Читаем Темное искушение онлайн бесплатно

Прошлое

Клэр проснулась посреди ночи.

На одно мгновение, не понимая, где находится, она растерялась. Снаружи шел сильный дождь. Она лежала на кровати, под балдахином, в незнакомой комнате. Поморгав в темноте, Клэр обнаружила огонь в каменном очаге и два маленьких, узких окошка. Вместо стекол их обрамляли железные решетки, сквозь которые виднелось залитое дождем ночное небо. И тут она услышала его:

Клэр… приди ко мне.

Встревожившись, Клэр подскочила на кровати. Она тут же вспомнила, как Малкольм был на волосок от смерти. Но сейчас его не было вместе с ней в комнате, и она не знала, где он. Все ли хорошо с Малкольмом? Сколько времени она пробыла без сознания? Помниться, раньше на небе были облака, но не было никаких признаков приближающегося ливня.

Клэр… наверху… над тобой. Ты мне нужна…

Клэр застыла, с трудом дыша. Она была совсем одна, но он использовал телепатию, чтобы общаться с нею, и его мысли были столь ясны, будто он говорил с нею. Он где-то наверху. Она чувствовала его. Клэр вздрогнула, все внутри сжалось. Ему больно, он при смерти. Они где-то заперли его. Она могла спасти его.

Клэр спрыгнула с кровати. Ей было тепло, но вовсе не от догорающего очага — ее кровь быстрее бежала по венам от его мощного зова. Она должна найти его. Она почти задыхалась от отчаяния. Клэр сбросила с себя покрывала, откинув их в сторону, но от этого ее лихорадочно высокая температура не понизилась. Она должна быть вместе с Малкольмом. Проглотив ком в горле, она замерла, прислушиваясь к нему.

Всего лишь мгновение понадобилось ей, чтобы последовать за звуком его бьющегося сердца. И тут же она почувствовала его мучения. Он был слаб после битвы, а тело его жестоко изранено, и он страдал от боли. Он не мог даже сесть. Она должна найти его. Она нужна ему. Он должен проникнуть глубоко в нее, набраться ее силы.

Клэр напрягалась, поскольку между ними вспыхнул жар. Он услышал ее. Он знал, что она придет, и ждал.

Она кинула взгляд вверх, на потолок. Эйдан приказал Ройсу отвести Малкольма в башню. В каждом угле замка было по башне, всего четыре. Два входа в замок тоже имели башенки, но Клэр была уверенна, что он был прямо над ней. Клэр дернула вырез платья, за льняное полотно, плотно прилегавшее к ее влажной коже. Воздуха все равно не хватало.

Тогда тяжело дыша, она сорвала с себя платье и натянула свои вещи — хлопковую юбку и футболку.

Где ты?

Клэр. Наверху. Над тобой. Я в восточной башне.

Она улыбнулась, сердце вновь взволнованно застучало.

Я иду.

Дернув за ручку двери, Клэр обнаружила, что та заперта. В ней вспыхнула ярость. Они заперли ее!

Девушка, поспеши.

Клэр вдохнула и уловила его запах. Она даже могла почувствовать аромат секса. Его желание заполняло комнату, спускаясь сверху. Взбешенная, она налегла на ручку двери. Наверное, страх за него придал ей сверхчеловеческую силу, потому что дверь поддалась, и замок сломался.

Отдышавшись, она оглядела пустой коридор, освещавшийся одним единственным факелом в стенном подсвечнике. Беззвучно, босиком, она взбежала по узкой, вьющейся каменной лестнице. Ей казалось, что ее плоть разлетится на множество мелких кусочков, если она сейчас же не окажется в его объятиях.

Она вышла в следующий коридор, также освещаемый лишь одним факелом. Клэр не стала останавливаться. Она двинулась дальше, пока не оказалась в маленьком круглом вестибюле. Перед ней возникла тяжелая деревянная дверь с железным навесным замком, запертая снаружи.

Пульсирующее напряжение заполнило пространство. Малкольм.

Он находился по другую сторону двери, твердый и горячий, обещая ей неземной экстаз. Теперь Клэр знала, что с радостью готова умереть лишь за одно его прикосновение.

Клэр застонала и, достав спрятанный за пояс юбки кинжал, нетерпеливо сунула его в замок. В Нью-Йорке ей никогда бы не удалось открыть такой замок. Но сейчас она зло тыкала острием в скважину. Наконец замок поддался и открылся. По ее ногам заструилась влага. Клэр отодвинула засов и рывком открыла дверь.

Он лежал абсолютно голый, спиной на соломенном тюфяке у дальней стены. На фоне смуглой кожи белела светлая льняная повязка. Он повернул голову в ее сторону и внимательно посмотрел на нее.

Взгляд его серебристых глаз проник к ней в самую душу.

Он был на пике эрекции. Клэр поняла — он превратился в охотника, он залег в ее ожидании. А она стремилась стать его добычей.

Клэр хотела было подбежать к нему, но при виде такой красоты и, предвкушая удовольствие, она просто не могла сдвинуться с места.

Рыча от боли, он медленно сел и слабо улыбнулся. Повязка была запятнана кровью.

— Иди ко мне, Клэр.

Он осторожно поднялся, и Клэр кинулась ему навстречу, так как он был слишком ослаблен сражением и потерей крови. Она поймала его и обвила руками, а когда его обнаженное тело соприкоснулось с ней, заплакала от желания.

— Девушка, — задыхаясь, произнес он, держа ее в крепких объятиях. Он откинул голову назад, и его сила накрыла ее, подобно огромному покрывалу. Клэр была укутана его теплом, которое постепенно начало проникать в нее. Она остро предвкушала мягкое, сладкое чувство опустошения, неудержимые стоны Малкольма, и как его голова отклоняется все дальше, назад. Внезапно она почувствовала, что его смертельные ласки начинаются.

Он страстно выкрикнул:

— Да, Клэр!

Когда он сжал ее руки, Клэр пришлось встретить его настойчивый взгляд, в котором она разглядела восторжествовавшую жажду. Он свирепо улыбнулся, разводя ее бедра, и прижался ртом к ее губам. Задыхаясь, он глубоко вошел в нее.

— Ты такая… вкусная.

На Клэр словно обрушился штормовой вал, и она заплакала от удовольствия, о котором даже не мечтала, Малкольм двигался, истощая ее. Они кончали одновременно, и волны удовольствия продолжали накатывать на нее снова и снова. Ее пронзало, словно молнией, и вселенная превращалась в единое черное пространство, заполненное взрывающимися звездами. В эти моменты она могла бы затеряться в галактике бесконечного удовольствия, откуда никогда не смогла бы найти ни выхода, ни желания выбраться. Каждая следующая кульминация превосходила предыдущую по силе, доставляла больше удовольствия и была более жестокой. Это не имело значения. Именно так она и хотела умереть, отдавая Малкольму свою жизнь, оседлав его, огромного и твердого, устремляясь прямо в вечность.

Его семя текло и обжигало. Взяв ее, он рычал от удовольствия, это был полуживотный, получеловеческий звук.

Клэр плакала и умоляла дать ей еще, и получала каждый раз еще больше. Каким-то образом, она понимала, что не выдержит, но все равно хотела большего. Очередное цунами обрушилось на нее сокрушительным экстазом.

Внезапно Малкольм проревел в последний раз — и оттолкнулся от нее.

Клэр хотела возмутиться, но не смогла. Ее обуял вихрь удовольствия и боли, он уносил ее так далеко и так быстро, что Клэр поняла — она действительно умирает. Она чувствовала как последняя капля жизни, вырывается из нее, все быстрее и быстрее…

Клэр начала отдаляться, медленно растворяясь и исчезая. Она смотрела сверху на свое почти обнаженное тело, лежащее на каменном полу, и видела, как Малкольм, теперь стоявший у окна, в ужасе уставился на нее. Вот над ней склонились Эйдан и Ройс. И тут башню затопил слепящий свет. Внезапно она увидела слабые контуры Древних заполнявших комнату.

— Она жива? — кричал Малкольм.

Наши дни

Клэр боялась темноты.

Сейчас было темно, и кроме того, только что она слышала какой-то грохот на лестнице.

Застыв, она стояла в спальне, которая находилась над ее книжным магазином. Клэр занималась продажей редких антикварных книг и рукописей, а также разных других редких томов. Из-за товаров стоимостью четверть миллиона долларов, что она держала внизу, в магазине была установлена суперсовременная система безопасности, а под рукой у нее всегда были электрошокер и пистолет. Она знала, что не открывала окно, хотя июль в городе выдался знойным, независимо от обстоятельств, она никогда не оставила бы окно открытым. Это слишком опасно. В городе царил разгул преступности. В прошлом месяце убили ее соседку, начинающую манекенщицу, и хотя полицейские не говорили открыто, но Клэр подозревала, что это преступление ради удовольствия. Она напрягалась, прислушиваясь и раздумывая — доставать «Беретту» из тумбочки или нет.

Но теперь снизу не доносилось ни звука. Она стояла одетая лишь в пару хлопковых шортов в узкую полоску и тонкую, в рубчик, майку на бретельках. В спальне царил полный хаос. Из коридора показался кот, который только сегодня появился у нее. Клэр испытала огромное облегчение. Кот что-то свалил! Она не должна была сразу думать о худшем — ведь датчики движения не сработали — но даже спустя столько лет, она терпеть не могла оставаться ночью одна.

Словно испуганный ребенок она присела у двери, когда темная, смертельно опасная тень скользнула мимо.

Клэр хмуро взглянула на красивого черного кота, теперь она не позволит даже одной единственной мысли о давно убитой матери, вторгнуться в ее сознание.

— Ты! Не нужно было мне кормить тебя, не правда ли?

Мурлыча, кот нежно терся о ее ноги, проскальзывая между лодыжек.

Клэр впервые подняла его на руки, и прижала к груди.

— Негодник, — прошептала она. — Мне нужна собака, а не кот, но если выяснится, что по тебе никто не скучает, оставлю у себя.

Нахальное создание лизнуло ее в лицо.

Опустив кота на пол, Клэр вытерла подбородок, думая о том, что завтра, прежде чем отправиться в аэропорт, ей придется расклеить несколько объявлений о найденном животном по району Трибека, где она жила. Сейчас она занималась сборами в долгожданный отпуск. Завтра она направится в Эдинбург, и в пятницу уже будет катить по горной Шотландии. На сей раз, ее первой остановкой станет потрясающе красивый остров Малл.

Она заволновалась в предвкушении путешествия. Кот удобно устроился на ее кровати, и Клэр снова принялась упаковывать вещи. Она подошла к старинному бюро, купленному в Лиссабоне в предыдущей заграничной поездке. Ей приходилось много путешествовать, но лишь по делам. Улыбаясь, она отбросила темно-рыжие волосы назад и вытащила стопку маек на бретельках и футболок. Ей было двадцать восемь лет, скоро станет двадцать девять, она управляла необычайно успешным бизнесом, половина которого велось через Интернет. С момента окончания Принстона со степенью магистра по средневековой европейской истории она лишь два раза позволила себе поехать отдохнуть в отпуск. В первый раз это была поездка в Лондон с туром по Корнуоллу и Уэльсу. В последнюю минуту подруга сказала ей, что она обязательно должна провести несколько дней в Шотландии. И хотя она не была импульсивной (Клэр предпочитала держать все под контролем), она изменила свой маршрут за день до отъезда, чтобы посетить Шотландию. В тот момент, когда она пересекла Бервик-на-Твиде, ее охватило странное волнение. Она сразу же влюбилась в Шотландию.

Это было похоже на возвращение домой.

Тогда она побывала в стандартной экскурсии — Данбар, Эдинбург, Стирлинг, Иона и Перт. Но она уже знала, что вернется снова, чтобы исследовать горную Шотландию. Горделивое величие шотландского взгорья и огромные пустынные пространства вызывали у нее странное, незнакомое ощущение. Два года назад она снова посетила эту страну и провела десять дней на севере и северо-западе. В последний день своего отпуска она обнаружила маленький, красивый и скалистый остров Малл.

Она поехала в Дьюарт на юге острова Малл, многие века это было родовое гнездо лэрдов Маклинов. Ее обуяла настойчивая потребность разузнать историю области, но блуждание по замку совсем не удовлетворило любопытства. Как раз перед самым отъездом с острова, она наткнулась на очаровательный мотель у мыса Малкольма, и хозяева гостиницы направили ее в Данрок. Они поведали, что Данрок был вотчиной Маклинов южного Малла и Колла и что нынешний лэрд живет в замке, хотя его и редко видят. Они говорили, что он отшельник, холостяк, и вообще, позор рода. Как и большинство аристократов, финансовые причины вынудили его предоставить для открытого посещения свои земли и несколько комнат.