Читаем Тело в формалине онлайн бесплатно

Глава 1

– Миса, как закончишь драять пол, возьмёшь тряпку и протрёшь пыль с прилавков.

– Да, мистер Харрисон, будет сделано.

Достал дед старый. Я у него работаю за гроши, а он со мной как с псиной обращается! Наглец какой! Он мне вообще спасибо должен сказать за то что я у него работаю за столь крохотную плату. А я-то знаю что достойна большего. Я достойна выступать на бродвее и покорять сердца миллионов зрителей. Они будут как толпа зомби глазеть на меня, а я позволю им это, ведь буду неотразима…

– Мистер Харрисон, здравствуйте!

– Оо, Хьюи, здравствуй, здравствуй, дорогой. Зачем пожаловал?

О нет! Это Хьюи… нельзя что бы он меня здесь увидел. Миса, нельзя допустить что бы парень, за которым ты бегаешь со второго класса увидел тебя сгорбленную на полу с тряпкой в руках. Это… это же абсолютно не дамский, не пристойный вид.

Я резко подорвалась. Да настолько резко что даже тряпку из рук не выбросила. Так и встала в полный рост прислонив грязную тряпку к одежде.

– Да вот, матушка делает свой фирменный суп с креветками. Всё есть, а соль и картошка закончились. Не найдётся у вас?

– О, Хьюи, для твоей мамочки всё что угодно! Она делает лучший суп во всем Бостоне. Для такой поварихи как она есть всё!

Так, он просто зашёл в лавку к сэру Харрисону взять соль и картошку. Надеюсь он меня даже не заметит. Так же как и всё это время не замечал…

– О, здравствуй, Миса. Как поживаешь?

Оо, он со мной заговорил. Почему именно сейчас? Так, главное сейчас какую-то глупость не ляпнуть.

– Я нормально, ты сам как?

– Ну, как всегда, замечательно. Я так понимаю ты здесь работаешь?

– Кто, я? Ну типо. Типо да. Точнее нет. Возможно… а что?

– Да так, я просто спросил.

– Это так, временная работа. Я здесь на долго не задержусь.

Вот стоило же старику Харрисону влезть в нашу непринужденную беседу.

– Судя по твоим навыкам делать целых ничего, Миса, ты здесь на всю грёбаную жизнь, – сказал Харрисон.

Какой наглец. Оскорбил меня при самом красивом парне Бостона. Подонок! Но конечно же я этого в слух не сказала. Так, подумала про себя.

– Ладно, спасибо мистер Харрисон. Ещё увидимся.

– Конечно, Хьюи. Пускай твоя матушка зовёт меня в гости на свой суп!

Почему этот старый пентюх с ним такой вежливый, а со мной говорит так, словно я ему душу продала? Старый лысый пень!

В конце рабочего дня, отдраяв всё что только можно я снова возвращаюсь в свою небольшую квартиру на окраине города. Я настолько заговорилась о работе, что совершенно не представилась. Меня зовут Миса. Ну это вы уже поняли от старой корги, на которую я работаю. Мне идёт шестнадцатый год, я не особо высокая, немного даже сутулая зеленоглазая девушка с длинными карими прямыми волосами, которые из-за их структуры нужно каждое утро расчёсываться, а иначе я рискую проснутся с, как я сама это называю, "одуванчиком" на голове. Я моголодая и энергичная, но не в плане учебы. В школе мне не нравится ни один предмет кроме литературы, а некоторые, к примеру математику и физику я терпеть просто не могу. У меня гуманитарный склад ума, во всяком случае я сама так решила. Живу с отцом одна, мать умерла еще лет 6 назад от чахотки. Тяжело было смотреть на её мучения, но ещё тяжелее было смериться с её смертью и жить дальше без неё. Но прошло время, а со временем всё забывается и я уже могу спокойно об этом говорить. Отец после её смерти совсем вплал в отчаяние, но поняв что он должен сейчас тратить все свои силы на заботу обо мне он взял себя в руки и стал ещё усерднее работать в их с друзьями мясной лавке. Родственников у нас было не много, поэтому какой-то крупкой финансовой помощи со стороны мы не ждали. Да и отдать меня было не кому даже на время.

Отец скорее всего ещё не вернулся. У них в мясной лавке сейчас полно работы, завезли довольно много мяса из Франции. Когда они его продадут у нас появятся хоть какие-то деньги. Возможно найдётся даже на ремонт крыши. Устала уже спать под двумя одеялами. Подходя к своему дому я, услышала трёп наших соседок миссис Норрис и миссис Ловетт. Ненавижу их. Однажды я нечаянно подслушала как они назвали меня девушкой лёгкого поведения просто за мой внешний вид. Видите ли им не понравилось моё "декольте". С тех пор проходя мимо них нередко слышу как они снова кого-то оскорбляют всеми известными им матерными словами.

– Здравствуй, Миса, – сказала миссис Ловетт.

– И вам не хворать, Ловетт.

Конечно после моих слов сразу поплыли разговорчики о моём воспитании. Ух как же хочется закрыть их грязные пасти парой тёплых снов. Но я всё-таки девушка приличная, сдержусь. Да ещё не дай Бог обижу этих двух мымр. Всю оставшуюся жизнь проклинать будут. Вот я и дома. Все тот же скрипучий старый пол, не менявшийся еще со времен первых поселенцев, сопровождает меня раздражающим скрипом до верхнего этажа, где располагается моя трухлявая коморка, которую по какой-то причине папа называет комнатой. С трудом отперев старую деревянную дверь на полностью проржавевших замках и увалившись на койку с дырявым матрасом я начала фантазировать о прекрасной жизни своего собственного будущего с любимым молодым человеком, шикарным домом в самом центре Бостона, о верном псе, имя которому всё ещё не придумано и трёх прекрасных детках-вундеркиндах, которые уже в раннем возрасте будут учить 3 языка, играть на фортепиано, ходить на творчиские кружки и соревноваться с гранд-мастерами в шахматах. Но это все будет потом, лет через 10, а сейчас мне стоит ложиться спать ведь завтра меня ждёт очередной рутинный день моей жизни в моей ненавистной школе, которую папочка оплачивает чуть ли не из последних имеющихся у него средств.

Новый школьный день ничем радовать не стал. Прогуливаясь по школьным коридорам между уроками я всё чаще стала обращать внимание на целующихся по углам или даже вдоль самих же стен парней и девушек. Естественно любая среднестатистическая девушка моего возраста мечтает о парне несколькими годами старше её самой. Найдя первого попавшегося кто проявит к ней хоть невеликое внимание она немедля запрыгнет сначала на его плечи, а после- и к нему в постель, стараясь оправдать каждый свой всплеск феромонов чувством страстной любви, пускай даже только с её стороны.

Я же не хотела такой участи, но при каждом взгляде в их сторону меня окутывала некая зависть и страх что я упускаю столь важный период своей жизни. Во мне просыпается истинное желание любви, но только лишь к одному единому парню. К Хьюи. Это единственный человек с которым я без сомнения готова провести каждую минуту своей жизни, смотря только на него и ни на кого более. Хьюи высокий парень с ярко-зелёными глазами с необыкновенно чарующей (во всяком случае меня так точно) улыбкой котора своим сиянением способна как кошачьи глаза сверкать в полном мраке. А голос… какой чарующий у него в меру нежный но в тот же момент и довольно грубый голос. Как по мне это золотая середина, некий баланс между природной мужской брутальностью и некой джентльменской ухоженностью. А его вкусы в одежде! Не многие парни мира способны сочетать не особо дорогие элементы одежды так искусно что бы по итогу это казалось изначально задуманной концепцией какого-то итальянского элитного модельера. Что бы даже старые панталоны в сочетании с кофтой своего старшего могли придавать внешний шарм объекту, их носящему.

Уже после стольких мыслей об этом молодом человеке сама мысль о том что он предпочел такой не дурной девушке (это я сейчас про себя) с неплохими внешними данными и искренним чувством любви какую-то разукрашенную шлёндру с поистине кукольной внешностью, убранной в столь же дорогие сколько и безвкусные одеяния с пестрящими, абсолютно бесполезными аксессуарами вдоль обеих рученок. Ёе писклявый фальшивый голосок способен только раздражать. Как вообще в нем можно было найти хоть что-нибудь вообще привлекательного. Но больше бесят лишь её псевдо-аристократические замашки с постоянной заменой простолюдинских слов на эти самые "не соизволите ли вы…" или "не будьте так любезны…" сказаные мерзким бесящим, писклявым как у полевой мыши, голосом.

Мои высказывания были направлены в сторону объекта немыслиммного обожания Хьюи- его девушки Селены. Селена это ходячий кусок отполированного фарфора мешающий мне быть вместе с моим Хьюи. Наглая, бесящая вертихвостка, вечно носящая с собой книги итальянских писателей эпохи Ренессанса, тем самым создавая иллюзию своей начитанности сумела завладеть расположением моего… не совсем моего молодого человека. Да как она посмела?!

Выходя со школы и направляясь домой я снова увидела как эта барышня, можно сказать, запрыгивает на него. Какая стыдоба! И разве девушке в её возрасте имеет место так вести себя с парнем да еще и на людях? Благо Селена учится не в нашей школе, иначе я бы можно сказать с ума сошла наблюдая такую картмну каждый день. Выйдя со школы и пройдя мимо них меня вновь посетило то самое чувство ревности и застрявшего во рту кома из личных грёз и переживаний. Ненавижу это чувство. Оно словно пожирает тебя изнутри и растекается по всему телу как капля масла упавшая на поверхность воды и занявшая всю её площадь. Это чувство подобно небольшой мимолётной душевной смерти сопровождающуюся длинной прелюдией из нескончаемых мучений.

Придя домой я застала переносящего довольно массивные вещи папу. Он уже был человеком в годах с бородой и потому было странно наблюдать его переносящего какие-то тяжести. Подойдя ближе я увидела что это были деревянные сундуки, каждый из которых был приблизительно 30 дюймов в ширину и 15 в высоту. В сундуках раздавались звуки ударяющегося друг о друга стекла, словно с како-то жидкостью в середине.

– Пап, привет. Я уже пришла со школы.

– Здравствуй, Миса,– сказал отец, заваливая на правое плече с повозки очередной сундучок.

– Что это ты делаешь? Что в этих ящичках?

Нехотя он объяснил мне что в них находится.

– Это формалин. Мы используем его у себя в мясной лавке на производстве. Однако из-за новоприбывших поставок свинины из Франции на складах больше не осталось места и мы с мужиками решили временно хранить по небольшой партии формалина у себя.

– Может мне стоит помочь…

Не досказав фразу до конца я взвалила на себя сундук с формалином. Внешне он казался не таким тяжелым, каким вышел по итогу.

– Нет, ты что, с ума сошла? Не смей носить такие тяжести. В добавок жидкость хранится в стеклянных баночках. Уронишь его и мы потеряем 12 литров формалина.

Сказав это отец тут же забрал с моего плеча сундук. И слава Богу, сама бы я вряд ли донесла его до нужного места.

– Иди лучше уроки делай, нечего тебе тяжести носить.

Разговор о формалине немного переключил моё внимание с произошедшего. Мы на уроках естествознания проходили свойства формалина как жидкости. До сих пор не знаю зачем мне вся эта информация, я не планирую в жизни быть мясником или нечто подобное. Да и вообще единственное о чем я думаю находясь в школе это о том сто бы как можно быстрее прийти домой и лечь в, пускай даже настолько неудобную, кровать. Я считаю что такой талантливой и способной девушке как я нечего просиживать в школе изучая законы физики или какие-то тангенсы в арифметике. Вся эта тригоново… тримоговометрия не для меня, как-нибудь в жизни и без этого обойдусь.

Уже ближе к вечеру отец попросил меня сводить на рынок, купить недостающие в доме соль и базилик. Одев первое, что попало под руку я вышла из дома. Идя по дороге в сторону рынка среди деревьев и прохожих в дали я снова увидела Селену. Господи, эта девушка еще долго будет в моей жизни. Я надеялась что пройду мимо неё и она не обратит на меня внимания. Одета она была как всегда хоро… вычурно а вот на мне было старое пальто на 2 размера больше меня. Вот не стоило мне буквально одевать первое что попало под руку. Но надежды остаться незамеченной не оправдались.

– Здравствуй. Ты наверное Миса, да? Мне Хьюи про тебя рассказывал. Говорил, вы с ним неплохо общаетесь,– сказала Селена когда я проходила мимо неё, опустив взгляд в низ.

– З-з-здравствуй, Селена. О, Хьюи тебе про меня что-то говорил? Как странно,– нехотя выдавила из себя я.

В руках у Селены была корзинка с разными фруктами, небольшим куском сыра и зелени.

– Да, конечно. Вы ведь с ним учитесь в одном классе и неплохо общаетесь как он рассказывал. Ты направляешься на рынок? Вот беда, Миса, он уже закрыт. Может я могу тебе чем-нибудь помочь? Ты только скажи, в моей корзинке много что есть.

От её дружелюбности буквально воротило. Не нужно мне ничего от этой стервы.

– Н-нет, спасибо Селена. Мне всего-то нужен был базилик и соль но…

– О, какое чудо. Я как раз на рынке купила много зелени. И базилик среди неё есть. Вот держи. Правда соли нет. Ну это не беда, если ты согласишься пройти со мной до моего дома моя матушка любезно предоставит тебе соль.

– Спасибо тебе за твою щедрость, Селена. Спасибо за базилик, но соль, думаю, уже на рассвете куплю.

– О, ну хорошо. Ты обращайся если что. Мне ничего не жалко.

На устах Селены проявилась милая улыбка. Вернее милой она показалась бы какому-нибудь слепому дураку. Я-то не пальцем деланная сразу распознала в ней фальш, коим веет за милю. Она никогда не умела скрывать свою кукольную натуру от окружающих, но никто кроме меня этого не замечает. Просто они все тупые. Но все же что-то в этой девушке есть. Что-то чем она обвораживает парней словно какая-нибудь ведьма. Надо бы проследить за ней. Да, точно. Прослежу за ней.

– Миса, всё в порядке? – с опасением спросила Селена.

– А, да, всё хорошо.

– Выглядишь не очень.

Погрузившись в свои мысли я и забыла на мгновение что мы шли с ней по одной дороге. Где-то в дали из-за кустов и деревьев виднелся мой дом. Он был так хорошо "спрятан" что намеренно его найти было довольно тяжело.

– А вот и мой дом. Спасибо еще раз за прогулку и за этот прекрасный базилик. Пока.

– Да нет за что, подруга. Не благодари. Удачи тебе. Надеюсь ещё увидимся.

"Подруга"? Что взбрело в голову этой ненормальной дать мне столь ужасное оскорбление- назвать своей "подругой"? Даже если бы ты была последней девушкой на планете я бы не назвала тебя своей подругой. Уж слишком ты гадкая и противная. "Надеюсь ещё увидимся"… надеюсь я тебя никогда больше в своей жизни не увижу.