Читаем Три судьбы (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Из прошедших эпох

Вержуцкий Дмитрий Борисович

Вержуцкий Дмитрий Борисович

Три судьбы

Три судьбы

Судьба первая. Трактат о притираниях.

Время настанет - и черное станет белым.

И главный закон в этом мире будет абсурдным...

4.32

"Должен же, должен найтись хоть какой-нибудь выход". Чем-либо серьезным заниматься было в принципе вообще невозможно. Мешал шум, производимый семьей: крики ребятишек, играющих в куклы, громкий, визгливый голос тещи, о чем-то наставляющей жену, чьи возражения тоже не отличались спокойствием. Сконцентрироваться на главном не получалось. На первом этаже располагалась столовая, в одном углу помещения, отгородившись ширмой, Мишель до обеда принимал пациентов, в другом находилась маленькая кухонка. В единственной, хоть и большой, комнате наверху обитать с женой, тещей, имея двух маленьких детей, конечно, можно, но для творчества обстановка явно не подходила. Книги грудами бесприютно копились по углам, все написанное куда-то терялось.

То, на чем он пытался сосредоточиться, те четкие и понятные образы, которые он был обязан донести до людей, то, ради чего, видимо, он и появился на этот свет, отодвинулось, заслоненное бытом и связанным с ним хаосом. Доходы врача, пусть и пользующегося известностью, не давали возможности улучшить жилищные условия, да и отнимали много времени. Требовалось что-то предпринять. Очевидно, нужна отдельная комната. Кабинет, где он мог бы полностью отдаться творчеству. Восхитительные красоты лугов долины реки Кро, нежное обаяние холмов Прованса, пение птиц в прибрежных тальниках, увитые виноградом и плющом каменные стены замка Шато д`Ампер, крыши домов их небольшого городка - все, что он видел вокруг, прогуливаясь сегодня утром, все, чему он раньше радовался, уже не так трогали его сердце.

В его судьбе в прошлом осталось многое - и счастливое детство в Сен-Реми, и годы путешествий, и учеба в двух университетах, встреча с Лили, женитьба, тихая семейная жизнь в маленьком Ажене, рождение детей, освоение профессии врача и уважение людей. И неожиданное появление в городке чумы, косившей всех подряд, от которой не было спасения. Гибель всей его семьи от страшной болезни... Клятва биться с этой жуткой напастью до конца, и борьба за каждую человеческую жизнь. Отчаяние, охватывавшее его при виде немыслимо расплодившихся крыс, толп одержимых людей, по очереди целующих иконы, обнимающих умирающих родных. После долгих опытов он смог создать снадобье, от приема которого почти половина больных выздоравливала. Но ужасная зараза не отступала. В конце концов, все-таки, он нашел решение проблемы. Съездив специально в Далмацию, Мишель привез оттуда целый воз местной ромашки, порошком от которой он уничтожил блох в городе. Вместе с исчезновением блох сразу прекратилась и эпидемия. Чуму удалось победить.

Четыре года прошло, как он переехал и поселился в уютном городке Салон де Прованс, как снова завел семью, как начал жить в своем маленьком доме. Но то, чего он страстно хотел, мечта всей жизни, ее цель - взяться за это никак не удавалось. Весной ему исполнилось уже сорок семь, а он все еще не приступал к главному. Внутри бился огонь, и он всей душой, всем сердцем чувствовал, что просто обязан сохранить свои видения для потомков, изложив все на бумаге.

Уже на обратном пути своей затянувшейся прогулки, проходя вдоль растянувшейся по прибрежным холмам небольшой деревушки, он не удержался и заглянул ненадолго в приветливо распахнутую дверь таверны. Посетителей еще не было. Толстый Бернар, протиравший посуду, уважительно поклонился в знак приветствия. Его младшая дочь, Сюзи, миловидная, совсем юная шатенка, которой недавно исполнилось четырнадцать лет, сразу принесла кружку вина и блюдо с сыром, заодно смахнув полотенцем крошки с поверхности крепкого стола, сколоченного из толстых дубовых плах.

Сидя на широкой лавке в углу, попивая легкий напиток, отливающий гранатом, Мишель снова вернулся к своим невеселым мыслям. Надо что-то делать, в любом положении есть какой-то выход, просто нужно хорошо подумать. "Хорошо бы написать какую-нибудь книгу, чтобы все читали! Рыцарский или любовный роман? Нет, этого добра сейчас хватает. Цикл веселых рассказов? Можно, но после Боккаччо трудно еще чем-то заинтересовать читателей. Нужно, наверное, что-нибудь практичное", - мысли его текли в привычном направлении, особо ни на чем не задерживаясь.

На улице раздались веселые голоса, дверь распахнулась и впустила новых посетителей. Трое молодых парней, обсуждая какие-то им знакомые недавние события, направились к стойке. Выглянувшая из кухни Сюзи вспыхнула румянцем и метнулась обратно. В открытый проем было видно, как она старательно прихорашивается у медного зеркала, прежде чем снова выйти в зал. Мишель с улыбкой наблюдал за ней, размышляя, что и совсем юные девушки и взрослые матроны и совсем увядшие старухи - все хотят быть красивыми и привлекательными. Он снова отхлебнул вина и вдруг понял, что решение всех его проблем где-то рядом.

Опасаясь потерять мысль, он осторожно стал перебирать варианты. Так, спокойно, о чем же он сейчас думал?

Он должен написать книгу. Такую вещь, чтобы множество людей захотело прочитать. Да, уже хорошо! Чтобы было интересно и полезно. Особенно для женщин... Точно! Идея!! Это будет руководство о способах долго сохранять здоровье и красоту. "Трактат о притираниях" - так его надо назвать!

...

Блестящее по тем временам образование, полученное в университетах Авиньона и Монпелье, любовь к фармакологии, закрепленная дальнейшим обучением у гениального ботаника, врача и философа Жюля Скалигера, талант и работоспособность - все способствовало его замыслу. Меньше чем за год Мишель написал этот замечательный труд, в который вошли все основные накопленные к этому времени знания о тайных снадобьях, приемах и методах очищения организма, позволяющих дамам избежать преждевременного увядания кожи, продлить молодость и привлекательность.

Собственно, это был первая в Европе сводка по средствам гигиены и косметики, основам здорового образа жизни - ничего подобного до нее христианский мир еще не знал. Содержание в чистоте своего тела, обязательные протирания его слабым уксусом, использование различных мазей и лосьонов, польза от купания и физических упражнений, рецепты полезной пищи - все было в этой книге.

К лету 1552 года труд был завершен. Для печатания Мишелю пришлось несколько раз ездить в Лион, где находилась ближайшая типография. Денег не хватило и пришлось занимать, но душевный подъем и его горящие глаза, вместе со славой известного врача, все же довели дело до конца. Отпечатали пятьдесят экземпляров.

Продуманный план действий последовательно выполнялся. Теми или другими путями книги, украшенные рисунками самого автора, были разосланы женам самых влиятельных личностей во Франции и ближайших к ней странах. Удалось с помощью одного из знакомых придворных доставить экземпляр самой Екатерине Медичи. Стрела попала в цель. Королеве Франции только что исполнилось тридцать шесть и проблемы, обозначенные в предисловии, сразу ее захватили. От книги она пришла в восторг. Мишеля вызвали на аудиенцию. Королева, после продолжительной беседы, щедро его наградила. Многие знатные дамы последовали ее примеру.

С удивительной быстротой слава об этой книге разнеслась по Франции, Италии, Испании, Англии и другим европейским странам. Посыпались заказы. Уже осенью пришлось отпечатать еще четыреста экземпляров, которые также быстро разошлись. Через год их дом, сжатый с обеих сторон соседними, вырос еще на два этажа. На самом верху у него появился свой кабинет, где, наконец, можно было спокойно уединиться и творить. Сжигавшие его чувства выплеснулись на бумагу.

Время сконцентрировалось и стало осязаемым. Скрипело гусиное перо, фразы ложились ровными линиями, собирая на гладкой поверхности пространства, страны и эпохи. Он совсем забросил врачебную практику, днем и ночью описывая обуревавшие его видения. Весной 1555 года, опять же в Лионе, он, наконец, напечатал свою новую книгу, ту, прославившую его на века. Это были первые триста пятьдесят три катрена Центурий. Их автором был великий Мишель Нострадамус, врач, победивший чуму; писатель, историк, философ и прорицатель, видевший сквозь столетия.

Судьба вторая. Учитель.

Если желаешь, чтобы мир изменился

- сам стань этим изменением.

М. Ганди

Давным-давно жил-был мальчик где-то за океаном. Семья была хорошей, воспитание разумное, интерес к жизни у ребенка сохранили. Школу престижную окончил, университет. И не какой-нибудь, захолустно-второстепенный, а Гарвард. Образование, в общем, получил и очень даже неплохое. В приличную фирму потом устроился, схватывал все легко, за год-два азы профессии освоил, потом дело веселее пошло, уже и авторитет заработал. Еще сколько-то времени минуло, дела так и шли в гору. В небольшие начальники выбился, перспективы открывались нешуточные. Но никак не лежала у парня душа к конторской работе.

Однажды наступил момент, когда он решился. Бросил все - работу, друзей, привычную богемную жизнь. Купил землю, с десяток акров, в лесу у озера, построил маленькую хижину и стал там жить. Набравшись еще в студенчестве идей о вреде современной цивилизации, о возвращении к истокам, о пользе единения с природой и разумном ограничении в желаниях, двадцативосьмилетний юноша решил выяснить - а сколько же земли нужно одному человеку для существования?

Он стал возделывать участок, выращивать разные культуры и определять оптимальное соотношение площади посевов, сортов растений, дохода, трудозатрат и собственных потребностей. Пил он только чистую воду, питался в основном лепешками из кукурузы и ржи. В свободное время предавался размышлениям о мироустройстве и своем месте в нем. Вел дневник, все свои наблюдения и выводы о ценности и приоритете минимализма ежедневно заносил в тетради и книгу очень интересную об этой своей жизни потом написал.

За два года он установил, что человеку для жизни необходим буквально клочок земли, размером лишь в одну треть акра. Этого вполне достаточно для выращивания нужного количества бобов на продажу для полного своего обеспечения. Также он обнаружил самое походящее по соотношению цена-удобство жилище - железнодорожный ящик для инструментов. Крышка спасала от дождя, подстелив соломы и укрывшись одеялом можно было комфортно отдыхать. К тому же, ящик позволял складывать в него и другие необходимые вещи. Так, постепенно приспосабливаясь, он шел к своей цели - достижению полной гармонии с природой.

Но, однажды, на его участке появились агенты налоговой службы и сообщили, что он должен государству за свою землю заплатить какую-то сумму денег.

Деньги у него были, но возмутила сама постановка вопроса - ни одного цента у государства он никогда не брал, ни разу за всю его жизнь не получал от него никакой помощи. Он, с тех пор как покинул отчий дом, всегда сам платил за себя и решал все свои проблемы самостоятельно. Землю он тоже купил на свои деньги. Тогда на каком таком основании государство от него что-то требует?

В письменном виде он изложил свои возражения налоговому ведомству, но понимания не получил. Государство продолжало настаивать на своем праве брать налоги со своего гражданина. Стороны не смогли прийти к согласию и, наконец, после очередного суда, куда ответчик не явился, появившиеся на участке приставы арестовали его и посадили на несколько дней в тюрьму.

Вполне вероятно, что, если бы облеченные властью чиновники заранее знали, - какую ошибку совершают, они бы никогда бы не пошли по такому варианту действий и оставили бы этого идейного неплательщика налогов в покое, а, может быть, даже и приплатили ему за беспокойство. Но ничего не повернешь и не изменишь - дело сложилось именно так, а не иначе. Выйдя из заключения, этот молодой человек, со всем пылом оскорбленного гражданина, бросился на защиту своих незыблемых гражданских прав.

Обладая отличным образованием, являясь блестящим оратором, имея большие связи со многими влиятельными людьми еще со студенчества, он поднял волну негодования по поводу произвола властей по всей стране. Выступая с лекциями от восточного до западного побережья и от Канады до Мексики, бунтарь все больше оттачивал свою аргументацию и увлекал широкие слои населения своими идеями.

Помимо публичных выступлений, этот человек публиковал в газетах памфлеты и критические статьи про правительство и государственное устройство, выпускал книги, в которых кристаллизовалась совершенно новая для того времени мысль про то, что права человека выше прав государства, что государство должно служить человеку, но никак не наоборот. Его самый знаменитый трактат "О долге гражданского неповиновения" опубликован на десятках языков и распространился миллионными тиражами по всему миру.

Его считали своим учителем Л. Толстой, М. Ганди, М. Кинг, Шри Ауробиндо, Н. Мандела. В 1862 году, когда ему исполнилось сорок четыре, он умер "от наследственной чахотки". Его звали Генри Дэвид Торо. Интересный был человек.

Судьба третья. Год Желтого Дракона.

В военных делах наибольшую силу имеет случайность.

Тацит

Канси медленно ходил по комнате, погруженный в раздумья. Ситуация сложная, ясного понимания - что же делать? - не было. На юге вновь активизировались сепаратисты. На западе усилились ойраты во главе со своим вождем, талантливым полководцем Галданом, стремившимся подчинить себе всю Монголию. Пока в горных теснинах Монгольского Алтая их сдерживало бурятское племя хонгодоров. Князья-халхи, перессорившиеся между собой, не желали оказывать им помощь. Совсем скоро, судя по всему, ситуация на западе станет прямо угрожать и самой Поднебесной империи. Если выпустить из своего влияния монголов, то белые люди, уже фактически захватившие все земли севернее Байкала, и стремительно осваивавшие территории на восток, включая бассейн Амура, могут укрепиться на самых границах Китая. Сначала надо разобраться с этим, потом решать вопросы с ойратами. Но наступает год Желтого Дракона. Значит, нужны осмотрительность и последовательность в действиях.

" - Все очень сложно и запутано, значит, пора обратиться к И-Цзинь!", - заключил император. Кости шесть раз упали на шелковую скатерть стола. ...

"Итак, в начале шестерка..."

Сомнений не было - величайшая и древнейшая из книг на Земле, в которой сосредоточена вся мудрость Востока, ясно советовала на данном этапе не ввязываться в войну, но направить туда своих вассалов...

"Что же, так и поступим, - окончательно решился Канси. - Сами подкопим пока силы, подтянем войска. А Тушету-Хан пусть проявит свои способности и свою преданность. Надо выслать ему несколько пушек и припасы. Вот и проверим - чего стоят подданные этих Белых царей! "

...