Читаем Сводный гад (СИ) онлайн бесплатно

— Алекс, тут ты точно в пролете, сводная на тебя даже не посмотрит, — ржет во весь голос Серега. — Теперь моя очередь к ней подкатывать.

— И не мечтай! Я ее проучу, пожалеет, что вообще попала в мою семью, — отвечаю, сцепив зубы от злости. Я не я, если не добьюсь эту девчонку. Влюблю ее в себя, а потом заставлю страдать. Пока не знаю как, но уверен, что когда отомщу, этот горький привкус обиды за поступок ее матери и моего отца исчезнет, и я заживу прежней жизнью.

— Алекс, поверь, тебе ничего не светит, — угорает Серега. — Спорим, только в мечтах.

— Хочешь поспорить? — приподнимаю вопросительно бровь.

— А давай, — отвечает после недолгого размышления. — На что?

— У меня есть байк, — отвечаю первое, что приходит на ум. Не хочется с ним расставаться, но ведь я же не проиграю.

— Нет, не пойдет. Зачем он мне? Но есть то, чего я хочу, но получить сам не могу — задумчиво смотрит куда-то мимо меня.

Я продолжаю вопросительно на него смотреть, не понимая, о чем он.

— Место капитана в команде, — отвечает и смотрит мне в глаза. А я тихонько офигеваю. — Но ты же не проиграешь, Алекс? Так ведь? Проиграю я, отдаю свою тачку. Знаю, она тебе нравится.

— Принимаю, — конечно, я не проиграю, недождётся. — А по срокам?

— До конца учебного года. Думаю, нормально, — отвечает и протягивает раскрытую ладонь.

— Да за такой срок я и пятерых уломаю, — смотрю ему в глаза с усмешкой.

— Не факт, — ржет этот придурок. — Чтобы ее уломать, тебе придется быть милым, ухаживать. Она та еще недотрога. А еще один прокол, как сегодня, и ты точно в пролёте.

— Забились, — пожимаю протянутую руку Сереги.

Ну что, сводная Недотрога, теперь тебе никуда от меня не деться.

Аня

— Мам, я не хочу на юрфак, ну что я там забыла? Ты же знаешь, я всегда мечтала стать дизайнером.

— Ань, знаю, но Илья говорит, что юрфак — это перспективы и работа. Ты же хочешь иметь дом, машину и все, что тебе захочется?

— Мам, раньше ты говорила, главное — что нравится мне! А я хочу дизайн разрабатывать, радовать людей и сама радоваться, а не быть бездушным роботом!

— Ань! Ну ты опять? Мы же уже все обсудили? Илья обо всем договорился, а теперь что? Отменять?

— Конечно, меня-то никто и не спрашивал о моих желаниях!

— Зря ты так, Ань. Мы же как лучше…

— Все, мам, я пришла, поговорим вечером.

Останавливаюсь у входа в университетский дворик и не решаюсь идти дальше. Мама всегда говорила, что нужно быть решительнее, не позволять сомнениям брать верх. Только, увы, я не такая смелая, как мама. Я трусиха. Боюсь неизведанного, любых перемен и встрясок. Мне по душе размеренная жизнь, где все расписано наперед. Только кто-то свыше решил за меня.

Сначала развод родителей, который я до сих пор не приняла. Хотя, каждый из них по-своему счастлив, я теперь чувствую себя пятым колесом в телеге — никому не нужной обузой. И у мамы, и папы теперь своя личная жизнь, что никак не укладывается в моей голове. Как два человека, связавшие свою жизнь вдруг просто разлюбили друг друга?! Ну разве такое бывает?! В моем понимании — нет.

Если полюбил — это на всю жизнь. А если нет — это и не любовь, а так, баловство. И зачем тогда детей заводить? Чтоб они страдали, как я? Не зная не представляя, кто из родителей прав, а кто виноват? И не обижу ли я маму, если поеду с папой отдыхать к морю? Не обижу ли папу, если выберу встречать Новый год с мамой, а не с ним? Да и как вообще можно выбрать сторону?

Вот так меня и мотает. Добавились еще и вторые половинки родителей. Мама вышла замуж за дядю Илью и, судя по ее настроению, вполне счастлива. А папа женился на своей помощнице Марине.

Только про его счастье ничего не скажу. По мне Марина просто охотница за деньгами. Она мне никогда не нравилась, особенно ее взгляд — липкий и неприятный, оценивающий.

Я осталась с мамой и дядей Ильей. И сегодня должна познакомиться со своим сводным братом, который жил отдельно в собственной квартире и не был на свадьбе у отца.

Мама вышла замуж, и мы переехали в другой город, пришлось поступить в другой универ на юрфак.

В общем, маму и отчима не переубедить, что дали, то и имеем. Немного страшно — ни друзей, ни подруг, незнакомый город. Надеюсь, тут над новенькими не издеваются.

Делаю шаг вперед, расправляю плечи, в конце концов, не я первая, не я последняя. Как-то же справляются другие с кардинальными переменами в их жизни? Значит, и я справлюсь. Ничего другого не остается.

Прохожу через университетский дворик, захожу в здание. До первой пары еще 20 минут, успею все узнать и найти аудиторию, где проходит первая пара.

Конечно, хорошо бы прийти в начале учебного года, но, увы, зависело это не от меня. Поднимаюсь на четвертый этаж к деканату, нахожу расписание на неделю и переписываю в блокнот вместе с номерами аудиторий, чтобы не забыть.

С документами все быстро решил дядя Илья, мне даже напрягаться не пришлось. Да, в этом плюс. Как и для мамы, которая привыкла тащить все на себе. А тут мужик, который все сам решает, заботится и оберегает от проблем. Понимаю выбор мамы, хотя до сих пор стесняюсь… отчима? Так теперь называть дядю Илью? Слишком много перемен для меня за последнее время.

Так, первой парой у меня “Теория государства и права”. Нужно зайти раньше остальных, чтоб не так пялились на новенькую. Надеюсь, сольюсь с одной из стен, и на меня не обратят внимания.

Как же я ошиблась.

Аня

Спускаюсь на второй этаж, нахожу нужную аудиторию и меня стопорит. Соберись, Аня! Деваться-то некуда. Захожу, окидываю взглядом помещение — по ощущениям собрались почти все.

Места за передними партами заняты, да мне они и не нужны. Сейчас я не хочу внимания, хочу стать незаметной и просто учиться. Прохожу к последним рядам и сажусь на самую последнюю парту у окна. Отлично, самый подходящий вариант. Бросаю рюкзак на скамейку, достаю чистую тетрадь и ручку и после накидываю капюшон худи на голову.

Люблю этот вид одежды в паре с джинсами, они отлично подходят для того, чтобы слиться с толпой. Только вот в этот раз не выходит. Замечаю устремленные на меня взгляды сокурсников и опускаю голову ниже. Не видно лица — меньше вопросов.

Через несколько минут в аудиторию заходит преподаватель и переключает всё внимание на себя. Пока идет перекличка, я с интересом осматриваю тех, кто присутствует на паре.

Совершенно разные личности: от ботанов, у которых главная цель — получить диплом и чего-то добиться в жизни, до мажоров, у которых все давно проплачено.

К какой категории отношусь я? Видимо, что-то среднее — не фанатик, но и не прогульщик. После переклички и приветствия преподавателя Сергея Николаевича, довольно приятного на вид мужчины, начинается лекция.

Не успеваю записать тему в тетрадь, как дверь аудитории открывается и входят три парня. Сразу видно — они тут хозяева жизни, и при каждом опоздании их обязаны ждать, не начиная лекции.

Никаких извинений, приветствия преподавателю или чего-то подобного. Они просто нагло вваливаются в аудиторию, хохоча, видимо, над шуткой одного из них, проходят на задние ряды и, также громко разговаривая, садятся справа от меня.

— А уважать преподавателя и тех, кто хочет получить знания, а не тупо купить их, вас никто не учил? — мой голос звучит эхом в образовавшейся тишине аудитории.

Троица мажоров, уставившись на меня, тупо моргают, будто не понимая, кто это посмел что-то вякнуть в их сторону.

В аудитории стоит звенящая тишина. Все взгляды устремлены на меня. Неловко получилось. Через несколько минут Сергей Николаевич отходит от шока и продолжает читать лекцию. Смотрю на преподавателя, но чувствую, что взгляды этих наглых мажоров прожигают во мне дыру.

Мда, Аня, только ты могла так лохануться — на первой же паре нажить себе врагов.

Дальше лекция проходит без неожиданностей. По окончании я специально долго складываю ручки и тетрадь в рюкзак, чтобы избежать встречи хоть с одним из одногруппников.

Следующая лекция по “Истории государства и права России”, и просочиться незаметно уже не получится. Увы. Поднимаюсь на третий этаж, смотря под ноги. Не хватало еще растянуться на лестнице с моим-то везением. И внезапно врезаюсь во что-то твердое. От неожиданности охаю и заваливаюсь назад. Меня хватают за талию и тянут обратно, иначе я полетела бы по лестнице на пролет вниз.

Перевожу взгляд вверх на своего спасителя и вижу одного из опоздавших наглых мажоров. Высокий, темноволосый, внимательно смотрит на меня своими серыми глазами.

Уголок его губ поднимается в наглой ухмылке, и я тут же спускаюсь на ступеньку ниже.

— Спасибо.

— Да не за что, красота. Не мог позволить переломать косточки в таком красивом теле.

— Это было не обязательно.

— Что?

— Твои дурацкие подкаты. На меня они не действуют.

— Неужели? — брови красавца ползут вверх. Явно не привык, что его отшивают. Да, ты красавчик, но даже не мечтай.

— Для ухаживаний есть много других вариантов. Но тебе и твоим друзьям этого не понять.

У парня явно передоз мыслительного процесса, он молча смотрит, как я обхожу его, поднимаясь на свой этаж.

— Уверена?

— В чем?

— Что я не умею ухаживать за девушками?

— А ты хочешь доказать?

— А ты хочешь проверить? — ухмыляется красавчик.

— Не горю желанием. Извини, опаздываю, — с этими словами быстро поднимаюсь на этаж, прохожу мимо толпящихся у лекционной аудитории одногруппников и встаю у двери.

Подошедший почти одновременно со мной лаборант открывает аудиторию, и я захожу туда первой, устремляясь на последний ряд, ближе к окну, чтобы наблюдать за остальными и одновременно видеть, кто пялится на меня.

Мажорчики, конечно же, занимают места на соседних партах, слева от меня, оживленно что-то обсуждая. Невольно бросаю взгляд на парня, спасшего меня от падения с лестницы. Он смотрит в ответ.

Не отвожу взгляд, пусть не думает, что прогнусь. Не на ту напал. Хотя у самой поджилки трясутся. Но если отведу взгляд — покажу слабость. А этого допустить нельзя. Тем более в первый день.

— Нравлюсь? — от неожиданности округляю глаза. И просто молча в недоумении продолжаю пялиться.

— Нравлюсь, спрашиваю? Смотришь, как будто съесть хочешь. Могу это устроить. Сегодня вечером.

Дружки красавчика начинают громко ржать. Отмираю:

— Ты не в моем вкусе. Терпеть не могу самодовольных хамов. Так что не мечтай. Ты в пролете.

Краска сходит с лица красавчика, видно, как бешено пульсирует венка на шее. Он бесится. Задела его самолюбие. А нечего провоцировать.

В эту минуту заходит преподаватель, и мы все усаживаемся по местам слушать нудную лекцию о причинах возникновения Российского государства.

Аня

После окончания пар выхожу на крыльцо университета, подставляя лицо позднему осеннему солнышку. Конец осени в этом году выдался на удивление теплым. Люблю это время года за буйство красок, умиротворенность в душе, наступающую во время долгих прогулок по улочкам города, за хорошее настроение, что дарит неспешность — ведь нет жары, что стоит летом, но еще и нет холода зимы.

Обожаю гулять в каком-нибудь парке, когда под ногами шуршат опавшие листья, есть о чем подумать и о чем помечтать. Вот и сегодня перед тем, как идти домой, я решила разведать местный парк. Множество каруселей, лавочки и ларьки с попкорном и фастфудом — все, как и в других обычных парках, но везде своя атмосфера праздника и ощущение, что именно здесь жизнь бьет ключом. Летом здесь, наверное потрясающе.

Уже направляюсь в сторону дома, как слышу входящий на свой телефон. Мама. Чёрт! Не позвонила сразу после окончания занятий и теперь выслушивать. Мама у меня хорошая — добрая, заботливая, но иногда чересчур контролирует свою уже взрослую дочь.

— Да, мам? — стараюсь придать голосу радости.

— Ань, ты где? Задержалась? Не предупредила. Я же волнуюсь! Город незнакомый. Мало ли… — замолкает, она часто перегибает в своих переживаниях, но я уже привыкла.

— Мам, прости! Зашла в парк по пути, увлеклась. Ну бывает, — оправдываюсь, чтобы заглушить собственное чувство вины. — Обещаю, не повторится!

— Давай домой. Илюша приехал, ждем тебя и Алекса, он обещал подъехать. Познакомитесь. А вдруг подружитесь? Вы же одногодки, все легче освоиться на новом месте будет.

— Да, уже иду, мам. Пока.

Алекс. Сын дяди Ильи. "Хороший мальчик и большая папина надежда", как говорит мама. Не знаю, что этот Алекс за фрукт, но если ему с рождения дули в попу, представляю, что из него выросло.

Эгоизм, папины деньги — да тут есть где разгуляться. Небось, весь из себя и на сраной козе не подъедешь. Из разряда тупых мажоров, типа сегодняшних, которые привыкли, что все падает к их ногам, и напрягаться не надо. Ненавижу таких. Сами по себе, без родительских денег и покровительства ничего из себя не представляют, зато гонора! А такие, как я вынуждены пробиваться сами и уступать бюджетные места тупоголовым болванам с толстым кошельком.

Настроение вмиг испортилось, и до дома я уже шла быстрым шагом, потому что наслаждаться видами города и погодой мешала злость на сильных мира сего.

У дяди Ильи были деньги. Нет. Не так. У него их было жопой жуй. Мама бы мне рот с мылом помыла, услышь она такие слова в адрес своего "Илюши". Аж передергивает каждый раз.

Алекс учился за границей до восемнадцати лет, а теперь папа решил, что в университет он поступит российский. Интересно, с чего это? Явно не просто так. Видимо, проштрафился сынок.

Впрочем, не мое дело. Пусть делают, что хотят. Главное, чтоб в мою жизнь не лезли. Итак уже "помогли", переведя меня в другой универ да еще и на юрфак. Чему я сопротивлялась до последнего. Но моего мнения и не учитывали, как оказалось. "Илюша" знает, как лучше. Для кого? Это главный вопрос, что остался для меня без ответа.

Теперь мне предстояло познакомиться с Алексом — моим сводным братом. И поладить с ним, потому что мама и дядя Илья будут этому "очень рады". Мне же хочется послать всех к чертям, но пока, увы, не могу. Иначе все мои мечты пойдут прахом. А ради них я готова на все. Даже терпеть гребаный юрфак со скучными лекциями и эти дебильных мажоров с одной извилиной вместо мозга.

В том числе и сводного брата, который, думаю, окажется не лучше.

Беру такси (от личного водителя я категорически отказалась, хоть это мне удалось отстоять). Еще не хватало мне заделаться в местные мажорки. С меня и дяди Ильи хватит в нашей с мамой повседневной жизни. Доезжаю до элитного поселка, где мы теперь с мамой обитаем, расплачиваюсь и иду к воротам, которые предупредительно открываются. Какой сервис!

Захожу в дом и сразу поднимаюсь в свою комнату, чтобы переодеться. Если приду к ужину в таком виде — худи и джинсы, маму хватит удар, а "Илюшу" и того хуже.

Надеваю черное платье, единственное, что имеется в моем гардеробе (я не захотела его "обновлять" по предложению маминого нового мужа. Еще чего! Меня все устраивает), к нему черные балетки и собираю волосы в хвост черной резинкой. Пусть видят — у меня траур. Траур по моей прошлой жизни, где я шла к своей мечте.