Читаем Тёмные Агнцы онлайн бесплатно

В день своего восемнадцатилетия Розалин Эйс шла по набережной Сиэтла, туманного альбиона Северной Америки, наслаждаясь теплом последних дней лета. В воздухе витали ароматы кофе и прошедшего ночью дождя, который оставил после себя тяжёлую гряду облаков на небосклоне, но, несмотря на хмурость дня, девушка с улыбкой вдыхала полной грудью запахи родного города.

Сиэтл, с одной стороны окружённый водными просторами, а с другой горными хребтами, представлял собой музей под открытым небом. Город творчества и искусства повсюду заполонили различные постройки, выглядевшие как шедевры архитектуры, отсюда и его всевозрастающая популярность среди туристов, которые приезжали, чтобы посетить огромное количество музеев, галерей и музыкальных площадок. Розалин усмехнулась своим мыслям — завтра она сама должна посетить Бенаройя-холл, чтобы попасть на концерт любимой музыкальной группы.

Девушка вышла к Пайк-плейс-маркету, и её тут же окружил гул голосов. Здесь, на рынке морепродуктов, сельхозпродукции мелких фермеров, ремесленников и антикваров, всегда было шумно, больше, чем в остальной части города. Народ слетался сюда как пчёлы на мёд, и хоть рынок представлял собой многоэтажное комплексное сооружение, тут и там на улице кучками стояли толпы людей. Нашедшие здесь пристанище и благодарную публику выступали уличные музыканты, отовсюду лилась американская и иностранная речь, не редко сигналили водители автомобилей. Розалин с любопытством наблюдала за ходом жизни в этой части города своими большими синими, как сапфиры, глазами до тех пор, пока, не пройдя мимо рынка, завернула на другую улицу.

Сотовый мягко прозвенел, руку девушки тронула лёгкая дрожь, и, вскинув кисть, она уставилась на похожий на ручные часы тонкий аппарат, проведя по экрану которого лёгким движением, открыла голограмму, появившуюся в воздухе прямо перед её лицом призрачным прямоугольником с несколькими предложениями. Прочитав сообщение, девушка тут же просияла ещё больше. Её молочную тонкую кожу, перламутровую, словно покрытую россыпью звёзд, тронул румянец и, убрав руку в карман джинс, Розалин пошла вперёд уже вприпрыжку.

Юность её проходила необычайно спокойно и счастливо — она с отличием окончила школу, поступила в общественный колледж Ванкувера, куда через неделю должна приехать и заселиться в общежитие, а теперь, кажется, у неё появился молодой человек. Майкл Джинн ухаживает за ней всего неделю, но это не казалось бессмысленным, поскольку он так же поступил в её колледж, а значит они смогут быть вместе даже после окончания лета. Можно было дать жизни спокойно течь своим чередом, и самой никуда не торопиться, несмотря на одолеваемые чувства, ведь в их возрасте, как известно, нужно больше уделять внимания учёбе, а влюблённость - это так, лишь приятный бонус. Так думала Розалин, когда входила в кафе, настоящую французскую булочную, которая объяла её уютным сладким ароматом круассан.

Пройдясь по пространству глазами, девушка наконец заметила своего Майкла в дальнем конце зала, куда и поспешила, заправляя за ухо прядь прямых светло-каштановых волос, доходивших длиной чуть ниже лопаток. Юноша поднялся ей на встречу и, когда Розалин, смущаясь даже поднять глаза, предстала перед ним, немного грубовато схватил её за плечи и притянул к себе. Розалин оцепенела от неожиданности, и её руки безвольно повисли вдоль тела, а губы очертила глупая улыбка.

— Ну как ты? — так же резко отодвигая её от себя, вопросил Майкл.

— Всё отлично, — промямлила Розалин, присаживаясь на край стула. — Хочешь что-нибудь заказать?

— Думаю, чашку кофе выпью, — откидываясь на спинку стула, ответил Майкл.

— Тогда я тоже.

Майкл подозвал официанта, сделал заказ, Розалин попросила принести ей так же два круассана с ванильным кремом, и как только официант отошёл, между ними повисла неловкая пауза.

— Ты уже собрал вещи? — наконец решилась разрешить заминку Розалин. — Уже через неделю нам нужно быть в Ванкувере.

— Нет, я ещё ничего не подготовил, соберу позже, — беззаботно бросил Майкл.

Сидел он внешне расслабленно, но испытываемое им волнение показательно выдавала нога, нервно выстукивающая по полу чечётку. Внешне Майкл ничем не отличался от тысяч других юношей своего возраста, хоть и был спортивного телосложения - высок и широкоплеч. На его фоне Розалин была яркой и необычной девушкой, благодаря большим синим глазам, драгоценными блюдцами сверкающими на свежем лице без единого изъяна. В силу худобы она казалась хрупкой, какой-то изумительно чистой и воздушной, больше похожей на фею, чем на человека. Что прекрасная Розалин нашла в таком простом парне, как Майкл Джинн, чьё лицо в некоторых местах портили болезненные угри, она и сама бы не смогла ответить, ведь это были её первые только-только зарождающиеся отношения.

На голографическом большом экране на дальней стене диктор передавал последние новости связанные с избранием 56-го президента США, выборы которого были назначены на октябрь этого две тысячи шестидесятого года. В кафе в этот обеденный час стали заходить новые парочки и просто одинокие прохожие, а Розалин и Майкл продолжали отмалчиваться до тех пор, пока официант не принёс им заказ.

Они принялись за кофе, и разговор наконец пошёл сам собой. Розалин, всё время глупо улыбаясь, старалась не смотреть на Майкла, пряча глаза и постоянно заправляя непослушные пряди волос за ушки, которые были чуть растопырены, что придавало ей ещё большего очарования. Юноша о чём-то без умолку болтал, и Розалин едва ли могла вставить хоть слово, а после, покончив с обедом, они вместе под ручку покинули кафе и направились на прогулку.

Молодые люди долго гуляли, посещая разные места, то сады, чтобы полюбоваться как листья постепенно стали окрашиваться в охру, то набережную, где наблюдали за переливающейся всеми оттенками синего водной гладью, то ярмарки и парки развлечений. В общем, проводили свободное время как все юные люди их возраста, беспечно и радостно, не заметив следившего за ними от самого кафе человека в небрежно распахнутой на груди рубашке и очках с красными стёклами.

И когда парочка покинула колесо обозрения в парке аттракционов, Розалин увлеченно трещала без умолку, забыв обо всём и глядя только перед собой. Удивившись, что Майкл наконец-то слушает её, не перебивая, она обернулась, но не увидела юношу перед собой.

— Майкл, — нерешительно позвала Розалин. — Майкл!

Обернувшись по сторонам, она растеряно потопталась на месте, потом ссутулилась, заправила прядь за ушко и, скрестив руки на груди, с тоской на лице поплелась к выходу из парка. Вот уж чего Розалин не ожидала, так это того, что Майкл сбежит от неё таким позорным способом. Сгорая от стыда, сильно сгорбившись словно пыталась спрятаться от радостного мира, раскинувшегося перед ней в лице многочисленных семей и влюблённых парочек, она шла, стараясь казаться невидимкой. Погружённая в свои мысли, едва сдерживая слёзы обиды, девушка вышла за пределы парка, по-прежнему не замечая следовавшего по пятам за ней человека в белой рубашке и красных очках, который в этот момент закурил сигарету бордового цвета. Именно тогда Розалин вдруг остановилась и, глядя на цветную плитку под ногами, о чём-то глубоко задумавшись, просто глотала слёзы, а выросший позади неё амбал, приложив тряпку к её лицу, закрыв рот и нос, быстро втянул девушку в тень подальше от проходившей мимо и ничего не замечающей толпы. Ещё какое-то время Розалин, охваченная ужасом, продолжала отбиваться, но тщетно. Хрупкая нежная юная фея погрузилась во мрак.

Очнулась Розалин глубокой ночью в непривычно мягкой постели, пахнущей розами. Перед глазами немного плыло, неяркий тёплый свет, исходивший откуда-то со стороны, окутывал иллюзией дома, но ласковый шёлк простыни, одеяла, которым была укрыта, и подушек, на которых покоилась её слегка-раскалывающаяся голова, вызвали тревогу.

Розалин резко села и оглянулась. Комната, едва наполненная тусклым светом, была не её, здесь она различила кричащие обои с витиеватым узором, большое панорамное окно, за которым ничего не было видно, кроме звёздного неба, шкаф-купе с зеркалами, две прикроватных тумбы на одной их которых слабо горела лампа и стоявшее недалеко от огромной кровати кресло с богато расписанной тканью. Розалин пробрала дрожь от осознания, что похищена, из-за чего она неосознанно стала себя трогать и осматривать. Никаких ранений и синяков, ничего не болело. Одежда по-прежнему была на ней и была её — обычная синяя футболка и джинсы. Только стопы были обнажены — кто-то снял с неё обувь и носки. В этот момент Розалин вдруг услышала за пределами комнаты гулкие неспешные приближавшиеся шаги, которые на мгновение стихли у самой двери, а потом кто-то провернул ключ и открыл дверь.

— Вижу, ты уже проснулась, — раздался мягкий светлый мужской голос, который однако вызвал в Розалин волну ужаса.

Мужчина закрыл за собой дверь и так же неспешно прошёл по всей комнате, направляясь прямо к ней. Это заставило Розалин оцепенеть, она словно бы превратилась в камень, умерла от страха, только страшная дрожь её тела и следившие за приближением мужчины глаза говорили о том, что она ещё была жива. В голове вихрем закрутились страшные мысли, даже красочные картины того, что этот человек сейчас с ней сделает. Но мужчина, не дойдя до неё, устало плюхнулся в кресло, а рядом с собой уронил огромный мешок, который Розалин заметила только сейчас. Он был чем-то переполнен, но она заставила себя не думать, чем именно.

Мужчина некоторое время сидел неподвижно, словно бы отдыхал от тяжёлой работы, и в тени Розалин даже не могла разглядеть его лица, видела только сливавшийся с креслом силуэт, что делало его ещё страшнее, ибо так воображение рисовало не человека, но монстра.

— Я испёк твои любимые круассаны… — вдруг нарушил душившую Розалин тишину мужчина, из-за чего она вздрогнула.

Она не ослышалась? Круассаны?

Мужчина поднялся с кресла и, оставив мешок позади, шагнул к ней, что привело Розалин в панический ужас. Инстинктивно дернувшись, она больно ударилась спиной о резную спинку кровати и вжалась так сильно, будто хотела слиться со стеной.

— … Надеюсь, они тебе понравятся, — продолжал тем временем страшный незнакомец, ставя прозрачный пластиковый контейнер на прикроватную тумбу и откидывая крышку. — Съешь их когда захочешь, это сделало бы меня по-настоящему счастливым…

Комната постепенно стала наполняться сладко-шоколадным ароматом свежеиспечённых круассанов.

Заметив наконец, как Розалин шарахнулась в страхе, мужчина мягко протянул:

— О, всё в порядке, не нужно меня так бояться, я вовсе не собираюсь причинять тебе боль.

Незнакомец прибавил на лампе света, сделав его ярким настолько, что окутывавшая пространство темнота рассеялась, и присел на самый край кровати. Розалин наконец смогла разглядеть своего похитителя, который смутно показался ей знакомым, словно она где-то уже его видела.

Взъерошенные густые волосы тёмно каштанового цвета с редкими ореховыми словно выцветшими на солнце прядями, под плоскими бровями расположились глубоко-посаженные круглые с ниспадающими уголками большие глаза непонятного цвета, то ли зелёного, то ли голубого. Задумчиво приоткрытые, имевшие овальную форму, губы были словно размазаны, а черты его лица мягкими, даже женственными, ведь он казался немногим старше её. Сложилось впечатление, что в данный момент он улыбался, но одновременно и нет, уголки губ были опущены, но кожа у глаз собралась в радостные лучики морщинок, которые говорили о том, что этот парень любит посмеяться.

В целом он уже не казался Розалин ужасающе страшным, как она ранее его представляла, но и красавцем его тоже нельзя было назвать. Однако что-то странное скрывалось в его внешности, что-то неумолимо притягательное и отталкивающее одновременно.

Взгляд Розалин скользнул ниже, и глаза тут же в ужасе расширились — на небрежно распахнутой на груди белой рубашке алели капли крови.

Парень хищно облизал пересохшие губы.

— Не обращай внимания, — лениво протянул он. — Это не моя кровь.

Юноша сказал это таким тоном, словно подумал, что Розалин беспокоится о нём, но его слова лишь вызвали в ней новую волну ужаса. Он кого-то убил? Маньяк? Наёмник? Её он тоже убьёт?

— Этот человек уже поплатился за то, что хотел отобрать то, что принадлежит мне, — вновь пугающе медленно произнёс парень. — Однако и ты весьма сильно меня огорчила.

Розалин, по-прежнему не двигаясь, вновь подняла на знакомого незнакомца глаза.

— Но тебе я дам шанс искупить свою вину, — он угрожающе улыбнулся.

— Вину?.. — выронила писк Розалин.

— Ну, не притворяйся, что ничего не понимаешь.

Юноша вытащил из кармана брюк руки и, нажав на сотовый в виде ручных часов, какое-то время передвигал мерцающие перед его лицом голографические картинки, пока не нашёл нужную фотографию. Он увеличил её и выставил перед глазами Розалин, которая с ужасом узнала в человеке на фото улыбающегося Майкла Джинна.

— Знаешь его, не так ли? — обнажая белые зубы в жуткой усмешке, произнёс похититель и тут же поспешно добавил, когда взгляд Розалин вновь упёрся в него: — Можешь не отвечать, я итак всё вижу по твоим глазам, — он смахнул голограмму и вновь всунул руку в карман. — К этому парню у тебя по какой-то неведомой мне причине есть определённый интерес, слишком уж часто ты стала искать с ним встречи, и я довольно долго пытался понять почему не со мной, но мне надоело думать…

— Что ты с ним сделал? — дрогнувшим от ужаса голосом вопросила Розалин.

— … В общем теперь этот парень больше не встанет между нами, — будто не слыша её, продолжал говорить похититель, красноречиво приподнимая бровь.

Сердце Розалин ускорило ход, больно отдаваясь в груди гулкими ударами, в глазах невольно блеснули слёзы, дыхание стало тяжёлым, свистящим.

— О, прошу, не смотри на меня так печально, любовь моя, — с томным придыханием произнёс юноша, кончиками пальцев касаясь её скулы. — Ты ничего ценного для себя не потеряла, ведь я всё ещё здесь.

Что? «Любовь моя»?! Осознание, что она попала в лапы психопата, чуть не свело Розалин с ума.

— Как бы то ни было, я не могу долго злиться на тебя, ведь ты самая очаровательная девушка, которую я когда-либо встречал, — ласково протянул похититель и, взяв её заледеневшие пальцы в свои руки, с каким-то протяжным полустоном наслаждения поцеловал тыльную сторону ладони.

— Кто ты?.. — сдавленно выронила Розалин, и первая слеза оросила её перламутровую кожу.

— Разве ты меня не помнишь? — с явным удивлением вопросил юноша. — Мы встретились с тобой два месяца назад, когда тебя едва не сбил грузовик. Я спас тебе жизнь.