Читаем Тревога (ЛП) онлайн бесплатно

Переводчики: Юлия и Дмитрий Русалим(1-12), Anuta Adashkevich

Редактор и оформитель: Дарья Нефедьева (1-12), Александра Кузнецова

Вычитка: Ксюша Попова

Русификация обложки: Анастасия Токарева

Специально для группы: Книжный червь / Переводы книг.

Любое копирование и размещение перевода без разрешения администрации, ссылки на группу и переводчиков запрещено

Я никогда не слыла дурой.

И хотя круглой отличницей меня не назовешь, я всегда получала в школе хорошие оценки, и не только на тестах, я действительно понимала материал. Я вовремя окончила колледж и не потратила впустую деньги родителей, завела несколько хороших друзей и нашла неплохую работу, позволяющую мне самостоятельно оплачивать свои счета.

Я никогда не считала себя опрометчивым человеком, напротив, я была его полной противоположностью. Всегда думала прежде чем что-то сделать и редко открывала рот, не обдумав, что именно хочу сказать. Прежде чем что-то совершить, я думала о последствиях моих поступков, о том, как они повлияют на других людей.

А потом я встретила его.

В моих мыслях тут же зазвенела тревожная сирена, но я проигнорировала ее.

~ ~ ~

— Сиди здесь! — приказал Эйден, мертвой хваткой сжав рукоять пистолета. — Ни в коем случае не выходи из этой чертовой машины. — Я посмотрела на него.

Он остановился на полпути к двери.

— Мне чертовски жаль, — снова произнес он.

— А пистолет тебе зачем? — прошептала я и почувствовала, что мое тело перестает меня слушаться.

Так вот что значит пребывать в шоке.

Спустя секунду телефонный звонок от моей матери, сообщающий мне о сердечном приступе моего отца, заполнил мою голову. В этот момент я чувствовала себя так же, как и в тот день, когда мама сказала мне, что отец от нас уходит — кровь будто бы покинула мои вены.

Я снова сосредоточилась на Эйдене и не могла понять, кого видела перед собой.

Мое подсознание предупреждало меня об Эйдене Хантере, прочно засевшем у меня в голове. Все это время я говорила себе не судить его. Убеждала себя, что все прекрасно, что с ним все в порядке. С момента нашей встречи я уговаривала себя, что единственная опасность, которую я ощущаю — находится только в моей голове.

Ничего подобного.

Эйден, стоящий передо мной, был не тем человеком, с которым я познакомилась на прошлой неделе. Его лицо было неузнаваемым, а глаза были темны и полны ненависти. Его челюсть была напряжена, а зубы стиснуты. Руки были сжаты в кулаки, в одном из которых он держал смертоносное оружие.

Этот человек был не тем, кто готовил мне завтрак. Этого человека пожирала ярость.

Слова той девушки Ланса эхом пронеслись в моей голове:

«— Я никогда не видела его слетевшим с катушек, но слышала, что это полный кошмар».

Нет, это был не просто полный кошмар. Это был абсолютно полный кошмар.

И с этого момента моя жизнь изменилась навсегда.

Глава 1

Сработал будильник. Нащупав кнопку повтора, я нажала на нее несколько раз, чтобы звон прекратился, а затем задремала, пока будильник не зазвонил снова. Я охнула, зевнула и потянулась, прежде чем вылезти из постели и начать свой день.

Начала я его в обычном режиме: сходила в туалет, в душ, помыла голову (дважды, потому что так рекомендовал производитель шампуня), сварила кофе, съела овсянку с черникой и выпила протеиновый коктейль, чтобы не врать своей матери, когда она позвонит и спросит — выпила ли я его. Это утро было абсолютно обычным. Как и всегда.

Я собралась на работу и быстро осмотрела квартиру. Все лежало на своих местах. Декоративные подушки лежали под правильным углом у каждого из подлокотников дивана нейтрального цвета, пульт находился прямо на краю журнального столика, а каждая из подставок для стаканов должным образом лежала на подносе. С книжной полки парад пластмассовых героинь осматривал комнату, как будто с их тридцатисантиметровым ростом, они могли защитить ее от непрошенных гостей. К принцессе Лее и королеве Амидала из «Звездных войн» присоединились: Чудо-Женщина, Шторм из «Людей Икс», Женщина Паук и Баффи — истребительница вампиров.

— Итак, какие планы на день, Баффи? — спросила я у нее. — Уничтожить парочку вампиров? Или нескольких демонов?

Как я и ожидала, она не ответила. Но иногда мне нравилось слушать голоса в пустой комнате, даже если это был мой собственный голос.

— Я отправляюсь в ох-какой-захватывающий мир управления корпоративными проектами, — сообщила я всей группе. — Спорим, вы хотите, чтобы ваш день был таким же интересным, как мой.

Я всегда питала слабость к суперженщинам из комиксов и фильмов. Они были воплощением силы, доблести и жили полной жизнью, ходя по самому ее краю. Со всей своей хитростью, сообразительностью и самоотверженностью они защищали невинных людей. Эти женщины вели увлекательную жизнь.

В отличие от меня.

Я посмотрела в их пустые глаза и покачала головой, задавшись вопросом, а не схожу ли я с ума. Вполне возможно. Только я способна довести себя до безумия, потому что нет ничего поинтересней, чем я могла бы заняться.

Вздохнув, я оставила статуэтки с их увлекательной жизнью на полках и заперла дверь в свою квартиру. Не то чтобы я ожидала, что наделена суперспособностями, благодаря которым могла бы избавить мир от гнусных преступников, но сама эта идея была так далека от работы менеджера по проектам, что уже ее самой было достаточно, чтобы вызвать у меня в голове вопрос — а не страдаю ли я клинической депрессией. Когда папа умер, я отказалась от всех успокоительных, полная решимости справиться с этим самостоятельно. Хоть друг папы и его партнер из клиники продолжал говорить мне, что я не должна справляться с этим в одиночку. И хотя эти два года, с тех пор как сердечный приступ забрал его жизнь, я горячо по нему скучала, сейчас я уже могла радоваться воспоминаниям об отце и его влиянии на мою жизнь. С помощью историй из жизни его пациентов, папа научил меня всегда следить за своими поступками и словами. И я старалась во всем соблюдать осторожность и с собой и с окружающими меня людьми.

Всегда.

Полагаю, что моя мать, звонившая мне в эти выходные, хотела приехать в Сан-Франциско и увидеться со мной. Переехать в дом моего детства, в Огайо, чтобы начать новую жизнь — было ее способом выживания, когда папы не стало. В результате наши отношения пришли к той точке, когда мы видели друг друга только по большим праздникам, вместо нескольких раз в неделю. Из-за того, что нас теперь разделяла большая часть страны, я скучала по ней, а по папе еще больше.

Я никогда ей этого не говорила. Не хотела расстраивать ее или заставлять думать, что она не может двигаться дальше. Было бы несправедливо давить на нее из-за меня. Ей нужно было начать жить заново, для ее же блага, и я не собиралась делать или говорить что-то, что могло бы этому помешать.

В моем гараже стояла немного проржавевшая «Мазда», которая была довольно далека от невидимого самолета, но это был лучший вид транспорта — вполне окупаемый и прилично быстрый, если я не забывала вовремя менять масло. Вместо злодеев я боролась с движением на дороге и со своими коллегами за последнее свободное место на парковке.

Эту битву я проиграла.

Улыбнувшись, приветливо поздоровавшись с охранником и показав ему свой пропуск, я направилась в здание и поднялась по лестнице к своему кабинету с видом на парковку. Я проверила свой календарь и взяла ноутбук, понадеявшись, что на первом совещании сегодняшнего дня не будет пончиков. В этом я была не способна побороть саму себя, могла лишь поспешить занять парковочное место того, с кем был шанс пересечься во время рабочего дня. Не то чтобы у меня была проблема постоять за себя, я вообще этого не умела, и когда дело доходило до таких мелочей, казалось проще сдаться. Вот такой успешной я была.

Встречи продолжались, планы проектов были обновлены, и я проработала весь свой обед, потому что хотела убедиться, что каждому предоставили нужную и достоверную информацию по финансовым последствиям этих проектов. До последнего рабочего часа этот день шел просто замечательно.

Когда маленькая стрелка на часах достигла цифры пять, я моргнула и сделала глубокий вдох. Затем сжала руки под столом в зале заседаний и постаралась дергаться не так явно.

Напротив меня сидел Кевин Стамп, ублюдская крыса, которого всего несколько недель назад наняли на должность моего нового босса. И как будто его бессмысленной, нелепой улыбки и чересчур уложенных волос было недостаточно, чтобы мне хотелось врезать ему, дерьмо, выходящее из его рта, было намного хуже всего этого.

— Я понимаю, что вы с нами всего несколько недель, — сказала я сквозь слегка стиснутые зубы. — Но эта модернизация крайне важна. Я знаю, что бизнес подразделения хотят увидеть результаты немедленно, но если вы посмотрите на долгосрочную мощность серверов…

— Мисс Элисон. — Кевин откинулся на спинку стула и закатил глаза. — Я хорошо знаю, как это работает. Кажется, у всех здесь сложилось впечатление, что эта компания, в отличие от других, уникальна, но это не так. Я знаю, когда модернизация необходима, а когда нет. Это может подождать.

— Если вы посмотрите на эти данные… — начала я, достав некоторые из своих диаграмм, но он прервал меня до того, как я смогла объяснить.

— Это не важно! — заявил он, проведя пальцами по волосам, едва их касаясь, ведь если бы он запустил в них руки, один из локонов мог бы выбиться. — Я просмотрел их, и в них нет ничего убедительного.

Пару раз я моргнула, представив позади его головы Баффи, которая выходит из-за большой белой доски и протыкает колом его сердце.

— Но эти скачки здесь… — указала я на одну из диаграмм, но он заткнул меня взмахом руки.

— С этим мы закончили, — сказал он. — Сообщите команде, что они могут сосредоточиться на проектах, которые могут принести компании реальную прибыль.

Мне хотелось назвать его идиотом. Хотелось бросить свой ноутбук или хотя бы ручку прямо в его щекастую морду. Я хотела призвать свою самую саркастическую сторону извергнуть комментарий, достойный Скотта Адамса¹.

Не смогла. Не сделала.

Кроме того, что мне была нужна эта работа, я не хотела задевать его самолюбие.

Кевин встал и ушел, прежде чем я смогла вставить еще хоть слово. А я просидела там еще пару минут, пока не поняла, что мой рот открыт, и я сижу в конференц-зале одна. Захлопнув рот и закрыв свой ноутбук, я направилась к выходу и, все еще кипятясь, вернулась к своему столу.

Сообщить команде, что вся работа, которую мы проделали в прошлом месяце, теперь абсолютно бесполезна — займет у меня, по крайней мере, еще час, а рабочее время уже закончилось.

Мой телефон зазвонил, и, мельком взглянув на экран, я увидела на нем лицо моей лучшей подруги.

— Я собираюсь в «Жаждущих» после работы, — сказала Мари ее обычным, веселым тоном. — Ты с нами?

Я сделала глубокий вдох и забарабанила пальцами по столу. Прошедший день в корпоративном мире был дерьмовым, а Кевин был жирным уродом. То есть, жирным не в прямом смысле, но он был уродом, вызывающим меня на бессмысленные собрания с того дня, как зашел в это здание. Все, что ему не хватало, чтобы стать ходячей копией персонажа комиксов Дилберта — это заостренных волос, но на самом деле это не смешно.

Работать допоздна — это последнее, чего мне хотелось, а я даже не знала, как об этом ему сказать. Я знала лишь то, что, как только отправлю письма, к моему столу придет целая куча людей, которые продержат меня здесь еще дольше. Поэтому выпить — было хорошей идеей.

— Ладно, — сказала я в трубку. — Еще кто-нибудь будет?

— Да все, как обычно, — ответила Мари. — Сегодня все-таки пятница.

— Я с вами, — сказала я.

— Супер! Увидимся там около шести, Хло.

Я повесила трубку и слегка покачала головой, сетуя на привычку Мари сокращать имена. Она, кажется, не называла меня Хлоей, так же, как и не позволяла называть себя Мэри. Она всегда была просто Мари, как кобыла. Она, кстати, так и представлялась людям: «Меня зовут Мари, знаете, как лошадь».

Я просмотрела свою электронную почту и, решив, что там не было ничего, что не может подождать до понедельника, собрала свои вещи, чтобы ехать домой. И, конечно же, в коридоре меня остановили три человека.

Новости распространяются быстро, и видимо они все хотели знать причину, почему проект завернули, когда эта модернизация была так важна, и почему я донесла эту мысль до Кевина. Это было бы столь же заманчиво, как и бросить его под автобус, но такое было просто не в моем характере. Кроме того, в отличие от большинства моих коллег, я была единственной, кто продолжал рассчитывать во всем только на себя. Я не могла рисковать и лишний раз злить нового руководителя, не имея на примете другой работы, поэтому как смогла, постаралась донести до людей его дебильную мысль, перед тем как сбежать вниз по лестнице к гаражу и выехать на улицах.

Ездила я осторожно и вежливо. Никого, не обгоняя. Останавливалась, позволяя другим влиться в поток машин передо мной, даже если из-за этого пропускала нужный сигнал светофора.

Моя пустая квартира встретила меня теплыми тонами, чистыми линиями и супергероинями. И хотя я говорила людям, что мне важна чистота, на самом деле все выглядело так безупречно лишь потому, что мне было нечем себя занять по вечерам и в выходные. Конечно, я вела какое-то подобие социальной жизни: часто выбиралась в кино и на ужины с друзьями, но, в конце концов, возвращалась сюда, в свою одинокую и стерильную обитель.

Я включила ДВД просто, чтобы послушать голос Принцессы Леи во время ее противостояния Дарту Вейдеру. Повторять за ними было лучше, чем разговаривать самой с собой.

Мой шкаф был полон одежды для вечерних посиделок, но я выбрала джинсы и футболку, которые купила в Сан-Франциско в прошлом году, когда ездила навестить свою мать.

«Оазис Жаждущих» был не самым модным местом — просто хороший спорт-бар с большим количеством плоских телевизоров, разливным пивом и приветливыми барменами. Некоторые люди заходили туда после работы, кто-то был нарядно одет, но в большинстве своем посетители оказывались там случайно.

Телевизор приветствовал меня, когда я спустилась по лестнице из спальни в гостиную. Кино почти подошло к моей любимой части, и я испытала соблазн написать Мари и сказать, что не собираюсь никуда идти. Провести вечер с оригинальной трилогией дома — казалось хорошей идеей.

— Ну конечно, — пробормотала я про себя.

Внезапно, почувствовав себя разбитой, я села на диван и схватилась руками за голову. Я знала, что просто жалею себя, и это меня раздражало. Мои мысли крутились вокруг Зака — моего бывшего, и, конечно же, я не могла остановиться и не думать. Дело не в отсутствии в моей жизни мужчины — это я переживу, но когда я думала о своем отце, о матери, которая живет далеко от меня, о Кевине — скотине эдакой — казалось, что вселенная настроена против меня.