Читаем Табула раса (СИ) онлайн бесплатно

========== Глава 1. — Пепелище ==========

Темные тучи сгустились над Ванахеймом. Там, вдалеке, виднелся дым. На рассвете снова было сражение, и Сиф казалось, что нет им конца. Воздух пропитался солью и медью.

Фандрал прислонился к черной от гари осине и зажал рану в животе. Фандрал больше не разряжал тишину нелепыми шутками, не высмеивал неуклюжесть Вольштагга, который отправился на поиски носилок. Последний целительный камень они израсходовали на прошлой неделе, но несчастную так и не удалось спасти. Сиф знала: никакая волшба не может дать отсрочки от зова Хель. А также она знала, что без асгардского войска, без Тора война в одном из самых спокойных мест Иггдрассиля будет проиграна.

Сиф опустилась к корням осины и посмотрела на снующих по полю ванов, которые безуспешно искали раненых. Холодный ветер пробирал до костей.

Сколько еще им ждать явления могучего Тора? Сердце неприятно ныло. Если он не остановит Локи, то зря Всеотец нарушил законы мироздания, чтобы перенести Тора в Мидгард, зря ослабил защиту дальних земель, которые теперь ей и троице воинов необходимо удержать любой ценой. Заплатить жизнями за деяния безрассудного, помешанного на власти принца. Что может быть лучше? И все наверняка сложилось бы иначе, если бы с полгода назад Фригг каким-то немыслимым образом не узнала, что упавший в бездну гаденыш жив.

Сиф вцепилась пальцами в сухую траву. Пару недель назад Ванахейм был зелен и ярок. Сейчас же… Пепел повсюду. От густого леса осталась горстка деревьев на западе. Остальные выжжены дотла. Как почти все в этом мире. Сплошное пепелище.

Магия, которой был пронизан Асгард, магия — связующее звено между мирами Иггдрассиля — иссякла по мановению руки Одина. Разрушенный стараниями Локи Бифрест вновь отстроили. Поврежденный механизм заменили, но на защитный купол энергии не хватило. Возможно, через пару лет мост удалось бы отстроить без подобных жертв, но из-за кампании по спасению неуемного принца действовать нужно было без промедлений. Интересно, на что еще пойдет Всеотец, чтобы вернуть своего непутевого сынка? Заставит светило вращаться в другую сторону, или смертей половины жителей Девятимирья будет достаточно? Ведь это вопрос времени, когда йотуны или огненные великаны поймут, как ничтожны силы Золотого мира — вот тогда и разразится настоящая война.

— Он скоро придет, ты же знаешь, — прошептал Фандрал. Хогун наложил ему повязку, влил в горло обезболивающее и приказал Сиф от «героя» ни на шаг не отходить. Безрассудному храбрецу хотелось добротно врезать. Но, не прикрой он ее, может, сейчас Сиф и сидеть бы с ним не пришлось. — А тебе, милая леди, не мешало бы и щит раздобыть. Не все же кинутся тебя спасать.

Будто бы и без его слов это не было ясно. Раздражение, что роилось в груди, порывалось выбраться наружу со злыми упреками, а тот, кто в этом безумии был виновен, находился вне зоны досягаемости. Фандрал накрыл своей рукой ее руку. Сиф удивленно уставилась на него. Он поморщился, обхватил себя поверх повязки и уложил голову на ее плечо.

— Он придет. Притащит раскаявшегося или не раскаявшегося братца в отчий дом, накинет поверх мощных плеч алый плащ, пройдет по Бифресту. А потом ты кинешься к нему на шею, обнимешь и примешься целовать в уста.

— Хорошо, хоть не в алые, — протянула она. Сиф заметила его недоуменный взгляд и уточнила: — Хорошо, хоть уста не алые.

— А что, занятная деталь. Самое то для полноты картины. Так и вижу, как он их подкрашивает, — насмешливо хмыкнул Фандрал. — Надеюсь, они там знатно в Мидгарде повеселятся. Потому как тут до пира в честь победы слишком далеко.

«Зато к смерти здесь ой как близко».

Невдалеке с кем-то переругивался Вир — один из друзей детства Хогуна. Беспечности ванов нет предела: всю жизнь прожили под защитой Золотого мира, и свою армию держать в должном состоянии им было явно недосуг.

Теперь же, когда темное войско начало победоносный марш по землям и разоряло никогда не славившихся золотом и прочими богатствами ванов, вспомнилось долговое обязательство с прадедом Одина. Но Асгард не спешил с подмогой. Причина была весьма прозаична: ослабленные восстановлением Бифреста асгардцы не могли оставить себя без защиты.

Поговаривали, если бы не Страж, то темные вторглись бы на территорию столицы. Верить слухам не хотелось. Сиф гнала прочь навязчивую мысль, что не мешало бы Одину поделиться правдой с честным народом. А когда она напрямую спросила об этом у Тора и получила ответ, смутно похожий на просьбу не лезть не в свое дело, Сиф поняла: за недомолвками таится нечто большее, чем нежелание поднимать панику. У деяний Одина всегда есть скрытые мотивы — это Сиф уяснила очень давно, еще задолго до истории с изгнанием Тора.

— Не смей засыпать, слышишь? — она до боли сжала руку Фандрала.

— А? Что? Я не сплю. С чего ты взяла? — он потер переносицу. Волосы лезли ему в глаза, и Сиф не удержалась, чтобы не помочь «герою». Кто бы мог подумать, что раненый насмешник может быть таким… Терпимым, что ли? Фандрал растянул губы в улыбке, прижался щекой к ее ладони и, будто очнувшись ото сна, резко распрямил спину.

— Экий ты нервный, полегче! Это ведь не я бросаюсь под стрелы.

— Ну, прости, в следующий раз не стану. Пусть тебя наш наследничек спасает. О, я вспомнил! Его ведь здесь нет, — язвительно протянул он и наконец отпустил ее ладонь.

Сиф покачала головой и шумно выдохнула.

— Ну и с чего ты взял, что я брошусь к Тору на шею, стоит ему здесь появиться?

Фандрал закусил губу. Вольштагг и Вир тащили к ним нечто, отдаленно похожее на носилки. Те, кто сами могли ходить или кого могли довести до лагеря, уже покинули ванахеймское пепелище.

— А если я произнесу это вслух, ты обещаешь меня не убивать? — с наигранным испугом поинтересовался Фандрал и попытался подняться. Она покачала головой, перекинула его руку через плечо и поддержала под спину. — Ну, я так не играю. Сама спрашивает… — он втянул воздух сквозь сжатые зубы и продолжил, как будто ничего не случилось, — А ответить не позволяет. Жестокая ты, леди Сиф! — Фандрал наклонился к ее уху и чуть слышно прошептал: — Если Тор не любит тебя так, как ты его, то он глупец. Я бы любил.

Лучи светила едва пробивались через черные тучи и озаряли тусклым светом выжженные поля. В груди сильно стучало сердце, ком подступил к горлу, и было тяжело дышать. Видимо, один знакомый наследник Асгарда действительно глупец. Видимо, и она недалеко от его высочества ушла.

Сиф шла за повозкой и пыталась не прислушиваться к болтовне Вольштагга о великих свершениях на поле битвы. Ей все же пришлось признать, что удача вместе с Тором их оставили.

***

В блиндаже, который отвели под лазарет, было шумно. На импровизированных койках лежали раненые. Ванахеймские целители облегчали их боль зельями, но действие отваров было не таким эффективным, как у целительных камней. В бою досталось не только Фандралу: Хогун хромал между рядами и периодически подзывал солдат, чтобы они выносили тела.

От запаха лекарственных зелий першило в горле. Из сотни солдат, которые отправились вместе с ними в Ванахейм, осталось пятьдесят девять. И, скорее всего, к заходу солнца еще двое отправятся на вечный отдых к Хель. За один день столько погибших. Не то, чтобы Сиф не привыкла к потерям, но сейчас… Убедить себя, что все будет хорошо, никак не удавалось.

Фандрал умудрился уснуть. «Ничего удивительного», — усмехнулась Сиф. Он мог уснуть где угодно, тем более, что бороться с усталостью стало во стократ сложнее после того, как целители обработали его рану и напоили до отвала мерзким заживляющим снадобьем. Во сне Фандрал казался гораздо младше. Видимо, снилось ему что-то приятное — он улыбался не той язвительной улыбкой, которую она привыкла видеть на его лице.

«Неужели он правда думал, что если скажет этот бред о любви… Впрочем, чего только не скажет этот пустомеля лишь бы позубоскалить».

— Сиф, на два слова, — Хогун всегда умел подходить незаметно. Она кивнула, расправила одеяло Фандрала и вышла из палатки.

В покосившихся хижинах окна были закрыты ставнями, а кое-где наглухо забиты деревянными досками. Те, кому было куда бежать, успели уйти из поселка до нападения. Тех, кто предпочел принять бой, было немного, но и им были рады остатки двух сотен, которым Хенир позволил покинуть чертоги столицы. От Священной рощи, где проводили совет ванахеймские старцы, остались лишь угольки. А значит, подмоги в этих землях ждать неоткуда. Старейшины не рискнут жизнями ванов.

Единственное хорошо охраняемое место Ванахейма — замок из белого мрамора на восточном побережье. Вопрос насчет того, позволит ли Хенир найти убежище страждущим в крепости или оставит погибать у стен, оставался открытым. На послания воронов правитель ванахеймских земель не отвечал.

В доме старейшины было темно. Окна занавешены черным, на столе одиноко горела свеча. Неделю назад в одном из сражений сын Вира погиб. И чтобы не думать о собственном горе, Вир безвылазно торчал в лазарете, пренебрегал сном и пищей. В углу сидел Вольштагг.

— Ты и Фандрал должны вернуться в Асгард, — на одном дыхании произнес Хогун.

К удивлению Сиф, Вольштагг кивнул без возражений.

— Погодите, вы предлагаете бросить ванов сейчас? Сейчас, когда мы близки к завершению?

— Завершению чего? Жизненного пути? Еще один такой бой и, помяни мое слово, он станет последним. Асгард не пришлет войско, если никто не убедит в этом Всеотца. А убеждать там некому. Тор в Мидгарде, Сиф. Ты это прекрасно знаешь. А на то, что приходит от нас в депешах, им, видимо… — Вольштагг прикрыл глаза ладонью. — Кроме того, закончились припасы целебных камней, а создать их здесь местные маги не смогут. На травках и ягодках раненые не вернутся в строй. Если и сейчас не будет ответа от Одина, считай, этот мир потерян.

— Из-за армии разбойников? — скептически переспросила она и сжала руки в кулаки. — Так знайте же, еще не…

— Оставь свой запал для убеждения Одина или Совета. Асам веры нет. Союзники уйдут и разнесут по мирам весть о нарушении обещания. И тогда начнется настоящая война, а не сражение с зарвавшимися разбойниками. — Хогун подошел к окну, отодвинул занавеску и добавил: — К тому же яд, в который обмакнули наконечник стрелы, предназначавшейся тебе, Сиф, целители этого мира распознать не смогли.

По ее спине пробежал холодок.

— Не может быть.

— Может. Еще как может, — тихо, как и прежде, продолжил Хогун. — Несколько дней. Неделя в лучшем случае — и троица воинов канет в небытие.

— Ты и дальше будешь верить в непоколебимую правоту величайшего правителя или поможешь спасти Фандрала и всех нас заодно? — Вольштагг вперился в нее взглядом.

В комнате повисла напряженная тишина. Там, за окном, начался ливень. Тяжелые капли ударяли по черепице. В этих землях давно не было дождя. И так хотелось выбежать, вдохнуть свежий воздух, чтобы наконец перебить запах гари, который повсюду следовал за ними в Ванахейме. Хотелось верить, что Тор успеет сюда добраться до того, как воины, которых еще не успела увести за собой Хель, разбредутся по бескрайним степям. Хотелось верить, что Локи уже в царствии мертвых.

«Вот ведь проклятое йотунское отродье!..»

— Правильно ли я тебя понимаю: Фандралу о близящейся смерти никто не сказал? — Хогун помотал головой. — И, нет, я не отказываюсь выполнить задание, Вольштагг. Не смотри на меня такими круглыми глазами.

Она поднялась из-за стола, взглянула на странные тени на стене и направилась к выходу.

— Сиф. Если Один откажется отправлять войска — не возвращайтесь, — добавил Хогун ровным голосом.

Сиф проглотила ругательства и вышла во двор.

Дождь осадил пыль, в небесах промелькнула молния. Сиф стряхнула со лба воду, закрыла глаза и подняла голову к небу.

«Тор, где же тебя носит, когда здесь ты так нужен?»

Фандрал был подозрительно бодр. Действие снотворного в сочетании с обезболивающим должно было продлиться еще пару часов. Закралось смутное сомнение, что никогда не любивший целителей Фандрал смог каким-то невообразимым способом отделаться от приема лекарств.

— Ну вот надо было тебе выпереться туда в ливень, — проворчал он и подвинулся на кровати. — Теперь и меня намочишь.

Сиф вздохнула и устроилась рядом. На соседней койке мирно спал ван. Повязка на голове солдата была в крови.

— Эй, я тут, понимаешь ли, прозябаю от невнимания, а ты…

— Ты ведь знал, верно? — Сиф поправила простыню и едва подавила в себе желание схватить его за плечи и встряхнуть как следует. — Ты знал о яде еще днем.

Фандрал нахмурился, приподнялся на локте и подался вперед.

— А разве это что-то меняет? — похоже, Фандрал понял все без слов, и вновь, как утром, осторожно накрыл ее ладонь своей. — Только слез по мне не проливай, милая Сиф.

— Не дождешься, — беззаботно ответила она, пытаясь успокоить гулко бьющееся сердце. — Скоро мы будем в Асгарде, так что это тебе впору реветь. Не стать тебе героем, трагическую смерть которого в песнях будут восхвалять потомки.

Фандрал хмыкнул и опустился на подушку.

— Не поверишь, но не особо и хотелось.

***

Часы сборов показались Сиф бесконечно долгими. Ловить на себе тяжелые взгляды было до ужаса неприятно. Может, Хогун и объяснил воинам обстоятельства, но ей легче от этого не стало. По факту — это предательство, предательство веры тех, кто отправился сюда за ними пару месяцев назад.

Шепотки об их побеге быстро распространились по лагерю. К закату только ленивый об этом не судачил. Вир осуждающе смотрел в их сторону, когда Сиф перехватила в районе груди Фандрала и направилась к выходу из поселка.

— Ты правда считаешь это разумным решением? — язвительно прошипел он ей на ухо и сместил руку гораздо ниже талии.

— Это ты о нашем вынужденном путешествии или о твоей попытке лишиться руки?

— Признаться, даже не знаю, что тебе на это ответить, моя леди, — Фандрал окинул ее задумчивым взглядом, но руку убрал. — Ванам и Хениру это не очень понравится, дражайшая.

— Им все не нравится, любезный. А больше всего не понравится умереть здесь, когда обещанная помощь не придет.

Взбираться на пригорок по мокрым камням было сложнее обычного, особенно когда один упрямец решил, что сам сможет одолеть такое ничтожное препятствие. Она едва успела поймать Фандрала за рукав. «Героя» от подзатыльника спасло только положение умирающего, о чем Сиф не преминула ему напомнить.

Мир постепенно погружался во мрак. В лагере уже сменился караул, и маги воссоздали защитный купол. Фандрал не стал спорить, когда узнал, сколько воинов осталось на попечении Хогуна с Вольштаггом. Судя по донесениям следопытов, армия разбойников превышает их по численности в несколько десятков. Сто девять ванов и пятьдесят семь асов вряд ли выстоят в следующем бою. А если и смогут, то это будет самое настоящее чудо.