Читаем Три нити онлайн бесплатно

За окнами древнего спального вагона, в такт ритмичному стуку колес, мелькал однообразный пейзаж. Небольшие поселения, поля усеянные кукурузой и прочими злаками. Впереди было еще несколько десятков километров пути и много часов, прежде чем они достигнут конечного пункта назначения. Как это ни странно, но вместо современного локомотива на электрической тяге, состав тянул старенький паровоз, словно сошедший с экранов древних вестернов.

Такие во времена освоения Запада можно было часто увидеть на континентальных путях, соединяющих тогда еще не многочисленные поселения Нового Света. Впрочем, если совместить этот анахронизм с тем, что было за окном, то получалось вполне гармоничное ощущение — словно ты попал во времена ковбоев и индейцев. Примерно такие мысли возникали в голове молодого человека, который в своей относительно недолгой жизни успел насмотреться всякого. В купе позади, за дверью, спал его спутник. Проводница с достоинством продвигаясь по проходу, направо и налево предлагала всем чаю. По сути, данный состав был скорее экскурсионным, чем логистическим. «Погрузись в атмосферу дикого запада!»

Однако пассажир у окна прекрасно знал куда именно они в итоге приедут. Именно поэтому и был выбран данный поезд, а не современный скоростной транспорт. Скоро он разбогатеет настолько, что ему не придется больше заниматься подобной ерундой. Но вся эта ситуация уже вызывала раздражение. Наверное потому, что человек очень не любил поезда, предпочитая даже малые расстояния преодолевать на самолетах. Ну, или в крайнем случае, на машине.

— Сколько нам еще ехать, — раздражённым тоном спросил мужчина, перехватив идущую мимо проводницу. Ему уже поднадоел вид из окна, да и вообще все нынешнее мероприятие в целом. Но бизнес, есть бизнес.

— Вилли, сколько надо, столько и будем ехать. — Надменно произнесла женщина, преклонного возраста в старомодном наряде проводницы, окинув презрительным взглядом назойливого пассажира. — Или ты куда-то спешишь? Тогда мы поможем тебе сойти с поезда в ближайшем тоннеле… ногами вперед. Ты уже по уши в наших делах, так что засунь свое недовольство в одно место и наслаждайся пасторальными видами из окна.

Хмыкнув, женщина отправилась дальше, а вот Вилли, а точнее Вильям Басс, впал в ступор. Впрочем, а чего еще ожидать от компании, на которую он работает. За каждым участником есть свой надзирающий…

— ### —

Тем временем, в хвосте этого исторического динозавра, по недоразумению названного поездом, закрывшись в купе, сидел другой пассажир, который упорно делал вид перед соседом, что спит. Однако в голове у него вращалось столько мыслей, что любой бы на его месте сошел с ума. Когда он запрыгнул на подножку последнего вагона, то единственное, что его волновало, это как бы оторваться от преследовавших его оперативников ФБР. Да, конечно, он очень любит природу — мать нашу. Но это же не повод объявлять его эко-террористом. Впрочем, будь его воля, он бы действительно кое-что изменил в мировых порядках. Человечество должно развиваться постепенно, по законам эволюции, а не насиловать Землю извлекая из неё ресурсы, и забыв обо всем, и обо всех, кроме себя любимого. Но увы, далеко не все разделяют эти идеи. Считая все это инакомыслием и… Неважно. Главное, он все же сумел оторваться от агентов. Правда куда двигается поезд, он понятия не имел.

«Самое время, выяснить куда же мы едем, когда уже… сколько там часов прошло с момента отправления?»

— Эм… — неожиданно заговорил этот пассажир, чем заставил своего невольного спутника, уткнувшегося в газету, вздрогнуть, — вы не подскажете, когда мы уже прибудем Буффало?

Человек с противоположного места удивленно воззрился на заговорившего и задающего странные вопросы соседа.

— А… с чего вы решили, что мы едем в Буффало? — сбитый с толку он отложил газету, и подозрительно посмотрел на собеседника. Вообще в составе не должно быть посторонних, и каждый здесь знает куда они едут.

— А разве нет? — изобразив удивление продолжил сторонник природы. Постепенно стало приходить ощущение, что он находится на грани разоблачения. Кстати, что еще весьма странно, сколько они уже едут, а проводник так и не заходил, чтобы стребовать билет, хотя бы. На краю сознания стала нарастать пока еще смутная тревога. Похоже он опять куда-то вляпался. Попытка встать оказалась провальной. Сосед очень проворно схватил его за руку и усадил обратно.

— Значит, у нас заяц! — угрожающе произнес мужчина и достал из недр старомодного пиджака внушительный револьвер. Заржав как ненормальный от гениальности своей собственной шутки, он тем не менее держал внезапного незнакомца на прицеле, не давая тому совершить какую-нибудь глупость. Затем, немного успокоившись, продолжил разговор, но уже с позиции следователя или частного детектива из какого-нибудь дешевого и древнего фильма.

— А ну быстро говори, кто такой, как зовут и что делаешь на нашем поезде?

Что было бы дальше страшно подумать. Но поезд внезапно погрузился во тьму, а звуки неожиданно стихли. Вообще создавалось впечатление, что все и всё вокруг просто застыли, словно мухи в янтаре, на долгие, долгие годы…

— ### —

Глас Бога был неумолим. Васкес Аркада не очень любил вот эти вот эпизоды в своей жизни. Он, конечно, всячески боготворил Великий Разум, и готов был для него сделать все что угодно, но давление на сознание очень раздражало. Однако, делать было нечего, и его паровая самоходка мчалась из Храма в городе Шуум к заброшенному перевалу. Там по словам Оракула, опять должны появиться чужаки. Подобные происшествия всегда угрожают и его родному миру, и в особенности Великому Разуму, который и направил своего жреца разобраться с проблемой в зародыше.

Когда брат Васкес все же добрался до пункта назначения, то увидел весьма странную картину. В хлам проржавевший паровоз, явно древний, поскольку он таких уже много лет не видел, стоял сойдя с железнодорожного полотна, прямо на выезде из загадочного тоннеля перевала Древних. Единственный вагон лежал на боку рядом. Но похоже в его недрах все же кто-то был. Подключив внутреннее зрение, Аркада видел три едва теплящиеся ауры. Было понятно, что эти пришельцы попали сюда через портал в глубине тоннеля. Что примечательно. Летописцы Великого Разума довольно долго изучали этот объект. Но все экспедиции, отправленные внутрь сгущавшейся тьмы под сводами гор, просто пропадали. Зато изредка с той стороны сюда попадали всякие странные существа. И тогда ордену приходилось все решать превентивно.

Вильям не сводил глаз с высокого мужчины в белом тюрбане. Профессор Анил Пратап родился и жил в Англии, но никогда не забывал своего происхождения, особенно сейчас, когда родственники нашли ему невесту из богатой семьи и нужно было соблюсти все традиции для знакомства с её родителями. Необходимо было лично приехать к ним в дом с подарками для будущей родни. Иначе он никогда бы не покинул стен своей лаборатории в одном из исследовательских центров, ученый до мозга костей, он редко отвлекался от своей науки. Вильяму же поручили выкрасть, уговорить запугать, сделать что угодно, но привезти профессора в Америку.

Ему не первый раз поручали подобные дела, в его подчинении была своя слаженная группа, которая похищала талантливых ученых, исследователей, программистов для заказчиков. Если не получалось похитить, их ликвидировали. Его хозяевам были нужны лучшие умы, они их собирали у себя, холили и берегли, как антикварные редкости. Но и требовали отдачи. Кто не желал, гнил в тюрьмах по надуманным обвинениям. Система работала хорошо и не давала сбоев.

Вильям почти год искал доступ к профессору, чтобы сделать предложение, от которого тот не смог бы отказаться, но он и жил, и работал на строго охраняемой территории. Хозяева начали проявлять недовольство, требуя решить вопрос радикально, но тут выпал шанс, один на миллион, и затворник профессор покинул свой институт и направился не куда-нибудь, а в Америку. Теперь только перехватить его по прилету и дело сделано.

Самолет вылетал через полчаса, он взял билет на тот же рейс, что и профессор, только не в люксе, а в бизнес-классе, не стоило маячить перед ним заранее. А в аэропорту его будут ждать верные люди. Там этого индийца уже никто не хватится.

Вильям прошел регистрацию следом за Анилом, так же проследовал за ним и на посадку. Специально задержался в салоне, чтобы увидеть, как профессор убирает ручную кладь и усаживается в свое кресло. Только после этого прошел к своему месту. Какое-то время люди рассаживались, наконец загорелось табло, загудели моторы, лайнер начал свой разбег по взлетной полосе. Сначала медленно, потом быстрее, момент отрыва самолета от земли всегда был для него сродни небольшому волшебству, и Вильям ждал его с замирением сердца. Хоть и довелось летать уже не один десяток раз, но детский восторг от этого не пропадал. Теперь предстоит долгий полет, можно немного расслабиться. Мужчина давно связался со своими людьми, они не дадут профессору сделать ни одного шага в сторону от намеченного маршрута, и доставят его к заказчику так, что он ничего не успеет понять. Сначала будет такси, с проверенным водителем, потом небольшое путешествие на поезде, по частной железной дороге.

Весь полет Вильям проспал, с его работой полноценный сон давно стал огромной роскошью, поэтому возможность расслабиться и просто отдохнуть, организм воспринял с восторгом. И ему не мешали ни пассажиры с детьми, ни гул моторов самолета.

В здании аэропорта привычно толпились встречающие, белый тюрбан профессора был отлично заметен, и мужчина не боялся потерять его. В толпе встречающих уже были его люди, он со спокойной совестью, словно эстафетную палочку, передал профессора под их наблюдение и направился к нужной машине и приготовился ждать.

Очень скоро дверца распахнулась, светило науки, профессора Анила Пратапа, под видом пьяного тела, погрузили в машину. Осталась самая малость, довезти это тело до заказчика.

Машина, мягко покачиваясь резво мчалась по старой дороге, попутчики молчали, обсуждать им было нечего, все всё давно обсудили и Вилли это всегда устраивало. Немногословный по своей природе он подбирал таких же людей в свою группу. Примерно через час показалась старая, полузаброшенная железнодорожная станция.

Здесь под парами их ждал старый, будто сошедший со страниц исторического романа поезд. Его люди помогли дотащить спящего профессора до вагона, погрузили его купе, и удалились. Они с заказчиком никаких дел не имели, им сюда хода не было.

Поезд засвистел, выпустил облако черного дыма из трубы и пара из-под колес и медленно тронулся с места.

Несколько часов вдоль однообразно — унылого пейзажа с кукурузными полями, запорошенными желтой пылью, навевали скуку. Несколько раз по вагону прошла некрасивая престарелая проводница, лицом и статью похожая на потасканную полковую лошадь.

— Сколько нам еще ехать? — Не выдержав раздраженно спросил он.

— Вилли, сколько надо, столько и будем ехать. — Надменно произнесла женщина. — Или ты куда-то спешишь? Тогда мы поможем тебе сойти с поезда в ближайшем тоннеле… ногами вперед. Ты уже по уши в наших делах, так что засунь свое недовольство в одно место и наслаждайся пасторальными видами из окна.

От неожиданности Вилли впал в ступор, конечно, как он мог подумать, что заказчик отставит его без внимания? Он мысленно выругался и снова уставился в окно. Дорога уходила в горы, и главной и основной её достопримечательностью явился тоннель, в который влетел поезд на полном ходу.

Внезапно, что-то пошло не так, размеренное покачивание и ритмичный стук колес сменились дикой тряской и сильным треском. Он куда-то полетел, что-то на него упало, больно ударило по затылку и все пропало, навалившись глубокой, вязкой тишиной.

В себя он пришел оттого, что ветер сильно обдувал его, унося тепло тела. Вилли разлепил глаза: он лежал на открытой платформе, рядом с ним виднелся белый тюрбан профессора и еще чье-то лежащее спиной к нему тело, с длинными волосами, выкрашенными в зеленый цвет, в растянутой футболке и джинсах.

Платформой управлял одетый в белую хламиду краснокожий. Вилли попытался вспомнить, кого он ему напоминает, и снова вырубился.

Профессор Анил Пратап очнулся.

Наверное, из всех его пробуждений это было самое неприятное. Да, ему приходилось засыпать в лаборатории, от чего потом сильно ломило шею, засыпать в метро, в частном самолёте, во время долгой поездки на автомобиле. Он мог бы гордиться тем, что никогда не засыпал во время конференций, даже если они были очень нудными и по сути являлись заполнением часов для галочки в очередном бюрократическом документе. Вот только это, по мнению Пратапа, был ни разу не повод для гордости. Каждый из его коллег заслуживал уважения. Конечно, кроме тех, кто нёс бред и работал исключительно ради денег.

Однако сейчас было плохо, гораздо хуже, чем во время многосуточных работ в лаборатории с аспирантами. Болело всё тело: его как будто крутили на центрифуге. Во рту ощущался противный кислый вкус, как от испортившейся питательной среды для выращивания псевдомонад. А голова гудела, точно её везли на спотыкающейся колёсной повозке.

Повозке…

И дует сухой, колючий ветер, и внизу скрипят колёса, явно не обладающие шинами…

Профессор с трудом приподнялся на локте.

Степь. Точнее, прерия. Вдали. А вблизи — пустошь. Рыжевато-серая. Иногда попадаются следы пней от деревьев, скелеты животных и какой-то мусор. Пратап глубоко втянул ноздрями воздух: пахнет пылью и как будто гарью.

— А-ах, чёрт…

Профессор взглянул на другого очнувшегося, его тёмные глаза недовольно прищурились. Короткий ёжик, чёрная куртка, под которой очерчивается что-то, что, возможно, является бронежилетом, а может, и просто крепкая физическая форма. На поясе кобура. Вот этот молодчики довёл его, профессора, до такого состояния.

— Блин, этот краснокожий… — начал было молодчик, но зашипел, вероятно, от гудения в голове, снова отрубился, и потому конец фразы остался неясным.

Пратап уже понял, что они действительно едут на повозке, которую ведёт загадочный человек в белый накидке. А ещё понял, что рядом с ним очнулся ещё один человек. Очнулся и сидел, обняв руками колени.

Лицо тощее, не сильно умытое, волосы растрёпанные, зелёная краска уж слезает, на футболке логотип Всемирного Фонда дикой природы.

"Зелёный", — догадался профессор.

— Извините! — севшим голосом крикнул он вознице на английском. — Не могли бы вы подсказать, что случилось и почему молодой человек со стрижкой не задержан за похищение?

Загадочный возница глухо ответил, не оборачиваясь:

— На всё воля Великого Механиста.

— Простите?.. — не понял профессор, но ему тихо ответил "зелёный".

— Он говорит только это.

— Что "это"? — Пратапу хотелось разозлиться, но ему было слишком плохо.

— Про Механиста, — пояснил "зелёный" и махнул рукой на Вильяма (это был он). — Его ударил, когда тот начал лезть. И оружие забрал.

— Гм! — кивнул профессор с пониманием и немного злорадством.