Читаем Своими глазами (сборник) онлайн бесплатно

Середина XI века — конец эпохи викингов. «Веер викингов» накрыл всю Северную Европу, Испанию, Италию, Византию, Русь, Каспий. Лучшие бойцы мира — они жили мечом и сдавали его в наем. «Избави нас, Господи, от гнева Своего и от неистовства норманнов», — молились монастыри. Родственные династии скандинавов сплетались в клубок и сменяли друг друга на дальних и богатых престолах.

• Харальд III Хардероде — конунг Норвегии, последний «морской король». «Хардероде» означает жестокий, крутой, беспощадный, суровый, победный.

• Вильгельм Бастард — герцог Нормандии, завоеватель Англии, норманн.

• Кнут Великий — король Дании, Швеции, Норвегии, Исландии, Англии, норманн.

• Ярицлейв Скупой, он же конунг Руси Ярослав Мудрый, норманн.

• Ингигерда, его жена, дочь конунга Швеции Олава.

• Элисив, она же Елизавета, их дочь, жена Харальда.

• Рогер Сицилийский, герцог Сицилии, норманн.

• Магнус Добрый, конунг Норвегии.

• Зоя Великая, императрица Византии.

• Гарольд Уэссекский, король Англии.

Мы опускаем такие значимые фигуры, как Свейн Датский, Хардакнут, Олав Святой, Турир Собака, Сигурд Свинья, ярл Моркар и ряд других, чтобы не запутать зрителя в густых и смертельных узлах борьбы за власть этой эпохи фаталистов и рубак.

Мировая история не знала такого головокружительного боевика, как судьба Харальда Хардероде, покрывшего себя славой первого бойца эпохи и не познавшего поражений в сотнях схваток.

Итак — когда наш мир был юн, энергичен, нетерпелив и жесток, тысячу лет назад…

1. Ночь, дом из валунов и бревен с земляным полом и узкими окнами-бойницами, факелы и крики нападающих. Стрела влетает в окно и дрожит в стене. Мать перевязывает рослому пятнадцатилетнему подростку раны на руке и боку.

— Беги, — говорит она, торопя.

— Я умру вместе с тобой, — презрительно отвечает он, — но сначала перебью дюжину этих собак.

— Ты не должен умереть. Ты должен отомстить.

— Я отомщу каждому, кто войдет.

— Ты должен стать конунгом и отомстить тем, кто повел их.

В отблесках факелов по его лицу катится пот, когда она перетягивает рану, но лицо неподвижно, не кривится.

— Почему они пошли против отца? Ведь он был конунг по праву.

— Потому что они глупы и доверчивы. Они думали, что так они станут свободны и не будут платить налоги.

— А разве это не так?.. — мрачно говорит он.

— Нет. Теперь они станут платить датчанам и англичанам — не только скотом. Дочерьми, кровом и кровью. Кто защитит их? Для того Кнут и дал им оружие и своих англов и данов, чтоб завладеть стадом без пастуха.

— Так что, они не понимают?

— Сегодня еще нет. Ум простых людей короток.

Слетает бревно с крыши, сверху лучник стреляет в щель, стрела вонзается матери в грудь.

— Управляй… без… жалости… — выговаривает она.

Подросток мечет в щель нож, лучник со стоном исчезает.

Торопливо надевает кольчугу, шлем, открывает внутреннюю дверь в скотную службу под общей крышей. Выводит белого коня, обвязывает ему морду тряпкой, смочив в ведре с водой. Берет в левую руку щит, правой проверяет меч без ножен на боку. Ждет.

Крепкий дом трещит под ударами, в щели летят факелы, загорается утварь. Пятнадцатилетний Харальд тяжело влезает в седло, пригибаясь под низким потолком. Перегнувшись, отворяет тяжелую окованную железом дверь и вылетает наружу.

2. От неожиданности штурмующие, вооруженные крестьяне-бонды, на секунду опешивают. Он сбивает конем одного, срубает второго, принимает на щит удар третьего и в мягком стуке копыт уносится в ночь.

3. Стрела вдогон цокает сзади по шлему и соскальзывает вниз, оцарапав шею и застряв в вырезе кольчуги. Он презрительно отбрасывает ее.

4. Серое небо, серые волны, бурый берег. Поскрипывает причальный канат — дракон на высоком форштевне узкого черного корабля оскалил пасть. Крытые дерном хижины, кучка викингов.

Они смотрят на подходящего Харальда. Конь идет позади — меч, щит, шлем приторочены к седлу.

Взглядом Харальд определяет предводителя:

— И хочу уйти в поход с твоей дружиной.

— Готов поговорить об этом… года через три.

Смешок по толпе.

— Я пришел сейчас, — увесисто говорит Харальд.

— Я ответил, — презрительно бросает ярл.

— Я тоже готов ответить. — Харальд отступает к коню, надевает шлем, берет щит и меч: — Вели выйти любому из твоих бойцов, если не хочешь сам.

Смешок переходит в хохот.

— Эйгар, — бросает ярл.

Сзади выходит некрупный норманн в кожаной рубахе, подпоясанной веревкой. Улыбаясь, развязывает веревку, подбирает камень-голыш размером с крупный кулак и обвязывает концом веревки, превращая в род примитивного цепа или кистеня. Резкими взмахами вращая за веревку перед собой, делает шаги навстречу Харальду.

— Ты презираешь меня и вышел с камнем, как на собаку?.. — кривит рот от унижения Харальд. — Хорошо. Я поступлю с тобой как с собакой.

Отбрасывает щит и меч, снимает шлем, начинает стаскивать кольчугу. Они видят кровавые пятна на руке и боку, расползающиеся по холсту рубахи, лица серьезнеют.

Харальд теряет сознание, оседает.

5. Приходит в себя, лежа на шкурах в хижине, его поят горячим отваром.

— Кто ты? — спрашивает ярл. — Говори не боясь, ты мой гость.

— Харальд, сын Сигурда.

После паузы:

— Нам не нужны враги в Норвегии, — раздумчиво говорит рослый рыжебородый викинг за плечом ярла.

— Мы уходим надолго. Кто знает, что задумали боги, — отвечает ярл.

6. Викинги переносят свои сундучки на корабль. Укладывают оружие и припасы, навешивают щиты вдоль бортов. Канатом привязывают за кормой большую лодку: поход долгий, нужно место для добычи и пленных.

Выздоровевший Харальд отводит от поселка за холм своего коня.

— Ты служил отцу, и ты служил мне. Больше ты никому не должен служить. Ты будешь ждать меня на пастбищах у ворот Валгаллы, на тебе я въеду к Одину — клянусь. — Вонзает коню в грудь меч.

7. Викинги наваливаются на весла. Парус. Даль.

8. Буря, ночь, молнии. Пенные валы бьют драккар. С хрустом он напарывается на риф, проволакивается по нему. Течь в корпусе, вычерпывают воду, драккар оседает: утонет.

— Переходить в лодку! — кричит один в свисте ветра.

— Она и половину нас не вместит! — кричит другой.

— Пусть решит жребий! — говорит ярл.

Он достает пучок стрел.

— Эйгар! Дай твои черные стрелы.

Ярл кладет рядом по две стрелы — белую, лучше различимую во тьме, и черную — и секирой рубит их попарно на равные отрезки. Ссыпает палочки в шлем.

Викинги по одному тянут жребий. Вытянувшие белый перебираются в подтянутую к корме лодку. Вытянувшие черный возвращаются к веслам и вычерпывать воду.

Харальд в лодке. Ярл — ему тоже выпало спастись — переходит последним и собирается перерезать канат.

С кормы молодой викинг кричит:

— Это ли ты обещал мне, ярл, когда звал с собой в поход?

— Что ты предлагаешь? — тяжело спрашивает ярл.

— Чтобы ты перешел на мое место, а я — на твое.

— Будь по-твоему. — Ярл собирается вернуться в драккар.

— Людям нужен вождь, — Харальд оказывается впереди него и прыжком возвращается на драккар.

Он презрительно говорит в лицо тому юноше:

— Ты, должно быть, очень любишь жизнь и думаешь, что умереть — это трудное дело. — Хватает его за шиворот и штаны и швыряет в лодку. И взмахом ножа перерезает канат.

Лодка исчезает в темноте, люди на ней отгребают в сторону.

— На весла! — командиром гаркает Харальд. Наваливается на рулевое весло на корме. — Держим по ветру! Вычерпывай!

— Зачем напрасно спорить с богами, — сурово замечает викинг рядом с ним. И тут же получает нож под ребро и уносится волной за борт.

— Боги приказывают сражаться всегда, — бешено отвечает Харальд, стряхивая кровавую воду с ножа.

Очередной вал накрывает их с головой. Отплевываясь и задыхаясь, Харальд привязывает себя к веслу.

9. На рассвете их вышвыривает на отмель низкого берега. Корабль в щепы, спасают лишь оружие. Сбиваемые с ног прибоем, выбираются на сушу.

10. Угрюмой мокрой кучкой бредут вдоль стихшего серого прибоя. Указывают рукой на предмет, болтающийся в волнах и прибиваемый к берегу. Идут туда, бегут.

Их лодка качается у берега, кверху пробитым днищем. Невдалеке на песке — сундучок одного из викингов с сорванной крышкой…

Утонули те, кто должен был спастись…

— Один поменял наши жребии, — говорит один.

Суеверно глядя на Харальда, другой указывает пальцем:

— Один сохранил его жребий. И нас вместе с ним.

Третий смотрит задумчиво, обмеряя Харальда взглядом:

— Похоже, твоя удача велика, сын Сигурда. Будь с нами.

11. Один принюхивается. Другой указывает рукой: струйка дыма над холмами. Молча, быстро идут в том направлении, на ходу группируясь в компактную кучку, проверяя и удобнее перехватывая оружие.

12. Поселок у берега меж холмов — десяток домов, крытых дерном, несколько коров на лугу, пара вытащенных лодок близ берега.

13. С ревом набегают викинги, разворачиваясь в цепь, работая мечами и секирами, вышибая двери и не щадя никого. Кровь стекает через порог. Женский крик. Выскакивает с копьем крестьянин и падает, срубленный. Пытается убежать девушка с распущенными волосами, но ее догоняет брошенный нож. Черный дым поднимается над хлевом.

14. Викинги сносят все добро в лодки у берега: ткани, меха, украшения, сундучки, кожаные мешочки с монетами, топоры и ножи… Обмениваются радостными замечаниями: жизнь налаживается! Переступают через трупы.

15. Пир на берегу. Огромный костер. Бычья туша на вертеле. Связка жареных гусей. Ковшами черпают пиво, передают чаши с вином, гогочут, вытирают об одежду масленые руки, обливаются пойлом, блики огня на заросших лицах. Упиваются.

16. Харальд приходит в себя, не может пошевелиться, стонет, открывает глаза.

Крепко связанный, он лежит на траве.

Его друзья, стянутые веревками, лежат здесь же.

— Тор и Фрейя! Кто посмел! — рычат и ругаются викинги. Некоторые извиваются, силясь высвободиться из пут.

— Посадите их, — раздается повелительный голос.

Чужие воины сажают викингов на земле, некоторых — опирая спинами друг о друга по двое-трое.

Коренастый человек в длинной кольчуге стоит над ними, отдавая распоряжения. Рукоять меча за его поясом инкрустирована камнями.

— Хелльбранд, старый знакомый, — протягивает он, узнавая одного из викингов. Тот отводит глаза и зло сплевывает.

Огромный, похожий на медведя воин вопросительно смотрит на предводителя.

17. Харальд смотрит: чужой драккар стоит у берега, черный, смоленый, и стяг вьется на неспущенной мачте: на небесно-зеленом поле — черный ворон с распущенными крыльями; ветер веет, и ворон, растопыривший когтистые лапы, шевелит крыльями.

18. Предводитель делает характерный жест ладонью.

19. Часть викингов с перерезанным ночью горлом лежит на траве.

20. Оставшихся человек пятнадцать рассаживают через промежутки на огромном бревне, лежащем у сожженного поселка. Руки их связаны за спиной, меж спиной и вязкой проходит вбитый в землю за бревном кол, таким образом что его верхушка торчит на уровне лопаток: не дернуться. Двое воинов подтаскивают очередного викинга за плечи и сажают на бревно, третий просовывает сверху кол за его спиной под вязки рук и камнем вбивает в землю, пока верхушка не уйдет ниже уровня шеи сидящего.

Похожий на медведя боец с широкой секирой подходит к бревну, перехватывает секиру за самый конец длинной рукояти, делает широкий круговой горизонтальный взмах — и голова крайнего викинга отскакивает и катится.

Негромкий одобренный гул его товарищей.

Вторая голова. Третья. Исполнитель явно щеголяет техникой удара.

Наконец, он подходит к Харальду. Секира в крови.

— Не испачкай мне волосы, — презрительно говорит Харальд.

Наблюдающие казнь воины усмехаются шутке. Эти люди умеют ценить мужество.

— А что же мне, мыть ради тебя одного топор? — пренебрежительно отвечает исполнитель, задетый его мужеством и моральным превосходством в этот миг.

— Можешь вырубить мне кровавого орла, — бросает Харальд как бы небрежно.

Секундная пауза и внимание зрителей.

— Ты просишь разрубить тебе ребра и вырвать легкие? — уточняет исполнитель: тень недоверия и уважения в его голосе.

— Ты можешь посмотреть, как умирает викинг из Норвегии, — говорит Харальд, глядя в глаза вождю.

— В Норвегии есть мужчины, — одобрительно замечает один из зрителей.

Исполнитель разрезает веревки за спиной Харальда, освобождает и отводит от спины его руки и рывком разрывает рубаху.

— Кол тебе не мешает? — спрашивает Харальд и пересаживается чуть в сторону, чтобы палачу было удобнее.

Тот перехватывает рукоять секиры ближе к лезвию и примеривается.

Вождь делает приостанавливающий жест.

— Хочешь ли ты получить жизнь? — спрашивает он.

— Смотря кто ее предлагает, — с достоинством отвечает Харальд. — Не от каждого можно принять такой подарок.

Воины гудят, хохочут и хлопают друг друга по спинам. Симпатии явно перешли на сторону Харальда.

— Мальчишка молодец!..

— Ты прав, — говорит вождь. — Тебе предлагает ее ярл Ингвар. Можешь ли ты принять мой подарок?

— Могу, — с паузой, ровно отвечает Харальд.

— Хорошо, — говорит ярл. — А то я уже боялся, что ты мне откажешь.

Общий хохот.

— Назови себя, чтобы я знал, кого одарил, — велит ярл.

Харальд встает, гордо выпрямляется:

— Ты имеешь право знать мое имя. Харальд Сигурдарсон, сын конунга Норвегии.

В зрителях — кряканье, покачивание голов.

— Ты стоишь денег, — задумчиво говорит ярл.

— Я стою больше.

— Но я еще не назвал суммы.

— Сумма неважна. Все равно больше. Хотя сейчас мой дом сожжен, а отец мертв, и некому заплатить тебе.

Исполнитель переступает ближе к нескольким еще живым викингам и вопросительно смотрит на ярла. Обезглавленные трупы сидят на залитом кровье бревне.

— Храни тебя Один, Харальд, — улыбается первый в очереди и командует исполнителю: — Ну!

— Развяжите их, — приказывает ярл. — Мне понравился один из них.

Он протягивает руку. В руку вкладывают меч Харальда. Он протягивает его Харальду со словами:

— Он твой. И я предлагаю вам с ним служить мне, — и после паузы и взгляда добавляет, — пока ты не вошел в силу.

— Сколько будет стоить мой отказ?

— Их жизни. — Ярл кивает на троих оставшихся в живых викингов.

— А мое согласие?

— Мою дружбу. И честную долю в добыче.

— Мои люди будут подчиняться мне, — говорит Харальд.

— Это справедливо. А ты — мне.

— Это справедливо. Пусть будет так.

21. И вот они уже пьяны в попойке — на том же месте, где сутки назад, и такая же бычья туша на гигантском вертеле над костром, те же бочонки и чаши вкруговую и отблески костра на лицах, и искры, улетающие во тьму.

— Ты бы действительно убил их? — негромко спрашивает Харальд ярла.

— Нет. А ты бы действительно отказался идти ко мне?

— Нет. Почему ты подарил мне жизнь? В Норвегии много храбрых людей.

— Я чувствую в тебе удачу. Боги любят тебя.

В кармане своих кожаных штанов Харальд машинально нащупывает палочку и вытаскивает — это его давешний белый жребий. Смотрит на него в свете костра и прячет обратно…

22. Драккар под красным квадратным парусом в сером бескрайнем море.