Читаем Страна гор и легенд онлайн бесплатно

У каждого своя история знакомства с новым. Часто слышишь, как побывавшие в десятках стран журналисты говорят, что за два-три дня может родиться заметка, за неделю — статья, за месяц — очерк, но стоит провести в стране полгода, начинаешь понимать, как в сущности мало о ней знаешь. Окончательно в справедливости этого я убедился, когда взялся за оформление записей, сделанных в различные годы пребывания в Афганистане.

Вспоминая первое знакомство с этой древней страной в центре Азиатского континента, я невольно возвращаюсь к раннему детству, когда меня и многих моих сверстников одолевала страсть к коллекционированию марок. Как-то мне попалась марка с изображением триумфальной арки, обрамленным затейливой арабской вязью. Лет через двадцать в Кабуле мне удалось приобрести еще одну марку этой серии. Тогда я уже знал, что эта арка была воздвигнута под Кабулом, в Пагмане, в честь победы афганского народа, одержанной в 1919 г. в борьбе с англичанами.

Когда-то родители подарили мне красиво иллюстрированную книгу, рассказывающую о том, как смелый кузнец Кова поднял народ на борьбу с тираном, тысячу лет угнетавшим людей. Через много лет, изучая творчество крупнейшего средневекового персоязычного поэта Фирдоуси, я узнал, что эта сказка была пересказом лишь одного эпизода его поэмы «Шах-наме». Я видел развалины замка легендарного тирана на одной из труднодоступных вершин Гиндукуша в Центральном Афганистане.

Первая поездка в Афганистан. В погожий мартовский день 1966 г. катер перевез нас через своенравную Амударью на афганский берег. В тот первый день все было непривычно: мужчины в чалмах-«дастарах», длиннополых халатах, белоснежных рубашках навыпуск и туфлях с высоко поднятыми носками; женщины в легких, развевающихся на ветру накидках, закрывающих лицо; разрисованные небесными светилами, диковинными животными и изречениями из Корана высокие борта грузовиков; караваны терпеливых верблюдов; развалины древних селений на фоне строящихся корпусов промышленных предприятий и современных зданий.

В основу очерков легли дневниковые записи, знакомство с географией, историей и отличающейся богатством многовековых традиций культурой Афганистана, его современной экономикой и, конечно, с его народом — трудолюбивым, приветливым и доброжелательным. Среди работающих на объектах советско-афганского сотрудничества соотечественников я нашел много новых друзей. Им и посвящаются эти очерки, которые, не претендуя на категоричность, носят главным образом этнографический характер.

Страна гор и легенд, страна тысячи городов, ключ к Индии, Швейцария Востока — такими эпитетами наделяли Афганистан путешественники, посещавшие в различные времена эту страну на стыке Центральной, Передней и Южной Азии.

Здесь, в северо-восточной, наиболее высокой части Иранского нагорья, с античных времен перекрещивались караванные пути из Средиземного моря в Индию и Китай. Уже в древних хрониках эта часть Азиатского континента характеризовалась как узел мировых путей из Европы в Азию. Здесь сходились все важнейшие ответвления «великого шелкового пути», в течение столетий служившего основной торговой магистралью между Востоком и Западом и не терявшего своего значения вплоть до открытия европейцами морского пути в Индию.

Много пережил афганский народ, нелегкими были его пути на дорогах истории. В длительной и жестокой борьбе в 1919 г. он добился восстановления своей национальной независимости и встал на путь самостоятельного развития, но еще более полувека находился под игом собственных внутренних угнетателей.

Когда очерки готовились к выпуску, афганский народ открыл новую страницу в своей истории. 27 апреля 1978 г. патриотические части армии под руководством Народно-демократической партии Афганистана свергли авторитарный режим президента М. Дауда. Вся государственная власть перешла в руки Революционного Совета, страна была провозглашена Демократической Республикой. Выступая через несколько дней по Кабульскому радио, Генеральный секретарь Народно-демократической партии, председатель Революционного Совета и премьер-министр Н. М. Тараки подчеркнул, что вооруженное выступление 27 апреля «означает начало демократической народной революции, открывает новый исторический этап в жизни страны». Проведение глубоких социально-экономических реформ в интересах трудящихся масс стало краеугольным камнем всей деятельности новой власти с первых дней ее существования.

Земельная реформа в интересах трудящегося крестьянства, ликвидация давно изживших себя феодальных и полуфеодальных отношений, укрепление государственного сектора в экономике, обеспечение демократических свобод, ликвидация влияния империализма и неоколониализма во всех сферах жизни страны — основные положения всесторонней и глубокой программы правительства Демократической Республики Афганистан.

Находясь в эти дни в Афганистане, автор был свидетелем того энтузиазма, с каким простые люди страны встречали переход государственной власти в руки народа, выражали намерение защищать завоевания своей революции.

Прорезая террасообразные нагромождения скал и вбирая в себя талые снега Гиндукуша, река в неудержимом порыве на восток, к Инду, стремительно вырывается на широкую долину и, постепенно замедляя здесь свой бег, отдает ей почти всю свою влагу. Вновь она набирает мощь лишь через несколько десятков километров, у новых гранитных отрогов.

В этой долине, расположенной на высоте 1850 метров над уровнем моря, и возник в свое время один из старейших городов Центральной Азии, получивший имя реки, которая дала ему жизнь, — Кабул.

Название Кубха упоминается в Ригведе — древнеиндийском своде гимнов, составленных во II тысячелетии до н. э. Ахеменидский царь Дарий, повелевший на своем надгробии перечислить все завоеванные им земли, упомянул и долину Кабула. Позднее через нее проходили на восток, в Индию, легионы Александра Македонского, которого в этой части земли именуют Искандер, и древнегреческий ученый Птолемей уже пишет о городе под названием Кабур, который впоследствии встречается и в арабских рукописях. Странствующие китайские монахи в середине VII в. называли эти места на свой лад — Куфу.

В 656 г. в долине Кабула появляются арабские завоеватели, и веротерпимый буддизм постепенно вытесняется здесь пуританским исламом. Впоследствии город входил в состав многих быстро возникавших и столь же скоро распадавшихся империй и султанатов, пережив трагедии разорения и радости возрождения из пепла: удобное географическое расположение долины, превращенной трудом сотен поколений в зеленый, цветущий край, издавна сделало Кабул важным центром пересечения караванных путей от Средиземного моря к Индии и Китаю.

В начале XVI в. Кабул был захвачен основателем династии Великих Моголов Бабуром. В своих записках, получивших название «Бабур-наме», он оставил интересные зарисовки долины Кабула.

Столицей Афганистана Кабул стал в 1773 г., почти сразу же после основания централизованного афганского государства, а в период борьбы против экспансии британского колониализма, в XIX — начале XX в., он явился главным центром всех прогрессивных и патриотических сил страны.

…В середине 30-х годов XX в. у подножия холма Маранджан, что расположен в северо-восточной, самой старой части Кабула, археологи обнаружили большую коллекцию древних монет. Сейчас она украшает экспозицию столичного исторического музея и свидетельствует о том, что история города насчитывает более чем два с половиной тысячелетия.

Кабульцы любят рассказывать легенды и предания о происхождении их города и его названия. Большинство из них связано с различными произношением и этимологическим толкованием слова «Кабул».

Когда-то, говорится в одной из легенд, на месте долины было огромное озеро, а в центре его — прекрасный остров. Слухи о чудесном острове, где жили веселые и счастливые люди, дошли до правителя, и он захотел побывать в тех краях. Приказав построить огромный мост из соломы, правитель переправился на остров. Красота острова так его поразила, что он решил заложить здесь город, получивший название Кайоль — Соломенный мост. Если же его вторую часть произнести как «пуль», то значение «мост» уступит значению «деньги». В связи с этим появилось второе толкование названия города: базары Кабула были настолько богатыми, что трудно было удержаться и не приобрести порой даже совсем ненужный пучок соломы.

Другие легенды связывают Кабул с библейскими именами. Некие братья, имена которых по-персидски звучат как Какул и Хабул, долго спорили, как назвать один из самых красивых городов мира, пока не решили составить его название из частей своих имен. Бабур, также считавший Кабул самым красивым городом во всей своей обширной империи, полагал, что его основателем был один из сыновей Адама, имя которого по-персидски звучит как Кабил, и утверждал даже, что где-то неподалеку находится его гробница.

Небольшие, лишенные растительности вершины Асмаи и Шир-Дарваза делят Кабул на две части, соединяя их узким ущельем с почти высыхающей летом рекой. С холма Маранджан открывается панорама на основную, северо-восточную часть города. Раздвигая ветхие глинобитные постройки старого города, убегает вдаль широкая лента Джадайи-Майванд — главной магистрали афганской столицы. Она названа в честь победы у местечка Майванд, под Кандагаром, где в 1880 г. ополчения племен наголову разбили английскую экспедиционную бригаду.

С холма хорошо видно, как на одной из площадей, образуемых пересечением Джадайи-Майванд с улицей, связывающей старый город с центральной частью, устремляется вверх конусообразная башня с кафельной отделкой на ажурных крыльях. Менар и Майванд (башня Майванда) хорошо знакома каждому афганцу, и историю битвы под Майвандом вам перескажет здесь всякий.

…Измотанные боями афганские воины хоронили своих погибших товарищей по оружию. Не было воды, всех мучила жажда, люди смертельно устали, а англичане возобновили атаку. Казалось, еще мгновение — и ряды патриотов дрогнут. Но когда из рук раненого знаменосца упало на землю национальное знамя, его подхватила юная поэтесса Малалай и первой бросилась на врага. Ободренные воины устремились за героиней и разбили захватчиков. Отважная девушка стала национальной героиней, и на мраморной плите у подножия обелиска на Джадайи-Майванд выведено ее знаменитое двустишие:

Если ты, любимый, не погибнешь у Майванда, Клянусь, тебе не избежать позора!

Слева, между Джадайи-Майванд и подошвой Шир-Дарваза, находится самая старая часть Кабула. Она застроена плотными рядами глинобитных построек. Над ними возвышаются остатки бастионов доминировавшей когда-то над долиной цитадели Бала-Хиссар. Крепость и по сей день остается одной из самых «высотных» точек города, хотя в последние годы с ней не без успеха конкурирует здание гостиницы «Интерконтиненталь», построенное на одном из зеленых холмов в северной части города.

Кварталы старого Кабула еще не утратили своего традиционного колорита. Вдоль узких кривых улочек— небольшие арыки, на которые смотрят высокие глухие «дувалы» (глинобитные стены). Их единственным украшением служат низкие деревянные двери с массивными металлическими кольцами, выполняющими функции и ручек, и звонка. Возвещая хозяев о приходе, гость несколько раз ударяет кольцом о металлическую пластинку. В стене над дверью иногда прорублено окно, и, прежде чем открыть дверь, хозяева могут удостовериться в личности гостя.

С незапамятных времен основными материалами для сооружения городских и сельских построек в Афганистане служила глина, сырой и обожженный кирпич, а деревянными были лишь балки основных перекрытий, оконные рамы и двери. При внешнем оформлении дома нелегко было проявить оригинальность и выдумку, потому-то всю фантазию вкладывали в его деревянные части. Семьи с достатком стремились придать привлекательность домам не только окраской дверей в зеленый цвет, но и резными украшениями, своеобразными ручками и засовами. Стены обычно штукатурили, полы утрамбовывали плотной смесью глины и соломы.

Дом, как правило, состоял из двух половин: кухни п жилого помещения, окна которого смотрели во внутренний дворик, где летом концентрировалась вся жизнь семьи. В зажиточных домах были еще помещения и для приема гостей. В кухне делали углубления для котлов, иногда сооружали очаг с вертелом, а дым выходил через дверь и отверстие в крыше.

Климатические условия вносили своеобразие и в постройки: где жарче, там больше куполообразных домов, а в горах — домов с плоскими крышами, но террасообразных, в два-три этажа, где жилые помещения располагаются наверху. Пожалуй, для всех видов старых построек — и в городах, и в деревнях — характерно то, что они располагаются семейными усадьбами: к этому обязывал старый обычай объединенной семьи. Они представляют собой несколько строений, окруженных высокими толстыми дувалами, иногда с башнями и бойницами. Издавна дувалы служили местом для сушки фруктов. Плоские крыши были местом отдыха в вечернее время.

Нередко строили кварталы и по принадлежности к тому или иному цеху ремесленников. Так возникали ряды гончаров, жестянщиков, булочников. Общими для жителей каждого квартала были мечеть, кузница, несколько духанов и «михманхана» — гостиный дом, который содержался «всем миром». В нем стояло несколько «чапаркатов» (плетеных кроватей на низких ножках) и был небольшой очаг. Сюда приносили хлеб и чай для гостей. Обычай предписывал развлекать путника рассказами и сказками, но нередко здесь собирались потолковать и сами жители квартала.

Названия улиц и переулков давались по достопримечательному месту — мечети, караван-сараю, большой лавке или солидному дому. И сейчас названия имеют лишь главные улицы Кабула, и довелись незнакомцу искать адрес в старом городе, его нередко ориентируют так: дом напротив духана такого-то, лавка рядом с такой-то мечетью и т. п. Когда несколько лет назад на одной из центральных площадей города открылся четырехэтажный универмаг, то рекламное объявление, приглашавшее посетить магазин и передававшееся по радио, было составлено по традиционному принципу и в стихотворной форме. Перевод его звучал примерно так: