Читаем Три отца (СИ) онлайн бесплатно

Три отца.

https://ficbook.net/readfic/206547

Автор:

Айли Лагир (https://ficbook.net/authors/473)

Беты (редакторы):

госпожа гера (https://ficbook.net/authors/72579)

Фэндом:

Tokio Hotel

Пейринг или персонажи:

Том, Билл, Саки, Йост, Йорг.

Рейтинг:

G

Жанры:

Джен, Романтика, Ангст, Юмор, Экшн (action), Hurt/comfort, AU

Предупреждения:

Нецензурная лексика

Размер:

Макси, 101 страница

Кол-во частей:

29

Статус:

закончен

Описание:

Однажды, бывший военный, а ныне профессиональный охранник, Саки Пелко обращает внимание на нищенку со спящим ребёнком на руках. Почему ребёнок постоянно спит? Откуда "нищая" мафия берёт детей? Как вырвать мальчишку из рук людей, которые постоянно травят ребёнка алкоголем? Эти и другие перепитии, не слишком расторопных "папаш", рассказываются в этом фф.

Посвящение:

http://radikal.ua/data/upload/4efc3/69fda/4fedf50e2d.jpg Автор банера Карина Басист

Публикация на других ресурсах:

Только с моего разрешения.Свидетельство о публикации №214011201292

Содержание

Содержание

1 глава.

2 глава.

3 глава.

4 глава.

5 глава.

6 глава.

7 глава.

8 глава.

9 глава.

10 глава.

11 глава.

12 глава.

13 глава.

14 глава.

15 глава.

16 глава.

17 глава.

18 глава.

19 глава.

20 глава.

21 глава.

22 глава.

23 глава.

24 глава.

25 глава.

26 глава.

27 глава.

28 глава.

29 глава. Эпилог.

1 глава.

Нищенка сидела возле подземного перехода, и от нечего делать Саки наблюдал за женщиной уже третий день.

Мужчине было скучно. Работа была монотонной, непыльной, и он изнывал от безделья.

-Добрый день, - через огромный холл ( гимн стеклу и бетону) быстрым шагом проследовал герр Йост.

-Добрый день, - Саки хотел было вытянуться по-военному, уже приосанился, расправил плечи…и вспомнил, что он не в армии.

- Я на встречу. Буду в четыре, - герр Йост в сопровождении выездной охраны торопливо нырнул в вертушку и сел в припаркованный автомобиль. Холл опустел, и Саки снова уставился в окно.

Он служил в армии с восемнадцати лет, прошёл многие горячие точки, воевал на Балканах и в Афганистане, успел побывать в войсках ООН, перемахнул Пиренеи, дошагал до Африки и получил тяжёлое ранение в липких непроходимых джунглях маленькой мятежной страны. Саки выжил чудом и через шесть месяцев мытарств по госпиталям оказался в родном Магдебурге.

Гражданская жизнь встретила его неприветливо. Совершенно не приспособленный к мирному быту, мужчина учился жить заново в крошечной квартирке на окраине города, поминутно борясь с элементарными ежедневными проблемами и хронической сосущей депрессией.

Военный департамент помог обустроиться с жильём, а бывшие сослуживцы - с работой. Через две недели после возвращения Саки Пелко приступил к обязанностям начальника охраны огромного и суетного, как муравейник, продюсерского офиса.

Работа была скучной и однообразной. Он, словно волк, прогуливался в холодном стеклянном холле и следил за целостностью-сохранностью каких-то навороченных воротил шоу-бизнеса. Здесь всё было ненастоящее, словно отлакированное, и Саки откровенно недоумевал, кому всерьёз может понадобиться жизнь и здоровье картонных лощёных продюсеров.

Даже нищенка за окном выглядела куда более правдоподобной, чем его непосредственный босс, хитроватый и вёрткий герр Йост.

Скорее всего она была беженкой из какой-то азиатской страны. Смуглая, словно прокопчённая, в грязной цветастой одежде, женщина сидела прямо на голых ступеньках, небрежно покачивая на коленях спящего ребёнка лет четырёх.

За годы службы Саки повидал подобных попрошаек сотни, если не тысячи. Чаще всего это были опустившиеся женщины из мусульманских семей. Вдовы, оставшиеся без поддержки родственников, одинокие и слабые, они быстро превращались в парий, часто торгуя собой, злоупотребляя наркотиками и опускаясь до откровенного попрошайничества.

О том, что подобное может существовать в добропорядочном старинном немецком городке, Саки даже не подозревал. Но больше всего его удивило наличие ребёнка. Судя по всему, малыш едва ли годился беженке в дети. Бледный до синевы, мальчишка походил на родственницу, как картошка на апельсины. Женщина сидела далековато, но Саки показалось, что в отличие от «мамаши» ребёнок имеет европейскую внешность. Было странно и то, что грязную попрошайку не донимает полиция, а слабый, словно тряпичная кукла, ребёнок беспробудно спит уже третий день.

- Саки, на сегодня вы свободны.

Помахивая папкой, герр Йост вошёл в холл и приблизился к начальнику своей охраны:

- Завтра будет большое заседание продюсерского совета, - торопливо проговорил он, - попрошу Вас заблаговременно проверить помещения и обеспечить охрану гостей.

- Хорошо, герр Йост, - Саки по привычке козырнул, и его непосредственный начальник впервые обратился к мужчине с человеческим вопросом.

- Как Вы привыкаете, герр Пелко? Наверное, наша работа после такой героической службы кажется странной и совершенно не интересной.

- Какая там героическая, - Саки неожиданно засмущался и махнул рукой.

Дэвид Йост едва ли был младше начальника охраны, но на фоне стройного модного продюсера Саки выглядел почти пожилым и грузным. Тяжеловесный и мрачный, он совершенно стушевался и, чувствуя свою полную никчемность, ответил совсем уж невпопад:

- Не волнуйтесь, всё будет в полном порядке, я лично прослежу за всеми приготовлениями. Даже бабы этой перед входом не будет.

- Ну, следить за всякими нищими-попрошайками в вашу компетенцию не входит, - коротко хохотнул Йост, - это дело полиции.

- Как сказать, - Саки недоверчиво покачал головой, - просто вы не сталкивались с подобной проблемой. Очень часто нищенки становятся шахидками и под маской бедствующих вдовушек взрывают различные объекты.

- Типун вам на язык, - Йост сердито отмахнулся, - вряд ли наша деятельность интересует международные террористические организации. А этих, - Дэвид ткнул рукой в сторону окна, - попросту распустила полиция. Место людное, подаяние подают хорошо...

Герр Йост с самым неодобрительным видом посмотрел в сторону нищенки и заметил:

- И откуда они только берутся. И главное, дети? Откуда они берут детей? Ведь в Германии ежегодно пропадают сотни, если не тысячи ребятишек. Властям стоило бы обратить внимание, что за малышей эти проходимцы накачивают водкой или наркотиками.

- Как водкой или наркотиками? – опешивший Саки прервал разглагольствования Йоста изумлённым возгласом.

- Саки, да вы как первый день на свет родились, - усмехнулся Дэвид, - Это чтобы дети спали и не мешали своими криками. Неужели не знали?

Саки покачал головой и недоверчиво покосился в окно.

- Да, - Йост утвердительно кивнул и перевёл разговор в деловое русло:

- До завтра, герр Пелко. Предстоит много работы. Жду Вас в восемь.

Когда Саки вышел из офиса, нищей уже не было, и на её месте расположился бойкий подросток с рекламными листовками. Женщина исчезла так же внезапно, как и появилась, и Саки даже не успел отследить, в какую сторону она направилась. Нестарая, но потрёпанная женщина с потухшим взглядом и землистым лицом его совершенно не интересовала. Зато мальчишку было жаль до слёз. Беспомощный и маленький, он даже не имел возможности сопротивляться воле людей, которые так бесчеловечно использовали его беззащитность.

До своего нового дома мужчина добирался сначала на автобусе, потом на метро. Времени уходило около часа, и, подрёмывая в душном вагоне подземки, мужчина не переставал думать о бледном мальчике в грязной одежде, что спал на коленях у женщины непробудным мертвецким сном.

2 глава.

2 Глава.

Последние шаги женщина сделала на подгибающихся ногах. Мальчишка весил совсем не много, но начинающаяся ломка давала о себе знать нарастающей слабостью.

Превозмогая подкатывающую дурноту, нищенка отшвырнула рыхлый кулёк и опрометью бросилась вглубь квартиры, чтобы присосаться к спасительной бутылке. Сделать несколько огромных, жадных глотков и забыться в алкогольном дурмане до тех пор, пока Мигель не выдаст часть её жалования. Зухра уже предвкушала то, как купит у того же Мигеля спасительную дозу и забудется глубоким, каким-то рыхлым сном без снов и сновидений до самого утра.

Кулёк же слабо зашевелился, и из грязного шерстяного одеяла, которое давно потеряло свой первоначальный цвет, показалось бледное личико ребёнка примерно четырёх лет.Это был хрупкий чуть смугловатый мальчик с тёмными блестящими глазёнками и тёмно-русыми вихрастыми волосами, что торчали на макушке смешным растрёпанным гребешком.

Несмотря на возраст, мальчик был закутан наподобие младенца.Он вылез из своего странного одеяния и отправился вглубь квартиры неуверенной шаткой походкой. Кроме одеяла на мальчишке была вытянутая трикотажная кофточка и давно промокший истрёпанный памперс, который источал отвратительный запах гниения.

Квартира была большой и когда-то вполне комфортной. Извилистый коридор миновал большую кухню и уткнулся в просторную комнату с двумя окнами и некогда ярким паркетом. Каждый уголок этого большого жилища был занят людьми. Их было много, и все эти люди составляли основу "нищенской мафии", которой управлял некий человек по имени Мигель.

Неопределённого возраста, а порой и пола, вялые, грязные, с землистыми лицами и в рваной несвежей одежде, почти все они попрошайничали на улице и сейчас собирались на ночлег. Те, кто был старожилами, занимали места на нарах, пришедшие недавно сидели на грязном тряпье или просто на голом полу прямо посреди помещения. Комнату наполняло мерное унылое гудение. Кто-то спал, кто-то полушепотом обсуждал с соседями прошедший день, кто-то чинил одежду или торопливо уплетал еду, принесённую с собой с улицы.

Мальчик осторожно обогнул несколько вновь прибывших компаний и неуверенно потопал к нарам. Больше всего на свете ему хотелось есть, и маленький желудок отзывался неприятной липкой тошнотой. А ещё у мальчика очень кружилась голова, и он еле переставлял тонкие длинные ножки, поминутно пытаясь удержать тело в вертикальном положении.

Каждое утро Зухра кормила его комкастой кашей, которую полагалось заливать кипятком, и каждое утро в эту безвкусную липкую субстанцию наливали несколько ложек вина. В течение дня мальчик спал тяжёлым алкогольным сном, и едва он приоткрывал слипшиеся тёмные глазки, как женщина совала в его рот рожок с разбавленным дешёвым алкоголем.

Иногда детей меняли, и в эти дни мальчик оставался дома. Это были самые счастливые моменты в его жизни. С самого утра нищие расходились по своим рабочим местам, квартира пустела, и он наконец-то был предоставлен сам себе. Но особую радость доставляло то, что мальчик мог наконец-то побыть с братом, единственным родным и добрым существом, которое осталось в его жизни.

Мальчик совершенно не помнил, как попал в притон. Он не мог вспомнить своей фамилии и возраста, но отлично знал, что брата зовут Том, что он старше на несколько минут, и оба они близнецы.

В такие дни мальчишки забивались на самые дальние нары, играли поломанными игрушками, что принесли более старшие дети, затевали сумасшедшую возню и иногда даже дрались.

Надо сказать, что дрались они с самого рождения, буквально отвоёвывая место под солнцем. Словно боролись за своё существование и оспаривали друг у друга право на собственное неотразимое я. Дрались жестоко, порой до крови, не желая ни отступать, ни уступать. Они бесконечно делили первое место и порой производили впечатление непримиримых врагов.

И в тоже время мальчишки обожали друг друга. После алкогольных вливаний Биллу было плохо, его тошнило, болела голова, шатало в разные стороны, и пол предательски уплывал из-под ног. Ему хотелось полежать, от слабости и дурноты Билл начинал плакать, и тогда, в эти минуты, Том просто обвивал его такими же худыми ручонками, осторожно укладывал на бочок и прижимался всем телом до тех пор, пока младший не успокаивался и не засыпал.

Билл осторожно дотопал до своего уголка на нарах и поискал брата глазами. Женщина, которая ходила на промысел с Томом уже вернулась, и тот сидел на краю лежанки, мусоля грязный обсосанный сухарь. Увидев брата, он тут же разулыбался, поднялся на ноги и едва не свалился вниз.

- Явилась, - "хозяйка" Тома увидела Билла и брезгливо скривилась. Это была крупная грубая женщина с отёчным сизым лицом и без пальцев на правой руке.

- Что ты говоришь? - к ней обратилась соседка.

- Зухра, говорю, явилась, - женщина спрыгнула с нар и снова брезгливо поморщилась, - поганая грязная тварь. Надеюсь, она скоро сдохнет от своей наркоты.

Даже здесь, в притоне, наркоманы считались самыми низшими существами. Их презирали от всей души, и даже алкоголики имели больше уважения и преимуществ перед теми, кто сидел на игле.

"Хозяйка" Тома была алкоголичкой. Неоднократно сидевшая, грубая и спившаяся, она потеряла дочь-наркоманку и откровенно ненавидела Зухру всеми фибрами своей души.

Женщина уже успела приложиться к бутылке, и до Билла долетел тошнотворный запах дешёвого алкоголя. В моменты опьянения она становилась особенно грубой, приставала к соседям, провоцировала драки, за что была неоднократно бита не только вездесущим Мигелем, но и соседями.

- Что, явилась, черножопая тварь? - женщина грозно наступила на обмякшую Зухру и тут же споткнулась о маленького Билла, который не успел увернуться.

- Грязная потаскуха, я не дождусь, когда ты сдохнешь. Это из-за таких, как ты, погибла моя Анна. Чтоб ты сдохла вместе со своим выродком.

В следующую секунду "хозяйка" Тома подцепила Билла рукой и буквально швырнула на наркоманку.

В комнате завязалась потасовка. Тонкая иссохшая Зухра неожиданно вцепилась женщине в волосы костлявыми чёрными пальцами, и та издала пронзительный болезненный рёв. Обе женщины сцепились в плотный клубок, покатились по полу, сметая на своём пути всё живое.

В первые секунды всё смешалось, мужчины радостно заулюлюкали, женщины и дети завизжали. Билл с трудом поднялся на ноги и испуганно уставился на ладошки испачканные кровью, что обильно текла из разбитого носика.

Несколько секунд он пытался устоять, но маленькое тело почему-то совсем не слушалось, и мальчик стёк на пол бесформенным мягким кульком.

- Ох ты, господи, - все были заняты потасовкой, и с лежанки слезла только одна старуха. Кряхтя и причитая, она перекинула Билла через руку и потащила в ванную комнату, словно комок тряпья. Тому очень хотелось посмотреть, чем окончиться драка, и он оторвался от зрелища с неохотой. Не вынимая изо рта обсосанный сухарь, мальчишка оглянулся на дерущихся женщин и живо засеменил босыми ступнями вслед за старухой.

- Хоть бы жопу ребёнку помыла.

Старуха с ворчанием открутила кран холодной воды и сунула Билла в огромную ванну, всю в чёрных пятнах отбитой эмали.

Жёсткой ладонью обмыла лицо и потянула испачканный памперс вниз.