взгляды чужих людей и сама, не выдержав, возвращает улыбку за улыбку. Что может быть более умиротворяющим, чем грубые, но приятные лица простых горожан, довольных возможностью на миг стряхнуть с себя вечную озабоченность и серость будней? Она для них точно картинка из детской книжки. Кусочек волшебной сказки. Конечно, они не понимают, что порхать на каблуках по булыжнику почти что смертельный номер – тут никто не носит туфель на каблуках. Как никто не носит и шелков. Оценивая незнакомку по внешнему виду, ее принимают за леди из высшего общества, что заскочила на улицу Петард по каким-то своим делам. Не по коммерческим делам, конечно, на то у знатных дам есть приказчики и посыльные, но по делам личным. Например, заказать любимому мужу гороскоп к именинам или, кто знает, свершить какую-нибудь ворожбу, гадание, а то и заказать редкое снадобье. Подобные вещи слугам не поручают, даже самым доверенным. И имя астролога или алхимика предпочитают держать в тайне, а потому карета или носилки наверняка ожидают знатную даму где-нибудь на соседней улице.

За то короткое время, что незнакомка, шурша платьями и обдавая неземным ароматом духов, проносится мимо, буйная фантазия иного горожанина сочиняет про нее целую историю, которую он потом в баре за кружечкой пива выдаст за почти подлинную. С рыцарями, принцессами, драконами, поединками, колдунами.

На самом деле незнакомку звали Лизой, и она была шлюхой. А на такой поворот истории даже у самого мечтательного горожанина фантазии бы не хватило. Здесь если шлюхи и встречаются, то попроще и фигурой, и одеждой, и манерами. Такие, как Лиза, могут относиться только к классу господ. А у господ свои представления, да и шлюхи у них иначе называются.

Лиза на всякий случай проверилась у небольшого зеркала, выставленного в лавке стекольщика. Не то чтобы сейчас ей что-то угрожало, но мастер Майвенорд не желал лишней огласки и просил ее соблюдать осторожность. Слежки не было. Был едва заметный фингал под глазом. Еще день-два, и его не станет видно совсем. Но пока приходится маскировать тональным кремом, вуалью и прочими хитростями. Проклятье! Еще пара приключений вроде той пятничной оргии с Варваром, и она потеряет товарный вид настолько, что богатый клиент вообще перестанет на нее клевать.

Лиза повернула в безлюдный переулок, затем в другой и, в который уж раз убедившись, что никто не следует за ней, толкнула красную дверь в доме с двумя декоративными башенками над входом. Из переулка дом казался маленьким, почти игрушечным. На самом деле он простирался вглубь на целый квартал. И в такой вытянутой геометрии заключался особый смысл. Здесь жил и работал мастер Майвенорд – заклинатель змей. Именно у него приобретает самых опасных гадов Бусорг – величайший в истории королевства укротитель диких животных. Его представления в театрах и на площадях всегда проходили с аншлагом. Однако красочное шоу, заставляющее замирать разом сердца сотен зевак, всего лишь конечный продукт в длинной цепочке производства трюков. Может быть, львов, гиен и крокодилов Бусорг дрессирует сам, но змей готовит ему мастер Майвенорд. Готовит долго и тщательно и берет за это хорошую цену.

Даже под руку с хозяином – настоящим гигантом с заросшим лицом – идти через длинные коридоры логова было довольно боязно. Стеллажи вдоль стен были заставлены аквариумами и террариумами, такими огромными, что в каждом из них с комфортом могла разместиться семья бедняков. Вместо бедняков, но почти с тем же рационом питания, там обитали змеи. Десятки и сотни разновидностей змеиного племени. Знакомые с детства гадюки самых невероятных расцветок; огромные, как бревна, твари из жарких стран; маленькие, но очень яркие и ядовитые змейки из заболоченных полей Востока. И отдельно – змеи морские, речные, озерные. А еще пищащий и трещащий на разные лады корм для всего этого зоопарка. Понятно, что всех подробностей Лиза не знала, но мастер Майвенорд любезно рассказывал ей о подопечных, пока провожал гостью от холла до покоев.

– Кстати. – Он привлек ее к себе и шумно втянул носом воздух. – Ты случайно не пользуешься ароматической водой или кремом с цолондо?

– Нет. – Лиза старалась не удивляться вопросам. – Я даже никогда не слышала о таком.

– Редкая вещица. Экстракт из железы красного бобра, обитающего на островах Десятого градуса. – Он принюхался еще раз к ее волосам. – Ты уверена?

– Да.

– Вот и ладушки. – Дрессировщик наконец отпустил ее. – Видишь ли, мой последний большой заказ касается пресноводных змей, натасканных на этот запах. И мне показалось на миг, что от тебя пахнуло цолондо. Знаешь, не хотелось бы проснуться утром подле сплетения этих малюток вместо красивой женщины.

Лиза вздрогнула. Мастер расхохотался.

– Это всего лишь шутка, моя дорогая. – Майвенорд резко оборвал смех и прищурился. – Всего лишь шутка.

Если не считать длинного коридора со змеями, жилище мастера можно было назвать изысканным. В обстановке, декоре чувствовался вкус и особый, присущий старым богатым фамилиям стиль. Ванная комната тоже выглядела роскошно. Но Лизу теперь даже роскошь не могла настроить на нужный лад. Так уж получилось, что змей она побаивалась с детства, а потому, и раздеваясь, и принимая душ, все время ждала, что вот-вот из сливного отверстия или вентиляционной решетки покажется ромбовидная коричневая головка гадюки, или та пятнистая и жирная гадина свалится со шкафчика ей на шею, или другая – ярко-зеленая – затаится в сброшенной одежде.

Лиза умела справляться со страхами. Для этого нужно просто отвлечься на более приятные вещи – съесть что-нибудь вкусненькое или, скажем, примерить красивый наряд. Но сейчас было не совсем подходящее время для примерок и тем более для еды. Клиент ждал. Клиент заплатил аванс и считал себя вправе требовать исполнения контракта. Кое-что, впрочем, примерить Лиза могла даже в такой ситуации. Она вздохнула и достала из сумки коробочку с «неделькой» – длинную коробочку со свернутыми, точно фаршированные блинчики, трусиками. Семь штук на семь вечеров. Лизе их подарила подруга Анечка на день рождения. Вообще-то у них было не принято покупать что-то в подарок специально. Обычно дарили какой-нибудь пустяк из старых запасов – початый флакончик духов с неподходящим к имиджу или надоевшим ароматом, ношеную шляпку или сумочку, дешевую заколку или браслет. Да и дни рождения в их среде обычно не праздновали – каждое такое торжество означало еще один год чрезмерной эксплуатации и амортизации на пути к полному истощению ресурса, как, наверное, сформулировал бы суть ее постоянный клиент инженер Грауф.

Лиза берегла «недельку» для какого-нибудь особого случая, но сейчас – возможно, под влиянием коридора с террариумами – вдруг отчетливо поняла, что никакого такого случая у нее не будет.

Трусики были белыми и отличались друг от друга только цветной тесемочкой. Но изюминка заключалась не в цвете. Дизайнер сыграл на другом. На бедрах ткань редела, превращаясь в мелкую сеточку, на попе сидела почти в обтяжку. И вот это «почти» – небольшая в сущности складочка – не просто прибавляло шарма, но гипнотизировало. Несмотря на простоту и отсутствие модных кружев и юбочек, трусики выглядели на Лизе весьма и весьма соблазнительно. Ей и самой захотелось подцепить пальцем сеточку, дернуть, а любого мужчину трусики просто обязаны были ввергнуть в неодолимое искушение немедленно сорвать их с тела.

Лиза неожиданно задумалась о возникшем парадоксе, что вот приличная красивая вещь на красивом (без ложной скромности) теле провоцирует на разрушение этой гармонии, а на какие-нибудь выцветшие застиранные трусы и рука-то не у всякого мужика поднимется, так и завалит бабу на кровать, не сорвав предварительно упаковку. Хотя безобразные труселя следует, по идее, убрать в первую очередь, чтобы не портили картинку.

– Впрочем, все это чепуха, – сказала Лиза отражению.

Она накинула на плечи короткую мужскую сорочку, достающую ей ровнехонько до пупка, и прищелкнула языком.

– Что же, берегитесь, мастер змеиный заклинатель!

Домашних слуг накануне она не заметила, но утром ее поджидал столик с горячим кофе, фруктами и круассанами. Мастер Майвенорд знал толк в правильном пробуждении и умении создать настроение на весь день. Вот только почему-то сам он выглядел смущенным. Лиза не раз встречалась с таким выражением лица, когда, например, доводилось лишать юношу девственности. Но чтобы смущался зрелый здоровенный мужчина, к тому же мужчина, привыкший к ежедневному риску при обращении с ядовитыми гадами и обладающий по той же причине холодным разумом?

– У тебя есть кто-нибудь? – спросил он, разливая кофе по чашкам. – Я имею в виду на постоянной основе.

– Ты намекаешь на мужа или парня? – Она укусила круассан и мотнула головой. – Нет у меня ни того, ни другого. Мы делим квартиру с подругой. И если честно, мне больше никто и не нужен.

Тут она запнулась, потому что, продолжая все это время анализировать поведение клиента, вдруг поняла одну вещь. Не то чтобы у Лизы имелось много опыта в сердечных делах – она старалась не примешивать к работе свой внутренний мир, но если отбросить мелкие странности, то вывод мог быть только один: мастер, этот косматый громадный медведь, был влюблен в нее по уши.

Умозаключение несколько обескуражило ее. Тревожный колокольчик задребезжал в голове.

– Мне пора, – сказала Лиза, поставив на столик недопитую чашку кофе.

– Богиня, – произнес мастер, сопроводив комплимент протяжным страдающим вздохом.

На него теперь страшно стало смотреть, и Лиза поспешила одеться.

– Ты не можешь так просто уйти, – сказал вдруг он с холодом в голосе.

– Почему? – спросила она спокойно, хотя в душе бушевал огонь, смесь страха и удивления, а в мозгу сменяли одна другую мысли, насколько все это опасно или насколько может быть выгодно?

– Ты нужна мне.

С влюбленными идиотами обращаться труднее всего. Они непредсказуемы. Главное, чтобы мастер не решил спустить на нее питомцев, если почувствует фальшь.

– Хочешь, чтобы я вернулась? – сказала Лиза как можно мягче.

– Да.

– Но только на моих условиях.

– Как скажешь, богиня!

Она сказала. Несла какую-то чушь про неотложные дела, пообещала найти его позже, как только освободится, в общем, наплела с три короба разных разностей. Говорила все, что угодно, но только не правду. Правда же заключалась в том, что на самом деле Лиза решила больше никогда не возвращаться сюда. Ни при каких обстоятельствах. Ей было страшно от непредсказуемых и неожиданных чувств мастера Майвенорда, вдвойне страшно от его угрюмого дикого вида. Не считая такой мелочи, как тысячи живущих здесь змей.

Мастер Майвенорд щедро оплатил ночь, намного превысив оговоренный заранее гонорар. Деньги, полученные от него, давали Лизе возможность безбедно прожить целый месяц, а то и больше, не ударяя ради добычи пропитания пальцем о палец. Но кто же по доброй воле и в здравом рассудке станет тратить месяц короткой, как полярное лето, юности на праздность и лень? Нет, в их профессии следовало зарабатывать до тех пор, пока только можешь. Собирать трудовые гроши на старость. И не важно, змеи там тебя поджидают или гигантские шестерни.

Вот среди шестерней, когда в нее неожиданно влюбился инженер Грауф, Лиза впервые заподозрила неладное.

Этот парень вообще не производил впечатления человека, способного влюбиться хоть в кого-то, разве только этого «кого-то» он собственноручно соберет из медных блестящих деталей. Грауф был полностью поглощен работой, механическими фантазиями и платил Лизе больше года с поразительной регулярностью – раз в неделю – исключительно с целью снять напряжение. Вечер, как обычно, обошелся без лишних ласк и предисловий, и даже белые трусики с зеленой каймой инженера не вдохновили на что-то большее, чем исполнение механического ритуала. Он заснул почти сразу, как получил удовольствие. Но вот утром бедняга уже напоминал студента, растаявшего под случайной улыбкой столичной актрисы.

– Как тебя зовут? – спросил инженер.

– Меня зовут Лиза, господин Грауф. И вы слышали это имя как минимум дюжину раз.

– Я очень рассеянный, когда думаю о работе, – признался тот.

– Смею заметить, что вы никогда ни о чем другом и не думаете.

– Да, возможно, – согласился инженер. – Но теперь я думаю о тебе. Странно, да? Мне сейчас нужно думать о предстоящем открытии Большого Канала. Торжества состоятся через неделю. Там будет король Хуг, если его величеству позволит здоровье. Во всяком случае, будет принц. И мне предстоит выступить с речью перед первыми мечами двора и лучшими людьми государства и потом лично распоряжаться открытием шлюзовых ворот. А я вместо всего этого думаю о тебе.

– Позвольте задать вам вопрос, господин Грауф, вы когда-нибудь влюблялись? Я имею в виду в женщину?

От укротителя змей она на всякий случай сбежала. Теперь же решила разобраться. Грауф, в конце концов, был постоянным клиентом, и лишаться его совсем она не хотела. Не так уж и много в ее жизни постоянства. И потом, что-то со всеми этими влюбленностями было не то. Вляпаться в такое два раза подряд, без каких-либо очевидных причин, казалось нелепым, невероятным. Или нет? Пожалуй, странного здесь имелось гораздо больше. И если так… ей нужно проверить кое-какие мысли.

– Я могу приходить к тебе чаще, милый, а то и вовсе переехать к тебе, – заверила она инженера. – Но… ты выполнишь одну маленькую просьбу?

Инженер излучал жар, словно топка парового котла.

– Я выполню все, что ты пожелаешь.

Переселяться к инженеру прямо сейчас или тем более выходить за него замуж, Лиза не собиралась. Напротив, она поспешила в уютную квартирку, где только и чувствовала себя как дома. И там прежде всего приперла к стене Анечку.

– Помнишь набор, что ты мне подарила на день рождения?

– Они тебе не понравились? – огорчилась подружка.

– Отчего же. Трусики что надо. Но, скажи, где ты их взяла?

– А что? – подруга насторожилась.

– Не увиливай!

– Нехорошо спрашивать о происхождении подарков. – Анечка погрозила ей пальцем. – Тем самым ты можешь поставить дарителя в неудобное положение.

– Ты передарила чужой подарок? – догадалась Лиза.

– Ну да, – кивнула Анечка без каких-либо угрызений совести. – Был один странный парень, который оказался очень добр ко мне и сверх положенной платы подарил эти прелестные трусики. Он сказал, что «неделька» принесет мне счастье. И я решила подарить ее тебе. Ведь ты больше моего нуждалась в счастье.

– Ты уверена? – откровение подруги стало для нее неожиданностью.

– Абсолютно! – заверила Анечка. – Ты всегда такая задумчивая, точно ищешь чего-то. Вот я и подумала…

– Кто он?

– Ну, он был здесь проездом, как я поняла.

– Кто он? – повторила вопрос Лиза.

– Не знаю, – сдалась Анечка. – Мошенник, наверное, или балаганный циркач. Он показывал милые фокусы с картами, с сигарой и с исчезающей монеткой. Да какое мне, собственно, дело до его занятий? Деньги не пахнут, знаешь ли.