Читаем Третья версия онлайн бесплатно

ТРЕТЬЯ ВЕРСИЯ

1

Над городом угрюмо клубились темно-синие клочкастые тучи. Одиночные прохожие, поглядывая на сурово насупившееся небо, спешили укрыться по домам. Вот-вот должен был хлынуть затяжной дождь.

Патрульная милицейская машина неторопливо объез­жала пустынные улицы отходящего ко сну города. На ночное дежурство выехали трое: сержант Сергей Трегу­бое, рядовой Артем Данилин и Николай Белухин — курсант Красноярской школы милиции, прибывший во Владимир на практику. Припав к боковому стеклу, Ни­колай с любопытством вглядывался в незнакомые очер­тания областного центра. Сидящий рядом Артем Дани­лин бросал коротко и отрывисто, будто остановки объ­являл:

— Памятник Фрунзе... Монумент в честь основания Владимира... Торговые ряды... Кинотеатр «Художест­венный»... «Золотые ворота»...

— Да хватит тебе бубнить! — начальственно обор­вал Трегубов. — Тоже мне экскурсовод нашелся! Что , курсант сам не разберется? Верно, Коля?

— Ну, почему, мне интересно, — смущенно улыб­нулся Белухин. — Я ведь в вашем городе впервые.

— Сержант прав, — поддержал Трегубова седоусый водитель Лякин. — Таким галопом, Коля, наш город не охватишь. Тут, если по-настоящему, и недели мало. Я тебе вот что советую: ты поброди со знающим чело­веком, пусть расскажет во всех подробностях. Наш ведь город исторический.

— Ты, Петрович, не себя ли в гиды предлагаешь? — беззлобно поддел Трегубов.

— А что, могу! Я, к вашему сведению, самый что ни на есть коренной житель.

— А я — пристяжной, что ли? — разобиделся Дани­лин. — С самого рождения безвылазно...

Доехав до Концертного зала, водитель повернул об­ратно — решили наведаться в Загородный парк. Ма­шина уже подъезжала к мосту через Клязьму, и тут начал сеяться нудно-монотонный бесконечный дождик. Сначала редкие капли мелко покропили гладкий

ас­фальт, потом зачастили и стали гуще. Лякин включил «дворники», механические щетки размеренно заскользили по ветровому стеклу, расчищая полукружья обзора от непрерывно наплывающих водяных струек.

— Ну, так как, Коля? — обернулся к Белухину сер­жант. — Кого берешь в провожатые?

Курсант не отвечал, он напряженно вглядывался в боковое окно.

— Ребята, гляньте — по-моему, подозрительная фи­гура. Торба явно не его! И за пазухой что-то топор­щится.

По пешеходной дорожке, пролегавшей через мост, вобрав голову в высоко поднятый воротник, торопливо шел плечистый мужчина среднего роста. Ремень туго набитой спортивной сумки был слишком короток и по­стоянно сползал с плеча, мужчина то и дело поддер­гивал ношу правой рукой. Дождь теперь хлестал не переставая. Светлый плащ прохожего потемнел и наб­ряк от воды, полы плаща путались в йогах. Однако пе­шеход даже не пытался переждать ненастье. Отважно шлепая по лужам, он шел быстро и безостановочно, торопясь к какой-то одному ему известной цели.

— Товарищ сержант, остановим? — обратился кур­сант к Сергею.

— Пока не вижу повода. — Трегубов оценивающе осмотрел путника. — На ногах держится твердо, ни к кому не пристает. Ну, задержим, а что предъявим? По­том жалоб не оберешься: «милиция цепляется к порядочным гражданам». Но ты, Петрович, все же сбавь обороты.

Оказавшись в свете фар, прохожий оглянулся и, уви­дев милицейскую машину, ускорил шаг. Водитель мед­ленно следовал за пешеходом. Тот нервно дернулся и вдруг, круто развернувшись, рванул назад, в город. Патрульные выскочили из машины и бросились вдо­гонку. Намокший плащ и тяжелая сумка затрудняли бег мужчины — милиционеры его настигали.

Внезапно неизвестный резко взмахнул рукой — что-то темное, описав крутую дугу и подняв тучу брызг, шлеп­нулось в Клязьму. Патрульные невольно остановились. Свесившись через перила, они смотрели, как расходятся круги на воде. Что он выбросил? Сумку? Или то, что было за пазухой? А может быть, оружие?..

Первым опомнился сержант Трегубов.

— Данилин! Белухин! Догнать и задержать!

Но неизвестный исчез. Нехитрый трюк с выброшен­ным предметом помог уйти от преследования.

Приутихший было дождь хлынул с новой силой. На­встречу, поднимая буруны дождевой воды, ехало зелено­глазое такси.

— Стой! — выскочил на мостовую Белухин.

— В чем дело, ребята? — Таксист приоткрыл дверцу. — Я что-нибудь нарушил?

— Мужчину в плаще видели?

— Бежал тут какой-то. Чесал во все лопатки.

— А сумка была при нем? — нетерпеливо спросил Белухин. — Спортивная, на коротком ремне.

— Сумка? — переспросил таксист. — Может, и была. Не заметил.

— Куда побежал?

— Во-он к тем домам, — указал шофер.

— Спасибо, можете ехать, — козырнул Данилин. Патрульная группа продолжила поиск. Желто-синий

милицейский уазик исколесил все прилегающие к мосту улицы и переулки, но тщетно — неизвестный сги­нул бесследно.

Где-то далеко за Клязьмой бледно прорезалась мол­ния, донесся ворчливый отголосок грома. Дождь посте­пенно уходил на восток.

2

Утро в дежурной части городского Управления внут­ренних дел задавало рабочий ритм на весь день: мерно гудел телетайп, неумолчно звучали приглушенные го­лоса девушек-связисток.

За главным пультом сидел дежурный по городу — молодой русоволосый капитан с глубокими залысинами на высоком лбу. Он только что принял смену и сейчас бегло просматривал сводку ночных происшествий. За этим занятием его и застал старший оперуполномо­ченный уголовного розыска, майор милиции Юрий Глебович Лихарев — сухощавый, подтянутый, в ко­ротко остриженных ершистых волосах искрилась ран­няя седина.

— Ну, Костя, чем сегодня порадуешь? — поздоро­вавшись, спросил Лихарев.

Губы капитана растянулись в дружелюбно-ироничес­кой усмешке.

— Да вот ищу тебе работенку... Все, понимаешь, ме­лочь пузатая, недостойная твоего яркого розыскного дарования.

— Скажи уж лучше — таланта, — усмехнулся майор. — Так-то оно будет точнее.

— Найдешь Сему-Пирамиду, скажу, — в тон ему от­ветил дежурный. — А пока довольствуйся «дарова­нием».

— Давай, Костя, ближе к делу. Что там есть для меня?

— Так, так... — Капитан листал сводку. — Драка на улице, все трое отправлены в вытрезвитель. По квар­тирной краже уже работает группа Зубова. Задержан пьяный при попытке проникновения в киоск... Нет, Юра, пока ничего стоящего. Разве вот это: «В ноль двадцать подозрительный прохожий пытался скрыться от ночного патруля».

— Пытался? Или скрылся? — осведомился Лихарев.

— Не догнали! Дождь, темень... Сумку он нес, по­хоже, ворованную. При бегстве выбросил в реку. Водо­лазы уже работают.

— Стажер мой не заходил?

— Белухин? Так он же и был в патруле. Главный догоняла! Сейчас там, с водолазами. Ничего парнишка, шустрый...

3

Несмотря на ранний час, у моста собралась внушительная толпа зевак. Все взоры были устремлены на водолазный бот, бросивший якорь невдалеке от берега.

— Чего ищут-то, не знаете? — допытывался пенсионного вида мужчина в берете.

Ответы посыпались вразнобой:

— Говорят, утоп тут кто-то.

— Враки! За валютчиком ночью гнались, он возьми да и выбрось слиток золота в воду.

— Слиток-то большой? — продолжал выспрашивать пенсионер.

— Килограмма два потянет.

— Тогда стоит постоять. Будут искать до упора.

— Не найдут. Уже песком занесло.

Закончились приготовления к очередному спуску водолаза. Тяжело ступая свинцовыми подошвами, он, в полном облачении, начал спускаться по железным ступеням трапа. Двое матросов потихоньку стравливали шланги и трос, по мере того как водолаз уходил под воду.

Лихарев поднялся на бот. Вчерашний патруль был в полном составе: курсант Белухин, сержант Трегубов и рядовой патрульно-постовой службы Данилин.

— Докладывайте, сержант! — приказал майор. Трегубов обстоятельно рассказал о ночном происшествии.

— Упустили, значит? — подвел Лихарев неутешительный итог. — М-да, по горячим следам не нашли, теперь побегаем, поныряем. И еще неизвестно, что вытащим. Какой-нибудь бросовый хлам.

— Нет, товарищ, майор, в сумке было что-то ценное! — Белухин смело и открыто посмотрел в глаза Лихарева.

— Почему так думаете, курсант?

— Уж очень он за нее цеплялся. И выбросил-то в самый последний момент. Когда к зобу приперло.

Юрий Глебович скептически хмыкнул, но промолчал — его внимание было приковано к тому месту, где ушел на глубину водолаз. Сигнальный линь на поверхности воды натянулся и дважды дернулся. — Что-то нашел, — насторожился майор. — Сейчас, курсант, проверим ваши смелые догадки.

Матросы в четыре руки крутили рукоять лебедки, на­ворачивая трос на барабан. Над водой показался боль­шой круглый шлем, потом квадратные плечи. Высунув­шись из воды по пояс, водолаз протянул вверх сумку. Ее подхватил Николай Белухин.

Лихарев подозвал двух матросов.

— Будете понятыми, товарищи. Курсант, открывайте!

Белухин осторожно подергал замок молнии и, при­ложив некоторое усилие, открыл сумку. Майор откинул воротник старой выцветшей мужской рубашки, и при­сутствующие увидели: сумка битком набита толстыми пачками красных, сиреневых и зеленых купюр. Каждая пачка была тщательно упакована в полиэтиленовый па­кет. Позвав с собой понятых, Лихарев унес сумку в каюту. Здесь он тщательно пересчитал деньги и соста­вил протокол обнаружения.

— Ну, курсант, это, наверно, та самая рубашка, в которой вы родились, — уже сидя в машине, шутил Юрий Глебович. — Тут, Коля, пахнет хищением, и круп­ным притом. Будет над чем поразмыслить коллегам из ОБХСС.

В рупоре радиотелефона раздался знакомый голос дежурного по городу:

— Пятый, пятый, я — первый. Вызываю майора Ли­харева! Повторяю: вызываю майора Лихарева!

Юрий Глебович снял трубку.

— Лихарев слушает. Что там у вас стряслось, Костя?

— В Юбилейном парке найдена женщина. Множест­венные раны на голове. .Состояние критическое. Опера­тивная группа уже на месте. Как понял?

— Все ясно, еду!

— Товарищ майор, я с вами? — несмело спросил Белухин.

— Нет, Коля. Сейчас отправитесь в управление и сдадите сумку с деньгами дежурному по ОБХСС капи­тану милиции Морозу. Расскажете ему все как было, здесь каждая деталь важна.

— Но, товарищ майор,.. — пытался возразить Нико­лай.

Лихарев вложил протокол в сумку, обернулся.

— Курсант Белухин, вам ясен приказ?

— Так точно, товарищ майор, — Николай принял сумку с деньгами, положил себе на колени.

Водитель притормозил возле каменных ступенек, которые вели в городской парк. Лихарев вышел, захлопнул дверцу, и машина двинулась дальше.

— Не грусти, стажер, — успокаивал Лякин понурив­шегося курсанта. — Успеешь, насмотришься на трупы, еше и надоест. А вот такой кучи деньжищ ты в руках не держал, да и вряд ли сподобишься.

— Ну почему? — Белухин крутил ремень злополуч­ной сумки. — У нас в школе приводили похожий слу­чай.

— То случай, а то вот они — пощупать можно, — вступил в разговор сержант Трегубое. — Это сколько ж надо воровать, чтобы столько нахапать!

Машина остановилась у здания с высокими массив­ными колоннами. Николай вышел, бережно прижимая сумку к груди.

— Как родимое дитятко, — иронически умилился во­дитель.

— Скорей как невзорвавшийся снаряд, — поправил сержанте

Сергей Трегубов и Артем Данилин встали по обеим сторонам Белухина и торжественно, в виде почетного эскорта, сопроводили его до самой двери, сдав кур­санта вместе с его драгоценным грузом оперативному дежурному.

4

Лихарев шел безмолвными, по-осеннему прозрачными аллеями, направляясь к месту происшествия, оцеплен­ному работниками милиции. Здесь уже работала опе­ративная группа. С одним из экспертов беседовала, делая пометки в блокноте, старший следователь прокуратуры Майя Бо­рисовна Соколова. Густые золотистые волосы прихотли­вой волной падали на форменный китель, в петлицах поблескивали звездочки младшего советника юстиции.

Увидев Лихарева следователь прервала разговор и пошла ему навстречу.

— Здравствуй, Юра! — сказала она, протягивая руку. — Это я попросила, чтобы тебя разыскали. Ты не сердишься? Я тебя не оторвала от более важных дел?

— Что ты, Майя. Ты же знаешь... — Юрий Глебович отвечал сбивчиво и невпопад. — Я всегда... Если надо...

— По первому зову — через три ступеньки? — озорно блеснула глазами Майя Борисовна, напомнив Лихареву что-то из времен их общей юности, от чего Юрий Глебо­вич смешался еще больше.

Но уже в следующую минуту к следователю верну­лась деловитая озабоченность.

— Приступай, Юра, потерпевшая уже ничего не ска­жет. Только что сообщили из больницы: скончалась, не приходя в сознание.

— Несчастный случай исключен?

— Полностью! Смотри! — Они подошли к скамейке, возле которой работал молодой эксперт. — Валерий, вы сделали соскоб с чугунной отливки?

— Да, Майя Борисовна. Очень похоже на кровь.

— Вероятно, ее били головой о чугунный край ска­мьи, — предположила следователь. — Били ожесто­ченно, должно быть в состоянии исступления...

— Грабеж? — Майор вглядывался в следы.

— Вряд ли. В кармане плаща найден кошелек, в нем — семьдесят рублей. Кольца, серьги не сняты.

— Как она была одета?

— Хорошо, даже нарядно. Отличная укладка, свежий маникюр. Лак, по мнению эксперта, импортный. Такого в парикмахерской не достать, клиентки с собой прино­сят. Судя по всему, шла в гости или на свидание.

— Очень похоже, — согласился Лихарев. — Вполне можно допустить, что она шла на встречу с человеком, хорошо знакомым. Место для свиданий подходящее. Да и следов борьбы не видно...

Майор ходил взад-вперед, присматриваясь, обдумы­вая возникающие версии.

— Они встретились, как старые знакомые, присели на скамью. Она пришла с улицы по этой дорожке. А он?.. Он уже был здесь?.. Он ждал ее?.. Допустим, что так, допустим, что так...

Легкими скользящими шагами Лихарев стал обходить близстоящие деревья, каждый раз становясь лицом к дорожке и тщательно осматривая землю под нижними ветвями. Наконец нашел, что искал.

— Здесь! Вот его следы.

На вязкой, еще влажной от ночного дождя земле четко выделялся отпечаток крупной мужской ноги.

— Преступник не знал, придет ли она одна, и потому спрятался за деревом, — высказала догадку Соколова.

— Пожалуй, что так. Значит, свидание было не сов­сем лирическим.

Эксперт-криминалист Валерий Клюшин залил вмя­тину жидким гипсом, чтобы взять слепок на исследова­ние.

— Судя по глубине следа, — сообщил он, ожидая, пока затвердеет гипс, — человек был грузный, кило­граммов на девяносто.

— А рост можете определить? — Лихарев присматри­вался к ели — нет ли свежеобломанной ветки?

— Минуточку! — Эксперт замерил длину ступни, по* том ширину, зашевелил губами, вычисляя искомое. — Примерно — метр семьдесят четыре.

— Разница между ростом и весом — солидная, — прикинул Лихарев. — Скорей всего, и возраст далеко не юношеский...

Соколова захлопнула блокнот.

— Не бог весть какие ценные сведения, но все же лучше, чем ничего.

5

Кабинет оперуполномоченного ОБХСС Евгения Иго­ревича Мороза, к которому направил курсанта Лихарев, находился на первом этаже. В дверь, обитую рифле­ным дерматином, стучать было бессмысленно, поэтому Белухин просто потянул ручку к себе.

Хозяин кабинета — полнощекий крепыш с задорным хохолком на макушке— сидел за столом и прослуши­вал в наушничек запись с портативного диктофона.

— Простите, это вы — капитан Мороз? — неуверенно обратился курсант.

Евгений Игоревич снял наушник, выключил дикто­фон.

— Он самый. А что — есть сомнения?

— Нет, почему? Но уточнить не мешает. Ввиду осо­бой ценности доставленного вещдока.

Мороз вскинул на Николая заинтересованный взгляд.