Читаем Судьба или выбор онлайн бесплатно

Утро, как всегда, пришло неожиданно. Вот еще сонная нега не хочет отпускать вас из своих крепких и теплых объятий, а утренний свет уже затопил комнату, и осторожно подкрадывается к кровати, и солнечный лучик старается пощекотать ваши еще крепко сомкнутые веки.

Но Владыка ждал рассвет, задолго до его появления, когда еще даже природа спит, и ни одна птица не высунула свою голову из-под крыла. Все еще спят и нежатся в своих теплых и мягких постелях. А он ждал, когда же придет утро. Утро нового дня.

Стаурус уже долгое время лежал на кровати с открытыми глазами и разглядывал безупречно белый потолок своих покоев. Сегодня ровно 300 лет, как он потерял ее. 300 лет — это 109575 дней одиночества и надежды, что может сегодня наступит именно тот самый день, когда он найдет ее и его столь долгое ожидание наконец-то закончится. Каждый год именно в этот день, он ощущал острее всего свое одиночество и чувство невосполнимой утраты. Первые пятьдесят лет в этот день — день смерти Ирэн — он впадал в депрессию, не выходил из своей спальни, даже не вставал с постели, ничего не ел и не с кем не разговаривал. Следующие пятьдесят лет он проявлял такую активность действий, пытаясь заглушить это чувство утраты, что пугал всех своих подчиненных, и они начинали сожалеть о тех днях, когда он просто впадал в депрессию. Но последние 200 лет, он стал напиваться с самого утра, сначала один за наглухо закрытыми дверями, потом к нему присоединился его друг и телохранитель Эрио.

Когда тихо открылась дверь его покоев, и звук легких шагов донесся до Стауруса, он даже не пошевелился. В его покои без стука и разрешения могли входить только двое: его телохранитель Эрио и его дядя Широн, для остальных вход был разрешен только с личного позволения Владыки Высших, если, конечно, они хотели выйти из покоев живыми. Эрио, осторожно и тихо ступая, как кошка, подошел к окну, возле которого стоял небольшой странной конструкции низкий белый столик, и, стараясь не греметь посудой, выставил на него несколько бутылок с вином и тарелку с фруктами и нарезанным белым сыром.

Также тихо и осторожно, разлив вино по хрустальным бокалам, Эрио на цыпочках подошел к кровати Стауруса, но зря он надеялся на то, что его друг все еще спит. Владыка затуманенным и отрешенным взором смотрел в потолок, и, не говоря ни слова, даже не повернув в сторону телохранителя голову, просто протянул к нему руку, в которую Эрио, также молча, всунул полный бокал с вином.

— Сабу, — буркнул вместо приветствия Стаурус, занимая сидячее положение. И как он при этом умудряется не разливать такой полный бокал вина?

Эрио внимательным взглядом оглядел друга. Ничего не изменилось, все как всегда в этот день: отсутствующий взгляд, печаль и тоска на красивом лице, сжатые в тонкую линию губы и глубокая морщина между бровей. И так будет весь день ни слова, ни взгляда, ни искорки жизни. Тяжело вздохнув, Эрио вернулся к столику и сел в глубокое мягкое кресло, продолжая исподлобья наблюдать за своим другом.

Стаурус сидел на огромной кровати, уставившись в одну точку, все еще с полным бокалом в руке. Его длинные белые волосы спадали на спину и плечи, он даже не старался хоть как-то привести их в порядок, несколько прядей упало на его голую грудь. Эрио всегда поражался, насколько его друг был красив. Даже такой помятый и потрепанный после бессонной ночи с безжизненным выражением на лице, он умудрялся сохранять странно соблазнительный, и даже сексуальный вид. Его огромные глаза, цвета аметиста, наполненные печалью и тоской, придавали ему странную загадочность и нереальность. При наличии слишком светлых волос, брови и ресницы Стауруса были угольно-черными, а румянец на смуглом лице оттенял их еще больше. Все движения Владыки были мягкими и плавными, но в тоже время быстрыми и точными.

Вот Стаурус нехотя поднялся с кровати и как был голый, так и отправился в ванную комнату. Через несколько секунд раздался робкий стук в дверь спальни. Он всегда знал, когда нужно скрыться до прихода любопытных и черезчур услужливых служанок с неизменным утренним напитком — сабу. Они знали о привычке Стауруса спать голым и в таком же виде с утра шарахаться спросонья по комнате. Эрио сохраняя на губах хитрую улыбку, одним быстрым рывком открыл дверь. Служанка даже не попыталась скрыть разочарование от того, кого видит перед собою, и ее кислое выражение лица, еще больше развеселило Эрио. Он, не говоря ей ни слова, продолжая также ехидно улыбаться, забрал поднос с напитком и захлопнул дверь прямо перед ее любопытным носом.

— Ну и кто был сегодня? — Стаурус стоял, облокотившись о дверной косяк ванной, застегивая пуговицы на светлых брюках, и оставаясь все еще по пояс голым. Его волосы были мокрыми, и с них прямо на ковер капала вода.

— Эльвира.

— Небеса, да по ним можно дни недели сверять.

Владыка отлепился от двери, медленно подошел к столику и уселся в глубокое кресло. Эрио уже разлил сабу по чашкам, и снова наполнил вином бокалы.

Стаурус аккуратно взял чашку с горячим напитком. Мыслями он опять был очень далеко. Он вспоминал, и эти воспоминания не приносили ему радости, а только еще больнее становилась на его душе и в сердце, поэтому складка между бровей становилась все глубже, а глаза все больше темнели, и из них уходила жизнь.

Эрио смотрел на своего Владыку и друга и очень хорошо понимал, что тот чувствует. Найти свою истинную возлюбленную, для которой и ты являешься тем единственным очень большая редкость. Стаурусу повезло, он нашел Ирэн первым, и она откликнулась на его любовь. Но он не смог ее уберечь, и она умерла 300 лет назад. Все эти годы Эрио видел, как страдает его друг, и ничем не мог ему помочь. Может вот только составить молчаливую компанию в попытке утопить хоть часть этой тоски в вине, но и это не помогало. Как назло, Стаурус почти не пьянел, а с каждым бокалом становился все мрачнее и мрачнее, но все равно из года в год в этот день он пытался напиться, чтобы хоть немного притупить чувство одиночества и тоски.

От внимательного взгляда телохранителя не укрылось, как Стаурус чуть дернулся и напрягся.

— Что?

Не говоря ни слова в ответ на вопрос телохранителя, Стаурус просто перегнулся через столик и взял его за руку и тут же в голове Эрио прозвучал встревоженный голос Люциара.

«Владыка! Я нашел ее!»

«Где твое обычное «наверное»? — Стаурус даже не пошевелился, а в его голосе не было радости. Сколько таких заявлений было за эти годы, трудно и сосчитать.

«Владыка. На этот раз я уверен, что нашел Ирэн».

«Ты уверен? Как ты можешь быть уверен в этом?» — с тоской и безнадежностью в голосе произнес Стаурус, продолжая потягивать терпкое вино из бокала.

Последние несколько десятков лет он уже не вздрагивает, и его сердце не выпрыгивает из груди, когда он слышит эту фразу. Сколько раз он с надеждой врывался в лабораторию к Люциару, и с какой грустью он покидал ее. Вот уже 300 лет он ищет Ирэн в разных мирах, вглядываясь в чужие лица, пытаясь рассмотреть самое дорогое существо на свете. Он так долго ждет ее перерождения, что уже потерял всякую надежду.

«Я не знаю, как я могу быть уверен в этом, но Вам лучше прийти и посмотреть на нее самому», — и связь с Люциаром прервалась.

— Ты чего все еще сидишь? — Эрио уже соскочил со своего места и с недоумением смотрел на Стауруса, который продолжал сидеть в кресле, с безразличным видом, разглядывая вино в своем хрустальном бокале.

— Просто я уже и не надеюсь ее найти, — тихо произнес Стаурус. — Снова пойти и ничего не услышать в ответ. Не хочу. Не могу больше, — он прикрыл свои аметистовые глаза.

Это странное выражение, которое промелькнуло в его глазах, перед тем, как он закрыл их, Эрио заметил впервые. Но когда он, наконец-то, понял, что же это выражение означает, то и сам испугался. Страх, вот что было сейчас в глазах Стауруса. Страх, обыкновенный, банальный страх.

— А если это действительно она, что тогда? — телохранитель с тревогой смотрел на своего Владыку.

Стаурус открыл глаза и с вызовом уставился на Эрио, но через мгновение в его аметистовых глазах что-то изменилось. Он не надолго о чем-то задумался, явно что-то взвешивая и анализируя, затем тяжело вздохнул и стал нехотя подниматься с кресла. Также неторопливо и с ленцой он взял предложенную телохранителем рубашку, и накинул ее на плечи, не застегивая.

— Еще вина, — неизвестно кому отдал он распоряжение. — Придем, надо же будет запить очередное разочарование, — ответил он Эрио на его немой вопрос, и с этими словами, взяв телохранителя за руку, телепортировался в лабораторию к Люциару, который при их появлении даже не оторвал своего взгляда от туманного белого шара.

Комната, в которую переместился Владыка вместе со своим телохранителем, была круглой без окон и дверей, и попасть в нее другим способом было просто не возможно. В центре небольшого круглого помещения, которое располагалось в самой высокой башне дворца, была нарисована светящаяся пиктограмма, в середине которой стояла небольшая бронзовая тренога со стеклянным шаром, наполненным белым туманом.

Стаурус как-то настороженно и очень осторожно подошел к шару и замер, не дойдя до него пары шагов. Эрио смотрел на него с удивлением и тревогой. Что происходит сегодня с его другом? Откуда этот непонятный страх и безнадежность в его взгляде, движениях и голосе? Обычно после заявления Люциара о том, что возможно он обнаружил Ирэн, Владыка телепортировался в его лабораторию даже не смотря на дела и посетителей. Он мог уйти прямо с заседания Совета Старейшин, мог выскочить из ванной, и в пене и мыле, прервав отдых или работу, только лишь услышав голос Люциара в своей голове. А вот сегодня он стоит и не может заставить себя подойти, проверить и может быть, снова ошибиться.

— Владыка, на этот раз я действительно уверен в том, что эта девушка и есть Ирэн.

— Как ты можешь быть в этом уверен? — голос Стауруса странно дрожал.

Люциар и сам бы не смог объяснить, как работает его дар. Он просто что-то чувствовал, может быть, запах силы Высшего, может быть его ауру или еще что-то, просто глядя на человека, он мог с большой достоверностью сказать, что в прошлой жизни этот человек был Высшим.

— Я слышу не только запах крови Высшего, но и Вашу силу.

— То есть?

— Вы же поставили на нее свою метку. Вот ее, скорее всего, я и чувствую. Но что проще это проверить. Просто позовите, и, если это действительно она, Ваша метка откликнется на Ваш зов.

— Да, знаю я, — буркнул в ответ Владыка.

Сколько раз он вот так же звал, сосредотачивался и снова звал, но ничего не происходило. Сколько раз за 300 лет, они ошибались. Сколько раз его сердце замирало, и он переставал дышать. Сколько раз на его глаза наворачивались слезы, и он исчезал за пределы своих владений, стараясь унять боль и заставить себя снова ждать и надеяться.

Стаурус подошел к шару и посмотрел на клубившийся там туман. Его руки странно дрожали, а сердце стучало через раз. Он даже вцепился с бронзовую треногу, пытаясь найти хоть какую-то опору и поддержку. Вскоре туман в шаре стал медленно рассеиваться, и перед глазами Стауруса появилась незнакомая улица, странные сооружения и девушка. Его сердце сжалось и на мгновение остановилось. Что это?

Стаурус вглядывался до боли в глазах в незнакомое молодое лицо. Девушка в шаре была красива. У нее были пепельные волосы, огромные глаза цвета первой весенней зелени, полные и розовые губы, и над губой была маленькая родинка. Она была чужая, совсем незнакомая, хотя и очень красивая. Но вот девушка склонила голову на бок, на голос говорившего с ней, таким до боли знакомым движением, пытаясь убрать надоедливую прядь волос. Этот взмах длинных ресниц, когда она чему-то очень удивлена, эта привычка так странно и смешно хмурить брови, когда она о чем-то напряженно думает, вот так закусывать нижнюю губу, когда она взволнована, это такие привычные и родные для него движения, которые он даже за 300 лет не смог забыть. Стаурус так увлекся разглядыванием девушки, что даже не слышал, о чем и с кем она говорит. На ее щеках заиграл легкий румянец, и она потупила глаза, часто моргая своими черными ресницами. Что, она засмущалась? От чего? Стаурус попытался сосредоточиться на разговоре.

— Так что ты мне ответишь? — голос говорившего был низким, приятным, с легкой хрипатцой, значит, ее собеседник мужчина. Стаурус нахмурился и крепче сжал бронзовые прутья треноги.

— Игорь, я должна подумать, — очень тихо ответила девушка, и ее нежный голос заставил душу Стауруса затрепетать. — Да я знаю, что мы уже давно знакомы с тобою, но понимаешь, для меня твое предложение прозвучало очень неожиданно, мне надо немного подумать и прийти в себя.

— Хорошо. Я не в коем случае не тороплю тебя. Мне нужно уехать на несколько дней, а точнее дней на 10. Тебе хватит 10 дней, что бы принять решение? Я даже не буду тебе звонить и надоедать с этим вопросом, — мужчина взял ее за руку и нежно поцеловал ее.

— Да, конечно, хватит. Спасибо тебе, Игорь. Ты такой понимающий и внимательный. Иногда мне кажется, что я просто не заслуживаю такого мужчину, как ты.

— Брось, дорогая. Если б ты знала, как мне повезло, — он улыбнулся и, нагнувшись, нежно поцеловал девушку.

— «Ему повезло». Да я убью его, если он еще раз к ней прикоснется, — Стаурус начинал закипать. Он ревновал так, как никогда в жизни. Это была она — его Ирэн. Да другая, да еще совсем незнакомая. Но его. Он это чувствовал всеми фибрами своей души. Ее голос заставлял его сердце стучать так быстро, что он начинал чувствовать себя снова живым.

— Владыка, сосредоточьтесь и мысленно позовите ее. Если это она, то метка засветится, и вы точно убедитесь в этом.

— Я и так вижу, что это она, — рявкнул Владыка.

Его всего трясло, и он так крепко вцепился в треногу, что прутья стали гнуться под его руками. Телохранитель смотрел на своего Владыку и понимал, что сегодня для него день открытий. Таким своего друга он видел впервые. Куда делось все его напускное безразличие, равнодушие и спокойствие! То, что сейчас отражалось на лице и в глазах Стауруса, Эрио никогда раньше не видел и вряд ли захотел бы еще раз это увидеть.

Стаурус закрыл глаза и мысленно позвал, вложив в свой зов всю любовь и боль, печаль и нежность. Девушка продолжала что-то весело рассказывать своему собеседнику и мило улыбаться, но на середине фразы внезапно запнулась и замолчала.

— Ирэн, что с тобой? Что-то случилось? — в голосе мужчины была тревога и волнение.

— Не знаю, как-то странно стало, — девушка положила руку на грудь, стараясь унять боль в сердце. — Вроде внутри меня что-то лопнуло, заболело и заныло.

— Может к врачу надо, — мужчина обнял ее за плечи, поддерживая.