Читаем Терпеливый человек (ЛП) онлайн бесплатно

========== *** ==========

Драко сидел неподвижно, а глаза то и дело шарили по настенным часам, прослеживая бег секундной стрелки. Грейнджер опаздывала.

Она сильно опаздывала.

Не то чтобы он был дотошным в подобных вещах, несомненно, это был скорее её бзик, но такое поведение было совсем ей не свойственно.

Каждую пятницу у них был назначен стабильный… сеанс. Грейнджер залетала к нему в кабинет в половине первого, после того как отправляла в желудок какой-то несчастный, холодный, скудный ланч (этой еды ей, казалось, хватало на весь день). И он срывал с неё одежду, оставляя нагой прямо посреди офиса, и доводил до исступления, вколачиваясь в податливое тело, не позже двенадцати тридцати пяти. Если быть кристально откровенным самим с собой, то это был самый яркий день его вялотекущей недели.

Воспоминание об их первом сеансе навсегда оставило яркий отпечаток в его памяти. Они жарко, буквально нос к носу, спорили, швыряя друг в друга молниями, их щёки пылали. И в один прекрасный момент, когда Драко уже зацепился за мысль — вот, сейчас она его припечатает точным хуком, как на третьем курсе, — Гермиона ловким движением схватила его за подтяжки и неистово впилась в губы. Всё это было жёстко, до вспыхивающих по всему телу синяков, словно наказание, которое он хотел повторять каждый день до конца своей жизни.

Тот период для неё проходил под знаком громкого расставания с неким французским игроком в квиддич, которого ей навязала Уизлетта. Драко, при первом же взгляде на вычурного мерзавца, понял — они с Грейнджер не подходят друг другу. Но это совершенно его не касалось, чтобы хоть как-то высказать своё экспертное мнение. Поэтому он стал наблюдать. Он наблюдал, как она становится всё более взвинченной, более раздражённой. Наблюдал, как она до скрежета стискивает зубы, принимая через сов письма личного характера. Наблюдал, как работа продолжает занимать первое место, оставаясь самой важной составляющей её жизни, — даже более значимой, чем унылый маленький французик.

Даже наблюдая за тем, как медленно разбивается сердце Грейнджер, Драко никак не мог предвидеть, что она выберет его самого в качестве отдушины после разрыва. Не то чтобы он возражал. Дикая сексуальная энергия так и плескалась в этой ведьме, а уж с её-то плотным графиком она была весьма удовлетворена жёстким быстрым трахом без обязательств. Это действительно было прекрасно. Более чем.

Но против своей воли он начал испытывать чувства к этой нелепой ведьме. Это было омерзительно. Драко перестал назначать свидания другим женщинам, начал придумывать предлоги для встреч с Гермионой и кроме их стабильных пятничных сеансов. Он часто посещал «Флориш и Блоттс» [1] по субботам после обеда, зная, что это её любимое место. Мерлиновы яйца, он даже сделал вид, что задержался допоздна, разгребая кипу бумаг, лишь бы перехватить её в лифте и проводить до камина. И тем самым уже дважды заработал ужин в её приятной компании. Грейнджер, продолжая держать марку невыносимой ведьмы, решительно ничего не замечала. Она всё так же зарывалась носом в пергамент, отрывая глаза от любимой писанины только тогда, когда наступал час трахаться на его столе… А затем снова с головой уходила в работу.

Внезапно дверь его кабинета распахнулась, и Грейнджер вихрем влетела внутрь. Кудрявая грива выглядела ещё более дикой и взъерошенной, когда Гермиона ногой ловко захлопнула дверь и начала суетливо выдёргивать блузку из-за пояса юбки.

— Привет, Малфой. У меня всего несколько минут, так что поторапливайся.

Драко резко поднялся на ноги, брови метнулись вверх, прорезая на лбу тонкие борозды беспокойства.

— Всё в порядке?

— Что? — она остановилась, закинув руки за голову и выставив напоказ свой плоский живот. — А почему должно быть не в порядке?

— Ты опоздала.

— Опоздала? — Гермиона фыркнула и повесила свою бледно-розовую блузку на спинку его стула. — Опоздала на что?

Вскинув руки в воздух, Драко мотнул головой.

— На наше… ну, наше свидание.

Гермиона молнией пересекла кабинет и потянулась к ремню на его брюках.

— О чём ты? Поторопись, у меня встреча через пятнадцать минут.

Что-то близкое к ярости вспыхнуло в груди Драко, и он оттолкнул её руки.

— Чем мы здесь занимаемся, Грейнджер?

Её глаза метались в поисках подвоха.

— Гм, о чём ты говоришь? Ты затеял какую-то ролевую игру или…

— Я говорю об этом… — он указал на пространство между ними. — О нас.

— Послушай, Малфой. Если ты что-то хочешь мне сказать, то скорее собирайся с мыслями, потому что, честно говоря, у меня сегодня совершенно нет времени…

Его плечи поникли от осознания собственного поражения.

— Ты действительно не понимаешь, да?

Из её горла вырвался нервный смешок, и она снова потянулась к его ремню. Когда Драко в очередной раз отразил её атаку, Гермиона негодующе цыкнула и сделала шаг назад.

— И что за соплохвост тебя укусил сегодня, Малфой? Мне казалось, что наши желания совпадают.

Драко прищурился.

— И в чем же именно они совпадают?

Подобные заботы не его ума дело, и, на самом деле, ему на это решительно плевать. Его это не заботило. Всё, что его действительно волновало, — это Гермиона Грейнджер, влетающая в его офис на протяжении трёх месяцев, чтобы утолить свою сексуальную жажду, явно игнорирующая все его знаки внимания ради чего-то более значимого, а теперь и вовсе разочарованная тем, что ему не насрать.

— Малфой, это мы. Мы трахаемся по пятницам. Что ещё тут знать?

Небрежно брошенная ею фраза ввела Драко в ступор, он разинул рот.

— И это всё? Тебя не волнует, а не встречаюсь ли я ещё с кем-то? Не трахаю ли кого-то ещё? — его голос сочился ядом, но Гермиона казалась невозмутимой.

— Вообще-то, — она сделала паузу и сморщила нос, — я бы предпочла не знать об этом, но, если ты хочешь трахнуть кого-то другого, я не твоя девушка. И не собираюсь нравоучать тебя насчет того, кого ты можешь или не можешь…

Драко порывисто поднял руки, чтобы заставить её замолчать.

— Понял, Грейнджер. Послушай, сегодня у меня нет времени заботиться о твоём оргазме. Извини.

Алый румянец расползся по её щекам, и Гермиона быстро скрестила руки на груди.

— Что?

— Я занят. Ты опоздала, — он собрал стопку пергаментов и сел за стол, рассеянно переворачивая страницу первого документа. — Хорошего дня, Грейнджер.

Её жалящая усмешка была настолько осязаема, что буквально оставляла ожоги на коже щеки, но Драко не подал виду, только не перед этой ведьмой. Он решительно игнорировал её, когда она схватила со стула блузку и натянула ткань на плечи. Его игнор достиг максимума, когда Гермиона рывком распахнула дверь и, громко топая, вылетела в коридор. Быстрым движением руки Драко плотно закрыл дверь и зарылся лицом в ладони.

Ладно. Если ведьма ни во что не ставит Драко, то он определённо в состоянии отплатить ей тем же галлеоном.

xXx

В ней клокотала злость. Нет, не совсем подходящее слово. Гнев? Возможно. Ярость? Абсолютно.

Этот придурок действительно собирался вести себя так, будто у них не было очень чёткой договорённости об еженедельном удовлетворении потребностей друг друга. Не то чтобы они условились о чём-то, но она приходила каждую пятницу после обеда в течение трёх грёбаных месяцев. Конечно, мерзавец нашёл закономерность. Она не виновата, что рабочая встреча затянулась, а вскоре после этого была назначена ещё одна, и тот факт, что он…

Это было не важно.

Конечно, она ждала их встречи с нетерпением. Это был замечательный способ снять стресс после адской недели. Но происходящее не означало, что она ему чем-то обязана. Они пришли к соглашению — не на словах — держать отношения между ними непринуждёнными. Ей казалось, что за последние несколько месяцев им удалось даже стать немного более дружелюбными. Иногда они делили ланч в дни, которые не были пятницей, случайно пересекались во «Флориш и Блоттс» в субботу пополудни. Однажды они оба были голодны после тяжелого рабочего дня и поужинали, а может, это случилось и дважды.

Но чего он ожидал? Что он имел в виду, говоря о «нас»?

Не было никаких «нас». Был Малфой и была Грейнджер, и в течение получасового перерыва, раз в неделю, их тела искали эйфорического освобождения. Что в этом такого плохого?

Вернувшись в свой кабинет, Гермиона захлопнула дверь и принялась хаотично мерить шагами помещение. Какая наглость, в самом деле!

Более того, он вывалил на неё всё это в разгар рабочего дня без предупреждения. Он играл в свои дурацкие слизеринские игры, и теперь она выглядела как полная стерва.

Гермиона раздражённо фыркнула и уселась за свой стол, уставившись на календарь с кучей пометок о важных (и не очень) встречах, о сроках и дедлайнах. Если она чему и научилась, встречаясь с Жюльеном, вратарём сборной Франции, так это тому, что её загруженный график был губителен для любой романтики. Просто нелепым было то количество пассивно-агрессивных посланий от несносного француза: он попрекал её в том, что она не может посещать каждый его матч или готовить ужин раз в неделю. Через несколько месяцев Жюльен, казалось, был сыт по горло всем происходящим и положил конец их отношениям.

Прекрасный для неё расклад, ведь она и не думала выходить замуж за этого мужчину. А несколько дней спустя, во время их с Малфоем вопиющего словесного поединка на повышенных тонах, её сексуальное напряжение достигло максимальной точки, и она буквально набросилась на своего бывшего врага, пока Драко не довёл её до исступления, распластав на своем столе. Возможно, он и надоедливый придурок, но, Мерлин, этот мужчина знал её тело так досконально, будто кто-то дал ему инструкцию к управлению. Лёгкое прикосновение его пальцев в лифте могло заставить её пасть на колени.

И всё шло к лучшему. Если у него каким-то образом начали теплиться чувства к ней, лучше всего прекратить их маленькую интрижку. У неё просто не было времени.

Пытаясь подавить вздох облегчения, она выпрямила спину и собрала всё необходимое для следующей встречи, полностью игнорируя ноющую между бёдрами боль желания, которую Малфой должен был унять.

xXx

— Ты придёшь без пары? — с любопытством спросила Джинни, разглядывая бальное платье цвета слоновой кости, висевшее на витрине «Твилфитт и Таттинг» [2].

Гермиона опешила, резко остановившись, и взглянула на подругу широко раскрытыми глазами.

— А зачем мне кого-то с собой приводить? Это же министерская вечеринка.

Хмыкнув, Джинни двинулась дальше по магазину и подошла к платью, переливающемуся от цвета индиго до глубокого лазурного, с мерцающими нитями, вплетёнными в россыпь созвездий на струящейся юбке.

— Именно поэтому ты и должна прийти с кавалером. Вот, примерь-ка это.

Наряд отлеветировали с вешалки, и у Гермионы перехватило дыхание. Она была не из тех, кто рассыпается восторгами от платьев с оборками и вечеринок, но это… Это было прекрасно.

— Хороший вариант, — она сглотнула, позволяя кончикам пальцев пробежаться по тонкой серебряной строчке. — Возможно, даже слишком хороший для такой вечеринки.

— И что ты заладила одно и то же? — Джинни рассмеялась и отправила платье в примерочную. — Это Рождественский приём у министра, и все, кто есть в Лондоне, будут там. Это не просто вечеринка. Не в атриуме же будем шампанское распивать, ради Годрика!

Мысленно Гермиона перенеслась к Малфою, её воображение подбросило яркие картинки: как бы элегантно он был одет или, как бы красиво выглядел, уложив платиновые волосы именно так, как ей нравилось больше всего — слегка откинув их назад. Прошло уже три недели с тех пор, как они расстались, и как бы ей не хотелось в этом признаваться, она скучала по нему. Тряхнув головой, она очистила свой разум от навязчивых мыслей, проскользнула в примерочную и начала раздеваться.

Зазвенел дверной колокольчик, оповещая о приходе нового посетителя, но Гермиону больше волновало то, как восхитительно шёлк и шифон обволакивали её тело, лаская кожу словно прохладные морские волны.

— Здравствуйте, — из магазина послышался смутно знакомый голос. — У меня заказ на фамилию Гринграсс.

Гермиона навострила уши, продолжая застёгивать молнию.

— Конечно, одну минуту.

Гринграсс. На их курсе была та девчонка из Слизерина, но по какой-то причине Гермиона продолжала перекатывать на языке эту фамилию. С ней было что-то связано, какая-то ассоциация…

Когда она вышла из примерочной, взгляд зацепился за красивую белокурую волшебницу с высокими скулами. На ней была девственно-белая мантия. Нос аккуратно вздёрнут кверху, брови — аристократически изогнуты. Светлые глаза нашли Гермиону, и пухлые губы растянулись в робкой улыбке.

— Мисс Грейнджер, как же я рада Вас видеть. И какой красивый наряд.

Желудок Гермионы сжался от мысли, за которую она никак не могла ухватиться. Это была не Дафна, а её младшая сестра Астория. Гермиона встречалась с ней на нескольких благотворительных мероприятиях по сбору средств, но не было ничего такого, что могло бы вызвать неприятные ощущения.

— Астория, — кивнула она. — Надеюсь, Вы хорошо проводите праздники.

— Надеюсь, Вы тоже, — девушка потянула за край своей перчатки на пальце, пока материя полностью не соскользнула, а затем повторила то же самое на другой руке. — Шоппинг перед вечеринкой у Министра? Это всегда такое замечательное мероприятие.

Гермиона угукнула и повернулась к невысокому подиуму перед зеркалами, где её ждала Джинни. Платье сидело великолепно, но она с трудом могла оторвать взгляд от отражения, в котором ожидающая Астория стояла у входа.

— Джинни, — едва слышно прошептала Гермиона. — Я не могу избавиться от мысли, что знаю её.

Джин украдкой взглянула на девушку и пожала плечами, прежде чем её осенило.

— Это же её сфотографировали с Малфоем в прошлом году, разве нет? «Ведьмин досуг» [3] ещё выпустил целый разворот о самых завидных холостяке и холостячке. Разве это не она?

Неприятный узел в животе немного ослаб. Вот оно что. Их просто назвали самыми завидными партиями и поразительно красивыми людьми в волшебной Англии. Гермиона смахнула волосы на спину и расправила плечи.

Ничего особенного.

xXx

Было не так много вещей, которые Драко Малфой любил больше, чем выходы в свет. В детстве его учили терпению, и оно было у него даже в избытке. Это был секрет хорошего слизеринца — умение затаиться и ждать. Перед каждой вечеринкой, даже когда звуки веселья долетали уже и до детской комнаты, мать заставляла маленького Драко ожидать прибытия почти всех гостей, чтобы она могла выставить его напоказ, улыбаясь всем людям, пытающимся завоевать её расположение, воркуя вокруг её идеального сына.

Это была черта, которая досталась ему от Нарциссы. Он велел Астории быть готовой к восьми, хотя вечеринка начиналась в половине седьмого. И когда они прибыли к особняку Министра, в груди Драко теплилось предвкушение. После двухнедельного тотального игнора и молчания со стороны Грейнджер, Малфой решил взять ситуацию в свои руки. Если говорить начистоту, он устал после первой же недели. Свидания были каждый вечер, в самых людных местах, но (кто удивлён?) Грейнджер, казалось, даже не замечала этого. Она была настолько зацикленной на себе, что уму непостижимо, как она вообще видит вокруг себя хоть что-либо. Не говоря уже о нём.