Читаем Супермозг человечества онлайн бесплатно

.

К этой небольшой книге я шел долгим путем.

По профессии и образованию я представитель технических знаний.

Окончив МВТУ им. Баумана строил и пускал металлургические цеха, потом во ВНИИМЕТМАШ им. Целикова много лет исследовал и проектировал металлургическое оборудование и преподавал в МВТУ. Был период, когда в сферу моих интересов попали проблемы медицины и биологии.

В своей профессиональной деятельности я много занимался математическим моделированием технологических процессов и машин, и когда у моих друзей — психиатров и биологов — возникала необходимость в построении математических моделей, я помогал им и, естественно, знакомился с их проблематикой.

В результате этих, в определенный период времени достаточно частых, контактов у меня возник ряд вопросов по принципиальным вопросам биологии и, в частности, эволюции, но убедительных ответов мне получить не удалось — ни от друзей, ни в литературе.

История и философское осмысление исторических процессов всегда интересовали меня, и хотя я и был дилетантом, но дилетантом достаточно начитанным. И тут, как, видимо, у всех, внимательно читавших историческую литературу, у меня возникло много вопросов, ответы на которые тоже не удавалось получить.

Позднее я отошел от этих проблем, но время показало, что подспудная, незаметная для меня самого, работа над ними продолжалась.

Однажды в ходе случайно возникшего диспута о сути Высшего Существа я высказал неожиданно пришедшую мне мысль о том, что команды центрального мозга человеческой популяции, распределенного по ее членам, могут ощущаться отдельными людьми, как проявление Высшей Силы. Сейчас уже не помню, насколько убедительной эта мысль показалась собеседникам, но я не забыл ее. Брошюра «Супермозг популяции и перспективы человечества» была оформлением первого этапа развития этой идеи, которая, как мне представляется, дает ответы на вопросы, которые я не мог получить ранее…

Крайне ограниченный объем брошюры позволил лишь изложить саму гипотезу и некоторые аргументы в ее пользу, но тема, безусловно, требовала дальнейшего развития.

Почти два года ушло у меня на расширение аргументации, и появилась предлагаемая книга.

В ней, кроме использованных в брошюре данных мирмекологии и зоологии, приводится уже достаточно развитая аргументация с использованием ряда наиболее известных работ «цивилизационного подхода» историософии, психоанализа и «психологии толпы».

Информационный анализ гипотезы «кин — отбора», так же приведенный в книге, позволяет, по моему мнению, по новому взглянуть на проблему «животного альтруизма», и дает сильные аргументы в пользу идеи распределенного мозга.

Информационные возможности INTERNET стали в настоящее время мощным инструментом научного анализа, поэтому в прилагаемом к книге списке использованных источников «интернет — адреса» встречаются также часто, как и привычные ссылки на литературу. Возможности Всемирной сети стремительно растут и, видимо, очень скоро ее электронные версии книг и документов будут основным источником научной информации. Тем более, что электронный формат книг и документов сильно облегчает работу с ними.

Разработка гипотезы распределенного мозга находится еще в самом начале, и на многие принципиальные вопросы еще нет ответа. И многие проблемы, такие, как, например, «иерархия супермозгов» этносов, еще ждет своего исследования.

Главное достоинство гипотезы распределенного мозга я вижу в том, что для объяснения поставленных вопросов она не требует опоры на таинственные «психополя», «мировой разум» или «Высшую Силу».

Основное допущение, которое приходится принимать, — это предположение о наличии канала передачи информации, физическая природа которого еще не установлена. Это допущение не выглядит чрезмерно сильным, так как, например, канал передачи информации при гипнозе тоже неизвестен, однако, это никак не отрицает самого явления.

В завершение, должен сказать, что ключевую роль в появлении этой книги сыграл мой давний друг и коллега, директор Политехнического Музея России проф. Г. Г. Григорян. Познакомившись с набросками работы, он настоял на ее продолжении, и без поддержки Политехнического Музея книга не увидела бы свет.

И, наконец, хочу выразить глубокую благодарность доктору биологических наук Д. И. Вигдоровичу, плодотворные обсуждения с которым во многом определили содержание этой работы. Я очень благодарен также А. Б. Торпусману, внимательно и квалифицированно просмотревшему рукопись и сделавшему ряд полезных замечаний.

Я буду считать свою задачу полностью выполненной, если эта книга сумеет пробудить у читателя интерес к проблеме супермозга.

В биосфере Земли миллиарды живых существ ожесточенно борются за существование. Сотни миллионов лет идет эта борьба, и на первый взгляд представляется, что идет война всех против всех. Особи всех видов сражаются друг с другом в отчаянной битве за пищу и место под солнцем…

Все против всех…

Но более пристальный взгляд начинает различать в этой битве контуры более сложных стратегических построений. Через миллиарды, казалось бы, неупорядоченных схваток начинают проглядывать очертания неких коалиций и объединений, которые борются за свое существование уже в качестве целых объектов.

Становится видно, что индивидуальные схватки происходят на фоне безжалостной войны за выживание целых видов живых существ, и в каждой отдельной схватке есть микрочастица успеха или неудачи всего вида.

Каким-то не очень понятным образом популяция защищает свои интересы как единого целого через бесконечное множество схваток входящих в нее особей — схваток и между собой, и с особями других популяций.

Более того, вообще, практически вся деятельность каждого члена популяции каким-то неведомым образом координируется и направляется так, чтобы защищались интересы популяции в целом.

Наиболее ярким проявлением такого поведения является альтруистическое поведение, т. е. готовность жертвовать собственными интересами ради популяции.

Особенно отчетливо это подчинение собственных интересов интересам сообщества видно на примере коллективных насекомых (муравьев, пчел и т. д.). Здесь практически каждое движение насекомого определяется потребностями семьи, и даже понятие «собственные интересы» никак не вписывается в жизненную парадигму муравейника.

Но проявления альтруизма, хоть и не в такой степени, присущи всем представителям животного мира Земли. Присущи настолько, что стремление оказать помощь другим членам популяции является важным эволюционным фактором.

Надо сказать, что альтруисты животного мира ставят сложную задачу перед эволюционной теорией. Очевидно, что альтруистическое поведение, т. е. готовность идти на жертвы ради других, снижает шансы особи на выживание и оставление потомства. И по классической схеме отбора наследственные линии альтруистов должны быстро исчезать, но альтруисты в животном мире Земли не исчезают. Из поколения в поколение различные формы альтруистического поведения проявляются у всех видов, и нет признаков их исчезновения.

Предложены объяснения, которые должны снять трудности, вызываемые явлением «животного альтруизма». Однако здесь оказывается (и об этом будет сказано ниже), что эти объяснения неявно предполагают получение некоей дополнительной информации, источник которой неизвестен.

В животном мире есть и другие не менее удивительные факты. Например, увеличение численности полярных мышей леммингов, которое грозит тундре экологической катастрофой, приводит к коллективному миграционному броску и гибели части популяции, которое устраняет экологическую угрозу; птицы не летят на юг, если условия в регионе их расселения в среднем улучшаются настолько, что перезимовать можно без перелета и т. д.

Но ведь особь в принципе не может иметь обобщенных данных о состоянии окружающей среды и популяции. Как же она может их получать и руководствоваться ими в своем поведении, особенно, когда речь идет о самом глубинном психофизиологическом регулировании?

В современной науке господствует представление о том, что поведение животного формируется лишь на базе его личного опыта, инстинктов и контактов с ближайшим окружением. Однако приведенные выше примеры заставляют усомниться в достаточности этих факторов для адекватного поведения в составе популяции.

Не менее удивительные загадки ставит комплекс наук о человеке, в первую очередь история и психология с психиатрией.

Сегодня в истории принята, иногда с оговорками точка зрения представителей так называемого «цивилизационного подхода»* (Н. Я. Данилевский, О. Шпенглер, А. Тойнби, Л. Н. Гумилев и др.) на основные этапы развития этносов и цивилизаций.

У этих авторов много различий в целом ряде существенных деталей, но одно основное положение разделяется в полной мере всеми: все этносы имеют свои уникальные черты, которые проявляются в особенностях их этапов жизни. Они определяют «душу культуры» (О. Шпенглер) и несводимы к особенностям какой-нибудь отдельной личности.

Этносы, цивилизации, культуры возникают, развиваются, дряхлеют и умирают. Вся история является последовательностью их возникновений и гибелей, и в каждый исторический период на Земле существуют и существовали несколько таких образований, находящихся в разных стадиях своего развития.

Доказывается, что у каждой цивилизации существует объективно фиксируемый набор уникальных черт, который представляет собою как бы «усредненную психику» этноса, объединенную с опытом прошлых поколений. Никакая личность, входящая в этнос, не может быть носителем всей этой «души», т. к. психическая активность личности составляет только малую часть проявлений «души цивилизации».

Науке сегодня неизвестно, что является физическим носителем той информации, которая в совокупности своей составляет «душу цивилизации» и позволяет ей воспроизводиться в каждом поколении.

В истории такой вопрос даже не ставится и, естественно, что на него нет ответа.

Существует, правда, множество околонаучных предположений о некоем «космическом разуме», «интеллектуальной ауре» или различных неизвестных физике полях с разнообразными волшебными свойствами. Но предположения эти обычно не имеют под собой никаких реальных аргументов и хороши, видимо, лишь для фантастических романов. Здесь они рассматриваться не будут.

Удивительны и также не находят объяснения результаты исследований психиатров и психологов.

Психоаналитики утверждают, что психика человека состоит из сознательной и бессознательной частей; их непрерывное взаимодействие и конфликты, обычно не ощущаемые личностью, и составляют содержание ее психической жизни. Но антагонистическое взаимодействие сознания и подсознания явно снижает потенциал выживания особи, и поэтому такая структура психики не могла бы сохранится в эволюционной борьбе. Но она все же существует.

Кроме того, психоанализ утверждает, что значительная часть подсознания, так называемое «коллективное бессознательное» (К. Юнг), в котором и хранятся архетипы или «душа культуры», передается из поколения в поколение. При этом каждая отдельная личность, видимо, не имеет полного набора архетипов данного этноса. И опять нет ответа на вопрос, где хранится этот полный набор, который ответственен за поведение и воспроизводство этноса как целого.

Архетип — (от греч, arche — начало, typos — образ) по определению К. Юнга — изначальные, врожденные психические структуры, составляющие содержание коллективного бессознательного и лежащие в основе общечеловеческой символики фантазий. Однако в реальности имеют место также и устойчивые стереотипы, образованные влиянием на человека окружающей среды. Поэтому, сегодня говорят о нескольких «слоях» архетипов: родовые (или «генетические», по К.Юнгу), культурные (общие у людей, выросших в одинаковых культурных условиях) и личные (определяемые семьёй и ближним окружением индивидуума). Провести жесткую грань между первыми и вторыми («родовыми» и «культурными») архетипами затруднительно, если не определено, где человек ведёт себя на уровне безусловных рефлексов («родовые» архетипы), а где — на уровне условных («культурные» архетипы).

В этой работе будет использоваться современное расширительное определение понятия «архетип».

С другой стороны, в социальной психологии хорошо известны и давно описаны особенности поведения личности в толпе. В случае проявления «феномена толпы», люди, составляющие эту толпу, как бы теряют свою индивидуальность, подпадая под влияние «коллективной психики» толпы. Толпа в этом случае ведет себя как некое целое, составленное из множества элементов, причем и направление ее деятельности и используемые средства никак не соответствуют обычному поведению входящих в нее людей.

Первое исследование «феномена толпы» было выполнено еще в конце ХIХ века (Г. Ле Бон), но сколько-нибудь внятного объяснения нервно-психического механизма возникновения этого явления до сих пор нет.

Также трудно объяснить, каким образом военные потери мужского населения вызывают в людских популяциях существенное увеличение доли мальчиков среди новорожденных.

Все, что мы знаем сегодня о мире животных и о человечестве, наталкивает на мысль о том, что существует еще один внешний источник информации, который управляет поведением особи на пользу популяции.

Мысль эта совсем не новая и еще древнеиндийская философия постулировала наличие того, что сейчас иногда зовется «вселенский разум».

В ХХ веке эта идея возродилась уже на современном уровне в понятии «ноосфера» (В. И. Вернадский, Тейяр де Шарден).

Однако до настоящего времени не было предложено никакой схемы информационной связи особи с популяцией, которая не выходила бы за рамки современных физических представлений.

В предлагаемой работе формулируется и обосновывается гипотеза, объясняющая механизм связи особи с популяцией на основе основных положений информатики и теории управления.

Введение предлагаемой гипотезы снимает описанные выше трудности.

В рамках этой гипотезы находят естественное объяснения все те разнородные загадки истории, психиатрии, особенностей жизни животного мира, о которых говорилось выше, и целый ряд других, не менее интригующих парадоксов живого мира Земли.

Кроме того, исследование информационной структуры сообществ людей, которая вытекает из предлагаемой гипотезы, приводит к очень важным и нетривиальным выводам относительно перспектив социального развития человеческого сообщества.

Развивая эту гипотезу, приходится признать, что творческий интеллект — слава и гордость человечества — не только случайная ошибка эволюции, но и причина будущих экологических катастроф и, может быть, гибели человека, как разумного вида.