Читаем Тьма & Свет онлайн бесплатно
Тьма & Свет
Книга о тёмном и светлом в человеке. О непростом выборе каждого перед лицом неизвестности…
Проза / Классическая проза ХX векаПо земле ходил, райский сад искал,
Бес водил-кружил между острых скал,
По лесам таскал, в глубь болот манил,
Поперёк дорог дерева валил.
Оступиться мне б – улететь в овраг,
Не достал бы там самый лютый враг,
Не нашёл вовек даже лучший друг…
………………………………………….
Белый, белый снег… Ни души вокруг.
Тридцать третий круг.
Золотом отравлен белый город,
Всюду деньги, кровь и тишина.
Расстегну рубашки узкий ворот
И глотну из горлышка вина.
Долго шёл, но наконец добрался:
Те же лица, так же всё снуют…
Сколько раз вернуться собирался,
Да боялся – не найду приют.
Вот, мечтал, достигну поднебесья,
Прилечу на белом скакуне!
Да, сбылось… Залётным гостем здесь я
Забываюсь в муторном вине.
Прекратить бы… Что ж так неумело
Замахнулась Белая косой,
Посмотрел в глаза ей слишком смело
Шалопай бездомный и босой?
Хорошо… Пожалуй, напоследок
Я ещё немного пригублю…
Тихо спился безызвестный предок,
В полусне и я себя сгублю.
Да не всё равно ли как и сколько –
В этой жизни всем один конец…
Что ж так шумно у казённой койки?
Потушите лампу, наконец!
Я видел ад… Нет, я не испугался,
Лишь зубы сжал, чтоб тихо умереть.
Навстречу Сатана, рыча, поднялся
И предложил: «Служить? Или гореть?»
И я горел. Мучительно, но молча,
И каждый стон затравленной души
Глушил… Душил… Не страшным
воем волчьим –
А шёпотом берёзовой тиши.
Я видел ад.
1
Безликие, безглазые,
Безгласые мои!
В предчувствии проказы я
Живу все эти дни.
Любуюсь вами искренне
И всем чертовски рад,
Для вас на этой пристани
Объявлен маскарад.
Раскрасим лики чёрные,
Чтоб близких не пугать,
Безумствуйте, проворные!..
Лакеи! Всем – подать!
2
Так вот, мои родимые,
Собрал я вас не зря.
(Больные и гонимые
Не бьются за царя
И не кричат отчаянно,
Идя на смертный бой!..)
Столкнулись мы нечаянно
С проклятою ордой.
Но если нас унизили,
Скрутив в бараний рог,
Мы голоса понизили
И дать должны урок.
3
Терпели мы без ропота,
Сносили всё, но вот
Раздались звуки топота
Лихих наёмных бот.
Громили слуги дошлые
Деревни, города
Своей моралью пошлою
Терпенья и труда.
Но мы-то знаем, милые,
Куда они идут…
Сразиться с тёмной силою
Воздвигнем свой редут!
4
Отборной брани учится
Сегодня наш мирок,
Довольно, люди, мучиться,
Готовьтесь драться впрок.
Пока душонка теплится –
Не гоже горевать!
(Орава вяло треплется –
Пора подогревать).
5
Ну что, готовы, дикие,
Сразиться с чужаком?
Начнём дела великие
С обычным мужиком!
(А если не получится?
Бессмысленно юлить,
Мол, на ошибках учатся…)
Лакеи! Всем – налить!
6
Толпою неумелою
Идут кого-то бить…
Бегите, Шляпы белые,
Рискованно форсить,
Когда буянят рваные
Калоши и Штаны…
Вперёд, мои незваные,
В гнездовье сатаны!
Эпилог
Безногие, безглазые,
Безрукие мои!
В предчувствии проказы я
Прожил все эти дни.
Доволен вами искренне
И всем чертовски рад!
Давно на старой пристани
Окончен маскарад,
Но не к лицу нам маяться,
Пока ещё в строю!
……………………………..
Толпа с цепей срывается…
Желает жить в раю.
1
Столб. Чёрный, безобразный –
Гнилая виселица!
Да, знаю, бываю разный…
К чему грустить? Айда веселиться!
Плакать совсем, совсем не о чем,
Душонка спит… Я – труп с ручками!..
Эх, оттянули б повдоль бичом,
Чтоб не вязался с чужими жучками!
2
Я знаю, каждый решает сам,
Кому он служит и служит ли вообще.
Хотя, пойми, смешна небесам
Клятва, данная кому-то вотще.
Ну что же, братец… Сильнейший прав,
Не важно – в аду ли суровом, в рае.
И даже самый упорный нрав
Судьба, как пальчик в двери, ломает.
3
Ох, деньги, деньги, зелёные, красные –
Хрустят бумажки, на волю просятся.
Вот закажу себе пару атласную –
Пускай другие вопят да косятся!
А дело, в общем, простого проще:
Не хочешь жить по законам местным –
Копти природу скелетом тощим,
Пока не станешь чуть-чуть известным.
4
Ах, слава, слава… «Глядите, вон он!
Хватайте ручки, целуйте ножки!
Какой красавчик!.. Ох, просто со-о-н…»
И лезут вошки, ликуют блошки!
А он, как пупсик, раздет и розов,
Краснеет, жмётся: «Мерси, приятно…
Ах, меценаты! Ах-ах, Морозов!..»
Картинка просто… Смешно? Занятно!
5
Бессонной ночью писать о прошлом –
Что умиляться, альбом листая…
Конечно, страшно (смеяться – пошло!),
Когда обступит людская стая.
Вожак задумчив: «Прогнать? Покушать?
Уж больно мягок, как мрамор матов…»
Вам надоело (так быстро!) слушать?
Хотите зрелищ, отборных матов?!
Ату!.. Хватайте, терзайте, жрите –
Такого блюда цари не ели!
Хотел укрыться… Вот дурень! В ските –
Гнилые двери, сплошные щели!
……………………………………………..
«Ну что ж, бродяга… Ты славно пожил!
Вот напоследок споткнулся малость…»
«Да кто ты?»
«Ангел. Твой ангел».
«Боже!..
Чего ж ты хочешь?»
«Чтоб всем воздалось».
Бывают дни такие, просто плачь:
Я не поэт, я только обыватель.
Жую послушно жизненный калач,
И счастья жду, как сохнущий мечтатель.
К напеву муз в тот час я глух и нем,
Не понимаю слова в этом бреде,
Я ужин сытный торопливо ем,
А думаю о завтрашнем обеде.
Мирская плоть влечёт меня на бал,
Где всё понятно, просто и надёжно,
Но я, вдруг осознав куда попал,
Пытаюсь удалиться осторожно.
Да слуги верные – чистилища сыны –
Стоят на страже чёрною стеною…
Кричу!.. Ах, снова эти сны…
И снова я – со взмокшею спиною.
Стать одиноким можно в одночасье:
Обидь больнее друга и жену –
И полетит твоё земное счастье
Тяжёлой гирей к сумрачному дну.
На дне безлюдном – тихо, но неплохо.
Никто не спросит, кто ты и зачем,
Не станет сыпать на душу горохом,
Клубничкой, клюквой и другим ничем.
И ты смиришься. А потом признаешь
Прекрасный город умерших страстей…
Ну а пока ты жизни той не знаешь,
Из кожи лезешь – веселишь гостей!
Как величавый рогоносец
Плывёт домой с букетом роз.
Как ошалевший знаменосец
Средь пуль-штыков к земле прирос.
Как обезумевший скайдайвер
С Останкинской – ничком в бетон…
Так я, упорный стихостайер,
Достал разбитый камертон.
И вдруг слова, как выстрел в млечность,
Как фейерверк горячих брызг,
Открыли мне дорогу в вечность…
Но я напился. Сволочь! Вдрызг.
Запредельные картины пустоты…
Злые мысли… Смех до хрипоты!
Я смотрел, пытаясь устоять…
На зазнобу, что недавно… В общем – б..дь!
Да и сам-то я, того… Убил бы сук!
………………………………………………
Это небо! Звёзды, звёзды!..
Виски.
Крюк.
1
По живому – ножом?
Хорошо, пусть будет и это.
Неприступным ежом
Отметаю устои света.
Безразличен жене,
Непонятен друзьям, подругам…
Забываюсь в вине,
А наутро – опять по кругу.
Жизнь летит под откос,
Только мне – кошмар! – дела нету.
(Вот такой сенокос –
Неудачное было лето!)
Уважаю лишь то,
Что не может тревожить душу…
Надеваю пальто –
С головою в пургу и стужу!
Ах, снега вы, снега,
Голубые меха планеты!
Эх, сейчас бы – в бега!..
Только нет за душой монеты.
2
Я тоскую опять –
Не желаю мириться с роком!
Скинуть лет этак пять –
(Не ошибся, случайно, сроком?) –
Разгулялся б тогда,
Накупил себе булок с маком,
Да ещё «добрых»… Да!
Небольшую тележку, с гаком!
Я сейчас не шучу,
Только речь давно не об этом…
«Быстро, быстро – к врачу!
Успокоить пора поэта».
«Ну а как не пойдёт?»
«Спеленать – и тащить скорее!
Неужель идиот
Будет нас обучать идее?
Неужели ему
Неизвестны законы счастья?!»
Вы читали «Муму»?
О собачке пятнистой масти…
3
У врача суета,
Он не в силах понять причины:
Отчего маята
У такого – хм! – дурачины.
Разве может босяк
Так серьёзно томиться духом?..
«Отпустите косяк –
И быстрее лечить, к старухам!
Бабки наши, того,
Понимают почём сметана,
Разломают его –
Не сумеет поднять стакана!»
4
Николаиха – что ж? –
Она лечит давно и верно.
У несчастного – дрожь,
Водит глазом по стенам нервно.
«Вот шептун-порошок –
Пить полрюмки на сон грядущий…» –
Затянула мешок,
Зашуршала ехидной злющей!
5
Порошки, порошки…
То туман, то – лицо рябое.
В голове не стишки –
Кутерьма… Проиграл без боя!
Ах, кровать ты, кровать –
Человечек как простынь белый!
...........................................................
Что Хоме горевать?..
Есть горилка, есть мел… Есть дело.
Когда мне грустно смотреть на небо,
Я робким взглядом ласкаю землю.
И пусть я в кельи (и в мыслях!) не был –
Вселенской силе, как инок, внемлю.
Пред высшей силой готов склониться,
Чтоб не попасться в иные сети…
Свечей не надо – о чём молиться?
Я сам сегодня за всё в ответе!
«За всё в ответе!» – нелепо, право,
Так император рабам не скажет.
Не пейте, люди, мою отраву,
Гоните в шею, измажьте сажей!
Измажьте сажей, но не хулите
Стихов негромких, но – настоящих.
Не надо славы – других дурите,
Мне нету дела до царства спящих!
А в царстве спящих темно, уныло –
Как в преисподней… Тьфу-тьфу, три раза!
Меня слезами земля умыла
Из голубого, как небо, таза.
Из голубого… Смутила фраза?
Взгляните вверх (бесконечно мило!) –
Луна сияет – большая ваза,
Все звёзды разом в себя вместила.
Вместила звёзды – так что ж такого! –
Букеты, право, я видел краше…
Из-за горы, золотой подковой,
Блеснуло солнце. Родное. Наше.
Немилосердной жизни свет
Пронзил лучом мой путь унылый,
И я, за тридцать с лишним лет,
Впервые – на краю могилы.
Один. Свободно и легко.
Мерцают тёплые светила…
Но где-то в недрах глубоко
Вдруг зарычала злая сила.
Чужие вздохи, крики, плач
Родили странные сомненья,
И я – своей души палач –
Застыл от жуткого знаменья!..
Но был недолгим сон, и с ним
Исчез, как призрак на рассвете,
Неуловимой жизни дым…
Неповторимой жизни пепел.
1
Для чего мне всё это надо?
Захотел посмертной награды.
Посему – открываю двери!
Всем, кто верит, равно – не верит.
Тихим утром, ясным и снежным,
Взбеленюсь на хилых и нежных,
Тех, кто лжёт, лукавит, злословит,
Виртуозно подачки ловит –
Сколько можно с ними якшаться?
Но, опять же, грех покушаться
На чужое, чахлое тело…
Ну да чёрт с ним! В этом ли дело?
2
Поделитесь, родные, мыслью –
Может, мало я в жизни смыслю? –
Только кажется мне порою,
Что коварен ломоть с икрою.
Помотало меня по миру,
Видел дурней, ревущих с жиру,
В два обхвата сытые рожи,
Как они меж собою схожи!
Рядом нищий гадом извился –
Правдолюбец кесарь резвился –
Зацепили за руки крючья,
Затрещали кости, как сучья!
Не пойму я таких законов…
Оглушают аккорды стонов,
Затыкаю стихами уши –
Боль хоть глубже, но глуше, глуше…
3
Я не знаю (награда? пытка?)
Крокодилом или улиткой
Станет плоть моя в новом мире,
А пока я – как пончик в жире.
Под котлом моим воет пламя,
Страшновато в таком бедламе,
Но ещё ужасней другое –
Быть в любимых глазах изгоем.
4
Почему я мечусь по свету,
Отчего мне покоя нету
На земле бесконечной, вечной?
Я не знаю о том, конечно.
Но, бывает, защемит больно
Оттого, что живу так вольно,
Ко всему и всем равнодушен…
В тот момент я как раб послушен!
5
Понимаю ваши проклятья,
Дорогие мои собратья,
Раз поймали – вяжите тросом,
Подвергайте любым допросам,
Разорвите на части душу,
Я стерплю, я теперь не струшу,
Уломайте дух на измену
И швырните скорей в геенну!
6
А смешные люди хлопочут,
Карамельно что-то лопочут,
Нежно лижут изгородь рая,
Благолепий ждут умирая.
Непонятно личностям странным,
Что не в жизни мирной и манной,
А в пещерах мрачного ада
Ожидает грешных награда.
7
Я писал эти строки ночью.
Днем хотел разорвать всё в клочья,
Но лишь землю луна пронзила,
Стало мне открытие милым.
Растеклось по телу смущенье:
Может, то – Его посвященье?
Или злые, тёмные силы
В мозг всадили гнилые вилы?!
Да, такое здесь воспитанье…
В звуках странного бормотанья
Я напрасно искал совета –
Плутовство, дорогие, это:
Жёлтый глаз тоски безнадёжной,
Повороты мистики сложной
И серьёзность чувственной речи!
Утро… Вечер… Странные встречи.
Жизнь глумится, смерть глупо лечит,
Да простит нас Создатель…
Свечи!
Песочный торт. Полсотни свечек.
Один… Свободно и легко!
Ах, этот тихий лунный вечер,
Ах, это чудное «Клико»!..
Светлеют окна… Торт не тронут.
Остыл заброшенный камин.
И лишь часы шипят и стонут:
– Ш-ш… Один! Один!
Дин…
Дин…
Когда беснуется гроза,
И тонут в чёрных тучах грёзы,
Я ввысь смотрю во все глаза,
Пока не навернутся слёзы.
И сердце рвётся на куски,
И отвернуться нету мочи,
И не укрыться от тоски,
Когда душа так плакать хочет!
Признаюсь – Вам. Живу беспечно
Всё для того, чтоб иногда
Нырять, как коршун, в бесконечность
Когда наскучит жизнь… Когда,
Кружа над выжженным каньоном
Души – не счесть таких ночей! –
Я веселю себя Вийоном –
Грозой воров и палачей,
Любимцем жриц, чьи руки-змеи
Терзали сердце по утрам,
Худым рабом холодной Феи –
Да-да, прочтите: стыд и срам!
Сознайтесь… Ну же! Неприлично
Петь славу сумрачным мирам?
Хотя – изложено отлично,
Доступно «даже фраерам».
Ах, Вы эстет… Как я неловок!
Простите. Стыдно. Не хотел…
Для Вас – сюрприз! Изящный Новак
И le ballet из гибких тел!
…………………………………..
Легко искусством наслаждаясь,
Не придираясь к мелочам,
С утра от скуки томно маясь,
Греша нехитро по ночам,
Влача привычный груз измены,
Ссылаясь робко на того,
О ком сказал бы, да без пены
Нельзя сказать… А, ну его!
В экстазе лязгая зубами,
Чудно молясь, смешно крестясь,
Ломая пол церковный лбами,
Немые плиты, коновязь,
Что нарекли всерьёз святою
Номады – прадеды бурят –
Счастливцы с детской простотою,
Которым, люди говорят,
Пришлось наш мат украсть… Забавно!
Что дальше? Я зашёл в тупик!..
Ну что же, переходим плавно
К простому (к сыру, салу-шпик),
Съел бутерброд – пойми Тантала!
«Ах, нет же… Нет, я не хочу!..»
Апрель. Луна. Водицей талой
Сочится совесть…Уф-ф… Молчу.
Какая грусть… Безмолвна и проста
Душа вуалью чёрною укрыта,
Как чистая бутыль она пуста,
Прозрачна и беспомощно открыта.
В зелёном мраке тусклого стекла
Растаял след от запоздалой страсти…
И лишь слеза бессмысленно стекла
Со дна, взамен иссякнувшего счастья.
Я не люблю денег за то, что они
Сеют горе, зло, вражду.
И в самые страшные, смутные дни
Наивно верю и жду,
Что придёт другая, умная власть,
Объявит: «Наживе – бой!».
И люди ещё наживутся всласть,
Как птицы… И – мы с тобой.
Прозрачно-сумрачная жуть…
Ах, это небо, эти птицы!
Ну как же хочется нырнуть
И в бездне синей раствориться!
Чем занят мир? Считает мух!
И ты – за ним, мечтатель хворый?
Нырнуть!.. Захватывает дух –
Какие щедрые просторы!
Качнулась церковка простая –
Колокола, колокола!..
А у меня сума пустая
И недоделаны дела.
И недослушаны упрёки…
О чём я? Ах, волшебный звон!..
А грусти тонкие намёки –
Из сердца – вон! Из жизни – вон.
Прекрасный мир сияет ровным светом,
Смотрю на небо – глаз не оторвать!
Блуждает в звёздах чистая планета,
Где не был я, и где мне не бывать.
И хорошо! Пускай она кружится,
Зелёным светом дразня и маня.
Душа, искрясь кометой, веселится!
И нет минут счастливей для меня.
Голубела за окнами даль,
Ожидая разлива рассвета,
Мне сегодня так искренне жаль
Суматошного, тёплого лета.
С холодами опустится грусть
На дороги, сверкая прохладой…
Ну и пусть – что теперь? Ну и пусть…
Ведь и мне успокоиться надо.
Пегас – это, в общем, лошадь,
Точней – быстрокрылый конь.
Не будь он иных поплоше,
Имел бы овёс и «понь».
Возил бы исправно грузы:
Орехи, муку, первач…
А он, обалдев от Музы,
По звёздам несётся вскачь!
Ну что же, Пегас, Ну что же…
Понять это можно, но
Нельзя лошадям… О боже!
Им нужно: возить зерно,
Орехи, муку, капусту,
Не важно – в жару, в мороз…
Ах, как было в небе пусто,
Когда б он любил овёс!
Когда теряются слова
В глуши бесчисленных сомнений,
Пощады просит голова –
Я приглашаю привидений.
Они влетают в тот же миг,
Садятся рядом или ходят,
И прикрывая смутный лик,
Глядят в упор и глаз не сводят.
Потом беснуются всю ночь:
Хохочут, вьются в дикой пляске,
Но засветает – тут же прочь
Летят, как будто в старой сказке.
Но вот луна, и кто-то вновь
Страдает, плачет и смеётся!..
А стихнет шум – шальная кровь
