Читаем Тайна врат онлайн бесплатно

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)

О борт корабля, идущего вдоль пустого, будто бы вымершего берега, плескали волны. Поскрипывали снасти, иногда хлопали паруса, ловящие неверный, долетающий со стороны берега ветерок, что нес с собой зарданскую пыль, запах выжженной под солнцем травы и уныние.

Уныние вообще было господствующей эмоцией на корабле. И неудивительно. Мало кому хотелось возвращаться на эти проклятые всеми, вместе и по отдельности, богами земли. Да еще и именно в это время.

Благородный дворянин оу Ренки Дарээка был, пожалуй, единственным человеком на этом корабле, сохранявшим бодрость духа и веселое настроение.

Несмотря на свои неполные двадцать лет он уже успел испытать на себе несколько весьма чувствительных ударов судьбы, которые от иного, менее сильного и удачливого человека оставили бы лишь жалкое мокрое пятно, а может, и того меньше.

Наследник пусть и обедневшего, но весьма древнего и некогда могущественного рода через полгода после смерти отца (мать Ренки потерял при рождении), не достигнув шестнадцатилетия, оказался на каторге за убийство человека, посмевшего оскорбить его и отказавшегося драться на дуэли… А жизнь каторжан во все времена нельзя было назвать легкой.

Каторга без труда ломала других, куда более взрослых и опытных людей. Уж Ренки-то повидал всякого и мог бы привести примеры таких трагедий. Возможно, каторга сломила бы и самого Ренки, но капризная судьба в кои-то веки сочла возможным немного поддержать его, послав юноше в союзники тех, кто впоследствии стал его верными друзьями.

И первым из них был таинственный Готор, человек без прошлого, подчас демонстрирующий глубокие знания, а подчас весьма плохо разбирающийся в реалиях обычной жизни. Он никогда не настаивал на своем благородстве, однако Ренки сразу узнал в нем человека, равного по происхождению, но куда более опытного и умного. Того, кто достоин быть вождем.

Готор сумел сколотить из каторжной команды банду, благодаря чему Ренки и его новые знакомые смогли выжить в тяжелейших условиях. А потом — военная служба и вновь в каторжной команде. После первого же сражения от их банды осталось только шестеро. Зато эта шестерка сумела совершить подвиг и получила освобождение от каторги.

Правда, жизнь простого солдата была ненамного легче жизни каторжника. Палки капралов, муштра и суровейшая дисциплина… Приятели сумели преодолеть все, поучаствовать в нескольких сражениях, разоблачить заговор против короля и добиться внимания самых сильных людей королевства.

Готор и Ренки получили офицерские звания, а их товарищи, которые не могли похвастаться столь же благородным происхождением, — сержантские чины и двойной оклад. Все шестеро вышли в официальную отставку (ибо их новым долговременным заданием стал поиск Священных Реликвий Старой Империи, владение которыми укрепило бы власть монарха) и поселились в столице.

И вот, казалось бы, начался спокойный период жизни банды Готора. Но не прошло и двух месяцев после окончания их головокружительных приключений, как предводители доблестной шестерки отставников-ветеранов были вновь вызваны в Малый дворец и теперь уже без лишних бюрократических проволочек предстали перед глазами старшего цензора.

Верховный жрец, старший цензор, ближайший советник короля и вот уже три дня как военный министр королевства Тооредаан выглядел, как и положено человеку, совмещающему столько должностей, усталым, невыспавшимся и раздраженным.

— Садитесь, — приказал он двум лейтенантам, вяло махнув холеной рукой в сторону двух не заваленных кипами бумаг свободных стульев, что характерно: стоящих в разных углах помещения. — Ну, как ваши успехи, судари?

— Пока особо похвастаться нечем, — ответил Готор, или, вернее, оу Готор, которого не так давно официально причислили к благородному сословию с внесением его имени в специальный реестр Королевской службы протокола. К чему он, кажется, остался абсолютно равнодушен. — Я нашел примерно два десятка достаточно оригинальных описаний Священного Колокола и одно упоминание о фресках в Храме Зуба Дракона, что в горах у реки Аэроэ на Южных Землях, на которых может быть изображен Волшебный Меч. Как выглядел Амулет, по-прежнему остается тайной. Есть также намеки, что описание Меча может храниться у мастеров Олидики или Валкалавы. К сожалению, о местонахождении этих предметов я пока никаких данных не обнаружил. И признаюсь, тут у меня большие надежды на ваши возможности.

— Я отдал распоряжение поискать информацию в архивах и опросить знающих людей, — кивнул головой старший цензор Риишлее. — В том числе и за пределами наших земель. И даже разрешил распространить слухи, что тот, кто принесет мне что-то полезное по этому вопросу, удостоится моей личной благодарности. Но пока нет ничего стоящего внимания. Впрочем, судари, я вызвал вас не за этим. Вы еще, вероятно, не знаете, но пять дней назад наша армия опять была разгромлена, в связи с чем король оказал мне честь, назначив еще и военным министром. И не подумайте, что, когда я говорю: «разгромлена», я сгущаю краски. Принимая во внимание начавшие поступать сведения, я, скорее, даже слегка смягчил реальное положение дел. Зарданское плоскогорье мы фактически потеряли, и сейчас разговор уже идет о сохранении крепостей на побережье. Точнее, — словно высеченное из камня лицо Риишлее перекосила нервная гримаса, — разговор шел о сохранении крепостей. Потому что, судя по голубиной почте, три дня назад наши идиоты умудрились проморгать высадку кредонского десанта. Известный вам порт Лиригиса пал после двух часов штурма, а это лучший порт на побережье! И я не буду объяснять вам, почему его так необходимо вернуть любой ценой и почему сейчас я готов схватиться за любую соломинку. В том числе и за вас, судари. В прошлый раз вы, кажется, доказали, что умеете неплохо выпутываться из самых безнадежных ситуаций. Поэтому вам придется отложить ваши изыскания и вернуться в действующую армию. Ибо когда вопрос стоит о выживании королевства, уже не до политических интриг. Вот ваши бумаги. Оу Готор получает патент военного инженера с особыми полномочиями от военного министра. Оу Дарээка, вы его заместитель, и ваши полномочия будут также весьма высоки. В чрезвычайной ситуации вы, судари, можете приказывать даже командирам полков. Но не советую пользоваться этими полномочиями, если ситуация не будет действительно чрезвычайной. Это в ваших же интересах. Вот подорожная, дающая право реквизировать любой корабль для отправки на место службы, коли не будет попутного транспорта или понадобится больше места для груза. В моей приемной вам дадут бумагу и письменные принадлежности, можете составить список того, что вам необходимо для… уж я не знаю, чего вы там будете делать. Идите. Вы конечно же не последняя надежда королевства на спасение. — Риишлее выдавил из себя некое подобие улыбки. — Не настолько все плохо. Но знайте, что во всех храмах всех богов королевства с сегодняшнего дня будут молиться о вашей удаче!

— Убери улыбку с физиономии, если не хочешь случайно оказаться за бортом, — сказал оу Готор, вылезая из трюма и подходя к борту, возле которого стоял его приятель.

К тому времени, когда они прибыли в ближайший порт и погрузились на военный корабль, следующий в нужном направлении, весть о разгроме тооредаанской армии уже достигла, кажется, самых отдаленных уголков королевства. Оттого и радость на лицах солдат и моряков, отправляющихся к демонам в пасть, явно отсутствовала.

Доволен, похоже, был только второй лейтенант оу Ренки Дарээка, наконец избавившийся от необходимости выслушивать скучные лекции в университете Западной Мооскаа и дорвавшийся до дела, к которому был предназначен с рождения.

— Ты чувствуешь эти запахи, Готор? — Улыбка на лице Ренки расползлась еще шире. — Пыль и порох! Навевает воспоминания, не так ли?

— Ага, — хмуро ответил оу Готор. — Я еще не забыл, каким мы тебя вывозили отсюда в прошлый раз. Могу и тебе напомнить. По трапу некоего сержанта оу Дарээка пришлось поднимать на носилках, потому что сам он идти не мог и вообще пребывал в беспамятстве!

— Ну, — беспечно махнул рукой Ренки, которому даже тяжелые воспоминания о ранении не могли испортить настроение. — Это когда было! Зато за год с небольшим мы прошли путь от каторжника до офицера! Представь только, какие возможности открываются перед нами сейчас, когда за нашей спиной стоит сам военный министр!

— Представляю, и исключительно с ужасом, — брюзгливо ответил оу Готор. — Проклятые кредонцы! Испортили мне удачное начало карьеры охотника за сокровищами. И ты зря так радуешься. По всему видать, Риишлее ждет от меня какого-то чуда. Только вот я, знаешь ли, не волшебник! А судьба тех, кто не смог оправдать ожиданий сильных мира сего, обычно бывает весьма печальной.

— Так-таки ничего и не придумал? Этакое?! — с усмешкой переспросил Ренки, словно бы и не обращая внимания на недовольный тон приятеля.

— И когда я должен был что-то этакое придумать?! — взвился Готор и даже врезал кулаком по фальшборту корабля. — Всего два дня на подготовку! Что я вам за это время? Должен был атомную бомбу из полешка выстругать?

— Ну, не знаю, из чего делают эту твою атоом… в общем, бомбу, но ведь ребят ты зачем-то отправил на королевские склады?

— Всего-навсего заказал лучший артиллерийский порох. Наш Киншаа довольно неплохо научился в нем разбираться. А Гаарз — гений упаковки — доставит порох неподмоченным. Дроут же весьма изворотлив и в меру нагл, он и без бумажки от военного министра сумеет быстро притащить то, что надо, куда надо. А уж с бумажкой… Впрочем, я ведь все это уже тебе говорил.

— Ну вот, вижу, что у тебя уже есть кое-какие мысли! — весело заметил Ренки. — Когда ты этак вот недовольно хмуришь лоб, у тебя потом всегда появляются какие-то сумасшедшие идеи, которые, как ни странно, удаются. Так что мы будем делать?

— Что делать, что делать… — пробормотал Готор, глядя куда-то в сторону берега. — У Вобана[1] воровать.

— У оу Баана? — удивленно посмотрел Ренки на своего приятеля. — Кто это? Какой-то кредонский военачальник? Ты хочешь украсть у него какие-то планы? Или что?

— Точно! — внезапно развеселился Готор. — Именно у этого оу мы и украдем верблюда или лучше слона! Он обидится и вместе со всей своей армией убежит в Кредонскую республику.

— Ну и пожалуйста! Можешь не рассказывать, — надулся Ренки, по интонация приятеля догадавшийся, что опять ляпнул какую-то глупость. И демонстративно стал смотреть в другую сторону.

— И что это значит? — бушевал генерал оу Крааст, потрясая полученным только что посланием и пугая двух своих адъютантов и ординарца-слугу. — Да что позволяет себе этот… — громкий голос генерала понизился почти до шепота, — мерзавец! Этот проклятый жрец, взявший слишком много власти при дворе! Где это вообще видано, чтобы жреца назначали руководить солдатами? Неужели он думает, что эти его придворные штучки тут сработают?

— Но, — попытался было возразить один из адъютантов, — ведь он написал, что…

— Чушь! — рявкнул оу Крааст подобно пушке, посылающей во врага заряд картечи. — Ясно же, что таким образом он пытается унизить меня! И вместо того чтобы прислать мне приказ об отставке, он присылает двух сопливых лейтенантов и фактически обязует подчиняться их советам! Любому понятно, что он не хочет начинать свою военную карьеру, убрав с должности боевого генерала и тем самым восстановив против себя всю армию. Да и боится связываться с партией Южных графств, которая будет стоять за меня. Он хочет, чтобы я добровольно покинул место главнокомандующего, и тогда он назначит какого-нибудь шута из своих приспешников, а то и ищейку из Тайной службы!

— Но ведь вроде бы в прошлой кампании эти ребята и правда показали себя…

— Это еще один укол от его жреческой милости! — взвился оу Крааст. — Стоило мне удачно закончить кампанию прошлого года — и все мои завистники немедленно начали распускать слухи, будто бы это два гренадерских полка свершили некий немыслимый подвиг, пока армия генерала оу Крааста отсиживалась за их спинами! И теперь он мне присылает каких-то лейтенантишек именно в мундирах Шестого Гренадерского. Представляю, какая ухмылка сияла на его гладкой, — голос генерала опять резко опустился до шепота, — напомаженной роже, когда он составлял эту мерзкую бумажонку! Только я не пойду у него на поводу! Если он хочет убрать меня из армии, ему придется сделать это абсолютно официально! А уж этих лентенантишек я встречу!

От ближайших портов, куда могло попасть судно, где находились путешественники с особыми полномочиями, до тооредаанской армии, осадившей порт Лиригиса, который уже перешел к кредонцам, пришлось бы добираться довольно долго. Так что, посоветовавшись с капитаном корабля, второй лейтенант и военный инженер оу Готор приняли решение высаживаться со шлюпки прямо на берег.

Прохождение полосы прибоя обернулось чистым кошмаром. Мало того что Готор и компания промокли до нитки, так еще и у Таагая, обычно чувствовавшего себя на кораблях вполне нормально, внезапно объявилась морская болезнь, и от него было мало толку. А ведь издали эта белая полоска вдоль берега казалась вовсе не страшной. Но когда вроде бы невысокие, всего-то с полсажени, волны начали швырять шлюпку на острые камни, самонадеянность сухопутных вояк сильно уменьшилась. В общем, троица героев выбралась на берег, имея отнюдь не геройский вид, зато поднабравшись от матросов-гребцов интересных словесных оборотов, как сказал бы оу Готор, негативного оттенка.