Читаем Страсть. Часть первая (ЛП) онлайн бесплатно

Переводчик: Лаура

Редактор: Маралекс

Вычитка: Ирина В.

Обложка: Dark Owl

Переведено для группы Dark Eternity of Translations | Натали Беннетт, 2023

София

— Тебе понравилось? Некоторые говорили, что он слишком длинный. И немного неудобно из-за толщины держать в руке, не так ли? — тон мужской. Он низкий и хриплый, доносящийся откуда-то справа от меня.

Такие вот разговорчики в поездах метро Нью-Йорка. Вы подумаете, что к этому времени я уже не обращаю на все это внимания. Большинство людей, которые живут здесь десятилетиями, обладают врожденной способностью заглушать отрывистые звуки голосов, уличного движения и скрытый гул, который постоянно висит в воздухе Манхэттена.

Для тех из нас, кого считают недавно пережившим переезд, тембры города по-прежнему являются частью его неоспоримого очарования. Я никогда не думала, что привыкну к постоянному гулу за окном спальни, когда, закрыв глаза, пыталась уснуть ночью, но именно это сейчас меня убаюкивает. Я здесь всего два года, но знаю, что буду жаждать бешеной энергии этого места, если когда-нибудь решу вернуться домой, в сельскую Флориду.

— Мне бы хотелось услышать честное мнение, — я чувствую легкое давление плеча, трущегося о мое. — Седьмая глава — моя любимая. Ты уже читала ее?

Опускаю взгляд на толстую книгу, лежащую у меня на коленях. Теперь я знаю, без сомнения, что мужчина говорит со мной. Сегодня у меня уже было два односторонних разговора об этой книге. Первый был с женщиной, стоявшей в очереди в химчистку. Другой — всего пятнадцать минут назад с человеком, которому принадлежит винный магазин рядом с моим офисом. В обоих случаях я просто улыбалась, кивала и слушала, как они болтают о потрясающем детективном романе, который таскаю с собой по Манхэттену.

— Еще нет, — отвечаю, не глядя на него.

Отсутствие зрительного контакта поможет мне игнорировать его, если он будет упорствовать. Я не грубый человек, но знаю, как огородить себя периметром от невежества. Мужчины быстро сдаются, если ты притворяешься, что их не существует. То есть, большинство мужчин так делают. Этот, похоже, не понял намека.

— На какой ты странице? — большой рукой он касается моей темно-синей юбки. — Ты уже прочла первую главу, верно?

Физическое прикосновение категорически запрещено. Я отодвигаюсь еще левее, пытаясь оторваться от него еще на несколько сантиметров. Этот поезд битком набит пассажирами. Часть этого зависит от времени суток, а другая — от маршрута.

Сейчас ранний вечер, и я направляюсь на Таймс-сквер. Это одно из немногих мест в городе, которое я была бы счастлива никогда больше не видеть. Оно не для меня. Слишком много людей, слишком много шума; запахи ошеломляющие, а темп бешеный.

— Я не пытаюсь приставать к тебе, — смеется мужчина. Этот звук — сексуальное рычание, и несколько женщин оборачиваются, чтобы увидеть, кто его издал. Судя по тому, как они залипают, глядя на него, он симпатичен взору.

— Я просто пытаюсь попасть на автограф-сессию автора, — признаюсь я, надеясь, что мужчина оставит меня в покое, если я вежливо скажу ему, что не ищу отношений. — Мне нужно подписать книгу для моего босса. Это подарок на день рождения от его жены.

— Ты надеешься встретиться с автором? Николасом Вульфом? Я слышал, очередь на автограф растянулась в квартал. Люди с сегодняшнего обеда ждут встречи с ним.

— Черт возьми, — я, наконец, поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него. — Ты ведь не серьезно, не так ли?

Он хорош собой, каким я его и представляла, судя по голосу. Серьезно, он горяч. Настолько, что я-дам-этому-мужчине-свой-номер-если-он-попросит-его, горяч.

Черные волосы, голубые глаза и щетина на подбородке — на закуску. Идеальная улыбка, точеные черты лица и его губы, о, эти губы — главное блюдо. На нем темное шерстяное пальто и джинсы, которые уже выглядят аппетитно, так что кто знает, что под ними на десерт, но он был бы восхитителен. Я просто уверена в этом.

— Я серьезно, — говорит он. — Если ты встанешь в очередь сейчас, магазин закроется до того, как ты подпишешь эту книгу для своего босса.

Я закатываю глаза.

— Я не понимаю аннотацию. Понятия не имею, почему Габриэлю книга так нравится. Он сказал мне прочитать ее. Вот я и начала читать первую главу и… — я указываю большим пальцем на пол.

— Большие пальцы вниз? — он хмурит брови. — Тебе не понравилось?

— Слишком много слов. Она была очень нудной, я не смогла закончить ее.

Он смотрит на книгу.

— Я так понимаю, Габриэль — твой босс? Ты подписываешь для него? — спрашивает мужчина.

Я резко киваю.

— Дай ее мне. Я бы хотел тебе кое-что показать.

Это не моя книга, да и поскольку мы движемся с головокружительной скоростью в вагоне метро, он не сможет схватить ее и убежать. Я перекладываю книгу со своих колен на его.

— Как тебя зовут? — спрашивает он, когда рукой ныряет в коричневую кожаную сумку, перекинутую через плечо.

Я слежу за каждым его движением.

— София. Меня зовут София. А тебя?

Он достает из сумки серебряную ручку и, прежде чем я успеваю возразить, открывает обложку книги и начинает писать.

Да, блин. Держу пари, он пишет свой номер. Я не собираюсь его останавливать. А просто куплю еще одну книгу для мистера Фостера, а эту оставлю себе.

С резким щелчком он закрывает книгу, убирает ручку обратно в сумку и поворачивается, чтобы посмотреть на меня.

— Меня зовут Николас. Николас Вульф.

— Да, конечно, — усмехаюсь я. Неужели он думает, что я родилась вчера? Автор книги, которую он держит в руках, слишком успешен, чтобы ездить в метро на автограф-сессию собственной книги. Николас Вульф должно быть имеет в своем постоянном распоряжении водителя, который может доставить его туда, куда он захочет. Кроме того, все, что мне нужно сделать, это, взяв телефон, загуглить известного автора. Да и судя по многословному тексту книги, Николас Вульф — девяностолетний профессор английского языка и давно на пенсии. — Ты думаешь, я настолько наивна, чтобы купиться на это? Хорошая попытка, но ты — не он.

— Ты не кажешься мне наивной, — мужчина переворачивает книгу и поднимает ее так, чтобы задняя обложка находилась рядом с его лицом. — Видишь сходство?

Я ни разу не потрудилась изучить что-нибудь еще, кроме мрачного рисунка на передней обложке и нескольких скудных страниц, которые заставила себя прочитать. Там, в углу задней обложки книги, которая была у меня весь день, есть небольшой снимок человека, сидящего рядом со мной.

На лице парня, с которым я сейчас разговариваю, самодовольная ухмылка. На фотографии изображен сексуальный хмурый взгляд, короткие волосы и очки в черной оправе, обрамляющие его великолепные глаза. Сомневаюсь, что узнала бы в нем того же человека, даже если бы знала, как выглядел знаменитый Николас Вульф до того, как села рядом с ним.

Проклятье. Я оскорбила его. Сказала, что его книга скучная. Та самая работа, которая принесла ему множество наград и обеспечила место на вершине всех существующих списков бестселлеров.

— Наверное, мне следует извиниться за то, что сказала о твоей книге, — я пытаюсь выдавить из себя улыбку.

Он хмурится, изучая меня.

— Что была честной, когда сказала, что книга скучная?

Вообще-то, мне нечего терять. Он ни за что не поверит, если сейчас я скажу, что дразнила его по поводу того, что его книга — быстрый способ уснуть. Мне она не понравилась. Я никогда больше его не увижу, так что у меня нет причин говорить что-то, кроме правды.

— Я не лгала, — признаюсь я, но на этом не останавливаюсь. Мне нужно подбирать свои слова, потому что знаю, каково это, когда твою творческую работу разрывают на части. Стервозных комментариев к фотографиям, которые я разместила в социальных сетях, хватит мне на всю жизнь. Не всем нравится одежда, которую я создаю, и я первая признаю, что мне больно читать что-либо негативное о том, над чем неустанно работала. — Я должна упомянуть, что никогда в жизни не читала детективных романов. Это не мое, поэтому, пожалуйста, не принимай мою критику близко к сердцу.

— А что твое?

Я прищуриваюсь, пытаясь разгадать, что скрывается за этим вопросом. Он все еще ухмыляется — явный признак того, что мужчина не принял близко к сердцу мое оскорбление по поводу его работы. Он, явно, более толстокожий, если может противостоять критике, даже не дрогнув.

— Что ты имеешь в виду? Ты спрашиваешь меня, какие книги я люблю читать?

— Я спрашиваю не об этом, но ладно, давай начнем с этого.

Я сглатываю.

— Я не хочу начинать с этого. Я хочу знать, что ты имел в виду.

Заметное замедление поезда заставляет пассажиров вокруг нас встать на ноги.

— Тебе придется подождать до завтрашнего обеда, чтобы узнать. Мне нужно попасть на автограф-сессию.

— Обед завтра? — взглядом слежу за его движением, когда он встает. — Я бы запомнила, если бы у нас была дискуссия о завтрашнем обеде.

— Нет, ее не было. Подробности я записал в книге.

Я открываю обложку и вижу адрес в Уэст-Виллидж и слова «Завтра в полдень, София», нацарапанные синими чернилами. Он не подписал книгу, чтобы я могла отдать ее Габриэлю. Он использовал ее, чтобы пригласить меня на обед.

— Это не моя книга, — вздыхаю я. — Теперь я не могу отдать ее жене Габриэля.

— У меня с собой есть предварительная копия моего следующего релиза, — он похлопывает по передней части своей сумки. — Сегодня вечером я читаю толпе первую главу, прежде чем начать отвечать на вопросы и подписывать книги. И она твоя, если завтра ты обедаешь со мной.

Почему у меня такое чувство, что этот совершенно незнакомый мне человек принуждает разделить с ним трапезу? Он привлекательный, и обычно подобное общение я нахожу очаровательным, но меня смущает эта высокомерная ухмылка на его лице. Он уверен, что я приду, и что еще хуже, знает, что по большей части это никак не связано с книгой в его сумке.

— Что, если я не смогу уйти из офиса завтра в полдень?

Он подходит ближе ко мне, когда люди начинают двигаться к двери, чтобы убежать, как только мы остановимся.

— Скажи своему боссу… скажи Габриэлю, с кем ты встречаешься. Он, вероятно, даст тебе отгул на весь день и, возможно, даже увеличит зарплату.

Я только «за», когда люди уверенны в себе, но у эго Николаса Вульфа своя собственная лига. Да и я хочу эту книгу. Мистер Фостер не просто мой работодатель, он наконец-то, становится моим другом, и я бы отдала почти все, чтобы увидеть выражение его лица и лица его жены Ислы, когда подарю им еще не вышедшую книгу, написанную их любимым автором.

— Увидимся завтра, София, — кончиками пальцев он касается моих плеч. — Мне было очень приятно.

Приятно? Можно и так описать. Но я больше склоняюсь к слову «отпадно», хотя, возможно, это только мое мнение.

День рождения мистера Фостера завтра, и мне нечего презентовать по этому поводу, кроме как показать приглашение на обед от человека, который явно считает себя особенным. Может быть, черт возьми, он, очевидно, таков, но таких людей, как Николас Вульф, пруд пруди на Манхэттене. Они знают, что могут предложить, и прекрасно понимают, что их обаяние почти неотразимо.

Почти. Я знаю, что смогу противостоять.

Все, что мне нужно сделать, это прийти на обед, заполучить эту книгу и отнести ее в офис до захода солнца в день рождения Габриэля.

Проще простого.

София

— Ты та самая София Риз, которая час назад написала мне, что собирается на автограф-сессию? — моя лучшая подруга, Кейденс Саттон, считает себя забавной. Я могу сказать это по широкой улыбке на ее лице.

— Решила пропустить ее. Подумала, что тебе не помешает компания, раз уж Тайлер на работе, — я заглядываю мимо нее в гостиную квартиры, которую она делит со своим женихом. — Я принесла тебе немного твоего любимого мороженого. Правда сначала собиралась зайти в гастроном, чтобы купить маринованные огурчики, но знаю, что у тебя в холодильнике запас на девять месяцев.

Кейденс гладит свой маленький животик.

— Я пытаюсь сократить количество соленых огурцов на этой неделе, Софи. Тайлер беспокоится, что содержание натрия слишком велико для ребенка. Мое новое, более здоровое пристрастие — банановые чипсы.

— В детстве мой брат одним таким сломал зуб. Возможно, тебе придется направить поезд жажды в другой путь. Как насчет обычных бананов?

Она отступает в сторону, чтобы впустить меня, прежде чем закрыть за мной дверь.

— Мне захотелось бананов сразу после того, как я узнала, что беременна. После этого Тайлер две недели называл меня «Обезьянкой».

— Это ведь не какой-то неловкий переход к твоей сексуальной жизни, снова, не так ли? Если да, то я сейчас же откланиваюсь и возвращаюсь к себе домой.

Технически мой дом принадлежит Кейденс. Я переехала к ней вскоре после того, как прилетела в Нью-Йорк из Флориды. С тех пор как она поселилась с любовью всей своей жизни, у меня было два разных опыта общения с соседкой из ада. Сейчас я живу одна, но, надеюсь, скоро смогу найти кого-нибудь, кто заполнит пустую спальню. Кейденс ни разу не жаловалась, что я почти ничего не плачу ей за аренду. Она сказала мне, что я могу жить одна столько, сколько угодно, но квартира слишком большая для одного человека. Кроме того, я всегда в поисках кого-то, кого могла бы использовать в качестве человеческого манекена для моделирования своих последних творений.

— Ты никуда не пойдешь, — она проводит рукой по своим светлым волосам до плеч. — Заходи и расскажи мне, почему ты отказалась от автографа на книге. По дороге туда ты поняла, что не читаешь книги?

— Очередь за автографом была слишком длинной, и, к твоему сведению, я читаю книги, — протестую я с улыбкой. — Я всегда что-то читаю.

— Модные журналы не в счет.

Я вхожу в гостиную и смотрю сквозь стеклянную стену на огни, усеивающие вечерний горизонт.

— Я не имела в виду «Vogue» или «Glamour». А говорю о той книге про историю моды. Прошлым летом прочла ее от корки до корки. Дважды

— Да, теперь, когда ты упомянула об этом, я действительно припоминаю, как ты ходила, уткнувшись носом в эту книгу, — подруга тянется к пинте клубничного мороженого в моих руках. — Когда мой ребенок будет нашего возраста, люди будут писать не только статьи о твоих проектах, Софи; они будут писать целые книги о тебе.

Благодарная, я приподнимаюсь на цыпочки, чтобы нежно поцеловать ее в щеку. Несмотря на то, что я на восьмисантиметровых каблуках, моя лучшая подруга все еще на несколько сантиметров выше меня. Не помогает и то, что я перестала расти в подростковом возрасте, когда достигла отметки в сто пятьдесят пять сантиметров.

— Ты заставляешь меня чувствовать себя так, что я могу добиться чего угодно, Денс.

— Тебе нужно начать больше верить в свой талант, Софи. Твои проекты захватят мир штурмом, как только ты попадешься на глаза кому-нибудь влиятельному. Я все время говорю тебе показать мистеру Фостеру лукбук на твоем сайте. Ведь если бы ты это сделала, он бы тут же перевел тебя в креативный отдел.