Читаем Титан онлайн бесплатно

Проекция фотографии (файл «PIA08114» – спутник Сатурна, Титан, с расстояния пяти километров, снято зондом «Гюйгенс», NASA).

Монотонный голос диктора.

Титан – спутник Сатурна, второй по величине спутник в Солнечной системе, на пятьдесят процентов больше Луны, является единственным, кроме Земли, телом в Солнечной системе, для которого доказано существование жидкости на поверхности. Обладает плотной атмосферой. На основе исследований выдвинута гипотеза о наличии на нем примитивных форм жизни. Поверхность Титана невозможно наблюдать оптическим путем с Земли из-за очень плотной атмосферы, наличия метана в ней, изучение его производится в основном по информации, полученной с зонда «Гюйгенс», который опустился на его поверхность в две тысяче пятом году. Атмосфера преимущественно состоит из азота, а также метана и этана, которые образуют облака, являются источником жидких и, возможно, твердых осадков. Соединения азота и метан придают атмосфере оранжевый оттенок. На поверхности Титана, состоящей из водного льда и различных осадочных веществ, есть метановые озера и реки, площадь крупнейшего озера более ста тысяч квадратных километров, встречаются образования, напоминающие земные болота. В целом рельеф поверхности относительно ровный, вариации по высоте не более двух километров, присутствующие горные массивы без резких склонов, с заметной эрозией вершин. Температура у поверхности очень низкая, в среднем минус сто восемьдесят градусов Цельсия, ветер довольно слабый, примерно полметра в секунду.

Несмотря на то, что Титан находится вне зоны обитаемости Солнечной системы и низкую температуру у поверхности, он сопоставляется с Землей на ранних стадиях развития и есть большая вероятность существования на нем простейших форм жизни, отличных от высокоорганизованной земной. Так, изучая необычное поведение водорода на поверхности, ученые НАСА выдвинули гипотезу о «дыхании» примитивных биологических организмов, которые вместо воды и кислорода используют метан и водород, питаются молекулами ацетилена. Пробы и измерения, проведенные зондом «Гюйгенс» косвенно это подтвердили.

Некоторые астрономы называют Титан «следующей Землей», «Землей номер два». В далеком будущем, через шесть миллиардов лет, когда Солнце станет красным гигантом, температура поверхности Титана увеличится до значений, достаточно высоких для существования жидкого океана из смеси воды и аммиака. Подобные условия просуществуют несколько сотен миллионов лет, этого вполне достаточно для развития относительно сложных форм жизни.

Обычное жилое помещение. Аскетичный интерьер. Лебедев Дмитрий Сергеевич – астроном-любитель, внештатный сотрудник академии наук Беларуси, ему тридцать четыре года, в течение последних пяти лет основная его астрономическая сфера интереса – Титан, спутник Сатурна. Сидит, смотрит в довольно большой телескоп. Рядом с телескопом компьютер. Периодически отрывается от телескопа, листает фотографии на мониторе, что-то печатает. Затемнение.

То же помещение, но без Лебедева. Тусклый оранжевый свет. Шум, запись с сильными помехами, это запись звука ветра на Титане (файл «huygens_alien_winds_descent»). Изморозь, мелкий снег. Затемнение.

Пустое помещение с одним стулом. Лебедев понуро сидит на стуле, глядя в пол, несколько раз встает, нервно ходит из угла в угол и садится обратно.

Вот, короче, не знаю… Такое. Ощущение. Недавно… Ощущение недавно возникло, вот что конец всему тут скоро. Все, все там… Потом будет. Туда мы, в общем… (Пауза. Думает. Поднимает голову.)

Я вот вспоминал, что тут было, что… Ну, всякие события все, жизнь. А потом, в общем, один этот случай… Ну как основа просто стал, кажется, ощущение такое, как причина, всего причина. Не знаю почему это именно… Это просто случай из жизни, случай неприятный на самом деле, может и не с каждым случается такое, но ничего особенного… Тем более вот для того, чтобы сейчас это вспомнить. Не понимаю… (Затемнение.)

Там же. Лебедев сидит, в руках диктофон. Говорит. Записывает.

На самом деле я вот так и не понял, почему это вспомнил, тем более сейчас. Это случай из жизни просто. Ну вот, не знаю, в голове это всплыло и крутится. Мне кажется, ощущение такое, что именно этот случай всему причина, вообще всему, ну, то есть, все у меня сейчас концентрируется в этой одной точке, ну бля, как основа мироздания просто. (Смотрит в сторону. Вздыхает. Пауза.) Вообще если нормально, здраво на это посмотреть, то это отклонение психики, наверное. Для этого причин тут не мало сейчас. (Короткая пауза. Встает.) Ну и ладно… Пусть… Пусть так. Пусть как угодно. Может…

Ходит. Напряженно думает. Что-то говорит, но не слышно что именно. Пауза. Садится.

Был довольно обычный день тогда, точнее это был конец недели, суббота. Я тогда уже второй год после техникума работал в Промспецавтоматике наладчиком КИПиСА. Мой друг и напарник был тогда в отпуске, мы не виделись на работе недели, наверное, две. Решили встретиться, точнее встретиться мы решили с другим другом, а с этим, ну напарником, то есть, уже потом созвонились. Второй друг – музыкант, ну точнее, он рэп читает, знаете, конечно, что такое рэп, сейчас это уже серьезно, а раньше это как бы субкультура такая была. Друга-напарника зовут Вадим, друга-музыканта – Антон, он себя еще Антонио называл, для понту наверное, на итальянский манер типа, тогда атрибутика мафиозная в среде рэперов чтилась.

Вот… (Короткая пауза.) Бля. (Пауза.) Короче, что-то я много о чем не о том начинаю говорить, сторонние мысли в голову лезут. И вообще не подумайте, что я тут кривляюсь сейчас, буду, и тому подобное, и речь еще эта… Я на самом деле два высших образования имею, сказать грамотно могу и написать там, но в жизни все время обычно говорил, то есть когда среди своих и в семье. Если бы я в толковой типа семье родился, ну там писателей или ученых, ну или папа депутат, мама философ, так полностью был бы определенно грамотным, интеллигенция, нормально. Я себя интеллигентом то никогда не считал. Я в обычной семье родился, папа – э драйвер, мама – э доктор, хотя мама санитаркой работала, но чаще говорил, кто мама – доктор. Улица Кунцевщина, окраина Минска, Рэпаблик оф Беларусь. (Короткая пауза.) Так вот тогда бы и говорил правильно, а так я говорил как обычно, тогда еще в Беларуси сильно на трасянке говорили, диалекте то есть, это уже сейчас не говорят. На районе меня короче всегда за своего принимали (улыбается): «Прывет, как дила? Яшчэ не жаниуся? Пральна… Нада яшчэ, эта, как гаварыцца баб пацискць троха, да? Гы-гы-гы. Я уже чарку прынял, цяпер вяселы. Гы-гы-гы. Выпить хочашь?»

Бля, опять ну… (Короткая пауза.) Такую фигню нести-то. Ой! (Пауза. Думает. Неуверенно.) Но я просто… Не хочется… Сейчас… Слова… (Увереннее.) Не хочется, короче, тут сейчас слова подбирать, думать. Я вот подумал, вот пишу это сообщение, это важно, это потом слушать будут. (Короткая пауза.) А может, и не будет ничего. (Короткая пауза.) И я, в общем, готовился такую речь записать серьезную и правильную. Думал. Что лучше, какие слова. Жизнь вспоминал, как было. И ничего не вспоминалось такого вот, чтобы то, что нужно, чтобы избавило. Сидит что-то во мне, кажется, самое время освободить. Вспоминаю – и все как бы не про меня, не из меня, не из моей жизни, то есть. А потом это случай… И все… (Короткая пауза.)

И вот, короче, возникают мысли эти, чувствуется – надо это сказать, еще раз вспомнить. (Короткая пауза.) Никак не начну же, ну! Все это так… (Пауза. Думает.) Все. Все. Встретились… Мы… (Короткая пауза.) Пусть это выглядит как угодно. Все равно! (Увереннее.) Короче встретились мы с друзьями этими. Уже и стемнело почти. Осенью это… А, да! (Азартнее.) Я до этого купил… До того как с ними встретиться, купил вино, интересное. Я вообще тогда уже мало пил, совсем даже мало, но решил купить, потому что тогда бы встреча состоялась точно, раз повод есть, а встретиться хотелось, че-то грустно было очень. И купил не просто так, лишь бы что, а типа с идеей, с приколом. Было тогда в продаже у нас вино такое родного производства, плодовое, но не дешевое – Зэ Аппл, по-английски написано, бутылка красивая, пробка винная, не пластиковая, дизайн этикетки, с каждой бутылкой шел буклет страниц десять, где рассказывалось о многовековой традиции плодового вина из яблок, о том, как оно произведено, о том, что это продукт исключительно натуральный, стоило оно на уровне неплохого нормального молдавского вина.

Вот, короче, взял я это вино, иду, короче, на душе потеплело – сейчас встретимся, поговорим, грусть, может, эта пройдет. Точнее, это даже не грусть, а тоска какая-то была, в общем, сложное такое грустное чувство.

Мы встретились. «Здарова. Здарова. Как дела?» Че-то там поговорили. Я бутылку показал, говорю, надо попробовать, что за оно. Антон, который музыкант, не прочь попробовать был, даже, кажется, повеселел. (Улыбается.) Вадим-то безразлично сразу отнесся, а потом сказал, что и пробовать не будет, он тогда уже вообще не пил. Где пить будем? Где? Не на улице же, вроде не малолетки, парни серьезные уже. Подумали, подумали, решили пойти к Вадиму в машину. Он был против, но Антон его быстро уговорил: «Блять Вадим, что ты как вафля, что ты бздишь? Кто бздит, того и собаки кусают!» Согласился он короче. А машину он эту недавно совсем купил – Тойота Королла тысяча девятьсот девяносто седьмого, универсал, она с виду странная немного, на работе мужики прикалывались, типа на гробовозку похожа. (Улыбается.) Пошли мы… А! (Короткая пауза.) У него еще с этой машиной в первый день после покупки офигенно неприятная ситуация получилась. Он с еще одним нашим другом, таких в литературных произведениях описывают «балагур и весельчак», поехали типа прокатиться. Ну, поездили, за рулем Юра ездил, Вадим как-то боялся очень поначалу, он, кстати, вождение за взятку сдал, а Юра уже давно за рулем. Поездили… (Короткая пауза.) Опять это! Бля! Ну… Опять не туда, не про то, детали какие-то! (Пауза.) Как тут стирать записи?.. (Нажимает кнопки на диктофоне.) Как тут?.. Ладно, раз уже начал, тем более как тут стирать не знаю. На записи это как, наверно… Ой! Ладно…

Приехали они уже под подъезд, где Вадим жил, и тут Юра решил показать, бля, свои знания, епт, в машинах, говорит: «Капот открой, гляну, че за агрегат». Стоит, в общем, у капота, так вот спереди машины, нагнувшись, смотрит и что-то с нехилой озадаченностью в лице колупает там, трогает, жмякает. Потом говорит: «Заведи, проверим, как работает». Вадим в это время в багажнике что-то рассматривал, в новой машине-то все интересно посмотреть, пошел открыл переднюю дверь и плюхнулся на сидение боком, ну так то есть ноги остались на улице, снаружи, а сам в салоне, по-быстрому хотел. Ну ключ повернул, и тут, блять, машина как, блять, дернется – и Юру сбивает. Так как ноги у Вадима не в салоне были, то затормозить он естественно не смог вовремя. А машина дернулась, потому что на передаче стояла, Юра не снял, ручник не затянул, она дизельная, поэтому и рванула, если бы бензинка была, то заглохла бы. Машина дернулась и проехала чутка, а спереди стояла другая машина, близко стояла, и Юру просто прижало к этой машине. В общем, одну ногу ему сломало в двух местах, на другой сильный ушиб. Если бы не машина эта впереди, так и вообще бы задавил насмерть тогда, переехал… Там, естественно, весь двор сбежался, крики, кипешь, скорая, менты, ДПС. Такой вот случай. Вадим как раз вот после этого случая пить перестал, хотя вроде что к чему, при чем это и алкоголь, когда случилось, они ж не пили. Ну, психика, наверное, пострадала, не знаю… (Пауза.)