Читаем Темные времена онлайн бесплатно

Одни выживают, потому что сильные, другие, потому что умные, третьи, потому что удачливы. Если не веришь в удачу, с последним можно и поспорить, но тот, кого искала Мильта, выживал за счет и первого и второго, а еще, в достаточной мере, за счет других.

Имор — так звали этого человека. Да и человека ли? Мильта имела сомнения по этому поводу. По слухам, этот темный колдун прожил уже более двух веков, подпитываясь жизнями других людей. Можно ли после такого считать его человеком? Скорее нет, чем да. Однако Мильту волновала больше награда за голову этого колдуна, и речь шла не о золоте или драгоценностях, но о знании предков, которые ныне презираются с подачи церковников.

Мильта работала на церковь Светлого пути и занималась отловом всякого рода ведьм и колдунов, а еще, случалось, помогала с убийством всякой нечисти. Церковь относилась к ней терпимо, но Мильта понимала сколь важно подготовить себе путь к отступлению. И чем раньше, тем лучше. Не многим известно, но церковь не очень хорошо поступает с теми, кто переживает свою полезность. Особенно, если речь идет о людях, практикующих непотребные знания.

Мильта всегда таскала с собой много всякой всячины, помогающей в пути. Это и амулеты с чистой водой, серебряные безделушки, кусочки камня и дерева, различные травы и грибы, пару небольших зеркал и еще кучу всего, что могло вызвать вопросы у придирчивых и любопытных. Однако, было у Мильты средство и против таких.

Знания древних — важная вещь. Сейчас принято полагаться на светлую магию и молитву Деве Света, в то время как раньше люди гораздо лучше знали о том, что их окружает и с почтением относились к природе, как к дому, что радушно их приютил. Сейчас же люди все больше думают, что природа обязана служить им, а не наоборот.

Покойная бабка Мильты как-то сказала: «наступят темные времена, когда человек станет мнить себя высшим существом и перестанет уважать все то, что его окружает.»

Так ли это? Мильта не знала, однако, времена и правда наступали не самые лучшие. Сколько наемница помнила Нижние земли, здесь всегда туго жилось тем, кто слаб. Человек, рожденный в бедной семье был обречен всю жизнь провести под пятой у господина, и лучше бы ему не рассчитывать на что-то большее. Лучше вообще ни на что не рассчитывать. Легче будет.

Мильта же жила хорошо, хоть и пришлось пойти против наказа бабушки и предложить свои знания церкви. Тогда святоши еще на были столь влиятельны и не отстаивали столь яро свои убеждения. Вероятно, это и спасло Мильту от страшного суда и сделало полезной для ныне весьма влиятельных людей. И эти люди не терпят неудач. Подведешь их, и они очень быстро могут вспомнить о тебе не с лучшей стороны.

Определенно, Мильта искала выход, как правило, обдумывая все на ходу. Когда идешь куда-то, думается лучше, а путешествовать наемнице приходилось достаточно. Колдуны и прочая нечисть не любит жить там, до куда рукой подать. Нужно обязательно зарыться так глубоко, что с собаками не отыщешь. Но это и хорошо. Мильта неплохо знала Нижние земли и уже прикинула парочку мест, куда она могла бы уйти и не вернуться.

Путь наемницы лежал на северо-запад, к горному хребту, за которым лежал Север — владения, если верить слухам, кровожадных варваров, которые не устраивают опустошающих набегов на Нижние земли, потому что люди здесь ближе остальных к Деве Света и более ей угодны нежели остальные. Если и так, это очень удобно. Тем более, что для поимки своей следующей цели Мильте не помешала бы помощь светлого божества, а то своими силами этот гад что-то не ловиться никак.

За время поисков темного колдуна, наемница распутала не один клубок и провела немало допросов с пристрастием. Черт, да ее мастерству позавидовали бы даже живодеры, выбивающие признания из случайных проходишь, замеченных за безобидными странностями. Иной раз даже с кошкой домашней не поговоришь. Скажешь: «золотце, беги сюда, дам покушать» — считай, ведьма. Лучше, в общем, с животными не болтать. Они, разве что, в пищу годятся, а не для болтовни.

Мильта несколько дней продиралась через леса и зловонные болота. Здешний лес не был рад чужачке и постоянно норовил сотворить какую-нибудь гадость. То в трясину провалишься, то гнус налетит, а то по ночам хоть с места не сходи — кругом все жужжит и шевелиться, а огонь зажжешь, так еле горит. Темные места. Мрачные. Человек в таких с ума сойти может, коль разум его не привычен к подобному.

Мильта же была приучена еще с детства. Девчонкой еще любила лес. Бывает, уйдет из бабкиной избы и вернется только к утру. И ни зверь не съест, ни нечисть какая в болото не заманит. Насекомые только крови попьют, да ветки кожу обдерут. Бабка даже и не ругалась сильно. Говорила только, чтобы внучка всюду с собой мешочек черный таскала, да никогда не открывала его. Запретила настрого. А что в мешочке том, Мильта и знать не знала. Оберег, видать, и не самый плохой, раз до сих пор работает.

Серебряные безделушки да амулеты с водой Мильта выкидывала частенько. Как болезнь какую подцепит или порчу кто наведет, так серебро чернеть начинает, а вода в амулетах портиться. Приходится заменять на другие, а старые сжигать, дабы землю скверной не засорять. Да и пепел потом после сжигания использовать можно против нечистой силы.

Имора, однако, пеплом не возьмешь. Да и вода с серебром против темного колдуна была безобидна. Посему, Мильта ни ногой из дому без своего меча, которые каждый раз перед боем пристегивала цепочкой к запястью. Колдуны, они любят всякие фокусы, мигом обезоружат, а тут дерг назад, и клинок снова в руке. Не оторвали бы как-нибудь вместе с конечностью, но на этот счет что-нибудь можно придумать.

На седьмой день Мильта пробилась сквозь чащу, и лес впереди стал заметно слабеть в своем стремлении сдержать наемницу. Деревья становились более редкими и казались пораженными какой-то болезнью. Их ветки ломались от слабых прикосновений, а сквозь трещины в почерневшей коре сочился зловонный сок. Да и сок ли? Мильта не хотела проверять и, уж тем более, пробовать. Однако мрачные виды, открывшиеся перед наемницей, намекали на близость к чему-то нехорошему.

Мильта подумала, что ей бы не помешала помощь, однако никто из доблестных воинов церкви не станет сражаться бок о бок с ведьмой, хоть и одобренной церковью. Временно одобренной.

— Здесь я точно жить не буду, когда решу со всем этим закончить, — пробормотала Мильта, глядя сквозь корявые деревья. Где-то за ними должно быть убежище темных колдунов, лидером которых некогда был Имор. Последний культист, допрашиваемый Мильтой, божился, что колдун отошел от дел, передав бразды руководства кому-то другому. В это можно было бы поверить, если бы культист оказался человеком, но Мильта допрашивала крысолюда, а эти ребята иной раз сами путаются в том, что говорят. Правдивость их слов часто напрямую зависит от того, насколько глубоко в них всадить клинок.

Если все сложиться хорошо, Имор будет где-то в этих местах. Если нет, Мильте придется утешить себя очередной поножовщиной с его приспешниками. Благо, их обычно не бывает много. Имор, видимо, не любит, когда вокруг него собирается толпа, да и ученики его, как правило, не особо опасны.

Наемница шла до самого вечера. Трудно было сказать точное время, так как из-за паутины кривых веток почти не виднелось небо, да и темнеет в лесу раньше. Тем более в таком ужасном как этот. Вокруг пахло сыростью и гнилой древесиной, а земля неприятно проминалась под подошвами сапог, словно брюшко паука.

Мильта решила устроить привал под широким деревом, предварительно осмотрев его снизу доверху. Дерево выглядело безопасно, без каких-либо подозрительных гнезд на ветвях. Устроившись на выступающих корнях, наемница укуталась в плащ и сжала в кулаке склянку с мертвым водяным жуком, посыпанным пеплом бессмертного гриба. Один такой гриб имелся у наемницы, но она придерживала его для главного боя. Съешь такой грибочек, и можешь быть уверен, он вернет тебя к жизни в случае чего. Вот только редкие они, грибы эти. Искать их — целое приключение.

Жук же, посыпанный пеплом, при приближении кого-либо достаточно крупного, оживет и станет издавать громкое жужжание, которое разбудит Мильту. Во всяком случае, это всегда работало, да и сон у наемницы был нервный и прерывистый из-за приходящих кошмаров.

Женщина сомкнула веки, и позволила усталости унести ее сознание прочь. Разводить огонь наемница также не решилась. Да, он может отпугнуть хищников, но явно не кого-то страшнее. Против таких у Мильты был ее оберег, а бусы из красного дерева наполняли тело теплом не хуже жара от огня.

Наемница уснула быстро, едва закрыв глаза. Так случалось постоянно, стоило расслабиться. Мильта просто проваливалась в сон, будто в ее затягивало в омут.

Женщина ворочалась и била ногой по воздуху. На нее навалился мертвец с желтыми глазами и вцепился в ее горло ледяными пальцами. Он душил свою жертву, роняя зловонную слюну на ее лицо, придавив наемницу своим раздувшимся телом. Руки Мильты пытались освободиться от хватки покойника. Меч было не вынуть — он валялся далеко в чахлой траве. Пальцы нежити сдавливали все сильнее, а прямо под ухом нарастало устрашающее демоническое жужжание, будто где-то рядом пробуждается гнездо, в котором обитает нечто поистине мерзкое.

Мильта принялась бить мертвеца по лицу, ее сердце выпрыгивало из груди, в ушах стояло жужжание, пробирающее до дрожи, а зрение заволакивала темная пелена. Мильта поздно вспомнила о ноже на бедре. Выхватив его, она стала колоть тело противника. Отвратительная вонь ударила в ноздри. Удары наемницы повредили раздутое брюхо покойника и его внутренности стали вываливаться прямо на нее, растекаясь по одежде.

Женщина закричала и распахнула глаза. Перед ней стояла ночная тьма, а где-то под ней вибрировала склянка с ожившим водяным жуком. Все, что она только что видела, оказалось всего лишь сном, но кошмар еще не кончился.

Наемница, тяжело дыша, подобрала склянку и сунула ее в специальную петельку на поясе. Теперь полумертвый жук не успокоится, пока на него не капнешь водой, или пока наемница вновь не останется в одиночестве. В данном случае рассчитывать приходилось скорее на второе.

Обнажив меч, Мильта стала всматриваться в темноту. Женщина жалела, что так и не сделала себе новый амулет, для того чтобы видеть ночью. Наемница считала, что сможет заменить поврежденный на прошлом задании, по пути. Для этого всего-то нужна кошачья трава и клык ночного хищника. Клык женщина раздобыла, а вот кошачья трава, весьма распространенная, как оказалось, не растет в этих краях. Здесь вообще практически ничего не росло, кроме умирающих деревьев и жалкой понурой поросли под ногами.

Сдув с лица прядь волос, Мильта стала прислушиваться. Бабкин оберег на ее шее частенько сберегал ее от зверей и нечистой силы, но он не мог защитить от всего. Наемница уже давно поняла, что есть в мире силы страшнее заколдованной самоделки, и сейчас это лишний раз подтвердилось.

Во тьме раздалось шипение. Зашуршали листья. Мильта отскочила вбок и нанесла удар. Меч вонзился во что-то темное, и раздался противный визг. Женщина узнала его. Болотные пауки, которых так любят приручать всякие колдуны и ведьмы. Одно из излюбленных сторожевых животных. Для темного чародея иметь несколько этих восьминогих крошек также престижно, как для короля держать на цепи у своего трона пару черных волкодавов. Мода такая, ничего не попишешь.

Убив первого паука, наемница приготовилась встречать второго, и тут же ее правое бедро пронзила дикая боль. Паук навалился на нее, роняя на землю. Его яд начал проникать в тело, обжигая его изнутри. Наемница, стиснув зубы, вонзила клинок в голову монстра, прикончив его, после чего здоровой ногой свалила с себя его мерзкое тело.

Хватая ртом воздух, Мильта поднялась и стала прислушиваться. Кажется тихо. Водяной жук тоже затих, и женщина расслабилась, поняв это. Всего два паука. Обычно их бывает чуть больше. Они кусали наемницу уже раз сто, но каждый укус чувствовался как впервые. Яд болотного паука способен убить довольно быстро даже взрослого человека, поэтому необходимо было действовать споро для спасения своей жизни. Благо, на случай отравлений и всяческих заболеваний у Мильты имелись необходимые амулеты.

Наемница уже полностью успокоилась. Осторожно коснувшись укуса, она ощутила кровь на своих пальцах. После того как амулеты с родниковой водой испортятся, вытянув из тела весь яд, их придется сжечь, но это можно сделать и потом, после всего.

Очистив клинок, Мильта спрятала его в ножны и, прихрамывая, отошла от убитых пауков. Будь она менее опытна, не смогла бы убить их за один удар каждого и пришлось бы возиться дольше. Три-четыре укуса, и тебе конец, подумала Мильта. Тут никакие амулеты не помогут, хоть обвешайся. И сколько еще пауков поджидает впереди?

Наемница в уме подсчитала свои водные амулеты и прикинула, что их вполне хватит, чтобы не дать женщине умереть от яда. Но это при условии, что она будет осторожнее чем в этот раз. Да и чертов кошачий амулет нужно было сделать сразу, как сломался старый. Вот так оно и бывает, когда у тебя что-то получается, просто благодаря опыту, начинаешь считать, что пойдет и так. Как оказывается, не пойдет. Не стоит больше заблуждаться по этому поводу.

Мильта во тьме отыскала себе новое дерево и привалилась к нему, чтобы заняться укусом. Водяной жук вел себя тихо, а значит ничего крупного и опасного поблизости нет. Вот если змея какая подкрадется, тут уж жук не помощник. Наемница прислушалась и кивнула. Вроде тихо.

Укус почти перестал болеть — это означало, что родниковый амулет высосал весь яд. Мильта приготовила чистую ткань и целебную траву, разжевав которую, она нанесла на отметины от клыков паука и перевязала. Утром будет гораздо лучше, но нужно подремать еще немного, чтобы восстановить больше сил.

Мильта покосилась на то место, где лежали мертвые пауки, привалилась к дереву и сомкнула веки. Закутавшись в плащ, женщина поднесла поближе склянку с жуком и поудобнее пристроила меч. Главное, чтобы в этот раз никаких снов. А если и присниться чего, то пусть, хотя бы, без пауков. Все сразу — это уж слишком.

Наемница вздрогнула и распахнула глаза. Она осмотрелась, не двигая головой, ее пальцы сжимали рукоять меча. Водяной жук вел себя мертвее некуда, а все вокруг застилал сонный белесый туман. Мильта поднялась и выдохнула. Еще одна ночь прошла и известно куда ей дорога. Наемница закрепила склянку с жуком на поясе и насторожилась, заметив, что пауков убитых ночью нет на месте.

— Жук, неужели ты подвел меня, — прошептала Мильта, тихо обнажая меч. Пауки точно были мертвы, иначе они напали бы вновь. Или все-таки нет? Быть может, уползи и сдохли где-нибудь в овраге?