Читаем Сцирша (СИ) онлайн бесплатно

========== Глава 1. Арканы старшие: Черви ==========

Кожа упруго и мягко продавилась под хитиновой цепкой лапкой. На её место встала вторая, третья. Лапки скользили по коже легко и быстро, бесшумно сменяли одна другую. Клешни маленькими шершавыми колючками лизали кожу, как кошачий язык.

Сцирша взяла животное двумя пальцами за хвост и пересадила с плеча на ладонь. Оно застыло и приготовилось жалить. Ведьма замерла тоже, уставилась на ладонь в ожидании.

Полупрозрачные крылья стрекоз переливались от бордового к янтарному, изумрудному и глубокому синему, прожилки металла скользили под разноцветными бликами витража. Лучи солнца обступили фигуру в широких одеждах, загородившую изящные окна лавки. Скрип двери, лязг ручки, надрывный стон деревянного пола – жало вздрогнуло, Сцирша выдернула ладонь, и хвост животного скользнул по деревянному прилавку. Лапки засеменили прочь, но ведьма поймала животное и посадило его на мягкий грунт, за стеклянные стенки.

– Добрый день… – Глаза посетителя бегали из стороны в сторону, слова растягивались, будто ему было сложно собрать разрозненные мысли. – У вас… Прекрасное заведение.

Сцирша кивнула. Она знала, что это так.

– Так много… зелий и трав, я посмотрю, – посетитель мельком взглянул на засушенные пучки над прилавком и мутные склянки на полках, – и разная утварь для… Ну, вы понимаете. Само собой, это же…

Сцирша наклонила голову и посмотрела на него исподлобья.

– Вы пришли за другим. – Она улыбнулась, заметив, как посетитель округлил глаза, словно не ожидал, что ведьма догадается так быстро. Сцирше не нужно было перечислять скромный ассортимент её магазина, она знала его наизусть. Это всё было очередной долгой и бесполезной подводкой к тому, что действительно имело значение.

– Верно, – посетитель поправил берет с пером и поджал руки к груди, легко и быстро, привычным жестом, как посчитала Сцирша, – также я знаю, что у вас есть самые разные животные. Вы их выращиваете и разводите.

– Верно, – парировала ведьма тем же тоном. Посетитель криво улыбнулся и убрал руки за спину. Так он казался солиднее. «Для себя самого,» – промелькнуло в голове Сцирши, она улыбнулась ещё шире.

– Так я могу рассчитывать на покупку…

– Да. Кто?

– …Прошу прощения?

– Кто?

Посетитель уставился на Сциршу и, судя по его виду, усиленно думал. Он ещё раз бегло огляделся и сделал неуверенный шаг к прилавку.

– Я претор Властомил, странно, что вы ни разу не слышали обо мне, ведь я один из советников графини. Не удивительно, в свою очередь, что я не знаю вашего имени, мне представили вас, как ведьму, продающую самых разных мелких…

Сцирша рассмеялась, прервав речь Властомила. Тот с удивлением и толикой негодования взглянул на ведьму. Она замолкла и нагнулась вперёд, легла грудью на руки, опершись почти всем телом о прилавок.

– Сцирша. Я спрашивала, кто вам нужен.

Властомил снова молча посмотрел на неё несколько мгновений, затем его губы сами собой растянулись в дрожащей улыбке, белая кожа на щеках порозовела, он отвёл глаза и снова прижал руки к груди.

– Ах, да. Простите. Я подумал, что…

– Я знаю. – Сцирша с интересом разглядывала контраст всего остального лица и румянца.

– В общем-то… Есть ли у вас черви?

Ведьма побродила по лавке, достала ящик, грохнула его на прилавок, открыла крышку и указала на отсеки, полные шевелящейся земли. Глаза Властомила заблестели, он наклонился над ящиком и принялся копаться в почве. Она прилипала к чёрным рукавам и размазывалась, но это можно было заметить только совсем близко. А Сцирша была достаточно близко. И она знала, что делала. Этот человек слишком забавно менял цвет. Не так интересно, как хамелеон, но всё ещё смешно.

– Властомил, – позвала она. Тот поднял голову и замер, поняв, что они с ведьмой находятся чуть ли не нос к носу.

– Да?.. – тихо и неуверенно спросил он.

– Не торопитесь с выбором. Приятно видеть знающего своё дело человека за этим самым делом.

Властомил отпрянул на почтительное для незнакомцев расстояние и снова улыбнулся, на этот раз покраснев ещё меньше. Рук из земли он так и не вытащил. Сцирша была недовольна такой слабой переменой.

– Благодарю. Благодарю. Приятно, что вы заметили мою страсть и знания! Поверьте, я в этом деле уже восьмой…

– Страсть я заметила, конечно, – Сцирша прищурилась, как довольная кошка, прекрасно знающая, что она задумала сделать пакость, – но вы так увлечены, – ведьма заговорила медленно, слегка повысив тембр, – что совсем не замечаете ничего вокруг. Ведь ваши рукава пачкаются. Позвольте.

Она потянулась и начала закатывать рукава мантии посетителя. Властомил застыл и растерянно следил за тем, что делает ведьма. Сцирша с большим удовольствием наблюдала, как его руки оголялись всё больше, а лицо становилось всё краснее. В конце концов, она, закончив, отодвинулась и расхохоталась. Выглядела композиция нелепо: полностью красный посетитель с завёрнутыми почти до плеч толстыми кольцами рукавов, с чёрными от земли пальцами, погружёнными в ящик, пялится в пустоту, не в силах прийти в себя.

***

– Приходите ещё.

В ответ Властомил выдавил улыбку, кивнул и, спотыкаясь о свои ноги и полы мантии, выскочил из лавки с несколькими увесистыми ящичками, запачканными землёй.

Скорпион скребся клешнями о стекло, тихо, его почти заглушало стрекотание, кваканье и копошение всех остальных обитателей лавки. Сцирша накрыла террариум животного крышкой, не отрывая взгляда от давно захлопнувшейся двери.

Она и забыла, когда в последний раз говорила эти слова искренне.

========== Глава 2. Болиголов и сныть ==========

Мягкие сапоги бесшумно приминали под собой траву. Пустая сумка длинными ремнями-застёжками хлестала по боку. Шелест листьев сливался с шорохом дорожного плаща, корявые ветви заплетали узоры из теней на блестящей, выцветшей юбке. Сцирше не хотелось запачкать новые вещи в чаще леса.

Корни под ногами, просветы в кронах, отдалённое журчание подземного ключа становились знакомыми. Ведьма могла различить волчью тропку, с которой всегда сворачивала к старому дому. Когда до родной опушки оставалось несколько шагов, Сцирша вздрогнула и остановилась.

Дом с косыми стенами и провалившейся крышей бездонными провалами окон глядел на ведьму. Сбитая упавшим деревом, как обломанная кость торчала кирпичная труба из-под гнилых листьев и веток. Двор порос крапивой, папоротником, болиголовом и снытью: мелкие цветочки разбрызганной белой краской ложились на почерневшее дерево стен. Сцирша натянула на руки толстые перчатки, поправила плотные чулки и медленно зашагала к крыльцу, раздвигая бурьян.

Дверь лежала где-то во дворе. Сцирша сняла её месяц или два назад, чтобы она случайно не прибила какую-нибудь лисицу, когда дерево, на котором держатся петли, окончательно догниёт. Но в прошлый раз она так и не смогла переступить порог дома.

Ведьма глубоко вздохнула и вошла внутрь. Старая привычка заставила её руку потянуться к полке в прихожей. Она испуганно дёрнулась и взглянула на то, во что упёрлась рука. Всё на месте. Как и раньше. Сцирша взяла с полки ржавый подсвечник и осмотрела его. Чёрные и красные пятна покрыли железо, ручка взбухла и стала шершавой. Она пахла кровью. Сцирша достала из-за пазухи свечу и, подув на фитиль, подожгла её. Свеча встала на место в подсвечнике не с первого раза: руки у ведьмы тряслись. Она обвела комнату светом. Пауки вздрогнули, почуяв движение, но тут же вернулись на место, угадав гостью. Сцирша переступала через рухнувшие перекрытия, столик с подкошенными ножками, истлевшие занавески, сорванные ветром.

Она помнила, где должна быть комната матери. Отделённая складной перегородкой, увешанная пучками трав, небрежно разбросанной одеждой, заставленная котелками, кружками и тарелками. Всё это лежало на полу. Такое же чёрное, как всё вокруг. Сцирша застыла, наблюдая за разбегающимися от света сороконожками, усачами и точильщиками. Ей не разрешалось заходить в материнскую часть дома. Это правило сначала соблазняло, но затем превратилось в священный запрет. Ничто теперь не могло помешать зайти сюда, но Сцирша колебалась, переступала с ноги на ногу, вслушиваясь в жалобный скрип пола, и глубоко дышала. «Здесь только её тень, – твердила ведьма, – её прошлое».

Она пришла сюда не для того, чтобы в последний момент дать слабину.

Она шагнула через перегородку и подняла свечу повыше. Ведьма коротко вскрикнула, прикрыла рот рукой, отшатнулась.

Стена поросла сухим плющом и терновником. Стебли растений свивались в плотный круг, гигантский венок, из которого торчали жёлтые, ставшие соломой цветки янтака и полыни, колосья мятлика и осоки. Некогда красивые и гибкие травы оплетали косточки, черепа птиц, мышей, ящериц, заползали в глазницы и распускали в них бутоны, давно осыпавшиеся. В центре венка висела маска.

Полумесяц и половина солнца. Рот и нос обведены яркими жёлтыми узорами, на лбу маски – звёзды, складывающиеся в диадему. Из-под маски свисала чёрная полупрозрачная ткань, в дрожащем пламени свечи казалось, её колышет несуществующий ветер. Прорези для глаз следили за Сциршей. Она глубоко вдохнула, вспомнив, что ей нужно это делать. И выдохнула.

Сцирша с трудом оторвалась от маски и оглядела угол. Мутные банки, пыльные шкатулки, перевязанные бечёвкой стопки листов и дощечек. Мать вела записи своих рецептов. Ведьма открыла несколько баночек, но вся жидкость из них испарилась. Только стойкий запах разложения ударил в нос. В шкатулках лежала пыль и травяной мусор. Каменные шарики бус рассыпались по лежанке и тумбе, металлические украшения почернели и вспузырились.

Сцирша поставила свечу на рабочий стол, подняла с пола табурет и аккуратно села. Ножки захрустели, но не поддались. Сцирша развязала одну из стопок листов и всмотрелась в записи. Эти рецепты она помнила наизусть. Листы не кончались, буквы на них плясали, как огонёк свечи, ведьма чувствовала, что в висках начинает стучать. Она сняла перчатки, чтобы быстрее листать бумагу. Медленно буквы складывались в слова, а те – в предложения. Прорези для глаз испытующе наблюдали.

Она чувствовала, как по позвоночнику ползёт ледяной, длинный и тонкий червь. В груди саднило. Буквы перестали напоминать язык. По крайней мере, известный Сцирше. Точки, чёрточки, завитки сплетались в звериные морды и птичьи перья, в глаза, хвосты ящериц, глаза, колючки янтака, глаза, глаза и дюны…

В ушах шумело. Это была кровь и голос, надрывный, страшный. Сцирша запихала записи в сумку, вскочила, случайно толкнула табуретку, та с грохотом ударилась о пол. Ведьма схватила свечу за основание, перепрыгнула через перегородку.

Вой ветра. Жёлтых лисиц. Они несут на своих хвостах сны. Она ударилась плечом об угол печи, боль волной разошлась по телу. Шелест ткани, она пересыпается и растворяется в этих волнах. Она переступила балку, мягкое дерево бесшумно смялось под ногой. Каменный цветок распускается в кувшине молока. Она оперлась о стол и вытолкнула себя наружу.

В лицо ударил запах болиголова и сныти.

*****

Сцирша смотрела на полную исписанными листами сумку, которую кинула в угол комнаты. Ведьма сидела в другом её конце, на кровати, поджав под себя ноги, и размазывала по щекам синие и чёрные разводы, дорожками убегающие с глаз. Она зашипела, когда слишком сильно надавила перебинтованной рукой на лицо: обожжённая воском ладонь болела.

Ведьма вздохнула, выпрямилась и, посидев так минуту, взяла сумку. Она разложила листы под светом волшебных огоньков и свечей, и теперь они казались не такими страшными. Но всё ещё не были понятны. Мордочки, уши, хвосты животных составляли большую часть текста.

Сцирша перевела взгляд на ящик, стоявший на столе. Готовый к выдаче заказчику.

Земля в ящике шевелилась.

Ведьма медленно растянула на губах широкую улыбку.

========== Глава 3. Вестник Белый ==========

Сцирша мягко положила руку поверх рук Властомила, который взял ящик.

– Мне нужна ваша помощь.

Властомил удивлённо посмотрел на ведьму и смущённо глянул на свои руки.

– Да?.. Чем я могу вам…

– Вы при дворе. Вы умеете читать. Вы знаете много языков.

Сцирша не отрывала внимательных глаз от лица судьи. Властомил выглядел озадаченным.

– Да, я хорошо знаю по крайней мере три языка, леди Сцирша, – сказал он медленно и затем затараторил, – но совершенно не представляю, для чего…

– У меня есть листы, – Сцирша отпустила его руки, – на них непонятные буквы. Я отдам вам товар взамен на вашу помощь. И никаких денег.

Властомил прижал ящик к груди. Сцирша поднялась на второй этаж. Судья стоял, окружённый стрекотанием насекомых, мерным кваканьем лягушек и шуршанием подстилки под лапками ящериц и хвостами змей.

Она принесла листы и дощечки, перевязанные бечёвкой, и поставила их на прилавок. Сцирша вытянула из стопки маленький листочек и дала его Властомилу. Он прищурился, приблизил листочек к глазам, покачал головой.

– Это не язык, леди Сцирша, что я могу сказать точно. Это записки сумасшедшего, бессмыслица, сущий бред.

Сцирша скривилась и вперила взгляд в сторону. Властомил чувствовал, что его слова как-то задели ведьму, но не представлял, по какой причине. Он прижал к себе ящик сильнее и вздохнул.

– Позвольте взглянуть на другие листы.

*** **

Второй этаж отличался от первого только отсутствием прилавка. На его месте был круглый стол, накрытый застиранной тёмно-синей скатертью с выцветшей, почти зелёной бахромой. На ней стояли пустые чашки с блюдцами, почти пустой кувшин и полная тарелка сладостей, засохших до каменного состояния. Сцирша считала их скорее декором, чем функциональной частью трапезы.

Между чашек лежали листы и дощечки, белые пергаменты были испещрены свежими чернильными пометками неразборчивым почерком. Властомил опирался на локоть и держался за лоб, глубоко погружённый в размышления. Берет сдвинулся чуть ли не на затылок. Судья разглядывал мордочки котов и хвосты лисиц и делал пометки в своих листах. Сцирша сидела напротив и внимательно наблюдала.

– Где вы достали такие странные записи, леди Сцирша? – хмурясь, проговорил Властомил, делая очередную пометку. Ведьма помолчала некоторое время, раздумывая, нужно ли говорить судье правду или можно обойтись отговоркой.

– В моём старом доме. Это рецепты моей матери.

Властомил промычал что-то невнятное, посидел ещё немного, закрыл глаза и потёр переносицу.

– Если это не окажется рецепт зелья вечной жизни, я бы на вашем месте выкинул всю эту бумагу.

Сцирша улыбнулась. Она взяла исписанные судьёй листы и рассмотрела их. Почерк был плохо читаем, так что ей казалось, будто бы она променяла один шифр на другой, причём предложенный Властомилом казался ещё непонятнее.

Судья напрягся и выпрямился. Он положил перо в чернильницу, откинулся на спинку стула, поправил берет и прижал к груди руки в своей обычной манере. Сцирша заинтересованно взглянула на записи.

– Вы уверены?.. Это похоже на какую-то плохую шутку. Очень плохую шутку, леди Сцирша.

Она пожала плечами.

– Тогда не удивительно, что вам не смешно. Что вы нашли?

Властомил подвинул к ней листы с расшифровкой и нахмурился. Сцирша пробежалась взглядом по кривым записям и вопросительно посмотрела на судью.

– Я плохо читаю. Рукописи – тем более.