Читаем Свет в окошке онлайн бесплатно

Они столкнулись в дверях. Или она поскользнулась, или он случайно ее толкнул, не разобрать было, но когда девушка падала, Дмитрий успел подхватить ее на лету, мысленно подивившись и похвалив себя: «Расторопный, однако!» А еще Дмитрий приятно поразился, что это крупное тело оказалось вовсе не тяжелым и удобно разместилось на его руке. Более того, стало вдруг легко и хорошо, и откуда-то пришла радость, словно невесомое женское тело принесло долгожданное счастье. И еще Дмитрий понял, что девушка чувствует то же самое.

– Извините, ради бога. Я нечаянно! – поставив девушку на ноги, сказал он и улыбнулся.

– Это все каблук, – принимая устойчивое положение, виновато улыбнулась она в ответ.

Оба наклонились, рассматривая странную женскую обувь, тренд двадцать первого века, с виду здорово напоминавшую кандалы. Тяжелую монолитную платформу увенчивал мощный каблук, послуживший причиной потери равновесия.

– Я тоже был неловок, – слегка отстраняясь, смущенно пробормотал Дмитрий.

Они находились в вестибюле небольшого ресторана: девушку ждала компания подруг, а Дмитрий пришел на встречу с приятелем.

Оба с любопытством разглядывали друг друга, и каждый мысленно вспоминал радостное ощущение, охватившее обоих только что.

«Надо же, три минуты назад я и не подозревал, что подобное возможно. А оно не только возможно – оно есть, оно реально. Я чувствовал, я ощущал: счастье лежало на моих руках и было невесомо, как мысль, как эфир, как космос!» – подумал Дмитрий, продолжая держать руку на весу, словно собирался еще раз поддержать девушку, если та вдруг снова надумает упасть.

В ответ своим мыслям он увидел улыбку. И тоже улыбнулся. Ах, так она поняла, о чем он думает! Они опустили головы, чтобы еще разок полюбоваться на дивную обувь, едва не сломавшую девушке жизнь.

«А она не так высока, как мне показалось, мы с ней одного роста, это каблуки у нее такие. А как стройна, черт возьми!» – мысленно рассмеялся Дмитрий, осознавая, что не смеялся столь искренне уже несколько лет.

Все повода не было для смеха. Жизнь, стрессы, время безжалостно уплотнилось. Даже поесть толком некогда. А тут… пришел поужинать и случайно наткнулся на счастье. Или счастье наткнулось на него…

– Вы можете ходить? – спросил Дмитрий, касаясь локтя незнакомки.

Снова обожгло. Это не девушка! Молния. От нее исходит электрический заряд. Радостное чувство вновь охватило Дмитрия, он едва не задохнулся. Как трудно стало дышать, здесь явно душно.

– Включите кондиционер, пожалуйста! – крикнул он юноше, застывшему за барной стойкой.

– Работает, видите, как пашет, – с готовностью откликнулся тот, выскакивая из-за стойки и протягивая пульт, но Дмитрий только отмахнулся и чуть крепче сжал локоть девушки: – Вы здесь отдыхаете?

– Я Юля. Мы с девочками встречаемся. С курса, – пояснила она, заалев щеками, отчего стала еще красивее. – Мы всегда встречаемся перед Новым годом.

Новый год! Как только Юля произнесла эти слова, Дмитрий сразу заметил и праздничное убранство ресторана, и пляску огней, и даже ощутил волшебное волнение, которое охватывало его в детстве каждый раз с приближением этого чудесного праздника.

…Как прошел тот день, Дмитрий не запомнил, но закончился он в тот момент, когда они с Юлей обменялись визитками. Два дня пролетели как в тумане, и если бы дотошные опера из телевизионных сериалов, случись такое дело, попробовали бы выяснить, чем занимался в эти дни Дмитрий, они не смогли бы вытянуть из него ни слова. Ничего не запомнилось. Ни одного события не отложилось в памяти. Время слилось в одну тягучую минуту: сон, пробуждение, всматривание в самого себя и поиски энергетического баланса, плывущие мимо сознания незначительные события, люди без лиц и внешности. Одна сплошная серая лента. И лишь в крохотном уголке мозга угнездилось крепнувшее день ото дня воспоминание о случайной встрече в ресторане.

В какой-то момент Дмитрий осознал, что если вновь не ощутит в своих руках осязаемое счастье, то сойдет с ума. И позвонил. Странно, но она заговорила так, словно они расстались минуту назад, будто не прошла вереница тоскливых дней, – видимо, ждала звонка. Говорила спокойно, уверенно. Дмитрий почувствовал на лице улыбку. И забыл, что его ждут дела, посетители, встречи, разговоры, договоры, переговоры, что в приемной очередь из сотрудников, желающих разрешить, как всем им кажется, неразрешимые житейские проблемы, поздравить его – да, с наступающим, как водится, поздравить, да-да, спасибо…

Встретились они в том же ресторанчике – и друг друга там встретили, и Новый год, все одновременно. Заведение показалось родным домом, будто они бывали здесь уже по многу раз и непременно вдвоем. И снова забвение. О чем говорили, что послужило темой диалога – все скрылось за плотной завесой времени. Ни одного слова не запомнилось. И как-то само собой получилось, что вскоре они оказались вместе, и не только в постели, но и во времени.

Еще через несколько дней Дмитрий сделал Юле предложение. Состоялась свадьба, удивившая родителей с обеих сторон: уж больно разными были молодожены. Особенно мучился Дмитрий, не зная, как объяснить родным, что когда он держит в руках Юлю, ему кажется, будто он может перевернуть земной шар.

Обладание этим ловким женским телом вселяло ощущение вечности. Так будет всегда. Мужчина всегда будет любить женщину за то, что она спит вместе с ним, дарит ему свое тепло и делится своей душой. Недаром же говорят: ночная кукушка перекукует любую дневную. Юля охотно делилась собой, она была щедрой от природы. Дмитрий умиротворенно думал, что, не случись ему в тот благословенный день забежать в ресторанчик, ничего бы сейчас не было. А теперь у него все по-новому. Новая квартира, новая жизнь. Он женатый мужчина. Сразу забылись старые связи. С высоты семейного благополучия смешными показались встречи с женщинами, не приносившие, кроме физического, никакого иного удовлетворения. Почувствовав непреодолимую преграду, брошенные и забытые, эти женщины перестали звонить. Дмитрий снисходительно хмыкал: пусть у них тоже все наладится. Девчонки хорошие, они ни в чем не виноваты, просто с ними у него любви не было, а без любви нет счастья, он теперь это знает.

Жизнь устроилась благополучно: Дмитрий просыпался бодрым, полным идей и замыслов, и все у него ладилось и спорилось. Вскоре он получил новое назначение. Судьба явно баловала Дмитрия. Единственное, что смущало: назначение забрасывало семью в другой регион, а так не хотелось расставаться с нажитым местом, привычными связями и налаженными контактами. Но карьера манила новыми возможностями. Дмитрий ощущал в себе мощный приток энергии. Ничего страшного. И в других краях люди живут – не тужат.

Юля оказалась легкой на подъем. Быстро, без долгих уговоров согласилась на переезд. Родители распереживались, но как-то молча, почти без упреков.

Уехали. Улетели. Жаль было расставаться с родным городом, но перспективы манили. Чужбина обещала многое. Великий стимул гонит людей на заработки в леса, пустыни, в жару и зной, в снега и холод.

Глядя в иллюминатор, Дмитрий думал. Вот что значит судьба! Он ведь давно хотел уехать из города. Но если бы не женился, никогда бы не осуществил этот замысел. И теперь – в регион!.. Все стремятся в столицы, а он… Не совершает ли он ошибку? Но в конце концов, что сильно изменится-то? Не на целину же едет, не тайгу рубить. Будет, как и раньше, сидеть в офисе, в тепле. Вернуться всегда можно. И продолжить битву снова в родном городе.

Дмитрий с детства мечтал о высокой карьере. И всегда знал, что непременно станет статусным человеком. Попасть в элиту нелегко, но Дмитрий это сделает, а Юля, в этом Дмитрий был уверен, поможет ему взобраться на самую крутую вершину власти. Юля сумеет соорудить из быта надежный тыл, в котором можно будет отдыхать от праведных трудов, Юля, легкая в общении, понимающая и добросердечная, станет его верным помощником, утешением и талисманом. Откуда взялась такая уверенность, Дмитрий понять не мог. Но охотно поддерживал ее в своей душе – и это было приятно.

…В иллюминаторе плыли сказочные облака, их вид навевал думы легкие, позитивные, и будущее грезилось ясным и прочным. Юля нежно сопела сбоку, она немного устала от сборов, но все равно выглядела очаровательно. Дмитрий невольно залюбовался женой. Милая, сердечная. С ней хорошо. Даже сейчас, в самолете, она выглядит симпатичнее остальных женщин.

Подошла стюардесса, утомленная долгим перелетом; красивая, но веки припухли, белки глаз покрыты красными сеточками.

– Принести что-нибудь выпить? Чай, кофе? – спросила она.

– Чаю! – капризно произнесла сонная Юля, и Дмитрий почувствовал, что самолет стремительно падает. Несется вниз как сумасшедший. Откуда этот капризный тон?

– Будьте добры, чаю! – мягко уточнил он, и самолет резво взлетел вверх.

Дмитрий продолжал чувствовать неловкость, даже поежился. Стюардесса улыбнулась, с пониманием взглянув на него, и засеменила за чаем. Дмитрий повернулся к Юле: сидит, улыбается, мягкая, теплая, нежная. Просто показалось. Ну сказала и сказала. Может, что-то приснилось…

И Дмитрий успокоился, прислушавшись к гудению моторов. Ровный шум напомнил о собственном взлете. Скоро он станет главным. Лучше быть первым на деревне, чем последним в городе. Так бабушка говорила, причем повторяла это довольно часто, раз умная поговорка отложилась в детской памяти.

Снова возникла стюардесса. Она поставила чашки на столик и нерешительно предложила:

– Вам пледы положить?

В салоне было весьма зябко, но пледы никто не спрашивал.

– Давно пора! Чуть не закоченели тут у вас! – На этот раз помимо капризности в голосе Юли прозвучало явное высокомерие.

Дмитрия передернуло. «Черт возьми, да что это с ней? Как она разговаривает? Неужели не понимает, что ведет себя невоспитанно? Или она считает стюардессу прислугой – и потому не стесняется?..»

Дмитрий откровенно злился, недовольно поглядывая на Юлю из-под насупленных бровей. Положив плед на Юлины колени, стюардесса испуганно скрылась.

Что случилось? Дмитрий не узнавал свою жену. Они прожили вместе чуть больше года. За это время много чего произошло: устраивались в новой квартире, покупали мебель, оформляли кредиты, приглашали гостей. И все у них было по-человечески. Что же произошло? Может быть, Юля совсем не хочет жить в далеком незнакомом городе – просто так и не решилась признаться? А теперь ей страшно и она не может сдержать себя? Что?..

За окном все плыли и плыли пушистые облака.

– Ты мой свет в окошке! – сказала Юля своим обычным голосом, скинув плед с коленей. Теперь она проснулась окончательно.

Облака в иллюминаторе резко взмыли вверх. Самолет шел на посадку.

«Митенька, ты мой свет в окошке», – часто говорила в детстве бабушка. И Юля так мило повторяет эти слова.

Дмитрий нежно обнял жену. От знакомых с детства слов возникшее было отчуждение сразу пропало. Стало радостно, как тогда в предновогоднем ресторане – когда он увидел свою Юлю в первый раз.

…Позже он не раз вспоминал Юлиных родителей: обычные простые люди, без затей. Дали дочери высшее образование, чем безмерно горды, будто памятник при жизни себе поставили. Она вроде неплохо училась. Не высший свет, разумеется, но на людях держится, впрочем, «на людях» – громко сказано. Близкое окружение Дмитрия и Юлии составляли его и ее однокурсники, в разнородной компании часто сразу не поймешь, о чем идет разговор, кто ведет беседу. Все хором кричат, стараясь перекричать друг друга.

А в том городе, куда они так долго летели, все оказалось иначе. С первого дня стало понятно, что они попали в некое элитное общество, куда простых людей не допускают. Нужно было срочно перестраиваться, забыть об университетских привычках и привязанностях, а в разговорах тщательно подбирать слова.

Юля снова развернула бурную деятельность по устройству семейного гнезда. В казенной, ничем не примечательной квартире быстро навела уют, развесила картины и занавески, отмыла стены и потолки, чем очень удивила Дмитрия: он ни разу не видел, чтобы кто-то мыл потолки в квартире. С обустройством жилья справились быстрее, чем предполагали, теперь нужно было устраивать жизнь. По должности Дмитрию полагалась служебная машина. Водитель приезжал всегда вовремя, минута в минуту. К его приезду Дмитрий уже завязывал галстук. Оставалось только поцеловать жену и отправляться покорять карьерные вершины.

– Ты когда будешь? – однажды утром спросила Юля, и Дмитрий поморщился: снова этот капризный тон. – Мне надоело сидеть в этой тюряге!

– Что за тон, Юлия? – ужаснулся Дмитрий. – Какая «тюряга»?

– Здесь все – тюряга! – заявила Юля и расплакалась.

Дмитрий не стал ее утешать, спрашивать, что случилось. И это стало началом конца.

Он просто вышел из квартиры и аккуратно закрыл за собой дверь.

В тот раз он так и не поцеловал Юлю.

Вскоре их пригласили на прием по поводу очередного государственного праздника. Заодно местная элита решила посмотреть, кого же прислали им из центра страны для усиления вертикали. И Юля опозорилась: громко смеялась, ходила курить с кем попало, всех угощала жвачкой, изо всех сил старалась понравиться и подружиться. Но никто не пошел на контакт с новенькой: жены местных князьков хранили гробовое молчание, не делая даже попыток исправить ситуацию. Дмитрий сразу догадался, в чем дело. Юле всегда нравилось носить декольте. Грудь для обзора она открывала с полным правом: грудь у нее была роскошная – хоть в журналах размещай для всеобщего обозрения. До журналов Юля не добралась, а вот в провинциальном городе решила продемонстрировать свои женские достоинства с размахом, и ее не поняли. Провинция отторгла то, что пыталась предложить ей Юля. Местная знать хотела жить по своим законам. Приезжие красавицы региональным матронам не указ. Точка была поставлена.

Больше Дмитрия и Юлию никуда не приглашали. Вместе они нигде не бывали. Праздничные мероприятия по долгу службы Дмитрий вынужден был посещать в одиночку, скрываясь от жены.