Читаем Судьбы в режиме танго онлайн бесплатно

Annotation

Сергей Валериевич Добряков родился в 1969 году в Ленинграде. Закончил филологический факультет СПбГУ, затем аспирантуру в ИРЛИ (Пушкинский Дом) РАН. Преподавал в ЛГУ имени А. С. Пушкина, занимался научной работой. Имеет публикации, связанные с исследованием творчества Н. С. Лескова, К.Н. Леонтьева, А.А. Фета, И.С. Тургенева, А.А. Григорьева. В последние годы увлекся также литературным творчеством. Основная тема пьес и рассказов, вошедших в сборник «Судьбы в режиме танго», — самоопределение человека в разные исторические эпохи, среди как обычных, так и непростых обстоятельств.

Сергей Добряков

Болезнь без нужды

Судьбы в режиме танго

Тевлик Субботовский

Незадолго до одной катастрофы

Скрытая идиллия

Сергей Добряков

Судьбы в режиме танго

Болезнь без нужды

Драматическая поэма в прозе

Три части. Две интермедии. Эпилог

Царь, ждёт тебя расплата. Хочешь — мы

Уйдём от них? Тебя я спрячу в чёрный

Далёкий дом. Иннокентий Анненский. «Царь Иксион»

Действующие лица в порядке их появления перед зрителями:

ВАСИЛИЙ ПРИЛЕГАНОВ

МАРИНА ЗЕМЦОВА

АЛЕКСЕЙ УЦЕПИН

АНДРЕЙ НЕРЕИТИНОВ

АНЯ

ДМИТРИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ ПРИЛЕГАНОВ, дед ВАСИЛИЯ

ЮРА СОКОЛОВ

ГУЛЯЮЩАЯ ПУБЛИКА. В 1-й части её появление желательно. Во 2-й интермедии и 3-й части — на усмотрение постановщика.

Между 1-й интермедией и 2-й частью проходит 4 года. Между 2-й частью и 2-й интермедией — ещё 7 лет с лишним.

Часть I

Действующие лица:

ВАСИЛИЙ ПРИЛЕГАНОВ, 17 лет. Очень напряжён, замкнут и аккуратен. Постоянно старается проявлять выдержку.

МАРИНА ЗЕМЦОВА — его бывшая одноклассница, 17 лет. Красива, хорошо осознаёт это. Выглядит тем эффектнее, чем проще или строже одевается.

АЛЕКСЕЙ УЦЕПИН — студент, 19 лет. Атлетически сложен, раскованный, но не наглый. Сходу производит приятное впечатление.

АНДРЕЙ НЕРЕИТИНОВ — школьник, 15 лет. Родственник ВАСИЛИЯ ПРИЛЕГАНОВА. Сильный, ловкий, вообще спортивный.

АНЯ — подруга и ровесница Андрея. Стройная девушка-подросток.

ГУЛЯЮЩАЯ ПУБЛИКА.

Место действия — один из тех южных пригородов Санкт-Петербурга, которые некогда складывались вокруг летних императорских резиденций.

1

На сцене — один из углов парка. В небольшом количестве среди густой зелени расставлены скамейки. Здесь малолюдно или даже безлюдно, несмотря на солнечный летний день. Время от времени издалека доносится музыка. Звучат легко узнаваемые мелодии Михаила Глинки, Георгия Свиридова, Исаака Шварца.

ВАСИЛИЙ ПРИЛЕГАНОВ один на скамейке.

Рядом с ним — большой пластиковый пакет.

Оттуда Прилеганов вынимает запечатанную коробку с лекарствами. Рассматривает. Что-то прикидывает в уме. Возвращает коробку в пакет. Сразу извлекает оттуда новую. Те же манипуляции. Эта немая игра воспроизводится несколько раз подряд.

ПРИЛЕГАНОВ. Значит, инсулина точно хватит на месяц… Рецепты закрыты… Ещё спасибо, что эти инсулины не выведены из нормы поставок… А… Всё равно шприцы за деньги покупать придётся. Мама, как всегда, вздохнёт вслед за фактом… А я и папа — вслед за мамой… Хотя за деньги мы даже инсулин имеем… Плюс деньги сами по себе есть… (Через паузу.) Съем хлеба. Ходил сейчас по парку, как царь или идиот… Ещё уровень сахара в крови собьётся. Тогда, как известно, будет гипогликемия. А слово тупое и уродливое… А? И связанные с ним симптомы.

Из пластикового пакета наш юноша вынимает другой — полиэтиленовый. Там немного чёрного хлеба. Не без осторожности, но живо хлеб ест.

Вот был бы какой-нибудь клон. Болел бы, урод, диабетом вместо меня. А я бы жил нормальной жизнью… Как все!

Осторожно съедает два куска хлеба. Потом засовывает почти пустой полиэтилен на прежнее место. Откидывается на спинку скамейки. Недолго сидит, расслабившись. Потом переводит дух и поднимается. Неуверенно, но последовательно подходит как можно ближе к рампе.

Вот солнце светит. Ветер рвётся сквозь зелень. Если в ясную погоду идёшь, где всё заросло и аллеи поглуше… Солнце ведь и тут чувствуется! А потом выходишь на поляну. Там, если небо совсем чистое и солнце светит во всю силу… Иди в его сторону… Иди… Иди!

Тихо возвращается назад, ближе к скамейке.

Только не пойдёт ведь со мной никто. О Марине тут лучше не думать. И Алёшка сейчас не близок. А помогал мне… Андрей, конечно, за меня порвёт. Себя и других. Как родственник. Но он живёт на том конце. И школа у него другая. Видимся сейчас вообще что-то редко… А остальные?.. В школе меня вон как унижали. Из-за того, что больной. Пусть даже я за себя стоял… Но девчонки… Издеваются хуже, чем парни. Только Марина и жалела. А в какой парк от школы удрать? Да во дворе ещё было… (Озирает всё вокруг себя.) Царя вот тут хоть охрана от реальной жизни ограждала. И то до революции. А я?! Хоть бы сейчас люди рядом не ходили. Пока… Ну… Совсем недолго. А куда от них денешься?

Садится на прежнее место.

2

МАРИНА ЗЕМЦОВА и АЛЕКСЕЙ УЦЕПИН появляются и садятся по соседству с ПРИЛЕГАНОВЫМ, на одну из пустующих скамеек. В течение дальнейшего действия он их слышит, но не видит. Они его не видят также.

МАРИНА. Давай посидим немного.

АЛЕКСЕЙ. А давай.

ПРИЛЕГАНОВ остаётся на месте, сидит тихо, слушает очень внимательно. Старается держать себя в руках. До конца сцены на все реплики МАРИНЫ и АЛЕКСЕЯ реагирует исключительно мимикой и (или) жестами. Никакого шума с его стороны.

АЛЕКСЕЙ. Посидим. А потом, если хочешь, пойдём на пруд к дамбе. (Показывает.) Вот так. По о-очень косой диагонали, на северо-запад.

МАРИНА. К дамбе?

АЛЕКСЕЙ. Если хочешь.

МАРИНА. Не очень… Там, конечно, купаться хорошо. Только сидеть негде. Пляж дикий. А на траве я не люблю. Вообще, как помню, реставраторы по тем местам всё время плачут.

АЛЕКСЕЙ (уверенно и с весёлым спокойствием). А я травы не боюсь. Тем более клещей нигде нет. И воды тоже не боюсь. Вчера вон ехал из Питера по той дороге. (Кивает головой в ту же сторону, куда показывал до этого.) Так я прямо с электрички через посёлок… На пруд — и в воду. Нет, плыву на другой берег, и пот смываю, и пыль… Чистым выходишь, типа того.

МАРИНА (что-то слишком нейтрально). Следишь, значит, за внешним видом?

АЛЕКСЕЙ. А чего, закон запрещает?.. А ты, между прочим, поплавать не хочешь? Слегка…

МАРИНА. А я могу… И до мини-бикини раздеться. И в воду залезть. И поплавать. А потом мы бы вылезли из воды. Зашли бы за кусты. Чтобы нас никто не видел. Сели бы на траву. Рядом…

АЛЕКСЕЙ (невинным тоном). Давай дальше!

МАРИНА. Ты сказал, у тебя зачёт был?

АЛЕКСЕЙ (не сразу). Крутой довольно.

МАРИНА. А ты?

АЛЕКСЕЙ. Естественно. сдал. Причём без коррупции. Тебя, кстати, тоже зачёты ждут. Когда поступишь.

МАРИНА. Я и так сдаю всю дорогу. С перерывом на выпускной вечер. Нет, может, нервы ещё и не сдадут.

АЛЕКСЕЙ (с уверенностью). Однозначно не сдадут. Тем более это написано на твоём прекрасном, гордом и загадочном лице. (С жёсткой ноткой.) Ясно, любовь моя?

МАРИНА. Уже любовь? По-моему, ты меня ещё даже в гости не звал. А прогулка у нас вторая по счёту. Не забыл?

АЛЕКСЕЙ. Я влюбиться не имею права?

МАРИНА. Значит, со старухой, что с тобой была, ты уже расстался?

АЛЕКСЕЙ. Вспомнила! Да я с ней два года назад расстался! К ней теперь какой-то задёрганный бизнесчел ездит. Тоже её моложе. (Пауза.) Кстати, мама у меня только потом всё узнала.

МАРИНА. Как и я. (Небольшая пауза.) А ты нормально поступил. В этот свой… Но студентки тебя разочаровали. А может, удовлетворили?!

АЛЕКСЕЙ. А ты чего… Серьёзно ревнуешь? (Через паузу, быстро.) Так ты скажи, я тебе такую крутую нежность организую… (Жёстко.). Все твои интеллигентные родители целенаправленно свалятся к моим мускулистым ногам!

МАРИНА. Наверное… Особенно если узнают, как мы вдвоём сделали тех трёх уродов.

АЛЕКСЕЙ. Ты вот, кстати, умная, что тренировки не бросила.

МАРИНА (не сразу). Нет, конечно, спасибо, что ты мне подсказал именно эту секцию. И папа с мамой были умными — согласились. Бабушка вообще на них нажала… А ты как тогда на меня смотрел? В койку не звал. Значит… Что имел в виду?

АЛЕКСЕЙ. А чего? Помог хорошей девочке по-соседски. Типа как филантроп. Правда… Я дальше тогда не думал.

МАРИНА. Тем более у тебя в твои шестнадцать лет образовалась…эта… Другой ведь уровень.

АЛЕКСЕЙ. Вы повторяетесь, мисс Марина Земцова.

МАРИНА. Так… А сейчас… Знаешь, что добавь? «Когда у меня везде всё, вы уже взрослая и полностью похорошели». Будет полная лав-стори!.. Если, конечно, я захочу!

АЛЕКСЕЙ. А я всё пойму. Чего захочешь. Только… Морального слабака из меня не делай. Я не такой.

МАРИНА. А ты какой? Сильнее Васи Прилеганова?

АЛЕКСЕЙ (не сразу). А ты его знаешь?

МАРИНА. А мы с ним в одном классе. То есть теперь — были. Ты не запомнил, наверное.

АЛЕКСЕЙ. Он же больной. Диабетик.

МАРИНА. Это ещё при тебе вся школа поняла. (После паузы.) Нет… Ну надо же… Одни, кстати, просто испугались. Другие решили, что он теперь неполноценный. А он, между прочим, и Ницше… И вообще, такую литературу читает… Я, например, не осилила. А ты вообще не старайся. И по краеведению на олимпиадах Вася выделился… Его, между прочим, ни одна тусовка не удовлетворила. Ты это понимаешь?!

АЛЕКСЕЙ. А с кем он может разобраться? Его же любой силовой разговор в реанимацию отправит. (После небольшой паузы.) Я вот помогал ему… Например, защитил…

МАРИНА. Понять не могу, как тебя тогда не посадили. Или альтернативно не порвали. В смысле — на куски.

АЛЕКСЕЙ. Просто надо разбираться чисто. Плюс оппонента прессовать психологически. Так, чтобы мстить потом не решился. А Васёк вообще… Любую группу научился просекать фиг за сколько… Не пацан, а сигнализация! При этом не трус. Тяжело ему. Но не боится.

МАРИНА. На случай, если вы общаетесь. Я ему очень нравлюсь.

АЛЕКСЕЙ (не сразу). Контактов искал?

МАРИНА. Зачем? Мы и так в классе встречались. Говорим нормально. Только о любви — ничего. Я просто чувствую. А он в себе держит. Всем бы так уметь.

АЛЕКСЕЙ. Да уж…

МАРИНА. Мне Вася не нужен. Как парень. И он это знает. Но мне его жалко. Мозги у него, тут ты и сам давно понял. А здоровья ноль.

АЛЕКСЕЙ. По жизни вообще всё возможно. Вон, мой отец… Знаешь, как его делали? Ладно, хоть инвалидом остался. А долго не жил всё равно. Только… Я помню, как он говорил: «Жизнь надо преодолевать. Даже если человек вот такой».

МАРИНА. Значит, его морально никто не подавил.

АЛЕКСЕЙ. А мне с моим здоровьем трусом, что ли, быть? И держаться я умею. Это тоже надо.

МАРИНА (медленно). Мой папа говорит, что люди на свете вообще живут в противовес катастрофам. Но плохо это понимают. А ты как думаешь?

АЛЕКСЕЙ. Лично меня прогибаться под катастрофы не тянет! (Быстро встаёт без помощи рук.)

МАРИНА. Насиделся, Алёша Уцепин? (Встаёт тем же образом.)

АЛЕКСЕЙ. Насиделся, Мариночка Земцова. Может, пойдём?

МАРИНА. Не возражаю.

АЛЕКСЕЙ. Всё-таки на пруд?

МАРИНА (резко). Афродиту в мини-бикини я перед тобой сыграть ещё успею. Потерпишь! У меня же дела. Давай выйдем сейчас отсюда. И домой меня проводи.

АЛЕКСЕЙ (через небольшие паузы). А вообще… Ты со мной… отношения… строить будешь? Давай точно.

МАРИНА. Сам решай. Я в мои семнадцать лет к отношениям пока не рвусь. Может, и рано. У людей вообще весь двадцать первый век пока что впереди. Только тебя я буду ревновать. И дополнительно воспитывать. Заведёшься из-за этого — держать не буду. Я ведь без парня не останусь.

АЛЕКСЕЙ. Нет, ну… Ты точно умная не по возрасту.

МАРИНА. А ум — не возраст. Это мне бабушка уже давно сказала. Пошли, любимый.

АЛЕКСЕЙ. Пошли, любимая.

Уходят, так и не заметив ПРИЛЕГАНОВА.

3

НЕМАЯ КАРТИНА

ПРИЛЕГАНОВ молча сидит на скамейке. Даже наедине с собой он сейчас боится выражения своего лица. А значит — и того, что чувствует. Натягивает на себя маску непроницаемости, хотя для кого ему стараться, если рядом людей нет? Наконец встает с места, как-то ощутимо подтянувшись. Берёт в руку пластиковый пакет. Вначале делает несколько шагов в сторону рампы. Потом поворачивается и уходит вглубь сцены.

4