Читаем Ставлю на тебя онлайн бесплатно

Перевод канала: ikhouvan

Книга посвящается покойной Норе Эфрон — королеве романтических комедий и создательнице уютных осенних фильмов.

А также всем читателям, которые создают плейлисты, доски с эстетиками и целые эдиты, посвящённые любимым историям — как же повезло тем, кто может так глубоко погрузиться в мир книг.

Глава 1

Три года назад

Бейли

Впервые я встретила Чарли в аэропорту Фэрбанкса.

Папа только попрощался, и с я трудом сглатывала эмоции, оставляя позади привычную жизнь и готовясь к перелёту в Небраску, где мы с мамой теперь будем жить, поскольку мои родители официально развелись. Подняв подбородок, я пыталась выглядеть взрослой, катя за собой розовый чемодан, но с каждым морганием я сдерживала тяжёлую тоску по дому и воспоминаниям, которые оставляла позади.

Наше знакомство произошло, когда я застряла в длинной очереди на досмотр, зажатая между незнакомцами и переживая из-за того, сработают ли мой брекеты на металлодетекторе.

Очередь начала двигаться, но я не могла сделать и шага, потому что двое людей передо мной целовались. Взасос. Словно их рты склеились, и они отчаянно пытались оторвать их друг от друга, поворачивая головы из стороны в сторону.

Или же они поедали лица друг друга.

Я прочистила горло.

Ничего.

Я снова прочистила горло.

На что парень открыл один глаз (я видела только один) и посмотрел прямо на меня. Не прекращая целовать девушку. Как будто этого было недостаточно странно, он пробормотал с причмокиванием: «О Боже, что?»

Что звучало примерно как: «обгжмчтто».

Затем «Глаз» закрылся, и они снова увлечённо целовались.

— Извините, — проговорила я сквозь стиснутые зубы, моя эмоциональная тревога сменилась раздражением, — но очередь. Очередь движется.

«Глаз» снова открылся, и парень сердито уставился на меня. Он оторвался от поцелуя и сказал что-то своей девушке, что заставило их продвинуться вперёд. Наконец-то. Я услышала, как его девушка щебетала о том, как она будет скучать по нему, а по его профилю я видела, что он лишь ухмыляется и ничего не говорит, пока они неуклюже шагают вперёд, держась за руки.

Но я не могла игнорировать тот факт, что они выглядели как мои ровесники.

Что?

Я переходила в девятый класс. Люди моего возраста не целовались на публике — они даже водить машину ещё не умели. У людей моего возраста не хватило бы наглости полностью предаваться страсти в очереди на досмотр в аэропорту, где им могло за это влететь.

Так кто же эти нахальные нарушители границ публичной демонстрации чувств?

Девушка вышла из очереди и помахала парню, вероятно, испытывая облегчение от того, что наконец-то может вдохнуть воздуха. Пройдя досмотр и собрав свои вещи, я проверила время на телефоне. Я хотела быть прямо рядом с дверью, когда откроется трап, поэтому было крайне важно добраться туда как можно быстрее. Я обошла «пожирателя лиц», уткнувшегося в телефон, и как можно быстрее направилась к выходу на посадку.

Только когда я заняла место прямо у стойки регистрации, откуда не могла пропустить ни одного важного объявления и гарантированно была первой в очереди, мне наконец-то удалось успокоиться.

Пролистав ленту телефона, я проверила наличие обновлений в приложении авиакомпании, затем надела наушники и включила свой свежесозданный «Плейлист Бейли для перелёта». Однако, наблюдая за другими пассажирами, суетящимися по терминалу, я невольно задумалась о том, сколько из них вынуждены отправиться туда, куда они не хотят, и начать новую жизнь, к которой не готовы.

Если бы я делала ставки, то сказала бы: ни одного.

Должно быть, я была единственным человеком во всём аэропорту, кого ждало не просто путешествие, а его полная противоположность. У меня был билет на моё собственное переселение, и это просто отстой. В раздумьях прошёл целый час ожидания, особенно когда напротив меня плюхнулась Очаровательная семья из четырёх человек, словно сошедшая с рекламных плакатов диснеевских курортов, сияющие предвкушением путешествия.

При виде их семейного счастья мне захотелось укутаться в тот крошечный клочок одеяла, с которым я до сих пор спала (хотя никто об этом не знал) и немного поплакать.

Поэтому сказать, что я была на взводе к тому времени, когда мы выстроились в очередь на посадку, значит, ничего не сказать. Я была первой в очереди — ура! — но внутри меня бурлила собственная буря эмоций. Мой внутренний хаос, увидев энтузиазм Очаровательной семьи, поднял ставки на сотню.

— Вот ты где.

Я посмотрела налево и увидела «пожирателя лиц» с досмотра. Он улыбался мне, словно мы были друзьями.

— Я всюду тебя искал, малышка.

Я оглянулась на остальную часть очереди на посадку, подумав, что он точно не ко мне обращается. Но обернувшись, увидела, как он, по сути, вторгается в моё личное пространство, вынуждая меня подвинуться, чтобы он встал рядом. Он подтолкнул меня плечом и подмигнул.

Что за чертовщина? Он что, под кайфом?

— Что ты делаешь? — прошептала я, сжимая ручку чемодана и пытаясь отодвинуться от него, при этом не теряя своего места первой в очереди. На нём была толстовка с надписью «Мистер Ничто» и мешковатые шорты, а в руках ничего. Ни ручной клади, ни книги, ни даже куртки — кто так путешествует?

Он приблизился ещё больше, так что его лицо оказалось буквально в дюйме от моего, и тихо сказал: — Расслабься, Очкарик. Просто не хочу стоять в этой очереди, поэтому делаю вид, что мы вместе.

— Но… — Я взглянула на него, гадая, кто же на самом деле этот Мистер Ничто. Он явно был моего возраста, да и внешне симпатичный парень. У него были густые, тёмные, растрёпанные волосы и симпатичный рот. Но его наглость просто зашкаливала для обычного парня. — Это несправедливо.

Он приподнял бровь.

— Всем остальным приходиться стоять в очереди, — сказала я, стараясь не звучать как ребёнок, кричащий «Нечестно!», хотя и хотелось пустить локти в ход. — Если ты не хотел стоять и ждать, нужно было прийти сюда заранее.

— Как ты? — спросил он, его голос сочился сарказмом.

Я поправила очки. — Да, как я.

Почему этот незнакомец прицепился ко мне? Неужели это карма за мои фантазии о том, как Очаровательная семья застряла в аэропорту? Карма должна быть кошкой, чёрт возьми, а не этим. (пим. пер.: отсылка на песню Тейлор Свифт «Karma», в которой есть строчка “karma is a cat”)

Он склонил голову набок и посмотрел на меня. — Спорю, ты была дежурной по коридору в школе.

— Что, прости? — Было очевидно, что он сказал это с насмешкой, и я металась между желанием врезать ему в нос и всхлипывая просить оставить меня в покое. Я снова скосила взгляд назад, и увидела, как мужчина, стоявший следующим в очереди, ухмылялся, явно подслушивая. Повернувшись обратно к Мистеру Ничто, я прошептала: — Не твоё дело, но в моей школе у всех была такая обязанность.

— Конечно, так и было.

Конечно, так и было? Я издала звук, смесь рычания и стона, прежде чем мимолётно подумать, является ли нападение на пассажира федеральным преступлением.

— Ты… ты мне не веришь? — прошипела я сквозь зубы. — Насчёт дежурства в школе?

Он ухмыльнулся. — Не то чтобы я тебе не верю, просто мы оба знаем, что ты бы записалась добровольно, даже если бы это не было обязательным.

Откуда ему это знать? Он был прав, но меня бесило то, как он вёл себя, словно знает меня, хотя наше общение длилось всего пять ужасных минут. Я прищурилась и сморщила нос, будто от неприятного запаха, но физически не могла расслабить его. Удалось выдавить: — Неважно.

Он замолчал, но не сдвинулся с места, оставаясь там, где был. Мы стояли бок о бок, молча уставившись вперёд. Почему он не уходит? Он же не собирается здесь оставаться? После ещё одной длинной минуты молчания я не выдержала и чуть не выкрикнула: — Почему ты всё ещё здесь?

Он, казалось, был сбит с толку моим вопросом. — Что?

Я показала большим пальцем за спину, и он сказал: — Боже, ты это серьёзно говорила? Ты собираешься заставить меня стать в конец очереди?

Я глубоко вдохнула. — Я не заставляю тебя. Так всё устроено.

— О, ну, если так всё устроено… — он посмотрел на меня, как на идиотку. Сотрудник авиакомпании, стоявший у двери, взял микрофон и начал объявлять посадку на рейс. Я снова бросила на Мистера Ничто красноречивый взгляд: «Что ты творишь?», дополненный выпученными глазами. На что он только покачал головой и вышел и очереди.

Он посмотрел на мужчину позади меня и сказал: — Так всё устроено, не волнуйся.

И хотя я отказалась оборачиваться и смотреть на него, я слышала, как он бормотал «Так всё устроено» не менее пяти раз, пока шёл в конец очереди.

Зачееееем? Зачем этому самодовольному, язвительному придурку нужно было стать частью моего опыта? «Он портит мне удовольствие от полёта», — подумала я, сканируя посадочный талон и ступая на трап, что было иронично, поскольку единственное, что я не ненавидела в этом дне, был сам полёт.

Первый самостоятельный полёт был единственным крошечным событием, которому я радовалась, а «Мудак номер ноль», казалось, всеми силами пытался разрушить это.

Я не расслабилась, пока мы не поднялись на борт, багаж не убрали в верхний отсек, я не отправила сообщения обоим родителям и не села у окна. Люди всё ещё рассаживались, но я справилась. Весь день я была в напряжении, но теперь — аххх. Я закрыла глаза и почувствовала, как наконец могу выдохнуть.

До тех пор, пока…

— Какова вероятность, что мы будем сидеть рядом?

Я открыла глаза и увидела Мистера Ничто, стоящего в проходе. Губы были сжаты в тонкую линию, и он был так же рад видеть меня, как и я его.

Глава 2

Чарли

Как будто день мне и так мало испортили, моё место оказалось прямо рядом с Маленькой мисс «Очередь движется».

Прекрасно.

Она удивлённо посмотрела на меня своими большими глазами и быстро заморгала, словно была шокирована тем, что увидела меня, но в целом выглядела как одна из тех чопорных девчонок, вечно пребывающих в шоке от любого несовершенства. Скрестив руки на груди, она произнесла: «Я бы сказала, один к ста семидесяти пяти».

По какой-то причине мне захотелось передразнить её, повторив её слова высоким противным голосом: «Я бы сказала, один к ста семидесяти пяти». Я с тоской посмотрел на ряды позади нашего, тянущиеся в хвост самолёта, и подумал, не захочет ли кто-нибудь поменяться местами.

Ну и, конечно же, эта девчонка знала количество мест в самолёте.

Едва я сел, телефон в кармане толстовки завибрировал. Я знал, что это мама, и также знал, что если не отвечу, она продолжит слать сообщения.

Я достал его и посмотрел на экран.

Мама:Ты успел на борт?

Я немного откинулся на тесном сиденье — чёрт возьми, я был слишком высоким для полётов.

Ненавидел летать.

Я ответил: Да.

Пристегнул ремень, но не успел даже вздохнуть, как телефон снова завибрировал.

Мама:Твой отец проводил тебя или просто высадил у дверей?

Я полез в карман, понимая, что мне уже нужен «TUM» (прим. пер.: таблетки от изжоги). Закинув две таблетки в рот, проигнорировал её вопрос (так как ответ ничего хорошего не принесёт: «Высадил у дверей, потому что парковка слишком дорогая») и написал: Бабушка Мария просила передать привет.

Я знал, что это остановит поток сообщений.

Мама и бабушка всегда были близки, но как только родители решили развестись, всему этому пришёл конец. Теперь мама называла её «старой ворчуньей», а бабушка Мария — маму «той женщиной».

Взрослые люди, верно?

Я откинул голову на спинку сиденья и попытался осознать тот факт, что лето закончилось. Казалось, ещё пару дней назад я с нетерпением летел на Аляску, чтобы провести лето с семьёй отца, но теперь я летел обратно, оставляя их (и Грейс) позади, к жизни с мамой и её новым парнем.

Чёрт возьми, я слишком взрослый, чтобы испытывать эту гребаную тоску по дому, особенно когда самолёт ещё даже не взлетел.

Я ощутил тупую боль между рёбер, когда представил Грейс, и богом клянусь, я всё ещё мог чувствовать запах фруктового мусса, который она использовала для волос. Мой мозг запустил нежелательный монтаж, запечатлевший всё лето, наполненное смехом Грейс, и я стиснул зубы.

Чтоб меня.

Я положил телефон обратно в карман, хотя всё, чего я хотел, это погрузиться в один из наших бессмысленных разговоров.

Но не было смысла писать Грейс. Типа, больше никогда. Потому что отношения рушились ежедневно, даже когда люди жили в одном гребаном доме.

Отношениям вообще обречены на провал, точка.

Так что сама мысль об «отношениях на расстоянии»? Полный бред.

Единственным плюсом поддержания связи с Грейс было то, что я мог бы наконец впасть в такую депрессию, что начал бы писать песни или заигрывать с алкоголем.

Уйти — нет, улететь — было абсолютно правильным решением.

Одна из стюардесс начала инструктаж по технике безопасности, и я бросил взгляд на Мисс Староста. Она была привлекательной, но брекеты и пышные волосы ей не шли. Руки по-прежнему были скрещены, и она слушала так внимательно, что я почти ожидал, что она достанет папку и начнёт делать заметки.

Да, пора было поддразнить её.

Поддразнивание её в очереди на посадку на несколько минут отвлекло меня от мыслей о Грейс, так что, возможно, это карма подсадила эту чопорную задницу на соседнее кресло. Всё лето я был паинькой, и, может, карма знала, что мне нужно отвлечься.

А может, кармой была девушка в очках.

Глава 3

Бейли

— Как ты думаешь, сколько ей платят?

— Тс-с, — я попыталась заглушить Мистера Ничто, чтобы услышать инструкции стюардессы по технике безопасности.

— О, да ладно тебе, ты же на самом деле не слушаешь это, да?

Я отказывалась смотреть на него. — Пожалуйста, помолчи.

— Всем известно, что если всё пойдёт по одному месту — мы покойники, — его голос был глубоким и раскатистым, когда он пробормотал: — Они проделывают эти процедуры, чтобы дать пассажирам ложное чувство надежды, но реальность такова, что, если самолёт разобьётся, наши тела будут разбросаны на мили вокруг.

— Господи, — тут я уже посмотрела на него, потому что с Мистером Ничто явно что-то не так. — В чём твоя проблема?

Он пожал плечами. — У меня нет проблем, я просто реалист. Я вижу вещи такими, какие они есть. Ты же, с другой стороны, вероятно, веришь в эту чушь. Наверное, думаешь, что если самолёт врежется в океан на скорости в пять Махов, то это надувное сиденье спасёт твою задницу, правда?

Я поправила очки на переносице и пожелала, чтобы он перестал говорить о крушении.