Читаем Судьба (сборник) онлайн бесплатно

Много лет спустя, когда человечество стало лишь сказкой и преданием, в крошечном королевстве Майнхен, где обитала раса менехуне, родилась принцесса. На вид вполне обычная для фей: сиреневые глазки, пучок тёмных волос, светлая кожа, крепкое здоровье, средний рост и вес. Её нельзя было назвать ни миловидной, ни уродливой. Впрочем, для королевы низшего рода фей Миджестии момент появления дочери на свет стал самым счастливым и самым ужасным одновременно. В отличие от новорождённой она сама никогда не славилась здоровьем, а сейчас держалась на ногах с трудом.

Отменить праздник в честь рождения наследницы было непозволительной роскошью. Пытаясь сохранить на лице подобие улыбки, Миджестия стояла в небольшом тронном зале и приветствовала гостей. Как же ей хотелось скрыться в покоях и провести вечер наедине с мужем!

Гостей собралось видимо-невидимо. Приехали и представители высшего рода фей — пери, сильфиды, дриады и парацельсы, и низшие — брауни, лепреконы, пикси и дане. Хорошо ещё, что другие расы не соизволили пожаловать: тронный зал и так был переполнен. Стёкла опасно дребезжали от порывов ветра. Денег на их замену не хватало, и Миджестия опасалась, что одно из них не выдержит и свалится кому-нибудь на голову. Высшие феи сразу улетят, а низшим может не поздоровиться.

— Проверьте крепления на окнах, — не меняя вымученной улыбки, тихо приказала королева стражнику.

Тот кивнул и удалился. Миджестия подавила вздох. Поскорее бы этот вечер закончился.

— Поздравляю вас с рождением наследницы. Ваша дочка — чудо, — прощебетала одна из сероглазых сильфид, чьи крылья за спиной не могли ни на мгновение замереть.

Миджестия подозревала, что именно из-за неё сегодня ветер сходит с ума.

— Благодарю, — дружелюбно ответила она и ощутила на своём плече знакомую тёплую руку.

— Тебе надо отдохнуть, — мягко произнёс её муж, король Малтириаш.

Миджестия посмотрела в его голубые глаза, почувствовав прилив сил.

— Я бы с удовольствием, но оставить высших особ одних никак нельзя, — печально сказала она.

— Ты побледнела, — настаивал он.

— Всё из-за этого ужасного платья, — сразу нашла отговорку она.

Даже если денег не хватало на окна и новые скатерти, королевская семья обязана была поддерживать статус. Жёлтое платье, похожее на тюльпан с золотой вышивкой, своим весом прибивало её к полу, а изящный корсет не давал дышать. Что уж говорить о серьгах, колье и короне. Только на то, чтобы стоять прямо, уходили все силы. Король уже хотел что-то сказать, но двери зала снова распахнулись. Гости разом замолкли, уставившись на вошедшего.

Миджестия перевела взгляд на вход, и её сердце пропустило удар: лёгкой походкой к ним направлялся оракул. Это очень, очень плохой знак. От них ничего хорошего ждать не приходилось. Полностью белоснежный мальчишка задорно улыбался. Определить его возраст было невозможно — оракулы выглядели так, как хотели. Этот, видимо, предпочёл облик ребёнка.

— Рады приветствовать вас, — ровным голосом произнесла Миджестия.

Улыбка Оракула стала шире.

«Пожалуйста, только молчи, прошу тебя!» — звучало в её мыслях, словно молитва.

Оракул поправил белоснежные сверкающие волосы и уставился пустыми глазами без зрачков на новорождённую Мистритию. Та что-то агукнула в ответ. Кроме этого звука в зале царила тишина. Даже стёкла перестали дребезжать.

Оракул открыл рот, возвещая очередное непреложное предсказание:

Едва минёт последний детский год,

Беда большая от Драконов к вам придет,

И лишь наследница Мистрития народ свой от неё спасет.

Его потусторонний голос эхом отразился даже от переполненного зала. Королеве стало нечем дышать. Ноги подкосились. Оракул ещё раз хитро улыбнулся и исчез так же внезапно, как и появился. По тронному залу прокатился шепоток.

— Дракон? Неужели из самого Дракадриата?

— Какой ужас…

— Майнхен обречён. Точно вам говорю. Никто не может справиться с драконами!

— Но ей же не драться с ним придётся.

— Кто ж знает. Предсказания оракулов всегда туманны, они говорят загадками.

— Бедная королева. Гляньте на неё.

У Миджестии закружилась голова. В груди вспыхнула невыносимая боль, и она схватилась за сердце.

— Праздник окончен! — будто из-под воды донёсся до неё голос Малтириаша.

Наконец он взглянул на супругу, и его лицо исказилось от паники. Картинка перед глазами королевы поплыла.

— Миджестия! — крикнул он.

Больше она ничего не услышала.

Похороны королевы менехуне состоялись через несколько дней после праздника в честь рождения Мистритии, оставив в душах подданных неизгладимую скорбь.

Примерно в то же время, когда Миджестия и Малтириаш принимали гостей, в королевстве Дракадриат королевская чета сидела в огромной спальне новорождённого принца Рикрена. Мальчику недавно исполнилось четыре месяца.

— Растус, не позволяй ему сосать пальцы, — строго сказала королева Родриэна, отрываясь от книги на коленях.

— Но он такой милый! Как можно ему что-то запрещать? — пятилетний принц нехотя убрал руку из колыбели.

Чтобы заглянуть в неё, Растус притащил стул и вставал на цыпочки, ненароком покачивая кроватку.

— Конечно, милый. Он же весь в мать, — произнёс король Рабрион тоном, не терпящим возражений.

Родриэна перекинула через плечо каскад алых волос и прищурила ярко-зелёные глаза.

— Льстец.

— Именно за это ты меня и любишь. — Рабрион улыбнулся.

Пока родители были заняты разговором, Растус снова сунул брату палец. Рикрен тут же засунул его в рот. Старший принц подпрыгнул от восторга и едва не упал.

— Растус! — Королева вскочила с кресла и подбежала к сыну.

Тот успел ухватиться за бортик колыбели и удержаться. Родриэна спустила его на пол.

— Ну, мам… — проканючил он.

— Нет. Тебе пора спать, а Рабриону — возвращаться в кабинет, — не оставила она возражений.

— Ну, Родриэна, я только расположился! — пожаловался король.

— Ты помнишь, о чём мы договорились перед свадьбой? — Родриэна подняла указательный палец.

— О том, что я управляю Дракадриатом, а ты — королевской семьёй, — неохотно отозвался Рабрион.

— Поэтому… — безжалостно продолжила она.

— Поэтому я ухожу в кабинет, а Растус идёт спать. — Король вздохнул.

— Молодец. — Родриэна мягко улыбнулась. — Она поцеловала мужа и сына в щёки.

В дверь постучали. В комнату вошёл взволнованный слуга.

— Что… — начал король, но не успел договорить.

В спальню вплыл старец в белоснежных одеждах. Узнав в нём оракула, Родриэна встала перед колыбелью, заслоняя Растуса. Она гордо выпрямилась, всем видом показывая, что не отдаст детей.

Рабрион шагнул вперёд, закрыв их собой. Он напрягся, не сводя со старика взгляда. Зрачки его карих глаз стали вертикальными, а на лице проступила первая чёрная чешуя. Оракул низко поклонился. Ему не хотелось конфликта. Он ясно видел, что приблизиться к цели не позволят. Хотя оракулы были лишь вестниками, слава о них ходила дурная, а драконы — народ вспыльчивый. Запросто могли убить. Пришлось возвестить пророчество, не сходя с места:

Едва минёт последний детский год,

Драконов принц Рикрен на Майнхен нападёт.

Поселит в своем сердце боль пустую, разрушит королевство подчистую.

— Вон отсюда! — громыхнул рёв Рабриона.

Оракул попятился и через секунду скрылся за дверью.

— Кто это был? — испуганно спросил Растус.

Родриэна и Рабрион встревоженно переглянулись, оставив вопрос без ответа.

Ночь в последние дни сезона зелени отличалась особой магической притягательностью. У Озера Хейридж беспокойно вышагивал мальчик-оракул. Лунный свет будто отражался от него, делая ещё белее. Из-за елей показался такой же белоснежный старец.

— Ну что, ты сказал им? Сказал же? — мальчишка тут же подскочил к нему.

— Будто я мог поступить иначе… Меня чуть на куски не порвали. В следующий раз в Дракадриат сам пойдёшь, — проворчал старик.

— Ладно. Колесо, наконец, закрутилось. Давно мы не получали таких печальных откровений. — Лицо мальчика вытянулось.

— Тихо ты! Если кто-то услышит то, что ему не предназначено, весь мир с ума сойти может. Вымрем, как люди из легенд, — шикнул на него старец.

— Да, ты прав. Мы лишь наблюдатели, — согласился мальчик, не разделяя его беспокойства.

— Надеюсь, она будет довольна. — Старец устало вздохнул.

— Сомневаюсь. Им сложно угодить. Всё только начинается. — Мальчик улыбнулся. — Он уставился на отражение полной луны в озере.

Всего через восемнадцать лет колесо совершит оборот. К худу это будет или к добру, их больше не касалось.

Утро в канун семнадцатого дня рождения принцессы Мистритии Майнхен выдалось солнечным. Луч солнца едва заскользил по потёртым почти до дыр бежевым шторам, когда дверь комнаты открылась.

— Доброе утро, ваше высочество! — с энтузиазмом сказала горничная Шимона, неся перед собой тазик с водой для умывания.

Она вошла, попыталась поставить таз на столик, но тот опасно зашатался. Шимона ногой поправила стопку книг, служивших этому столику третьей сломанной ножкой. На лицо ей упала прядь светлых волос, и она быстро спрятала её под шапочку. Принцесса никак не отреагировала. Шимона распахнула шторы, пуская в комнату больше света, и подошла к кровати.

— Ваше высочество, пора вставать, — чуть раздражённо произнесла она и откинула одеяло.

Кровать оказалась пустой. Шимона тяжко вздохнула.

— Ну, как всегда. Будет ли хоть один день, когда она окажется именно там, где надо? — проворчала она и вышла из комнаты.

Принцесса Мистрития тем временем видела десятый сон, лёжа на стопке книг в библиотеке. Снилось ей что-то прекрасное, и просыпаться никак не хотелось, хотя за окном уже прокукарекал петух. Её рука потихоньку сползала со стопки, утягивая за собой голову.

— Теория квантовой магии! — выкрикнула она, когда больно ударилась головой об стол.

Мисти потерла ушибленный лоб и растерянно осмотрелась. Дверь в библиотеку открылась.

— Так и знала, что найду вас здесь, — недовольно произнесла Шимона. — Вы знаете, сколько сейчас времени и какой сегодня день?

Принцесса подскочила на ноги.

— Крылатые создания, я проспала. — Она окончательно проснулась и начала собирать со стола бумаги. — Мне срочно нужно к отцу.

Мисти со стопкой в руках выбежала в узкий коридор.

— Стойте! Нельзя в таком виде! Принцесса! — отчаянно завопила Шимона.

Мисти она нравилась, но порой уже не очень молодая горничная слишком много причитала, поэтому принцесса редко её слушалась. На ходу она одной рукой попыталась распутать колтуны в тёмно-русых волосах. Получилось плохо, так что это занятие она оставила, взлетела вверх по деревянной лестнице и встала около дубовых дверей. Прежде чем постучать, нужно было отдышаться, иначе отец снова отругает её за неподобающее поведение.

— Принцесса, юбка, — чуть слышно сказал молоденький зеленоволосый стражник Имикас, который сегодня дежурил у дверей.

Мисти взглянула на неё и смутилась, поняв, что юбка перекрутилась. Одной рукой такое не исправить.

— Подержи-ка. — Не дожидаясь ответа, она впихнула в руки Имикасу все свои документы.

Он от неожиданности чуть всё не уронил. Мисти поправила светло-сиреневую юбку и такого же цвета кофточку. Жаль, что отец не разрешает им с сестрой носить брюки, хотя многие принцессы их уже давно надевают даже на официальные приёмы. Она взяла свои вещи у стражника и постучала.

— Войдите, — сказал отец, уже успевший приступить к утреннему разбору бумаг.

Мисти спрятала за спиной документы, вошла в крохотный кабинет и за два шага подошла к столу короля Малтириаша, приютившемуся у окна рядом со шкафами с папками.

— Доброе утро, папочка. — Она широко улыбнулась.

Её отец скептично и настороженно поднял бровь. Мисти знала, что никогда не славилась милыми поступками вроде пожелания хорошего дня отцу рано утром, но сегодня ей нужно было быть максимально приветливой. Может, тогда он её выслушает.

— Доброе, — сказал отец, когда молчание затянулось.

— У тебя уже так много работы? — Мисти кивнула в сторону нескольких неровно сложенных стопок документов.

— Очень много, — нахмурившись, подтвердил отец, ожидая подвоха.

Её терпение закончилось, поэтому Мисти вытащила из-за спины бумаги.

— Я тут такое нашла. Это настоящий прорыв! — Её сиреневые глаза загорелись от воодушевления.

Отец протяжно вздохнул.

— Нет, правда. В этот раз тебе точно понравится. — Мисти начала перебирать бумаги, некоторые из которых посыпались на пол. — Одна из самых наших больших проблем — малый срок эксплуатации жилых домов. Их постоянно приходится отстраивать заново. У меня есть решение — несущие конструкции из гномьей руды! Она долговечная и поможет поддерживать строения. Ты представляешь…

— Мисти, — попытался прервать её король.

— Я всё просчитала и сделала макет. Денег тоже надо немного. Вообще, если получится, то можно будет сделать обмен с гномами на еду…

— Мисти! — рявкнул король.

Она замялась и замолчала.

— Пожалуйста, давай не будем обсуждать дела королевства. Это не то, чем должна заниматься принцесса менехуне, — строго произнёс он, сделав ударение на слове «принцесса».

— Но…

— Я ничего не хочу слушать ни про новых несушек, ни про водоповорот, — грубо произнёс король.

— Водопровод, вообще-то, — поправила его Мисти.

— Всё равно, — отмахнулся отец. — Опять ты со своими людскими сказками. Эта раса вымерла не просто так. Если вообще когда-либо существовала.

Мисти обиженно прикусила губу. Она всю неделю составляла эти чертежи, а отец не пожелал её выслушать даже в её собственный день рождения. Затем её взгляд уткнулся в лист, на котором стояла утренняя чашка чая Малтириаша. Она с неудовольствием узнала свой прошлый отчёт о централизованном водопроводе. Отец заметил её мрачное настроение и смягчился.

— Мисти, сегодня же твой день рождения. Может, тебе выбрать какое-нибудь новенькое платье или украшение? Бюджет сейчас это позволяет, — нежно произнёс он.

— Спасибо, пап. Я подумаю, — неохотно ответила она, не собираясь даже смотреть на обновки.

— Вот и хорошо. — Король встал и поцеловал её в лоб. — Теперь иди.

Она собрала свои бумаги с пола и развернулась к двери.

— Мисти, — неожиданно окликнул её отец.

Она с надеждой посмотрела на него.

— Не переживай ни о чём. Ты не бесполезна, и тебе не надо пытаться прыгнуть выше головы. Я со всем справляюсь, — мягко сказал Малтириаш.

Её сердце бухнулось вниз. Ничего не ответив, она вылетела из кабинета, встретилась с сочувствующим взглядом Имикаса, быстро сбежала вниз по лестнице и выпрыгнула из окна во двор. В её душе начала подниматься злость.

— Легко же говорить со стороны. Это не ему предстоит спасти свою расу, дом и семью. Да будь у меня хоть какие-то способности, кроме выращивания цветов, жилось бы легче! — себе под нос произнесла она, вышагивая между загонов со свиньями, овцами и курами.

Она уже и припомнить не могла, чего ещё не перепробовала. Учителя сменялись один за другим, но её магия оставалась слабой даже по меркам низших фей. Как прикажете с такими данными бороться против могущественного дракона?