Читаем Триггер (ЛП) онлайн бесплатно

Переводчик: Надежда Крылова

Редактор: Леруся Нефедьева

Вычитка: Юлия Цветкова

Обложка: Екатерина Белобородова

Оформитель: Юлия Цветкова

Любое копирование без ссылки на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Это художественное произведение. Имена, персонажи, места и ситуации либо являются плодом воображения автора, либо вымышленные, а любое сходство с местностью, событиями, деловыми заведениями или реальными людьми — живыми или умершими — совершенно случайны.

Моей темной стороне… за то, что я наконец-то освободился.

Пожалуйста.

Я часто наблюдал за тем, как они играют на улицах, загоняют мяч между кольцами и поднимают руки вверх. Они давали друг другу пять, смеялись и останавливались, чтобы съесть мороженое, когда грузовик появлялся из-за угла в одно и то же время каждую субботу.

Они сидели в тени, щипали траву и рассказывали выдуманные истории. Иногда на летних каникулах они допоздна тусовались на улице и играли в привидения на кладбище, уходя в горы. Так было до тех пор, пока они не заметили меня.

Потом они разбегались в разные стороны. К своим велосипедам. И исчезали.

Почему?

Потому что я был странным… а странное пугало.

Триггер

Клик! Клик! Клик!

— Черт! — Я развернулся, едва не задев бампер грузовика. Его клаксон прогудел, когда мы подъехали с обеих сторон. Еще две пули проскочили мимо моей головы и выбили зеркало. Водитель грузовика кричал на нас, пытаясь удержать машину.

Засунув пустую обойму в ботинок, я потянулся за запасной, когда другой грузовик мигнул фарами и просигналил нам, предупреждая, что мы на его полосе. Дорога была слишком узкой и не было места, чтобы как-то развернуться. Остальные уже были близко.

Я направил пустой пистолет на водителя грузовика слева от меня.

— Притормози! — Когда он не отреагировал сразу, я приставил пистолет к его шине. Он поднял руку, затем несколько раз кивнул.

Он сбросил газ и позволил нам с Купером проскользнуть вперед. Колесо Купера задело колесо моего мотоцикла, и я протянул руку и, пользуясь моментом, схватил его за плечо, чтобы придержать его. Рев наших мотоциклов разнесся по горам, извещая моих людей о нашем приближении.

— Брик! — Я поднял руку, и он передал мне обойму. Я сразу прикрепил ее себе на бедро.

В ту минуту, когда я увидел их в зеркале, подал сигнал своим людям приготовиться. Через секунду на обочине появился наш черный фургон. Задние двери распахнулись, и мы вчетвером разошлись по сторонам, когда двое моих перспективных бойцов выскочили с полуавтоматами. Это было прекрасное зрелище. Рассветное небо озарилось оранжевым, в то время как пули пробивали им грудь; кровь растекалась по асфальту, еще три человека лежали спиной искалеченные, пока их не убрала команда. Они клюнули на нашу наживку; план сработал. Хоть обошлось все без убийств; мы сказали то, что хотели. Руки прочь от моего клуба.

Я ухмыльнулся Брику, когда каждый из нас отставил свои бутылки с текилой Cabo Wabo Anejo в сторону.

Мы хорошо провели время и успели уехать вовремя, пока не вызвали копов.

Как только мы выехали за пределы города, зазвонил мой телефон, стоящий на держателе. На экране было уведомление:

Крей: Утром все будет готово.

Отлично. Лучше страх хорошенько промариновать. Чем быстро покончить с ним.

Я подал знак мужикам, что пора. Я решил свернуть в сторону улочек, чтобы нас было лучше видно, и, как бы тяжело это ни было, я сбавил скорость, чтобы показать, что мы никуда не торопимся.

Это сработало. Несколько владельцев местных магазинов помахали нам рукой, прежде чем закрыть свои стальные двери на ночь. Мад, владелец магазина серфинга, вышел на свою ночную прогулку и кивнул нам.

Рейл и Купер разделились, в то время как мы с Бриком обогнули заднюю часть нашего клуба и приступили к работе.

***

— А-а-а. — Слюна слетела с его губ, но большая ее часть собралась в уголках рта. Он был похож на дикую собаку. Зрачки расширились, когда сфокусировались на крошечной пипетке, висящая над ним. — Пожалуйста, нет! Я сделаю все, что угодно!

Брик взглянул на меня и покачал головой. Я согласился; это начинало надоедать. Как бы мне ни хотелось выбить из него всю правду, я не мог винить человеческую реакцию. В их ДНК— умолять о пощаде. Однажды я дал себе слово: когда настанет мой день, я приму встречу свою смерть как мужчина. Молча.

Тепло от подвесных ламп прилипло к моим волоскам на затылке, словно второй слой кожи. Нам действительно нужно было включить кондиционер.

В убойне, как я ее назвал, стены до потолка были выложены плиткой, что облегчало уборку, а посередине находился огромный современный слив для больших кусков, от которых нам нужно было быстро избавится. Ни окон, ни камер, лишь многочисленные оборудования для работы.

Брик убрал волосы с потного лица ублюдка, чтобы он мог лучше меня видеть. Я облизнул губы, опускаясь до его уровня, отчего мои бойцы напряглись. Я никогда не опускался до чьего уровня, если только не собирался доказать свою правоту. Его глаза встретились с моими в поиске хоть какого-нибудь намека на душу. К сожалению, я был рожден без души.

Я наклонился, чтобы он мог сам убедится в пустоте, поселившиеся внутри меня. Как только он сосредоточился и мельком заглянул за занавеску, я увидел его долгожданное осознание и тихо произнес:

— Все когда-нибудь умирают. У всех нас есть выбор, и ты сделал свой. — Я жестом велел Брику занять позицию и приоткрыл подопытному веко. Ярко-розовая плоть пыталась вернуться на свое место, но она не могла противостоять пальцам Брика. Мужчина дрожал и брыкался, но выражение моего лица говорило ему сохранять спокойствие.

Держа пипетку над его глазом, я сжал резинку и позволил крошечной капле отбеливателя покрыть зрачок парня. Его крики на мгновение оглушили меня, но кайфовал от этого. Это был способ судьбы отблагодарить меня за мои труды дьявольской работы.

Он брыкался и извивался, пока маленькая капелька прожигала себе путь через его роговицу, ослепляя и разъедая по мере того, как проникала в мозг. Его грудь вздымалась, пот стекал по ключице, на его шеи вздулись вены.

Наслаждение, полученное от его ужаса, возбудил меня, и мое сердцебиение участилось. Я тяжело сглотнул, пытаясь смочить пересохшее горло, продолжая слепить его глаз. Я был создан для этого. Вот, что отличало меня от других байкерских банд в округе. Я не проявлял милосердия и наказывал тех, кто в этом нуждался — через их самые большие страхи. Я знал, что если у тебя ничего нет, то и надавить будет не на что.

— Брик. — Я протянул руку, и он передал мне охотничий нож. Сделав глубокий вздох, я обошел стальной стол.

— Ты видел слишком много, — прошептал я, пока он пытался разглядеть затуманенным взглядом мое местоположение. — И, как и слышал. — Я схватил его за правое ухо, потянул его и отрезал его часть. Его лицо искривилось, рот открылся, и из раны брызнула кровь, но он по-прежнему молчал.

— Ты украл у меня. — Удерживая его руку, я отрезал ему палец. Затем отбросил в сторону и надавил на его раскрытую ладонь и остановил поток крови, просто чтобы поиздеваться над его телом.

Он дернулся в сторону, и его вырвало с тихим стоном. Скорее всего, у него кружилась голова. Слишком сильная боль, исходящая с разных сторон в одновременно, может выбить из колеи.

— Ты был членом этой семьи и решил ослушаться меня. Теперь ты никогда не посмеешь сделать это ещё раз. — Я поднял лезвие над головой и вонзил прямо ему в плечо, надеясь, что он сдастся. — На случай, если ты думаешь, что месть — это выход… — В тот момент, когда Рейл схватил его за голову и принялся вырывать язык, Брик бросил мне складной нож. Я вонзил лезвие прямо в сердце.

Тишина. Ничего, кроме гудения ламп.

— Увидимся внизу.

Голос в голове вернулся, так что я помахал Брику, схватил свое барахло и ушел.

Я попрощался с Морганом, который разговаривал по телефону во время перерыва, затем застегнул шлем и начисто вытер руки. Заведя двигатель, я повернул в сторону солнца и выехал на тлеющую дорогу. С остальным ребята справятся сами.

Двигатель был горячим, и, сам того не осознавая, я позволил своим мыслям отправиться в прошлое…

Раскаленная кочерга скользнула по моей икре, и я с криком отскочил назад. Слезы текли по моим грязным щекам, когда я прижал колени к груди. Огонь обжег кожу, затем переместился вниз к мышце, где охватил жгучей болью.

— Остановись! — Закричал я, отчаянно желая, чтобы ему надоело, и он переключился на что-то другое. Мне было четыре года, и он делал это уже в пятый раз.

— Иди сюда, мальчик! — Он замахнулся на меня своей огромной рукой, но я прижался спиной к стене под столом, пытаясь стать ещё меньше.

Его карие глаза прищурились, когда он убрал кочергу. Уронив ее на пол, он выругался и схватил из холодильника свежее пиво, громко стукнул им по столу и ушел.

Сердце колотилось до боли в груди.

Если бы он захотел, то легко мог бы достать меня из-под стола. Аллен был в хорошей физической форме; с мускулами, которые всегда привлекали не тех женщин. Сильной челюстью и широкими плечами с тонкой талией.

Я прогнал страх и повернулся к прохладной стене и прижался к ней щекой в поисках хоть какого-то облегчения от ужасной боли в ноге. Закрыв глаза, я пролежал под столом до утра, где, как я знал, все могло повторится снова.

Моргнув, чтобы прояснить голову, я свернул на пыльную тропинку и направился вверх по холмам.

Желтый трейлер стоял на цементных кирпичах; колеса были сняты много лет назад. Окна-слайдеры были открыты и сломанные жалюзи болтались на ветру. Это место было настоящей свалкой, и я не понимал, почему он настаивал на ее сохранении, но это было его решение. Он заслужил это право много лет назад.

Заехав под тенистое дерево, я заглушил двигатель и отстегнул шлем, повесив его на ручку своего матово-черного Кавасаки Вулкан900.

Я обернулся и увидел, что в мою сторону летит пивная банка. Я поймал ее и медленно открыл, чтобы не забрызгаться.

— Как день? — Прохрипел его скрипучий голос. Я устроился на старом складном стуле, который впивался мне в ноги.

— «Святая Троица» отступили, и один из моих потенциальных клиентов исчез.

— Кто-нибудь пострадал?

— Нет.

— Клиент украден? Или слился?

— Украли.

— Чего ты его лишил?

— Кисть руки. Глаз. Плеча. Уха. Часть языка. — Я сдвинулся так, чтобы перекладина не врезалась мне в бедро.

— Это старое дерьмо, Гас.

— Это я старый. — Он пропустил мой комментарий мимо ушей, как всегда.

— Сколько? — Сняв шляпу, я откинул длинные волосы с лица.

— Больше сорока тысяч. — Гас покачал головой и потер колено. Три ножевых ранения в одно и то же место могли бы испортить жизнь любому.

— В чем была причина?

— Разве это имеет значение? — Я выбросил свою пустую банку в мусорное ведро, прежде чем потянулся за другой. Мои пыльные ботинки тяжело опустились на его деревянный стол.

— Где он?

— Решил, пусть ребята немного повеселятся. — Он кивнул.

Мы сидели в тишине. Может, я и не очень разговорчив, но я ненавидел тишину. Мое колено начало подергивать, и Гас понял намек. Он наклонился и постучал по своему телефону, и мгновение спустя тишину заполнила группа Disturbed, и я глубоко вздохнул, когда звук гитары полилась по моим ушам и успокоила меня.

— Голоден? — Неловко спросил он, вставая со стула. Затем наклонил набок свое изношенное тело и выпрямился. Из-за пулевого ранения в позвоночник его голова всегда свисала чуть вправо. Гасу было шестьдесят, но его душе тридцать.

— Нет. — Я допил свое пиво и поднялся. — Мне пора возвращаться. — Он последовал за мной к моему мотоциклу.

— Встреча завтра?

— Да, в одиннадцать. — Я застегнул шлем.

— Еще одна погрузка?

— Да.

— Завтра, — повторил он с легким кивком.

Подняв два пальца, я помахал ему на прощание и завел двигатель.

Я лавировал между машинами. Мотоцикл был частью меня, и я ездил на нем столько, сколько себя помню. Гас всегда шутил, что я начал водить машину раньше, чем ходить. Это единственное, что меня приближало к свободе.

В зеркалах вспыхнули две фары — сигнал к тому, чтобы я остановился. Я подождал, пока не убедился, кто это, но он всегда мигал мне одинаково. Один короткий, второй длинный. Перестроившись на другую полосу, я выехал на заправку и припарковался на обочине.

«Мустанг» остановился позади меня, и офицер Дойл вышел из машины. Я усмехнулся, сидя на мотоцикле и наблюдая за тем, как он не спеша направляется ко мне.

— Триггер, так и знал, что это ты. — Его голос был повышен, чтобы устроить шоу людям, глазеющих на нас. Все знали мой мотоцикл, и всем нравилось смотреть, как я выхожу из себя перед идиотами-копами вроде Дойла.

— Ну, ты нашел меня, — сказал я, подыгрывая. — И чем я могу тебе помочь?

Дойл, стоя спиной к зрителям, снял солнцезащитные очки и протер их краем своей безразмерной рубашки.

— Слышал, ваши парни попали в небольшую передрягу прошлым вечером.

— Не понимаю, о чем ты говоришь. — Я пожал плечами. — Что случилось?

— Парни Илая пострадали. — Хм.

— Они живы?

— Двое мертвы, один ещё держится.

— Это не мои.

Он ухмыльнулся и наклонился ближе. От него пахло вишневой жвачкой.

— А если ты ошибаешься? — Я посмеялся над его поступком. Готов поспорить, Дойл никогда не стрелял из пистолета, кроме как на тренировке.

— Хочешь что-то сказать, Дойл? — Он наклонился к моему зеркалу, чтобы поправить галстук; я напрягся, готовый свернуть ему шею.

— Я тебя знаю, Триггер. В том числе, когда ты лжешь. — Оглядев толпу, которой нечем было заняться, кроме как наблюдать, я говорил очень осторожно, потому что знал, мой выключатель вот-вот щелкнет.