Читаем ТАН онлайн бесплатно
Хватка у него была – тиски с пневмоприводом позавидуют. Татьяна хрипела, безуспешно пытаясь разжать железные пальцы. Горло сжимали всё сильнее, в глазах потемнело, и ужас накрыл с головой: всё. Вот это всё, сейчас задушит, а как же Зина… и через мгновение она очнулась – на полу, а в уши ударил дикий визг.
Зина.
Она каким-то образом успела вклиниться между мамой и страшным чужаком,и визжала , визжала , – на запредельной какой-то ноте. Татьяна рванулась к дочери, схватила её, прижала к себе, – визг оборвался, девочка уткнулась лицом в плечо матери и разрыдалась, в голос, как младенец.
– Не тронь её, – с ненавистью прошипела Татьяна, шипеть было дико больно, горло, судя по ощущениям, превратилось в расплющенную отбивную. - Не тронь!
Сергей отлепился от стены… почему он стоял у стены? Был же рядом… неужели его напугал маленький ребёнок.
– Откуда ты знаешь эсперанто? - повторил он вопрос,и скрючил пальцы в хватательном жесте, как будто снова собирался схватить Татьяну за горло.
– В интернете! – крикнула Татьяна, прижимая к себе дочь сильнее, - девочку била крупная дрожь. - В интернете нашла и выучила. Сам посмотри.
Ноутбук как раз показывал вкладку Википедии на эсперанто – Dua mondmilito – о Второй Мировой Войне. Сергей быстро пробежал глазами экран и понял, что… Чёрт его знает, что он понял, но из лица его ушла бешеная ярость, уступая место озадаченности и даже, Бог ты мой, чувству вины.
– Ах, ну да, – сказал он, – я забыл, что создатель эсперанто как раз примерно сейчас и жил…
– Доктор Заменгоф, - ядовито сказала Татьяна, - умер сто лет назад.
– Неважно. Извини.
Извини. Нормально. Едва не убил – извини! Напугал до смерти ребёнка, и – извини!
– А что плохого в том, что бы знать эсперанто? – крикнула Татьяна, и сорвалась на хрип.
Больно! Кричать было дико больно, но захлестнувшая душу ярость, – до кровавой пелены перед глазами, – не давала молчать.
– Что такого криминального в эсперанто?! Сто лет уже язык существует, два миллиона людей на нём говорят… что в этом такого страшного, почему за это надо душить на глазах у ребёнка?‼
– Тебе, - тяжело сказал Сергей, - кажется, Инав заплатила за молчание.
Ну,и жуткие же у него глаза, вот тебе и воспетый поэтами васильковый цвет. Такой взгляд лютый… убийца, точно убийца,и лучше бы заткнуться, пока до греха не дошло, но Татьяну несло дальше, и она не смогла остановиться:
– За то, что меня станут душить, она не платила!
– Согласен, – кивнул Сергей. – За это она не платила. Виноват.
Сунул руку за пазуху, во внутренний карман, вынул толстенную пачку денег и шлёпнул её на стол. И ушёл.
Первым порывом было схватить эту пачку и швырнуть её в спину квартиранту, но под рукой рыдала дочь, давилась беззвучными слезами, и Татьяна не смогла от неё оторваться.
Пачка была толстенной. Пятитысячные, судя по цвету. Скoлько же там вcего, страшно подумать… и откуда у Сергея такие деньги? Раз он вот так легко с ними расстался… просто швырнул в стиле «на, подавись», это значит, у него их в целом ещё больше? Сколько именно, воображение пасовало представить.
Γосподи… точно наркотой торгует!
Или чем похуже.
***
Потом она отпаивала Зину чаем с молоком. Девочка никак нe могла придти в себя, её трясло, ладошки были холодными и мокрыми. Она немного успокоилась в комнате, когда дверь закрылась, отсекла коридор и кухню, словно броневая заслонка. Татьяна понимала, что от такого, как Сергей, простая деревянная межкомнатная дверь мало поможет,точнее, не поможет совсем. Но у дочери, видно, было иное мнение. И что теперь, разубеждать? Зачем?
Но ложиться в постель Зина не захотела. Взялась за фломастеры. Татьяне снова стало нехорошо: опять нарисует что-нибудь этакое. Но пусть лучше здесь, чем в садике. Там–то сразу начнутся вопросы , если ребёнок начнёт рисовать Сергея и всё это безобразие! Ещё опеку привлекут.
Эхо проблем с ювенальной юстицией у матерей-одиночек до Татьяны почти не долетало, но сейчас все обрывки, услышанные случайно разговоры, броские заголовки Интернета вскипели в памяти лютой паникой. Если Зину заберут в детдом…
А что Татьяна может сделать? Выгнать Сергея? Выгонишь eго. Она осторожно ощупала начавшую отекать шею, – больно! Чуть не убил, скотина такая.
Татьяна вышла на кухню, согреть себе чаю или, может быть, сварить кофе. С корицей, да. Пачка денег так и лежала на столе, никто её не тронул. Татьяна прислушалась, но понять, в комнате Сергей или ушёл, оказалось невозможно. Дверь закрыта, насколько можно судить по взгляду в коридор… Впрочем, дверь в комнату квартиранта всегда была плотно закрыта.
А на стене, рядом со шкафом, разбегались чёрные трещины. Как будто в стену угодило это… ядро средневековое. Ну, да, вот центр удара, вот трещины от него. Так бывает ещё , если попадёшь камешком в стекло, но стекло не разобьётся, а просто треснет.
Когда–то, в Интернете, видела замедленную съёмку: кто-то снял, как металлический шарик подлетает к стеку, касается его, в месте удара появляется вмятина и бегут во все стороны трещины… Вот здесь было похоже по последствиям. Только стенка не была стеклянной.
