Читаем Три смычка (СИ) онлайн бесплатно
========== 1. Я и мой медведь. ==========
- Я сегодня был в спорт-баре, - заявил мне Майкл, - и познакомился там с парнем.
Надо сказать, что меня крайне сложно оторвать от компа, но, услышав данную фразу, я изумленно обернулся в сторону своего друга. Дело не в том, что он зашел в спорт-бар, который по совместительству в нашем городе в выходные дни и в вечерние часы являлся нелегальным гей-баром, а в том, что надо было же набраться наглости, чтобы при полном отсутствии денег шататься по барам, да еще и кого-то снимать!
- Это не то, что ты думаешь! - выдал мне Майкл стандартную фразу.
Разумеется. Я с луны упал, такой наивный. Я резко развернул компьютерное кресло в сторону своего собеседника.
- Развивайте вашу мысль!
Меня зовут Леон, а если полностью, то Леонид, и я - старый гей. Старый, если не брать во внимание возраст моего друга. Мне сорок пять лет, а ему на шесть лет больше, со всеми отсюда вытекающими последствиями в плане мировоззрения и здоровья. Мое самолюбие тешило, что лишь рядом с ним я казался молоденьким мальчиком, а так - мы вполне достойно смотрелись на фоне египетских пирамид, оба такие же древние и обшарпанные.
Странно было бы надеяться на присутствие в голове у моего Майкла каких-либо серьезных мыслей. Кстати, немного подробнее о нем. Это полной комплекции, добродушный и совершенно не обремененный какими-либо заботами человек. К примеру, сколько раз мы ужинали с ним одним батоном с чаем и без сахара, и он ни разу не высказал по этому поводу ни малейшей обеспокоенности.
- А что, разве у нас нет денег? - периодически спрашивал он, грозно и сосредоточенно хмуря брови, в ответ на мое нытье. - Безобразие! Завтра я опять пойду в бухгалтерию!
Не подумайте, что мы с Майклом безработные бомжи. У нас большая, трехкомнатная квартира, настоящее семейное гнездо, которое мы в свое время свили общими усилиями, обменяв на нее две наши однушки, и мы оба работаем. Да вот только этот долбаный кризис…
Майкл работает охранником в магазине, без оформления, зарплата у него черная, в конверте, выдают ее какими-то непонятными мелкими частями, и она странным образом куда-то улетучивается за несколько дней.
Я более “успешный” человек, так как пытаюсь заработать на хлеб в преподавательской сфере. Но после издания определенного закона и нескольких скандалов среди моих знакомых преподавателей на гомосексуальной почве я быстро ретировался из учебных заведений, от греха подальше.
С тех пор я занимаюсь консультациями по скайпу и рассылаю по электронной почте контрольные по литературе и русскому языку. Работа моя - сезонная, в основном привязана к экзаменам и сессиям, да и учеников найти слишком сложно из-за большой конкуренции.
Если говорить про моего Майкла, а, точнее, мужчину по имени Михаил Иванович, то он скорее попадал под стереотип “медведь”. Этакий громила с лысым затылком, квадратной челюстью, свирепым выражением лица и массивной фигурой, двухметрового роста. А еще он невероятно добродушный и спокойный.
Я гораздо более миниатюрный и изящный. Рост один метр семьдесят пять сантиметров, каштановые вьющиеся волосы на голове уже дали прореху, синие глаза из-за возраста несколько поблекли в связи с близорукостью. Теперь я постоянно ношу очки.
Познакомились мы очень романтично, в туалете местного аэропорта. Да, сначала мы оба писали, а потом рядышком мыли руки. Как в кино. И внезапно посмотрели друг другу в глаза через зеркало напротив.
И я подумал: “Вот это скала!!! Вот бы он мне присунул!” Как выяснилось потом, и Майкл подумал примерно в тот же миг: “Какой красавчик! Я бы ему засадил!”
Покидая общественный клозет, я как бы случайно на него обернулся, а потом он догнал меня, когда я уже собирался сесть в маршрутку, и предложил подвезти домой на своей машине.
И завязался наш роман длиной в пятнадцать лет. Что мы пережили за это время, страшно вспомнить. Два развода, два размена, покупку общей квартиры, сначала робкие и романтичные встречи, потом, через год, встречи частые, пока мы не стали жить вместе, притирка, ругань, ревность, совместные отпуска с нашими женами и детьми, изнурительные разделы имущества и бесконечное безденежье, которое продолжается и сейчас.
С тех пор мы, словно две ободранные липки, прильнувшие друг к другу, продолжали цепляться веточками за наше счастье. Впрочем, не знаю уж, как он, а я был абсолютно уверен в своем выборе.
Раньше Майкл работал грузчиком, потом водителем большегрузных автомобилей, а теперь в связи с проблемами со здоровьем скатился до охранника с мизерной зарплатой.
Я тянул на себе весь быт, оплату счетов, уборку, закупку продуктов, приготовление еды, выплачивал кредиты и наши алименты его и моим детям.
И вот сегодня вдруг он мне такое выдал!!!
- Говори, что случилось, - мрачно сказал я, - и не тяни. У меня через пятнадцать минут консультация, она стоит пятьсот рублей. А это батон, литр молока, упаковка яиц, банка пива для тебя и пачка сигарет для меня!
Он, смущенный моим внезапным наездом, засопел, сник и обиженно отвернулся. Так было всегда, когда я проявлял недостаточно такта. Но в данном случае во мне кипела еще и ревность.
- Да просто, - наконец выжал из себя Майкл, - я познакомился в баре с парнишкой… Он сказал, что родители выгнали его из дома. И я подумал… У нас же много комнат, в принципе мы могли бы его на время приютить.
- Еще один лишний рот! - тут же в панике выдал я. - Сколько же ему лет?
- Не спрашивал, но на вид - лет двадцать…
Я закатил глаза к потолку и нервно загасил окурок в переполненной пепельнице. В принципе свободное место в нашей хате действительно было… И меня самого в свое время родители выставили из дома примерно по этому же поводу, что явилось стимулом поступить в педагогический институт, потому что при нем имелось бесплатное общежитие.
- Что он из себя представляет? - хмуро поинтересовался я.
- Ну, как… - пожал плечами Майкл, почесывая свой живот и посасывая пиво из банки, - веселый, приятный такой и позитивный… Он завтра придет, ты на него посмотришь, а там и решим.
Я тяжело вздохнул. Однако я вполне доверял выбору своего друга и считался с ним. Тут Майкл присел на пол рядом с моим креслом и обнял меня за колени. Я сразу растаял, поглаживая его ладонью по бритому затылку. За эти мгновенья я был готов пойти для него на что угодно.
Итак, с завтрашнего дня наша жизнь должна была измениться. К добру ли это?
========== 2. Подготовка к встрече. ==========
Последние несколько лет мы с моим медведем спали в разных комнатах, так как Майкл громогласно храпел, а при моей тонкой душевной организации и нервной натуре было довольно проблематично заснуть под рычание разъяренного тигра или булькание утопающего. Звуки, которые издавал мой сожитель, были настолько разнообразны и сменялись так неожиданно, что я порой буквально подлетал на кровати, когда временное затишье вдруг пронзал предсмертный хрип динозавра.
Промучившись достаточно долгое время, однажды я деликатно сказал Майклу, что ему одному на этой койке будет гораздо удобнее, ведь я иногда встаю по ночам курить, да и ученики могут мне звонить в любой момент.
Он лепетал, что это его совершенно не беспокоит, и что он все равно ничего не слышит, но я был непреклонен. Доктор сказал, что для моего друга полноценный ночной отдых имеет наиважнейшее значение. Поэтому в один прекрасный день, прихватив свою подушку, я переселился в другую комнату.
В наступившее утро я блаженно потянулся. Хорошо все-таки работать дома и не нестись куда-либо с утра пораньше. Те времена, когда я преподавал в школе, я вспоминал с содроганием, ведь приходить надо было к восьми утра! К тому же была куча других проблем. В меня, синеглазого и интеллигентного шатена, были влюблены все старшеклассницы и некоторая часть старшеклассников. Чтобы добиться моего внимания, детки издевались надо мной как только могли. В общем, я еле ноги унес.
В университете, куда я устроился позже, было еще хуже. Девицы считали, что, чтобы получить зачет, достаточно предложить свою натуру, а парни преследовали меня с пухлыми конвертами. После того, как несколько моих коллег были пойманы на взятках и связях со студентами, я тоже ушел и занялся частным репетиторством. Хоть и за деньги, но все честно.
Поблаженствовав еще немного в постели, я вспомнил про наш вчерашний с Майклом разговор и вмиг озаботился. И как так могло получиться, что он с кем-то разговорился, непонятно? Обычно, когда Михаил Иванович сидел в баре с кружкой пива, его почтительно обходили стороной, стараясь не задеть.
Внешние данные у моего бойфренда были весьма устрашающие. Создавалось впечатление, что он может порвать голыми руками кого угодно, и, кстати, не ошибочное, так как в свое время мой друг выигрывал награды в состязаниях по армрестлингу.
Я поднялся с кровати. В глубине моей души тлел огонек надежды, что это их знакомство так и останется трепом и никаких квартирантов у нас не будет. Однако, нужно было рассчитывать и на то, что парень все же мог прийти…
На кухне я включил чайник и, на ходу зевая и потягиваясь, поплелся в комнату к Майклу. Мне было непонятно, как мы раньше спали вместе, потому что теперь он занимал точно всю кровать. Свободного места — ни кусочка.
— Вставай, мой сладкий пампусик, — громко сказал я, раздергивая шторы.
Гора на кровати зашевелилась, укутывая одеялом голову и обнажая пятки. Для убедительности я хлопнул его по заду, с наслаждением наблюдая, как по телу медведя от места эпицентра разбежались в разные стороны колыхающиеся волны.
— Ну, в чем дело? — жалобно захныкал он. — Какого черта, Леон? У меня выходной.
— У нас сегодня генеральная уборка, — приветливо сказал я. — Или ты забыл, что вчера пригласил гостей? Пацан придет и упадет в обморок. Квартира наша напоминает помойку, заваленную твоими банками из-под пива. Подъем, жирный хряк. Водные процедуры, зарядка, завтрак и пылесос.
— Раньше ты меня будил ласковыми поцелуями в ушко, — напомнил мне Майкл и, ухватив меня за штаны, потянул к себе под одеяло.
— Раньше ты зарабатывал в десять раз больше, а весил в десять раз меньше, — пробормотал я, отчаянно сопротивляясь и вырываясь из его объятий. — Да ты озверел? Отпусти меня! Во-первых, сегодня далеко не суббота, а во-вторых, ты опять потом уснешь часа на четыре, и делать все придется мне одному! Подъем, говорю!
Я поспешно ретировался на кухню и принялся разливать чай и делать бутеры. После завтрака мы пару часов в сосредоточенном и мрачном молчании прибирали нашу холостяцкую хату. Я собрал все банки и бутылки, вычистил свои пепельницы, протер пыль, распахнул окно, чтобы проветрить. Было стыдно, что мы так запустили квартиру, особенно, когда я замечал пятна на обоях. Майкл в это время возил по полу пылесосом, потом я отослал его на помойку вынести мешки с мусором.
Пока он ходил, я достал с полки банку из-под кофе и высыпал на стол то, что называлось нашим семейным бюджетом. Дотошно пересчитав все деньги до копейки, я убедился, что на данный момент мы являлись счастливыми обладателями трехсот восьмидесяти пяти рублей.
Я сел, прикидывая, как же нам промотать этот куш, ни в чем себе не отказывая и накрыв для гостя приличную поляну.
Майкл ушел и пропал, очевидно, повстречал во дворе приятеля, выгуливающего в это время свою собаку. Никаких нет забот у этого человека! Но вскоре хлопнула входная дверь — он явился и даже принес мне газету, которую мы периодически воровали из почтового ящика у противного мужика, живущего этажом ниже и при встречах презрительно на нас поглядывающего.
Застал он меня в полной печали, гоняющим пальцем по столу жалкие монетки.
— Ой, а я забыл совсем!
Он метнулся в прихожую, пошарил в карманах своей куртки и скоро с торжествующей улыбкой протянул мне тысячу рублей. Я посмотрел с полным недоумением, сначала — на нее, а потом — на Майкла.
— Нашел вчера айфон в магазине, — пояснил мой медведь, — вернул владельцу, а это — типа вознаграждение.
— Ты почаще на пол поглядывай в своем магазине, — сказал я, выхватывая у него купюру. — Молодец. Видишь, добрые дела непременно вознаграждаются!
В знак благодарности я приподнялся на цыпочки и поцеловал его в щеку. Он тут же смутился и сделал вид, что ему срочно нужно в другую комнату. Я насмешливо смотрел ему вослед. Столько лет живем, а он все стесняется. Даже совестно стало, что отказал ему сегодня утром. В последнее время на моего друга нечасто нападал любовный стих.
Однако дела не давали расслабиться, я написал на бумажке список продуктов и вручил его Майклу вместе с подробными инструкциями, где и что купить. Впрочем, объясняй или нет, он все равно все забудет или перепутает.
Только Майкл, как в анекдоте, мог, согласно нумерации в списке, умудриться купить одно яйцо, три картофелины, пять ирисок, семь батонов и десять бутылок водки.
Остаток времени до вечера я провел за приготовлением ужина. Сварил борщ, пожарил курицу, испек горку блинов. Тяжело было не столько готовить, сколько оборонять всю еду от набегов Майкла, который постоянно появлялся на пороге и пытался стащить блин или куриную ножку.
— Имей терпение, — злился я. — Мы же купили для тебя кефир! Достань лучше с антресоли тарелки от сервиза! Только не урони и не разбей всю коробку.
Я чувствовал, что нервничал. Что это за пацан, интересно, такой? Вдруг наркоман или гопник, а я тут старался!
А потом раздался звонок в дверь.
========== 3. Наш красавчик. ==========
Услышав звук звонка, мой неповоротливый Майкл мгновенно уронил вилку на пол и полез за ней под стол, рискуя его и вовсе своротить. Я в волнении встрепенулся. Итак, данным незамысловатым маневром мой друг предоставил мне почетную возможность открыть дверь нашему гостю. В знак протеста я слегка пнул его ногой под зад, но это не возымело должного действия. Мой медведь, кряхтя и чертыхаясь, продолжал елозить под столом, или же это стол скакал на нем, я уже не понимал.
Спешной походкой я отправился в коридор и распахнул дверь.
— Здравствуйте! — раздался звонкий и мелодичный голос. — Здесь живет Михаил Иванович?
— Да, — пробормотал я, отступая и рассматривая его.
То, что я увидел, повергло меня в немое оцепенение. Я невольно забыл, как дышать, глотать и говорить.
Это был совсем молодой юноша среднего роста, изящно сложенный, длинноногий, широкоплечий, с горделиво посаженной головой на стройной шее. Личико его лучилось чистотой и здоровьем. У парня был остренький овал лица, темные брови, словно выписанные по линейке, яркие карие глаза игриво блестели, носик был по-озорному вздернут, несколько пухлые губы привлекали к себе яркой и естественной красотой.
Он поспешно поправил за уши свои выбеленные пряди, которые еще носили в себе цвета различных оттеночных шампуней, частично смытых, поэтому потерявших первоначальную яркость. Вскинув точеный подбородок, он бойко переспросил:
— Можно к Михаилу Ивановичу, или я не туда попал?
