Читаем Старица и окрестности онлайн бесплатно
Старица и окрестности
Книга рассказывает об одном из древнейших городов Верхневолжья, в котором сохранились замечательные памятники архитектуры. В селе Бернове, где не раз бывал А. С. Пушкин, создан музей поэта. В наши дни Старица — современный растущий город Калининской области. Для широкого круга читателей.
Наука, Образование / ИсторияМосковский рабочий
1986
Чтобы почувствовать Старицу, лучше подняться к ней по Волге. Тогда сразу открывается громада старого городища, крутые откосы которого нависают над водой.
Когда-то здесь была крепость — Старицкий кремль, один из форпостов средневековой Руси. Мощные крепостные валы, сохранившиеся и поныне, старинные храмы, а также другие археологические и архитектурные памятники повествуют о древней истории города.
Старица возникла на месте древних поселений славян-кривичей — скотоводов, охотников, рыбаков, землепашцев. Поселения относятся к эпохе раннего неолита, примерно к IV тысячелетию до нашей эры. Свидетельство тому — обнаруженные в некоторых селах и деревнях фрагменты грубо выделанной глиняной посуды, орудия труда из местного камня.
К более позднему времени относятся кремневые наконечники копий, четырехгранные дротики, кремневые пилы, найденные в Родне, Дягунине, Черепкове и Молокове. Эти предметы хранятся теперь в Государственном Историческом музее и в Музее антропологии и этнографии Академии наук СССР.
Вблизи деревень Неклюдово, Дягунино, Абалешково обнаружены фатьяновские могильники, относящиеся к III―II тысячелетиям до нашей эры. О возросшей культуре людей этого времени говорят найденные в могильниках мастерски выточенные изделия из кости, изящные наконечники стрел, глиняные сосуды с красивым орнаментом.
Кажется, все исторические эпохи оставили свой след на старицкой земле. Открыты, но не исследованы пока досконально прямые предшественники средневековой культуры — дьяковские городища, встречающиеся у Козлова, Бабина, Юрьева, Пентурова и Змеевых Горок. Мощный культурный слой, в котором найдены кости домашних животных, зернотерки и металлические серпы, принадлежности гончарного дела и детали простейшего ткацкого станка, говорит о долгом существовании дьяковских городищ. Многие поколения кривичей обитали в таких городищах, оставаясь, по-видимому, в состоянии полной племенной изоляции.
Во многих местах Старицкого района в одиночку и группами разбросаны сторожевые и могильные курганы, насыпанные нашими предками тысячу и более лет назад. В одном из курганов Иверовской группы археологическая экспедиция обнаружила в 1967 году белокаменный саркофаг с останками мужчины, видимо, знатного происхождения, возможно, одного из племенных князей. Редкая эта находка хранится теперь в Калининском государственном объединенном историко-архитектурном и литературном музее.
Раскопки подтвердили, что в VIII―X веках Верхневолжье было уже частью торгового пути, начинавшегося в Киевской Руси и заканчивавшегося на Ближнем Востоке. Откуда же еще было появиться витым бронзовым кольцам, бусам, шейным гривнам, монетам арабской чеканки.
Волга сыграла решающую роль в развитии края. И неудивительно, что именно на ее берегах обосновались предки наши. Волга была для них и кормилицей, и торговой дорогой, и защитным рубежом. В условиях постоянной вражды между общинами и племенами люди выбирали для своих поселений труднодоступные места на высоких берегах рек и озер. Они возводили вокруг своих поселений земляные валы, рыли рвы и обносили жилища деревянным тыном. Именно на таком месте — на высоком холме, омываемом с одной стороны речкой Верхней Старицей, а с другой Волгой, — и возникло старое городище.
Первое упоминание о Старице в письменных источниках встречается в 1297 году. В Тверской летописи было сказано так: «6805 (1297) в лето срублен бысть городок на Волзе, ко Зубцову, па Старице».[1]
Крепость была основана для защиты юго-западных границ Тверского княжества, подобно тому как с юго-востока сторожами стали позднее Холм, Клин и Городня.
Как выглядело прежде крепостное городище, нетрудно представить и сегодня. Узкий и длинный мыс, омываемый Верхней Старицей и Волгой, по-прежнему опоясан с юга и запада мощным земляным валом. Крутые — до 70 градусов — склоны 24-метрового холма упираются в глубокие рвы. Тем, кто штурмовал крепость, надо было вначале преодолеть этот заполненный водой, снабженный железными ловушками и утыканный острыми кольями 20-метровый ров, затем взобраться на выложенные камнем откосы холма и лишь после этого идти на приступ крепости, встречающей неприятеля градом ядер и камней.
Кремль являлся центральной частью крепости. Первоначально его окружал земляной вал длиной 178 метров. Затем был насыпан второй вал длиною 350 метров. Позднее кремль был обнесен деревянной стеной протяженностью 1300 метров, около 4 метров высоты и около 3 метров ширины. В стене было 13 башен — 11 глухих и 2 с воротами. На некоторых из них возвышались сторожни для дозорных.
Ворота, над одними из которых висел сполошный колокол, извещавший горожан о приближающейся беде, вели внутрь кремля, к княжескому дворцу. Кроме дворца были здесь дома бояр, дом воеводы, съезжая изба, острог, государевы житницы, дома для стрельцов и прочих горожан да несколько храмов.
Жизненным центром кремля была Торговая площадь. Здесь шла торговля воском и медом, овсяным киселем и шипучим квасом, стерлядью и белорыбицей, кафтанами и войлочными армяками, опарниками и кувшинами, зубчатыми серпами, подковами и замками. Замки, кстати, были символические, без запирающего механизма, и вешались на дверь в знак того, что хозяина нет дома. И та же Торговая площадь в иные времена становилась центром политических событий и военных баталий. Здесь князья и воеводы разговаривали с народом, здесь вершились суд и расправа, лилась кровь и свистели ядра.
Придавая Старице большое значение как одному из форпостов, тверские, а затем московские князья постоянно укрепляли ее. При Иване Грозном кроме всего прочего в крепостном валу, защищавшем посад, в скрытых траншеях были установлены батареи «полуторных тюфяков» — по тому времени весьма мощных орудий. В цокольном этаже Борисоглебского собора хранился припас (ядра) и зелье (порох).
Обороне служил и «тайнишный» ход длиною 54 метра, который уходил в землю у подножия Тайнишной башни и вел к Верхней Старице. Стены этого подземного хода были укреплены дубовыми бревнами, свод — белым камнем и кирпичом пирамидальной формы. Этим путем в осажденную крепость доставлялась вода, здесь же укрывались старики, женщины и дети. Остатки подземного хода были обнаружены в 1914 году краеведом Н. Зубаревым.
В брошюре «Город Старица и Вознесенский монастырь» Зубарев, сравнивая кремль в Старице с Московским Кремлем, находит, что в древности между ними было много общего: те же очертания, одинакового устройства стены и башни.
Московские князья неоднократно пытались завладеть Старицей. В 1375 году это удалось сделать Дмитрию Донскому. Через некоторое время тверской князь Михаил Александрович крепость вернул. Но позже Москва снова взяла верх, и с 1485 года Старица уже постоянно входила в состав Московского государства.
В начале XVI века Иван III выделил Старицу в удел сыну Андрею. Позднее старицкий князь потребовал новых земель, а получив отказ, стал проявлять непокорность и был заподозрен в посягательстве на великокняжеский престол.
Андрей вывел войско из Старицы и повел его к Новгороду с целью объединиться с новгородцами. Однако маневр его стал известен, и тотчас же из Москвы выступило большое войско под предводительством воеводы И. Ф. Телепнева-Оболенского. Встретившись, оба войска остановились, не решаясь вступить в бой. Поддавшись обману Телепнева-Оболенского, князь Андрей дал себя уговорить и отправился в Москву на переговоры. Однако там ему была уготована темница, где князя заковали в кандалы и затем уморили голодом. Единомышленники Андрея Старицкого были казнены, и долго еще в назидание непокорным вдоль дорог между Москвой и Новгородом стояли виселицы.
В 1540 году князья Шуйские, оказавшиеся у власти, освободили из заточения сына Андрея — Владимира и вернули молодому князю старицкий удел.
Борясь за объединение Руси, московские князья длительное время вели политику, направленную на упразднение удельных княжеств. Сын Ивана III — Василий III, присоединив Псков, Смоленск, Рязанское княжество и ряд других, завершил в основном объединение русских земель. И в середине XVI века «наиболее мощным форпостом удельной децентрализации в стране были Старицкое княжество и Великий Новгород. Ликвидация старицкого удела была поставлена на повестку дня еще во время малолетства Ивана Грозного, когда в 1537 году „поимали“, т. е. схватили, князя Андрея Ивановича и бросили его в темницу».[2]
Иван Грозный, первый русский царь, стал решительно проводить линию укрепления самодержавной власти. Владимир же Старицкий, имевший знатность, авторитет, силу, был той политической фигурой, на которую делали ставку недовольные царем бояре. Иван Грозный решил расправиться с ним. В 1569 году он вытребовал Владимира в Москву и велел отравить его.
«Гибель князя Владимира означала завершение длительной агонии последнего сколько-нибудь значительного удельного властителя на Руси».[3] Старицкий удел был включен в опричнину и превратился в рядовой город Русского государства.
Стремясь получить выход к морю, Иван IV, начиная с 1558 года, вел Ливонскую войну. Война эта, длившаяся 25 лет, была разорительной для Русского государства и складывалась не в его пользу. Поляки и литовцы в 1581 году вернули себе все прибалтийские города, войска короля польского Стефана Батория подошли к Пскову и начали его осаду. Грозный решил начать переговоры о мире.
Местом переговоров была избрана Старица. Царь и прежде гостил у старицкого князя, пировал в его палатах, охотился в окрестных лесах, находя здесь покой и уединение от государственных дел. Встречается в разных литературных источниках упоминание о городе Любиме, как называл будто бы Старицу Грозный, выражая тем самым свое особое отношение к городу. Теперь город превратился в военный лагерь. Царь прибыл в Старицу с многочисленным войском и расположился в княжеском дворце. Городские улицы запрудили отряды стрельцов, пушки на конной тяге, подводы с порохом, обозы с фуражом и продовольствием.
Не полагаясь, по-видимому, на благополучный исход переговоров, Грозный вместе с тем принял меры к тому, чтобы создать мощный заслон на пути польского короля к Москве. В «Истории» Н. М. Карамзина говорится, что под Старицей было сосредоточено до 300 тысяч русских воинов. Стрелецкие полки, оснащенные большим количеством скорострельных пушек, были размещены от Старицы до села Каледина, а укрепления Старицкого кремля срочно усиливались.
В качестве посредника между Стефаном Баторием и русским царем в Старицу прибыл посол папы римского Григория XIII иезуит Антоний Поссевин. Миссия его заключалась в том, чтобы убедить Грозного вернуть полякам Ливонию, что соответствовало интересам римской церкви. Но это не все. В наказе Григория XIII говорилось: «Приобретя расположение и доверенность государя московского, приступайте к делу, внушите как можно искуснее мысль о необходимости принять католическую религию».[4]
Прибытие посла было обставлено помпезно, дары царю он преподнес богатые, переговоры велись долго, однако цели своей Поссевин достиг только наполовину. Городами ливонскими Грозному пришлось поступиться. Но сблизиться с католиками он отказался категорически. «Венецианам в наше государство приезжать вольно с попами и со всякими товарами, — сказал он Поссевину, — а церквам римским в нашем государстве быть непригоже, потому что до нас этого обычая здесь не бывало, и мы хотим по старине держать».[5]
Ведя переговоры, посол-иезуит не забывал вместе с тем и о секретном поручении папы — разузнать все, что удастся, о количестве и качестве военных сил московских. Однако прозорливый царь своевременно распорядился, чтобы «воли в любопытстве сему иезуиту не давать». И в своих «Записках о Московии», изданных в Италии в 1586 году, Поссевин сетует лицемерно на подозрительность русского царя и на то, что за ним был учрежден весьма крепкий присмотр.
Итогом проходивших в Старице переговоров явилось перемирие, заключенное между Москвой и Польшей в январе 1582 года. Уезжая из Старицы, Иван Грозный сделал щедрый вклад в местный Успенский монастырь.
