Читаем The Broken One (СИ) онлайн бесплатно

========== Chapter 1 ==========

— Вы бы хотели получить от них прощение? — с явным усилием произнесла Доусон.

— Это невозможно, — ответил Барнс деланно-спокойным тоном. — Они бы не простили. И их не вернуть.

— Нет, — согласилась Иззи. Этого Барнс и ожидал. — Но можно вернуть вас.

— С делом вы уже ознакомились, — мужчина кивнул на папку в руках Иззи.

— Да, сэр, — ответила Доусон.

Они миновали входную зону и направлялись к дальнему отсеку по длинным тюремным коридорам.

— Пойманный нами преступник, однако же, из-за недавней деятельности прессы в представлении не нуждается, — усмехнулся Росс. — Но у вас появились вопросы.

— Несколько, да. Сэр, вы хотите установить, каково его психическое состояние? — Росс утвердительно кивнул. — Но у вас здесь лишь часть информации, — девушка раскрыла папку: напечатанные на машинке тексты, несколько мятых страниц, смазанные фотографии — все отсканированные копии. — Здесь нет ни даты рождения, ни сведений о родственниках, места рождения.

— Это пока вся информация, что я могу вам предоставить на данный момент. Нужно утрясти некоторые моменты и тогда вы получите полное досье.

От Иззи не ускользнуло сколь уклончиво отвечал Росс, но она все же промолчала.

— Но также нам нужен профайлинг, мисс Доусон, — уточнил Росс. — Лично от вас. Предоставленной информации должно хватить.

Это мы еще поглядим, подумала Иззи. Сколько они готовы будут предоставить ей позже.

— Возможно, — Иззи нахмурилась, перебрасывая в голове некоторые моменты с первой встречи с Россом в кабинете профессора Мелвилла. — Сэр, вы в самом деле считаете его психопатом?

Росс остановился посреди коридора и подозрительно огляделся: мимо прошли несколько работников тюрьмы, в том числе местные врачи и санитары. Иззи задумалась, не задала ли она вопрос слишком громко, ведь его наверняка расслышали люди, что проходили мимо. Неужели все настолько секретно и почему же ее основательно не подготовили? Надеются на ее добросовестность как врача и понимания обстановки ею в их глазах было достаточно, чтобы Иззи и не подумала раскрывать подробности кому бы то ни было.

— Как можно не сомневаться в моральных отклонениях человека, способного на убийство и проделывающего свою работу, не моргнув и глазом, как это делает он?

Доусон могла бы испугаться слов Росса, если бы ранее не ознакомилась с делом, в котором в самом деле значилось значительное число убийств. Но она не из робких и уже сталкивалась лицом к лицу с подобными людьми — пойманными убийцами и насильниками.

— К тому же, это внушительная строчка в резюме.

— Хотите услышать слова благодарности?

— Как хотите, — пожал плечами Росс.

Иззи лишь шумно выдохнула. Ради одного очевидного убийцы ее настоящее исследование отложено на неизвестный срок.

Перед воротами в блок необходимо было пройти еще один контрольно-пропускной пункт: досмотр, металлический детектор. Затем вновь длинный коридор.

— Давайте на чистоту, сэр, — голос Иззи сделался чуть тише, но и несколько настойчивее, что не ускользнуло от внимания Росса. — Я вижу, что творится вокруг и этот, по вашему мнению, психопат не очередной заурядный случай, ведь так?

— Прежде, чем вы подпишете согласие…

— Неразглашение я уже подписала.

— Да, но вы все еще можете отказаться, мисс, — Иззи растерянно оглядела Росса и путь, что им еще оставался до другого охранника у двери в конце коридора. — Документ, о котором я говорю, обязывает вас никогда и никому не разглашать информацию о том, чем вы будете здесь заниматься. Однако, оценка вашего труда и рекомендация без указания конкретной цели данного сотрудничества заимеет внушительный вес в вашей характеристике.

Мозг ее лихорадочно соображал и внутри боролись здравое желание отказаться — мало ли что они еще припрятали или о чем важном не сообщило ей правительство в лице посредника-Росса — и, в конце концов, азарт. Последнему отказать было сложнее, чем Иззи предполагала. Лоб ее покрылся испариной, ладони вспотели.

И она сделала решительный шаг к двери.

Иззи внимательно изучала документы на подписание, предвкушая, какие меры предосторожности успели применить люди, не сведущие в ходе терапевтического анализа. Она обратилась к охраннику:

— В кабинете есть стол? — спросила Иззи. Мужчина почувствовал, что обращались к нему, судя по совершенно спокойному лицу Доусон, повернутому к нему, и озадаченному выражению Росса, направленного на девушку.

— Стол, мем?

— Да, — Доусон кивнула, раскидывая в голове действительно ли ее вопрос звучал столь странно, раз вызвал такое удивление.

— Да, мем.

— Я прошу его убрать, сэр. Мне будет так легче работать, — на всякий случай разъяснила девушка. Мужчина лишь коротко кивнул, больше вопросов не последовало, и скрылся за дверью.

Поставив последнюю подпись, Иззи передала бумагу Россу — тот сложил листки в конверт.

— Это дело будет касаться лишь трех человек: меня, вас, мисс Доусон, и профессора Мелвилла.

— Четырех, сэр, — поправила Доусон. — Заключённого тоже.

— О, да… конечно, — кивнул Росс и снисходительно улыбнулся. Доусон его отношение к человеку, пусть тот и был преступником, не нравилось. Неизвестно, что они уже могли с ним сделать, какую боль причинить.

Провожаемая младшим сержантом в качестве охраны Иззи не чувствовала себя неловко или так, словно это она направлялась на допрос, — ей были привычны тюремные порядки. Не раз она оказывалась по ту сторону — в камере с заключенным. Однако сейчас с нею не будет наблюдателя. С профессором Мелвиллом они договорились, что будут обсуждать сеансы позже и он будет поправлять студентку, где-то подсказывать, в целом, — консультировать. Вся ответственность ложилась на плечи профессора, однако он доверял Доусон и полагал, что девушка справится. Без надзора учителя, который может вовремя поправить и подсказать, как поступать, где стоит прощупывать ситуацию, она окажется вне зоны комфорта, что позволит ей принимать решения самостоятельно, находясь один на один с преступником.

Сержант остановился у одной из дверей, набрал код, и после короткого сигнала дверь с легкостью открылась. Мужчина отступил, пропуская Изза.

Войдя в помещение, в котором эхом тут же отразился стук ее каблуков на глянцевом полу, Иззи прошла к стулу, что стоял по направлению от двери и только повернувшись к месту, где сидел человек, обнаружила всю особенность заключения конкретно этого ее нового пациента.

Иззи тяжко выдохнула, растерянно осматривая железную клетку сплошь из металла и стекла, в которой сидел обычный парень — явно не старше того, что довел ее до камеры, — только и он сам, находясь в пуленепробиваемом коробе, весь был закован в крепкие металлические путы, серебрившиеся в свете холодных ламп.

Заключенный сидел неподвижно — такие кандалы едва позволяли ему вздохнуть — уставившись в трещину на полу, в которой девушка не находила ничего примечательного. Длинные волосы закрывали лицо, широкие брови сходились к переносице двумя складками, выдавая его замкнутость и скрытность.

Иззи нахмурилась, еще раз оглядев железную клетку и только тогда, опомнившись, села на стул.

Блокнот в руке был зажат так сильно, что девушка не сразу заметила успевшие побелеть костяшки пальцев. Открыв первую страницу, она положила руку с карандашом в ней на страницу и вновь обратилась взглядом к человеку напротив. Попросив убрать стол, который бы разделял ее и пациента как лишняя преграда, препятствующая налаживанию контакта, Иззи совершенно не предполагала наличия преграды в установлении доверительных отношений в виде пуленепробиваемой — пусть и стеклянной — стены.

Совладав с мыслями и вспомнив о профессионализме, девушка затолкала свое смятение подальше и прочистила горло.

— Мистер Барнс, меня зовут Изабель Доусон, — она выдержала паузу. — Как вы знаете, некоторое время вы будете содержаться в исправительной тюрьме Сент-Винсент под присмотром специалистов. Вам следует помнить, что не смотря на строгое содержание, профессионалы призваны оказать вам заботу и позаботиться о вашей безопасности.

Иззи не знала, что до нее мистер Росс уже выступил в роли «плохого полицейского».

— Никто не намерен пытать вас, мистер Барнс, — глаза ее скользнули по заготовленным записям на первой странице, — Джеймс. Наш разговор конфиденциален.

Она напряглась, чтобы голос ее не дрогнул на последних словах по непонятной причине — толи из-за того, что на самом деле после сеанса она будет докладывать все профессору и Россу, толи от того, что произнесла его имя.

Отчасти она сказала правду. И в сущности, думала Иззи, профессора можно было бы не считать. Все равно, как если бы она размышляла с самой собой.

— Мистер Барнс… Джеймс, — поправила саму себя Иззи, — я задам вам ряд вопросов, не касающихся ваших действий, расцениваемых как нарушение законов штатов, — вновь бросила взгляд на текст, написанный собственной рукой, прочистила горло. — И не только штатов.

Иззи скривилась от странности подобранных ею слов. Вся ее натренированность куда-то улетучилась и ей казалось, увидь ее в таком состоянии профессор точно бы высмеял или отпустил замечание. Иззи не боялась, что человек разглядит ее смущение и чуть зардевшиеся щеки — он по-прежнему не обращал на нее внимания. Она задумалась, слышит ли он ее, находясь в своем стеклянном коконе.

Иззи занесла руку над блокнотом. Профессор просил ее отмечать каждую замеченную странность — если обычное молчание человека под стражей и в кандалах можно расценить странным и исключительным — и даже кажущуюся обычность. Любые действия, взгляды, шевеления, повороты головы. Паузы речи. Если, конечно, человека напротив все же удастся разговорить. Казалось, все могло пригодиться — Иззи набрасывала любые мимолетные мысли, возникавшие в ее голове.

— Джеймс, рано или поздно вам придется сказать хоть что-нибудь, — бросила она.

Вновь подняла глаза на Барнса — тот молча — по-прежнему молча — дырявил взглядом пространство пола, разделявшее их.

— Думаю, вам стоит понять, Джеймс, что вы здесь не в обстановке допроса, — интонация ее сменилась с той, с которой обычно перебрасываются формальностями, на чуть более мягкую, менее строго-профессиональную. Она вздохнула, открыла рот, но тут же его закрыла, затем подумала и попыталась вновь: — Джеймс, мы здесь только для того, чтобы оценить ваше психическое состояние.

Иззи вновь — довольно бессмысленно, как она уже выяснила, — ждала ответа.

Разочарованно выдохнув, девушка обратилась к записям в блокноте на коленях. Слова, фразы и предложения не соблюдали строгих границ линованных листов, будучи написанными на коленке. Почерк ее был размашист, обрывки скакали по листам. Позже ей самой придется расшифровывать свои записи и обсуждать их с профессором.

— Баки.

Слова долетели до ушей Иззи будто бы с опозданием — или же она сама запоздала с реакцией? — и рука ее, с зажатым в пальцах карандашом, зависла над листом.

— Меня зовут Баки.

Наконец Иззи смогла оторваться от блокнота и, подняв взгляд, она наткнулась на его — голубые глаза пристально смотрели в ее зеленые. Уголки ее губ потянулись вверх — надо же, первая победа! — но она тут же заставила их опуститься, напоминая, где она и кто перед нею. Пролистывая имеющееся у агентов досье на бывшего сержанта Джеймса Бьюкенена Барнса, Иззи готовилась называть заключённого его именем — Джеймсом. Тем, что было в досье на бумаге. И это вновь выбило почву у нее из-под ног.

Несколькими днями ранее.

Привыкнув к постоянному отсутствию профессора в его же кабинете, Изабель зашла, ни разу не замешкавшись, не попытавшись позвать учителя по имени — вдруг тот разбирался с картотекой где-то за стеллажами — и направилась к столу. Смахнув короткую записку — «Для Иззи» — Доусон взяла открытый новый конверт, поверх которого та лежала. Оценив взглядом содержимое, легко улыбнулась и запечатала пакет.

— Добрый вечер, мисс Доусон.

Иззи вздрогнула и отшатнулась к стене позади, прижав конверт к груди. Бегло оглядев комнату, она едва смогла различить силуэт человека в дальнем углу, до которого свет настольной лампы не доставал.

Мужчина поднялся из любимого кресла профессора и вышел на слабый свет. Строгая выправка, старомодный костюм, седые волосы, усы, ничего не выражающие глаза — она видела его утром в новостях.

— Сэр?

Доусон встряхнула головой чтобы сбросить наконец оцепенение. Государственный секретарь в кабинете ее научного руководителя. Иззи его так и не поприветствовала.

— Генри Мелвилл, профессор вашего альма-матер, встретил меня, выслушал, но отправил поручить дело вам, — Таддеус Росс вновь исчез в тени, затем послышался щелчок и комната озарилась теплым желтоватым светом. Иззи зажмурила глаза — яркий свет ослепил ее на мгновение.

— Какое… дело? — медленно вывела словами Доусон.

— Вы, наверное, слышали последние новости, — Росс говорил довольно быстро. Все еще пребывающая в легком недоумении Доусон едва поспевала за его речью. — И вы, вероятно, в курсе событий, ставших основной повесткой последних дней, — он выразительно посмотрел на Доусон, будто бы та точно знала, о каких конкретно событиях говорит секретарь. — Событий, вызвавших своего рода… кризис.

Иззи молчала, дожидаясь раскрытия сути «дела».

— Профессор Мелвилл изложил, что хотел бы поручить его вам, мисс Доусон. Конечно, под его личную ответственность, но также дополнительные консультации, так как вы еще не является дипломированным специалистом.

— В ущерб практики?

Росс удивленно вскинулся. Не такого вопроса он ждал.

— Сэр, у меня полный комплект пациентов из РМЦ, я не могу взять кого-то еще, — пояснила девушка.

— Мисс, вы не так поняли. Вам поручено заняться одним… пациентом.

— О, — только лишь слетело с губ Доусон и она опустилась в кресло профессора. Росс сел в гостевое напротив стола.

— Второй год аспирантуры подразумевает проведение научного исследования. Группового исследования, сэр, — с нажимом повторила девушка. — Я не могу заниматься лишь одним.

— Какого рода исследование?

— Эта информация не для посторонних, простите, но это даже не моя интеллектуальная собственность, а института, — тон голоса Доусон говорил сам за себя — больше она не намерена сказать и слова о работе.

— Вот видите, как просто, — ухмыльнулся секретарь. Иззи вжалась в спинку кресла и нахмурилась, пожалев о сказанном. — Мисс Доусон, это государственное учреждение…

— Я поняла, к чему вы ведете, — махнула рукой Иззи.

— К тому же ваша стипендия…

— Сэр, — вновь прервала его девушка и взглянула на Росса исподлобья, строго поджав губы, — кто пациент?

***

На другой день Иззи зашла в отсек более уверенно и с той же уверенностью села на стул.

После полу приветствия с ее стороны, нескольких вопросов, разочарованных вздохов, пустых взглядов — и коротких ответов с его, Доусон взяла папку, которую ранее зайдя в кабинет, отложила, зажав между собой и подлокотником, раз не было места, куда можно было бы ее положить.