Читаем Сумеречный холод онлайн бесплатно

Когда я переехала жить в Заячьи тропы, тихий провинциальный городок, то иначе представляла себе жизнь. Я наивно думала, что буду есть по утрам на завтрак блинчики с клубникой или черникой, пить охлаждённый клюквенный морс и наслаждаться видом из окна. Тяжкий вздох вырвался из моей груди. Яичница в тысячный раз сгорела, из окна на меня хмуро смотрели ёлки, топорща когтистые ветки, а морс протух и в нём плавали дохлые мухи. Я открыла дверцу холодильника, достала бутылку молока и открыла его. Прокисло! Кому бы свернуть шею?

Звонок в дверь разлетелся по дому серебряными переливами. Я вздрогнула от неожиданности, в Заячьих тропах не принято ранним утром будоражить соседей. Пусть у нас был и маленький городок, но мы свято чтили неустановленные законы гостеприимства, что спасало нас от ненужных ссор. Я двинулась в прихожую, мысленно моля, чтобы это были детишки, которые решили досадить мне с утра. Но мои ожидания не оправдались. Стоило открыть дверь, как сизый туман потянулся через порог. Я зябко поёжилась и поплотнее запахнула длинный халат с разорванным рукавом на правом плече.

– Каролиночка! – натянуто улыбнулся наш мэр Пётр Абрамыч, промакивая огромным носовым платком пот со лба.

За пухлым мужчиной возвышался высокий, черноволосый незнакомец с цепким взглядом. Гладко выбритый подбородок, тёмно-карие глаза и орлиный нос – хищник.

– Чего тебе, Пётр Абрамыч? – хмуро спросила я у мэра, чуть прикрыв дверь.

– Каро, – он вдруг перешёл на моё короткое имя, значит, ситуация была крайне тяжёлая. – Прошу тебя оказать содействие полиции и открыть номера для осмотра.

– И распугать последних туристов? – проворчала я, скрестив руки на груди.

– Я могу получить ордер на обыск, но это займёт время, а кое-кто уже в беде.

– Кто? – мы Петром Абрамычем вдвоём уставились на полицейского.

– Девушка, – уклончиво ответил мужчина, а затем достал удостоверение и сунул мне под нос. – Мартынов Кирилл Сергеевич, старший следователь. Вы будете со мной препираться или поможете?

Пётр Абрамыч страдальчески вытаращил на меня глаза. Я пожала плечами и пробурчала, что мне надо сперва одеться. Мужчины остались на крыльце, а я поднялась в спальню. Лето нынче выдалось у нас холодным, поэтому надела тёмные брюки и блузку с длинным рукавом. Волосы скрутила буклей на макушке, заколола шпильками, взяла связку ключей и спустилась на первый этаж.

– У нас город тихий, – разливался соловьём Пётр Абрамыч перед следователем, сцепив урки за спиной так сильно, что побелели костяшки пальцев. – Даже краж не бывает. Мы, конечно, спорить не будем, всё вам покажем. Хотите перекусить в нашем кафе? Галя варит вкусные пельмени. Я вас туда обязательно свожу.

– Идёмте, – перебила я Петра Абрамыча и взглянула на следователя, тот явно обрадовался, что больше не вынужден слушать болтовню мэра.

Мы направились к гостинице, которая торчала на холме, чтобы редкий турист не проскочил мимо. Двухэтажное здание было выстроено полукругом, отчего казалось с высоты летящим вороном из-за чёрной черепицы. В Заячьих тропах не принято сидеть без работы, каждому находится дело по душе. Хотя в моём случае мне просто вручили ключи от гостиницы и попросили за ней приглядывать. Двое администраторов следили за порядком, был ещё повар и уборщица баба Варя.

– Лерочка, – я первой переступила порог гостиницы и окликнула администратора.

Девушка подскочила и протёрла кулаками красные глаза, зевнула и спросила:

– А вы чего так рано, Каролина?

– Кирилл Сергеевич, – я указала на следователя. – Хочет осмотреть номера.

– Седьмой и тринадцатый заняты, – Лера захлопала длинными ресницами, значит, где-то притаился неприятный сюрприз.

Пётр Абрамыч побледнел и тяжко вздохнул. Мы втроём посмотрели на следователя. «Красивый, – подумала я. – Жалко».

– Мы кого-то ждём? – спросил Кирилл.

– Нет, – я очнулась, вытащила из кармана ключи и повела следователя за собой.

Начали мы с южного крыла, где не было постояльцев. Я открывала двери, Кирилл заходил внутрь, всё осматривал и выходил. Я закрывала двери, и мы двигались дальше, пока не добрались до первого номера. У меня не возникло никакого дурного предчувствия, когда коснулась круглой ручки. Щёлкнул замок, я приоткрыла дверь, и сквозняком принесло душный, сладковатый запах. Красные песчинки покатились по мягкому ковролину, казалось, что слышно, как они шуршат. Я потянула дверь на себя и вошла внутрь, окна были плотно зашторены, но сквозь тонкую полоску всё-таки проникал солнечный свет.

Девушка была распята на стене в ореоле красного круга, обросшего бахромой плесени. Её кожа почернела, а волосы почти истлели и выглядели седыми. Обрывки одежды едва прикрывали худое тело. Она свесила голову на грудь и навсегда застыла. Чёрные свечи, расставленные полукругом, сухие лепестки роз, острый клинок с серебряной рукояткой – кто-то явно проводил тайную мессу.

Пётра Абрамыч, вошедший за следователем, сдавленно прохрипел. Впрочем, тут и без него было понятно, что тихая и размеренная жизнь Заячьих троп закончилась этим утром.

Пётр Абрамыч, я и Лерочка сидели на диване в холле гостинице и вымученно смотрели на картину, висевшую на стене. Стая гончих загнала волка, и вот уже охотники мчались к своим верным псам, потрясая ружьями. Зверь, ощерив пасть, пытался из последних сил отбиться от злобных псов. Но исход неравного боя был предрешён для всех участников.

– Каро, – Пётр Абрамыч уже второй раз обращался ко мне, используя короткое имя. – Ты должна быть рядом со следователем.

– Почему я?!

– Ну, вы же хозяйка гостиницы, – подала голос Лерочка. – Мне кажется, что следователь здесь надолго задержится.

– Типун тебе на язык! – крякнул Пётр Абрамыч.

Дверь открылась, в гостиницу вошла баба Варя и недоумённо уставилась на нас. Дородная женщина неопределённого возраста с яркими, голубыми глазами, которые пронизывали насквозь.

– А вы чего тут расселись? – зычным грудным голосом спросила баба Варя.

– Убийство, – надрывно произнёс Пётр Абрамыч, и мы Лерочкой истерично захихикали.

– Правда, что ли?! – прогудела баба Варя.

– Давай хоть ты не будешь мне мозг клевать, – попросил Пётр Абрамыч, толкнув меня и Лерочку локтями.

Мы замолчали, баба Варя грузно опустилась в кресло рядом с диваном. Следователь появился в холле, обвёл нас хмурым взором и строго проговорил:

– Я вызвал судмедэкспертов, они подъедут через час.

– Кого? – переспросил Пётр Абрамыч.

– Вы же не собираетесь по кирпичику разнести мою гостинцу? – встрепенулась я, тревожно глядя на мужчину.

– Только первый номер, – криво усмехнулся он. – Простите, это образное выражение. Но мы должны тщательно исследовать комнату и найти улики.

– А когда мне можно будет приступить к уборке? – вмешалась в наш разговор баба Варя.

– До моего особого разрешения – никогда! – рявкнул следователь, а потом обратился к Лерочке. – Пригласите сюда ваших постояльцев.

– Но они же ещё спят, – возразила Лерочка и тут же получила подзатыльник от Петра Абрамыча.

– Делай, что тебе сказал Кирилл Сергеевич.

Сам следователь слегка опешил от воспитательных методов Петра Абрамыча, но вмешиваться не стал, тактично промолчав. Лерочка злобно зашипела, отчего её глаза ещё больше покраснели.

– Я тебе сверхурочные заплачу, – тихо произнесла я, предотвращая скандал на ровном месте.

– Конечно, сейчас я всех разбужу, – пропела Лерочка, вскочила с дивана и побежала будить гостей.

– Кто ещё был ночью в гостинице? – поинтересовался следователь.

Я продолжала смотреть на картину, проигнорировав его вопрос. Пётр Абрамыч толкнул меня локтем в бок, вернув в суровую реальность.

– Лера заступила на смену в двенадцать часов дня, в шесть вечера ушли баба Варя и повар дядя Слава, – затараторила я, скривившись от боли. – Я ушла около девяти вечера.

– И кто же эта девушка из первого номера? – конечно, следователь уже знал ответ, и эти все вопросы были для протокола.

– Лера никого ночью не впускала в гостиницу, – я уже успела проверить журналы, да и Лера не стала бы врать мне и Петру Абрамычу, в Заячьих тропах мы все доверяли друг другу.

– А камеры наблюдения?

– Они не работают, – мои щёки стали пунцовыми от смущения.

– Как мило, – ехидно сказал Кирилл. – Мне придётся оцепить гостиницу.

– А как же постояльцы? – спросила я, хотя мне было всё равно, что с ними будет.

– Им придётся остаться в Заячьих тропах до конца расследования, – заявил Кирилл.

– Вот те раз! – пробурчал Пётр Абрамыч. – А где же нам гостей размещать?

– Каких гостей? – переспросил Кирилл.

– Да хотя бы вас, – ответил Пётр Абрамыч. – Ладно, не берите в голову. Пойдёте к Каролине на постой, у неё дом большой, всем места хватит.

Я всхлипнула, но вовремя прикусила себя язык. Петру Абрамычу, конечно, виднее, но вот мне теперь придётся приглядывать за следователем. А то ведь не станет сидеть на месте, везде захочет свой любопытный нос сунуть. И в этот момент я вспомнила про подгоревшую яичницу, впрочем, утро-то не так плохо и начиналось.

Лерочка привела двух постояльцев, худой мужчина в чёрном костюме равнодушно воспринял известие о том, что ему придётся задержаться в Заячьих тропах. А вот дамочка в цветастом платье страдальчески заломила руки и начала причитать. Кирилл грубо одёрнул её и начал дотошно расспрашивать о вечере и проведённой в гостинице ночи.

– Думаешь, залётный? – едва слышно спросил Пётр Абрамыч у меня.

– Да, – прошептала я в ответ.

– Каро, я на тебя надеюсь, – в голосе Петра Абрамыча проскользнули властные нотки. – Гляди за этим хмырём в три глаза. Поняла?

– А если его потянет на приключения?

– Будь рядом с ним и не забывай нас предупреждать.

На том мы Петром Абрамычем и разошлись. Он сослался на работу и улизнул из гостиницы.

День потянулся тягуче и медленно, Лерочка изнывала, вертясь на диване, баба Варя недовольно сопела, а вскоре подошёл наш повар дядя Слава. Следователь опросил каждого, тщательно записывая показания в чёрный блокнотик. Я жутко проголодалась, но из последних сил сдерживала дурные порывы своей натуры.

– Мне надо домой, – пристала Лерочка к Кириллу. – Моя мама уже волнуется.

– Да отпустите уже нас, – пробасил дядя Слава, взъерошив волнистые чёрные волосы огромной пятернёй. – Мы же всё равно никуда уезжать не собираемся.

– А вдруг именно сейчас убийца рыщет поблизости? – Кирилл попытался достучаться до нашей совести.

– Вы не проголодались? – вмешалась я в оживлённую дискуссию.

– И то правда, – поддержал меня дядя Слава, тряхнув могучими плечами. – На пустой желудок ещё и не такое может померещиться.

– Что вы имеете в виду? – насторожился Кирилл.

– То, что мы с вами останемся голодными, – я решительно поднялась с дивана. – Дядя Слава, ты займись обедом для наших гостей, а мы…

– Гостиница опечатана, – возразил следователь.

– Только южное крыло. Там двери, их можно закрыть на замок, – я повернулась к мужчине и женщине, которые стояли у стены с несчастными лицами. – Если хотите, то я могу подыскать вам другое временное жильё

– Да какая уже разница, – махнула рукой дамочка в цветастом платье. – Я хочу принять душ и хоть ненадолго забыть весь этот ужас.

Мимо нас пронесли в чёрном мешке тело девушки, найденной в первом номере. Мы разом замолчали, дядя Слава даже печально вздохнул и протиснулся мимо следователя в коридор, направляясь на кухню. И как бы нас не потрясла смерть, жизнь в Заячьих тропах продолжалась.

– Маньяк убивает только девушек? – поинтересовался мужчина.

– Да, – ответил Кирилл, явно недовольный тем, что теряет контроль над ситуацией.

– Тогда мне нечего бояться, – пожал он плечами и двинулся вслед за дамочкой.

Дверь открылась, в холл вошёл второй администратор Гена. Не будь рядом следователя, я бы отчитала рыжеватого парня за то, что он опоздал на смену. Лерочка вручила ключи Гене и выпорхнула на улицу, даже не попрощавшись с нами.

– Чертовка, – проворчала баба Варя, поднимаясь с кресла. – Никакого воспитания!

– Каролина, мне очень жаль, – затараторил Гена, попятившись к стойке.

– Дядя Слава готовит обед, столовая сегодня закрыта, поэтому отнесёшь еду в номер к постояльцам. Понял?

– Всё будет сделано, – закивал парень, заискивающе улыбаясь.

Кирилл повернулся к нему и спросил:

– А где вы были этой ночью?

Гена покраснел до кончиков ушей, громко икнул и жалобно посмотрел на меня.

– Запасные ключи от гостиницы только у меня, – я взяла следователя под локоток и повела к двери. – У администраторов один комплект на двоих. Дядя Слава ещё в прошлом году сменил замок в столовой и на кухне, когда кто-то повадился воровать у него сосиски. Вы же сами видели, что дверь в номер не была взломана.

– А у вас есть алиби?

Мы вышли на крыльцо, я зябко поёжилась и засунула руки в карманы брюк.

– Нет, – спокойно ответила я. – Но это ведь не первая жертва вашего маньяка?

– Не не мой, – уточнил Кирилл. – Я не могу с вами обсуждать это дело. Понимаете?

– Конечно, – мне было всё равно, что может следователь, а что ему строжайше запрещено. – Давайте уже сходим в кафе и перекусим, а потом вы смело приступайте к поискам убийцы.

– Значит, маньяк живёт в Заячьих тропах? – Кирилл подловил меня на слове.

– У нас кто только тут не живёт, – пожала я плечами. – Запомнили, где мой дом?

– Почему вы об этом спрашиваете?

– Вас же надо где-то остановиться на ночь.

– Н я могу занять свободный номер в гостинице, – смутился Кирилл.

– Вы же сами настаивали, чтобы мы закрыли гостиницу.

– Но вы оставили там постояльцев вопреки моему приказу, – обиженно произнёс Кирилл.

– Вы мне больше внушаете доверия, – я искоса взглянула на следователя. – Я не особо пускаю посторонних в дом. Но с вами, когда в лесу рыщет маньяк, мне будет намного спокойнее.

– Мне неловко навязываться.

– Ну что вы, – благодушно промолвила я, мысленно проклиная Петра Абрамыча. – Нам будет вместе веселее. Обещаю, что вечером вас ждёт хороший ужин.

– Хорошо, – согласился с моими доводами Кирилл.

Мы подошли к кафе, одиноко стоящему около перекрёстка. Вывеска некогда красная, но теперь обветшалая и с отвалившимися буквами, скрипела на ветру. Аромат жареной курицы тянулся из приоткрытого окна. Кирилл брезгливо скривился, я взялась за ручку и открыла перед ним дверь.

– Это лучшее заведение во всех Заячьих тропах. Его, кстати, держит брат дяди Славы.

– Ваш дядя Слава больше похож на грузчика, – признался Кирилл, переступая порог.

Я оглянулась, двое мужчин в серых костюмах не сводили с нас глаз. Значит, Пётр Абрамыч уже успел навести шороху в городке и всех предупредить.

Кирилл заказал солянку и картофельное пюре с котлетой, я же предпочла лёгкий куриный суп и гречку с фрикадельками. Еду вынес дядя Валера, брат моего повара из гостиницы. Этот могучий мужчина с окладистой бородой и роскошными чёрными, слегка вьющимися волосами являлся хозяином кафе.

– Привет, Лина, – пробасил дядя Валера.

Моя имя в Заячьих тропах претерпело трансформацию. Каролина произносить слишком долго, да ии звучало она для здешних мест помпезно. Каро – когда требовалось сохранить серьёзность, а Лина, или Линочка – это уже по дружески. Кирилл перевёл взгляд с дяди Валеры на меня, секунду думал, а потом улыбнулся, сообразив, как располосовали моё имя.