Читаем Талисман (СИ) онлайн бесплатно
Талисман
Автор: Sammy Lee
Бета: XTreme
Жанр: слэш, космоопера, romance, местами возможен angste.
Рейтинг: R
Предупреждения:
Есть ненормативная лексика.
Автор читал очень много космоопер и космической фантастики вообще, поэтому что-то совсем свое в техническом смысле придумать не в состоянии. Сознательно не плагиатила, старалась применять так называемые общепринятые в космической фантастике понятия и термины, но, возможно, вы что-то опознаете.
Пролог.
Когда люди выбрались, наконец, в Большой Космос, он оказался удручающе пустым с точки зрения наличия в нем разумной жизни. Следы мертвых чужих цивилизаций находили несколько раз. Две погибли явно от глобальных техногенных катастроф, еще три – по неизвестным причинам, скорее всего, от природных катаклизмов. Ничего полезного из изучения этих обломков извлечь не удалось. Да и что полезного, если здраво подумать, могли дать те, кто проиграл борьбу за выживание?
Поначалу разочарование землян было огромным, но постепенно люди свыклись с мыслью о своем одиночестве. Не приходилось ожидать ни от кого помощи, но зато и агрессии тоже. Человечество плюнуло на поиски братьев по разуму и ринулось обживать предоставленный в его распоряжение уголок Галактики так, как оно считало нужным.
Примерно триста тысяч лет назад, на планете, названной потом землянами Кобальт.
Вук упал на колени возле тела жены, трясущимися руками закрыл ее веки. Сорвал с себя и с нее ставшие бесполезными аорг’кхи. Квазиживые кристаллы были заботливо взращены погибающей сейчас цивилизацией мирных травоядных, чтобы прятать от чужих хищных глаз своих хозяев, а своим, родным и любимым, наоборот, показывать, где их искать в минуты опасности. Они помогли им освоить свой родной мир, выжить и размножиться, но не могли спасти от ставшего гибельным взора Солнца. Кажется, только вчера он с благоговением преподнес своей любимой бесспорное свидетельство их единения – половинку своего разделившегося аорг’кха, а она с улыбкой сняла свой прежний, переданный ей матерью и приняла его… И вот, она лежит здесь мертвая и никому ничего уже не передаст. Никто уже никому ничего не передаст в этом мертвом мире. Все, все было зря! Вук выбросил ненужные безделушки в воду и затрясся в сухих рыданиях. Пусть придет какой-нибудь оголодавший зверь, он встретит его с улыбкой. Может, хоть этот зверь выживет, насытившись его плотью…
Пятнадцать лет назад там же.
- Салли, отдай, это я нашел! – худенький черноволосый мальчишка шести лет боролся со слезами и явно проигрывал борьбу.
Рыжая бесовка того же возраста отскочила, дразнясь, спрятала за спину кусок ракушечника с блестящими в нем красивыми камушками, показала язык:
- Давай реви, Ронни-пердонни! Рева-корова!
Ронни накинулся с кулаками на более рослую и сильную подружку, был постыдно бит и на самом деле заревел, горько и безнадежно. Салли все же была девочкой доброй, и ей стало немножко стыдно.
- Ладно, - сказала она, садясь рядом с плачущим мальчиком. – Тут же два камушка, давай выковыряем их оттуда и поделим.
Ронни еще немного подулся и все-таки согласился. Иначе он рисковал остаться ни с чем.
Так аорг’кхи нашли новых хозяев, совершенно не подозревающих о том, что эти красивые камушки – самые настоящие обереги, умеющие в минуты смертельного страха создавать искажающее поле, не дающее хищнику заметить жертву. Но детский инстинкт – непостижимая вещь. Наигравшись, они не выбросили и не потеряли камушки, а превратили их в свои талисманы. Со временем Салли вставила свой камень в кольцо, а Ронни – в серьгу. Сами того не зная, они, новые дети Кобальта, приняли посмертный дар погибших детей своей планеты и распорядились им так, как должно.
Глава 1.
Из космоса Кобальт синий-синий, потому так и назван. Очень красивое зрелище, если смотреть на экран, но если спуститься на поверхность, ничего красивого там нет. Все бело-серое – небо, камни и песок, только редкие островки растительности – голубовато-зеленые, да океан, занимающий большую часть поверхности планеты, лилового цвета. Кобальт – древний мир, когда-то на нем была жизнь, и даже разумная. Никто не знает, что случилось, но жизнь почти вся вымерла несколько сотен тысяч лет назад. Остатки местной цивилизации никакого интереса не представляют – дотехнологичный период и слишком мало сохранилось. Так бы и оставаться Кобальту пустым и никому не нужным, если бы здесь не обнаружили месторождения сейферов. Эти небольшие черные кристаллики, являвшиеся лучшими на текущий момент компактными аккумуляторами, встречались достаточно редко и стоили достаточно дорого, чтобы довольно-таки скудные их запасы на Кобальте кормили десяток тысяч людей в течение последних двадцати лет. Макса Измайлова сюда привела работа или судьба, это как посмотреть.
Макс взял очередную порцию виски с содовой, вернулся за столик. В голове приятно шумело, но настроение все равно было хреновое. Что за дыра этот Кобальт, и чем здесь можно заниматься целых три дня? Но делать было нечего, клиент всегда прав. Он привез груз и должен был дождаться ответного. Ему заплатили за это, и теперь оставалось только накачиваться в одном из пяти баров единственного городка на Кобальте. А ведь это только первый из трех вечеров…
За угловым столиком компания молодых парней оживилась, замахала руками, кто-то крикнул, заглушая музыку:
- Эй, Ронни! Привет, давай сюда!
Макс машинально повернул голову и остолбенел.
Сказать, что парень, невесомо скользящий по заплеванному полу бара, был хорош, значило ничего не сказать. В этом антураже он выглядел райской птицей, чудесным видением, ангелом, спустившимся с небес. Хотя про ангела он загнул. Ничего ангельского не было в высоком стройном брюнете, смерившем Макса скучающе-томным взглядом. Парень сел к компании, боком к Максу, чокнулся подсунутым стаканом, выпил, улыбнулся, заговорил… Общение за угловым столиком сразу повеселело, время от времени оттуда слышались взрывы хохота. Макс украдкой поглядывал туда, любуясь тонким профилем, мягкими даже с виду черными прядками, в беспорядке падающими на лицо и шею, кошачьей грацией движений. Просто любовался, без всякой задней мысли, ни на что не надеясь. Такой парень просто не может быть свободным, разве что он упертый натурал. Но это вряд ли, только не на Кобальте, где на хрен знает сколько мужчин приходится одна женщина. А ввязываться в разборки из-за пары жарких ночей, он зарекся раз и навсегда.
Поэтому, когда красавчик запросто, без затей, подошел к его столику и попросил разрешения присесть, смог только кивнуть, чуть не поперхнувшись от удивления.
- Ронни, - представился парень, протягивая руку. Глаза у него оказались прозрачными, светлыми, а кисть – тонкой и неожиданно сильной. – Не против уделить мне несколько минут?
- Макс. Совсем не против. И, если можно, на «ты».
- Хорошо. – Ронни улыбнулся, и Макс на секунду ослеп. – Ты капитан «Несси», которая сегодня прилетела?
- Да, и капитан, и весь экипаж. А как ты узнал?
- Здесь мало новых лиц, а у меня широкие связи… Ты отсюда куда, на Каролину?
Макс кивнул.
- Отлично. Пассажиров берешь? Груза с собой у меня не будет, только я и маленький багаж.
Измайлов никогда не брал пассажиров. Ни разу за все пять лет занятия этим бизнесом. Грузы он перевозил срочные, часто секретные и всегда ценные. Чужой человек на борту ему был совершенно не нужен, но тут он не смог сказать: «Нет». Просто язык не повернулся. Через несколько минут он опять остался один за столиком, с ужасом осознавая, что только что впервые в жизни изменил своим принципам.
Но слово было уже дано, и даже аванс принят. Ронни сразу перекинул на его счет пятьдесят процентов оговоренной суммы, ушлый, видать, паренек. Понять его можно, на Кобальт регулярный рейс с той же Каролины один и летает раз в два месяца. А тут курьер, быстрее обычного грузовика в полтора раза, и, что немаловажно, с одним-единственным членом команды. А на грузовике их, членов, десяток. И почти у всех, э-э, члены. Красивому мальчику там может быть опасно. Хотя кто сказал, что на курьере безопасно, когда там капитаном и владельцем Макс Измайлов? Насиловать мальчишку он не будет, конечно, да, по правде говоря, и не справится - несмотря на тонкую кость и общее изящество, Ронни впечатление слабого не производил. Но есть много более приятных способов заполучить его в постель. Макс повеселел и дал себе слово, что трахнет парня по дороге, хотя бы один раз. Возьмет плату за свои принципы, похеренные из-за одной улыбки этого цветка шахт и развалин.
- Рон, так ты все-таки улетаешь? – Чаз спрашивал вроде бы беззаботно, но в глазах читалось напряжение. – А с шахтой что, совсем безнадега?
- Совсем. Исчерпана шахта, - махнул рукой Ронни. – Новую разрабатывать у меня ни денег, ни желания нет. Киберы все старые, участок и лицензию по новой оформлять, хозяйство все перетаскивать… На фиг. Того, что от деда осталось, да сам заработал, хватит на годик на Каролине. А там устроюсь, руки-ноги есть, да и голова, вроде, на месте.
- Жалко, - огорчился Юрик, самый младший в компании. – Все уезжают, эх… Дик в позапрошлом году, потом Салли, теперь вот ты… Так скоро никого из наших не останется. Один я.
Юрик был археологом-любителем и никуда, в отличие от других, уезжать не хотел. Все свободное время он проводил, изучая следы погибшей цивилизации Кобальта, и надеялся когда-нибудь совершить эпохальное открытие, благо конкурентов в этом деле у него не было.
- Салли тоже на Каролину ведь улетела. Интересно, там она еще? – вступил в разговор Майк, четвертый и последний из сидящих за столом.
- Не знаю, - покачал головой Ронни. – Она в последние пару месяцев ни с кем не связывалась. Даже с матерью. Та уж попросила меня поискать Салли, если я все же попаду на Каролину.
- А Дики на Земле, - вздохнул Юрик. Все на некоторое время замолчали.
Их было шестеро с самого начала, пять мальчиков и одна девочка, старательских детей, привезенных родителями, а Ронни – дедом. Они были первыми детьми на планете, первой группой малышей, за которыми присматривала добрейшая фрау Миллер. Тогда старшему из них – Майку, было шесть, а Юрику – всего три года. Они так и выросли вместе, дружили, ссорились, мирились, в буйном отрочестве перетрахались все друг с другом, девчонок-то своего возраста не было, да и вообще женщин на Кобальте – кот наплакал. Салли, кстати, ни с кем из них ни разу не спала, у нее постарше были ухажеры, с одним из них она и уехала. Дед все ворчал, что мало того, что внук – пидорас, еще и дает всем своим дружкам, но ворчал беззлобно, и Ронни на него не обижался. В самом деле, наверно, их дружба странновато выглядела со стороны. И вот теперь настала пора расставаться.
- Поедем ко мне? – спросил Ронни Чаза, выходя из бара.
- А что Грей?
-Я его послал. Права больно начал качать, на хрена мне это. Потому и решил окончательно, что уеду. Здесь либо загнусь от скуки, либо пристрелят меня от ревности.
Чаз дал другу подзатыльник:
- Это точно, иногда даже мне тебя пристрелить хочется, что уж про любовников твоих говорить. Что ж, поедем. Давненько мы с тобой не были.
- Потому и зову. Зажжем еще разок напоследок.
Зажгли знатно. Чаз скатился с распластавшегося на постели Ронни, провел рукой по мокрой от пота пояснице:
- Жалко, что уезжаешь. С кем теперь утешаться в тяжелые минуты...
Ронни перевернулся на спину:
- У тебя остаются Юрик с Майком. А я вообще один буду.
- С ними поговорить только, - вздохнул Чаз. – А иногда охота, чтоб приласкали попросту, по-дружески, а так только ты и можешь. Ты поосторожнее с этим, Рон. Нарвешься, и помочь некому будет.
- Ну не дурак же я совсем. Хотя прав ты, слабоват я насчет этого дела. Как про баб говорят – на передок слабая? А я, значит, на задок.
Чаз захохотал, мотая головой:
- Ну и сказанешь же ты, прости господи. Эх, Ронни-бой… Кстати, курьер этот на тебя явно глаз положил.
- Я заметил, - кивнул Ронни. – С него и начну тренироваться не давать каждому, кто понравится.
- Ничего парень, симпатичный, фигуристый, - согласился Чаз, - хороший тренажер. Ох, я уже по тебе скучаю, Рон. Ты хоть пиши, не пропадай…
Оставшиеся дни до отлета Ронни собирался. Запечатал шахту, сдал лицензию. Земельный участок, на котором были шахта и жилой купол, подумав, решил оставить за собой. Сейчас за него он все равно почти ничего не получит, а там кто знает, недвижимость есть недвижимость. Да и дом родной, Ронни же вырос здесь. Киберов отдал Юрику для археологических раскопок, на большее они все равно не годились. Купол вместе с встроенной мебелью он разберет в последний день и отдаст на хранение тому же Юрику. У них места много, семья большая и участок большой. Продавать купол он пока не хотел по тем же причинам, что и участок. Много за него не дадут, а вдруг придется возвращаться? А вездеход Чаз обещал продать после его отъезда и переслать ему деньги.
Оставались личные вещи. Хоть и было их, наверно, не так много, как у людей в более цивилизованных местах, но все же за семнадцать лет жизни на одном месте накопилось достаточно. Никакого сомнения не вызывали три вещи – старый, еще дедов, но надежный бластер, его же универсальный десантный нож и мем-блок с опять же еще дедом начатым и им, Ронни, продолженным архивом разнообразнейшей информации, начиная с исторических трудов, заканчивая кулинарными рецептами. Все остальное следовало перебрать и решить, что взять с собой, что выкинуть. За разбором этого и прошло почти все время. Старт «Несси» был назначен на раннее утро четверга. В среду Ронни сходил попрощаться с дедом в колумбарий, оплатил хранение праха на пять лет вперед, а вечером устроил прощальную вечеринку у себя дома. На рассвете, ежась от утренней свежести, похмелья и бессонной ночи, он взошел на борт «Несси».
Ронни пришел точно в назначенный час, очевидно, ночь не спавший. Но все равно был хорош, несмотря на красные глаза, синюшность и общую похмельность вида. Макс отвел его в одну из двух крохотных каюток и ушел в рубку. Когда «Несси» дали отмашку на старт, оповестил по внутренней связи пассажира о необходимости пристегнуться – впервые в жизни. Через пятнадцать минут, заняв позицию на орбите, опять же впервые в жизни произнес в микрофон сообщение и об этом и, подумав, пригласил Ронни в рубку – экран с выходом на внешние камеры на «Несси» был только здесь, а иллюминаторов вообще не было. Может, парень захочет посмотреть на родину напоследок.
