<p><strong>Маргарита Алигер</strong></p><p><strong>СТИХИ РАЗНЫХ ЛЕТ</strong></p><p>22 СЕНТЯБРЯ</p>
К.М.
Мне новый день — как новый человек,с другим характером, другой судьбою.Он вышел рано. Гор, морей и рекпрепятствия он видит пред собою.Есть люди — праздники, когда с утратакая легкость в жизни и в природе,цветут цветы, смеется детвора…Их долго ждут, они как миг проходят.А я хочу прожить, как этот день,в котором солнце с непогодой спорит,последних листьев трепетная тень,тревожный запах северного моря;в котором очень мало тишиныи смелые вершатся перемены.В нем все задачи будут решены,и все решенья будут неизменны.И будут листья в гаснущем огне,и будет солнце стынуть на дорожках.и будут люди помнить обо мне,как о хрустальном и прозрачном дне,в который были счастливы немножко.И ты поймешь: светла твоя тоска,любовь ко мне упорна и упряма.И победят народные войскаУ трудных гор Сиерра-Гвадаррама.Чего же больше? Время! На людейродных и сильных наглядеться вдостальи умереть, как умер этот день,не торопясь, торжественно и просто.1936
Маргарита Алигер. Стихотворения и поэмы в 2-х т.
Москва: Художественная литература, 1970.
<p>А НАШИ СУДЬБЫ, ПОМЫСЛЫ И СЛАВА…</p>А наши судьбы, помыслы и слава,мечты, надежды, радость и беда —сейчас еще расплавленная лава,текущая в грядущие года.Ничто не затеряется, не сгинет,и эта лава, наших судеб сплав,от дуновенья времени остынет,прекраснейшие формы отыскав.Возникнут многозвучные поэмы,томов бессмертных непреклонный ряд.В них даже те из нас, что нынче немы,взволнованно дыша, заговорят.За глубину их, зрелость, безупречностьих в собственность охотно примет вечностьсокровищ мира бережная мать —и классикой велит именовать.Но рядом с ними будет жить векамитот первый мастер, что в избытке силживую лаву голыми рукамибрал, обжигаясь, и лепил.1947
Маргарита Алигер. Стихи и проза в 2 т.
Москва: Художественная литература, 1975.
<p>АВГУСТ</p>Этого года неяркое лето.В маленьких елках бревенчатый дом.Август, а сердце еще не согрето.Минуло лето… Но дело не в том.Рощу знобит по осенней погоде.Тонут макушки в тумане густом.Третий десяток уже на исходе.Минула юность… Но дело не в том.Старше ли на год, моложе ли на год,дело не в том, закадычный дружок.Вот на рябине зардевшихся ягодпервая горсточка, словно ожог.Жаркая, терпкая, горькая яростьв ночь овладела невзрачным кустом.Смелая зрелость и сильная старость —верность природе… Но дело не в том.Сердце мое, ты давно научилоськрепко держать неприметную нить.Все бы не страшно, да что-то случилось.В мире чего-то нельзя изменить.Что-то случилось и врезалось в душивсем, кому было с тобой по пути.Не обойти, не забыть, не разрушить,как ни старайся и как ни верти.Спутники, нам не грозит неизвестность.Дожили мы до желанной поры.Круче дорога и шире окрестность.Мы высоко, на вершине горы.Мы в непрестанном живем озаренье,дышим глубоко, с равниной не в лад.На высоте обостряется зренье,пристальней и безошибочней взгляд.Но на родные предметы и лица,на августовский безветренный деньнеотвратимо и строго ложитсятрудной горы непреклонная тень.Что же, товарищ, пройдем и сквозь это,тень разгоняя упрямым трудом,песней, которая кем-то не спета,верой в грядущее, словом привета…Этого года неяркое лето.В маленьких елках бревенчатый дом.1945
Маргарита Алигер. Стихи и проза в 2 т.
Москва: Художественная литература, 1975.
<p>БЕРЕЗОВАЯ РОЩА</p>Осыпаются листья, в которыхзатаился и жил для меняеле слышный, немолкнущий шорохотгремевшего майского дня.Эти самые листья весною,недоверчивым, вкрадчивым днем,содрогнуло короткой волною,опалило внезапным огнем.И раскаты горячего громазадержались в прохладной листве…Я с тех пор в этой роще, как дома,мы в глубоком и крепком родстве.Я дымком неосевшим дышала,прислоняясь к душистым стволам,и она мне ни в чем не мешала,все делила со мной пополам.Утешала меня, как умела,птичьи споры со мною вела,умудренно и мерно шумела,зеленела, ветвилась, росла.Угощала меня земляникой,приводила мне в ноги ручей…И от этой заботы великойя сдалась и поверила ей.Был так верен и так бескорыстеннаш немой безусловный союз…Осыпаются тихие листья.Молкнет роща, а я остаюсь.Сокрушительным ветром подуло.Гром умолк и развеялся дым.Что ж ты, роща, меня обманула?Грош цена утешеньям твоим!Раздаются упреки глухиенаступлению осени в лад…Осыпаются листья сухие,но стволы нерушимо стоят.И шумит непреклонно и грозноих прямая и голая суть:Невозвратно, напрасно и поздно!Молодую листву позабудь.Укрываться от правды — пустое!Будь ясна, как осенняя тишь,и решай, облетишь ли с листвоюили твердо, как мы, устоишь.Нам лукавый обман ненавистен,утешенья ничтожно малы…Облетают последние листья,но стоят нерушимо стволы.1956
