Читаем Сумасшедшие (ЛП) онлайн бесплатно

Переводчик: Вера

Редактор: Светлана Омельченко

Обложка: Светлана Романова

Спасибо моим преданным, терпеливым читателям за Вашу веру в меня. Как всегда, я ценю Вашу настойчивость и Вашу любовь к моей работе. Феникс немного остановилась в прошлом году, и замечательные читатели, которые продолжали отправлять мне электронные письма и сообщения с просьбой о том, чтобы я не расстроилась, помогли мне вернуться. Ваша поддержка значит для меня целый мир.

Особая благодарность Ванессе из PREMA за все, что она делает, чтобы мои истории сияли.

Спасибо моим потрясающим бета-читателям, Эллисон, Эмбер, Ким и Мелони.

Мои дамы в группе клуба МК «Железные Быки» на Facebook — очень Вас люблю!

Спасибо тебе, Таня С., за то, что ты моя любимая грязная девчонка, и Лиз Б. за твою преданность «Железным Быкам».

Спасибо тебе, Ена из Enticing Journey, за то, что ты была такой полезной, терпеливой и организованной.

Круг тех, кому доверен мой маленький грязный сайд-проект, спасибо, что смирились с моим сумасшествием.

Наконец, отзывы — это одна из самых полезных вещей, которые вы можете сделать, чтобы выразить свою признательность автору. Оставить отзыв о моих книгах в вашем любимом магазине — это большая помощь, чем вы думаете, и во многом помогает мне написать следующую книгу. Спасибо всем, кто оставил отзыв об одной из моих книг!

НИКС

О СУМАСШЕДШИХ

Когда весь ваш мир становится неуправляемым, только любовь имеет смысл.

Кэденс

Я уже должна была быть мертва или того хуже.

Глядя на потрепанных мужчин, собравшихся в комнате, я думаю, что предпочитаю смерть.

Мне не терпится увидеть восход солнца. Потому что он, вероятно, будет моим последним.

На этот раз я совершенно невиновна во всей этой неразберихе. Я провела ночь с моей новообретенной сводной сестрой Кариной и ее лучшей подругой Афиной. В последнем клубе, куда мы ходили, я столкнулась с сукой из старшей школы. Мы обменялись несколькими оскорблениями, а затем моя очень приличная сестра вытащила меня оттуда, прежде чем началось выдергивание волос. Несмотря на то, что она связалась с сержантом по оружию МК «Железные Быки», моя сестра, кажется, нежная душа. Я бы предпочла нанести несколько ударов Айви Уайлдер перед тем, как мы уедем, но Карина не оставила мне выбора.

По дороге домой группа байкеров столкнула мою машину с дороги, и меня привезли сюда.

Видите ли, я забыла, что отец моей школьной приятельницы был президентом MК «Красный Шторм», который управляет некоторыми прилегающими территориями. Я также забыла, что Айви была плаксивой сукой, которая не могла справиться со своими собственными битвами, не прибегая к папочке за помощью.

Звук не менее десяти харлеев, въезжающих на стоянку, вызывает у меня желание молить о смерти.

— Знаешь что, принцесса? В конце концов, кто-то придет за тобой.

Здорово. Мой отчим. Черт возьми, даже мой отчим. Мой бывший отчим. К несчастью, да, это сарказм — он привел с собой своего сына, моего бывшего сводного брата.

Люди, которые охраняли меня, окружают только что прибывших. Как далеко я смогу убежать, прежде чем один из них поймает меня?

Или застрелит меня?

На самом деле, это не имеет значения, так как я привязана к этому гребаному стулу.

— У тебя хватает наглости носить свой жилет на нашей территории, Болт? — Президент MК «Красный Шторм» приветствует моего бывшего отчима.

Ах да, Болт Сэвидж, Президент МК «Дикие Драконы». Они контролируют чертовски большую территорию, чем «Красный Шторм». Это должно быть интересно.

— За что ты привязал мою дочь к гребаному стулу?

Ах, Болт. У него всегда был способ сразу перейти к делу.

Вот почему он и моя никчемная мать больше не вместе. Она не любит слышать правду. У Болта рот без фильтра и низкая толерантность. Два досадных качества, которые унаследовал его сын.

— Твою дочь?

Я прочищаю горло и одновременно хихикаю. — Я пыталась сказать тебе, придурок.

Позади меня кто-то дергает меня за волосы. — Следи за своим языком, сука.

— Эй! Убери от нее свои руки. — Это, должно быть, мой сводный брат, Блейз Сэвидж, вице-президент МК «Дикие Драконы».

Бывший сводный брат. Во всех смыслах бывший.

Потому что, если бы мы все еще были сводными братом и сестрой, то те вещи, что мы делали вместе в последний раз, когда видели друг друга, были бы немного странными.

Несмотря на мое затруднительное положение, мое тело горит от воспоминаний.

— Какого хрена ты здесь делаешь, Данте? Какой твой интерес? — Кричит Дикон.

О, боже. Страшный парень Карины присоединился к спасательной группе. Гребаные байкеры.

Просто в моей жизни их слишком много.

— Это сестра моей старухи, и ты держишь ее в заложниках, — отвечает Данте своим спокойным, убийственным голосом.

На мгновение воцаряется ошеломляющая тишина, пока мозг Президента МК «Красный Шторм», размером с горошину, впитывает эту информацию. Я точно не чувствую себя самоуверенно из-за того факта, что два самых страшных преступных MК в этом районе пришли, чтобы спасти меня.

Нет.

Смущение. Испуг. Страх. Все это гораздо лучше описывает то, что я чувствую.

Блейз никогда не позволит мне пережить это. Моя сестра, с которой я познакомилась всего несколько месяцев назад, вероятно, никогда больше не сможет со мной поговорить.

Гребаные байкеры.

Просто в моей жизни их действительно слишком много.

Блейз

Ярость.

Всепоглощающая гребаная ярость сжигает меня, когда я вижу Кэденс привязанной к этому стулу. С обнаженной грудью. Она сидит ко мне спиной, так что я вижу только ее голые плечи и длинные темные волосы, рассыпанные по спине. Ее руки были связаны за спиной.

Эти парни еще не знают об этом, но они, блядь, трупы. Не потому, что они соперники моего клуба, а потому, что они прикасались к моей девушке. Проявили неуважение к моей девочке.

Ну, Кэденс может и не согласиться с тем, что она моя девушка. Но так и есть. Признает она это или нет. Я дал ей немного времени, чтобы отвлечься и заняться своими делами.

Ее время истекло.

Мы еще не закончили, что бы она ни думала. Очевидно, я ей нужен — посмотрите, где она оказалась. Она лучше умрет, чем признает, что нуждается во мне, но она это сделает.

Черт, я скучал по ней.

Как только мой отец дает мне понять, что все чисто, я мчусь к Кэденс. — Ты в порядке, детка?

Она моргает и смотрит на меня. — И долго ты будешь думать?

Несмотря на ситуацию, я отвлекаюсь на ее пышные сиськи, натягивающие края ее красного атласного бюстгальтера с пуш-апом. Она тоже это знает, потому что пристально смотрит на меня.

— Черт. Сейчас, детка. — Я присаживаюсь на корточки и разрезаю стяжки, связывающие ее запястья вместе, потирая кожу и проверяя, нет ли повреждений. — Ты в порядке?

— Как трогательно.

— Подожди. — Я снимаю свою фланелевую рубашку, накидывая ее ей на плечи.

— Спасибо, — шепчет она.

— Я собираюсь вытащить тебя отсюда, Кэдидид.

Даже при таких обстоятельствах она хмурится, услышав прозвище, которое я дал ей еще в средней школе.

Не то чтобы я мог что-то с этим поделать. Видя ее такой, я перехожу в режим чрезмерной защиты.

Как только она полностью надевает рубашку, она застегивает ее, затем встает.

— А теперь подожди секунду, — кричит Дикон. Да поможет мне Бог, если мой отец не похоронит этого придурка, это сделаю я. — Эта маленькая сучка проявила неуважение к моей дочери.

— Следи за своим гребаным ртом, — рычу я на него. — Та, о который ты говоришь, моя старуха.

Рядом со мной Кэденс напрягается, но не возражает мне. Я обхватываю ее руку своей и сжимаю.

— Ты трахаешь свою сестру? — спрашивает Дикон, фыркая от смеха.

— Она не его сестра, твою мать. Следи за собой, — предупреждает мой отец. Наконец. Спасибо за помощь, папа.

— Господи, Дикон, Айви и Кэденс дрались со средней школы, как кошки. Зачем ты суешь свой нос в их дерьмо сейчас? — спрашиваю я.

Дикон поднимает голову и смотрит на Кэденс слишком пристально, на мой взгляд. — Это верно. Вы с моей дочерью вместе ходили в школу. Мне показалось, что ты выглядишь знакомо. Наверное, был слишком занят, пялясь на твои сиськи.

Толкая Кэденс за себя, я вхожу в пространство Дикона. — Сделай еще одно подобное замечание о моей девушке, и я, блядь, похороню тебя.

Серьезный тон моей угрозы показывает, насколько я серьезен, и Дикон делает шаг назад.

— Отлично. Если она, действительно, твоя старуха, с этого момента держи ее подальше от моей территории.

— Не проблема. — Я протягиваю руку, и Кэденс, слава Богу, блядь, берет ее. 

Кэденс

— Спасибо, Болт, — шепчу я, когда Блейз ведет меня мимо моего бывшего отчима.

Его рука взлетает и хватает меня за руку. — Ты в порядке? Они причинили тебе боль?

— Я в порядке. Я просто… Я не думала, что ты придешь за мной, понимаешь?

— Разводятся с женами, а не с детьми, Кэденс. — Мое сердце сжимается от этих слов. За то короткое время, что они были женаты, Болт проявил ко мне больше отеческой доброты, чем мой настоящий отец за всю мою жизнь. — А теперь иди домой с моим сыном и затаись на несколько дней, пока я не буду уверен, что мы поладим с этими придурками.

И одним приказом он стирает всякую дочернюю нежность, которую я испытывала к нему. Моя челюсть сжимается. Я ненавижу, когда мной командуют и говорят, что делать. Но Болт рисковал собой и своей командой, чтобы спасти меня, поэтому я киваю и снова благодарю его.

Блейз — ублюдок, он подслушал все, что сказал его отец. Как я и ожидала, на его лице самодовольная ухмылка, когда он ведет меня к своему байку.

Затем он удивляет меня, нежно целуя в лоб. — Я позабочусь о тебе, Кэди, — говорит он.

Это разрушает стену вокруг моих чувств к Блейзу, достаточно, чтобы я приняла шлем, который он протягивает мне в руки. — А как же ты?

— Со мной все будет в порядке. Надевай.

Он садится верхом на свой байк, и я кладу руку ему на плечо, чтобы сохранить равновесие, прежде чем перекинуть ногу через байк. Меня нервирует то, как легко я соскальзываю на свое прежнее место. Мои бедра обхватывают его бедра, и мои руки автоматически обвиваются вокруг его талии. Он задерживается на секунду, чтобы положить свою руку поверх моей, нежно сжимая.

Потом мы начинаем движение.

Я слишком хорошо помню, как хорошо чувствовать себя на заднем сиденье его байка. Ветер хлещет навстречу нам. Ощущение полета. Блейз позволил мне занять это место, когда мы учились в старшей школе.

Иногда… много раз за последние несколько месяцев я жалела, что отказалась от этого. Несколько слезинок стекают из уголков моих глаз, но, к счастью, их уносит ветер. Мне понадобится много душевных сил, чтобы держаться на расстоянии. Я не могу позволить своим эмоциям встать на пути.

Вот так мы и оказались здесь, в этом месте.

Мое тело наклоняется и раскачивается вместе с байком. Каждая молекула во мне помнит дорогу к его дому.

Слишком скоро он въезжает на подъездную дорожку и выключает байк. После того, как я спешиваюсь, Блейз сидит и смотрит на меня на несколько секунд дольше, чем необходимо. — Что?

Он вырывает шлем из моих рук. — Ничего. Приятно, что ты снова здесь.

— Не привыкай к этому.

Он вздыхает, но легкая ухмылка дергает уголки его рта.

Я так нервничаю, стоя там и глядя на его великолепное лицо. Мне требуются все силы, что у меня есть, чтобы не протянуть руку и не провести пальцами по щетине на его челюсти.

Я поворачиваюсь, каблуки моих маленьких ботильонов впиваются в гравий. Мои ноги подкашиваются, но Блейз стоит прямо за мной, кладя руку мне на поясницу. Успокаивает меня. Ведя меня в дом.

Наш дом.

Дом, который он купил для нас.

Я слишком хорошо знакома с парадным крыльцом, с тем, как нужно поворачивать замок, прежде чем открыть его ключом.

Он жестом приглашает меня войти первой.

Как будто я выходила только на вечер, а не отсутствовала последние несколько месяцев, я положила свою сумочку на обычное место. Блейз бросает взгляд на столик у входа. Уголки его рта приподнимаются, но он держит свой комментарий при себе.

Вместо этого он указывает в конец коридора. — Ты знаешь дорогу.

— Я не буду трахаться с тобой.

Он наклоняет голову, на его губах играет веселая улыбка. — Ох, да?

— Да. Я не знаю, где был твой член.

Он фыркает. Невеселый звук. Разозлился, развеселился, расстроился. Я не могу сказать. — Ты думаешь, я трахался с кем попало с тех пор, как ты ушла?

— Я знаю это. Вот чем вы, ребята, занимаетесь.

— Ты ни хрена не знаешь. Иди спать. — На этот раз в его словах больше гнева, чем веселья.

— Я не ребенок. Ты не можешь указывать мне время, когда ложиться спать.

— Кэденс. — В его голосе слышится разочарование. — Я устал. После всего, что произошло сегодня вечером, ты, должно быть, тоже устала. Не спорь со мной из-за каждой мелочи.

Спорить с ним. Это последнее, что я хочу делать. Но также и единственное, что я делаю.

— Иди, переоденься и готовься ко сну, — говорит он, указывая на свою спальню.

— Я не буду спать с тобой.

— Ну, у меня только одна спальня, милая, и я не буду спать на диване в своем собственном доме.

— Вау, ты настоящий джентльмен, — ворчу я, поворачиваясь, чтобы уйти от него.

Он останавливает меня, положив руку мне на плечо. — Никогда не претендовал на то, чтобы быть джентльменом. — Он кладет два пальца мне под подбородок, запрокидывая мою голову. — Но не забывай, я был готов убить за тебя сегодня вечером. — Его низкий, отрывистый голос тает у меня внутри.

Как может такой разочаровывающий мужчина быть таким чертовски крышесносным?

— Спасибо.

— Так-то лучше, Кэди.

И я снова испытываю желание пнуть этого самодовольного ублюдка по яйцам.

Я разворачиваюсь и направляюсь в спальню.

Ничего не изменилось. Я бреду к своему старому комоду и нахожу свою одежду там, где я ее оставила.

Блейз

Не буду врать, я чертовски рад, что Кэденс вернулась туда, где ей самое место. Держать ее здесь может оказаться непростой задачей.

Вызов, к которому я, определенно, готов.

Мне нравится думать, что за годы нашего знакомства я понял, когда ей нужно пространство, а когда нет. Прямо сейчас я думаю, что ей нужно свое пространство, поэтому, хотя мой член оживляется при звуке душа, а мой мозг не перестает думать о том, как по ее обнаженной коже течет вода, я остаюсь в гостиной.

Я использую это время, чтобы поговорить с отцом и уточнить свое расписание на завтра.

Прежде чем я осознаю это, проходит сорок пять минут, и в доме становится тихо. Наклонившись, я снимаю ботинки и иду по коридору.

Вид Кэденс, свернувшейся калачиком на своей стороне кровати, бьет меня под дых. Мне так не хватало ее здесь. Она оставила свет в ванной включенным, а дверь немного приоткрытой. Старая привычка, чтобы, когда я поздно возвращался домой, я мог видеть, куда иду. Может быть, в конце концов, уладить отношения между нами будет не так уж и сложно.

Я спешу принять душ и ложусь в постель рядом с ней. Мне нужны все мои силы, что у меня есть, чтобы не притянуть ее в свои объятия.

Терпение.

У меня этого в избытке.

Черт знает, что мне еще понадобиться, когда дело дойдет до этого маленького огненного шара.

Просыпаться в одиночестве меня бесит. Не то чтобы я ожидал чего-то другого, честно говоря. Мой мозг все еще затуманен ото сна, но страх, что я не смогу защитить ее, если она будет там совсем одна, заставляет меня полностью проснуться.