Читаем Среди мёртвых онлайн бесплатно

Вступление

Серый мартовский день в Кольцове мало чем отличался от серых мартовских дней в любом из уездных городов центральной России. Такой же хмурый, холодный и мрачный. Тяжелые облака бродили по небу, неспешно наползали друг на друга, подгоняя соседей, сливаясь с ними, иногда скупо сопровождая всё это мелкими снежинками, больше похожими на замерзший дождь, больно секший прохожих по лицу и рукам, громко стуча по крышам машин, домов и гаражей. Подобной весны город не видел очень давно. Март близился к концу, но весна и не думала возвращаться, а природа, словно чувствуя это, бесновалась – то снегом заваливала, то ледяными дождями заливала. Температура скакала от нуля то в одну сторону, то в другую, редко переваливая за пять градусов. Но на какой бы отметке не застывал столбик термометра, холод пробирал до костей.

Последний день месяца к вечеру превратился в депрессивно-гнетущий карнавал тоски и уныния. Редкие машины поднимали с асфальта высокие столбы грязной мги, словно монстр сползающий с дороги на тротуар и стоящие вдоль проезжей части дома. Шум при этом стоял такой, словно из карьера колонна груженых рудой БЕЛАЗов выезжала.

Город не видел солнца несколько дней и оттого выглядел так, словно пережил наводнение – сырой, грязный, мертвый. Опустевшие улицы видели людей лишь по дороге на работу и обратно. Всё остальное время горожане предпочитали сидеть дома. По вечерам город фактически вымирал и лишь свет в окнах напоминал о теплившейся в нём жизни.

Обшарпанные, побитые временем и дождями стены общежития остались позади. Узкая тропинка, прорезавшая высокий грязный наст снега, вилась причудливой змейкой и исчезала между двух старых двухэтажек, давно определенных под снос и со всех сторон обкиданных пивными бутылками, стопариками и фунфырями. Серый мартовский день вот-вот должен был обратиться в сумерки, хмурое небо начинало темнеть, выкидывая на землю редкие полукапли-полульдинки. Холодный ветер пронизывал до костей, заставляя ежиться и стучать зубами неспешно идущую по тропинке парочку.

– Ты можешь пошустрее? – спросила женщина семенящему позади неё мужчине. – Из-за тебя и так опаздываем.

– Никуда мы не опаздываем. Ты сама не захотела на служебном поехать. – оправдывался он.

– И на всю смену без сигарет остаться? – парировала она. – Если бы ты не спал так долго, а сходил в магазин, не пришлось бы сейчас пешком идти.

– Могла бы и сама сходить.

– Зачем ты мне тогда?

Он замолчал, словно сказанные слова были доказательством его вины и продолжил идти за женщиной шаг в шаг.

Впереди показалась проезжая часть улицы, несколько машин пронеслось по ней в сторону вокзала, поднимая за собой слой грязной мги, и шипя словно пробитый мяч. На самом выходе к тротуару стоял невысокий мужчина лет сорока пяти, явно кого-то дожидаясь. Завидев пару, он на мгновение замер, но потом быстро взял себя в руки и развернулся лицом к идущим на него людям.

– Спицына Наталья Владимировна? – спросил он, когда пара оказалась в двух метрах от него и, не дожидаясь ответа, достал из кармана удостоверение. – Макаров Александр Фёдорович, старший следователь московского уголовного розыска. У вас найдётся пара минут для разговора?

Парочка застыла в нерешительности, шокированная столь неожиданным представлением. Но представитель органов был весьма убедителен и говорил тоном, сопротивляться которому не имело смысла.

– Да, конечно, – ответила женщина. – только я не понимаю, что я такого сделала….

– Вы ничего не сделали, но вы можете очень мне помочь, а я, соответственно, смогу помочь вам в будущем. Садитесь в машину. – полицейский указал рукой на старенький серый вольво, ничем не отличающийся убогостью от местного пейзажа, и сам направился к автомобилю. – А вы, пожалуйста, подождите снаружи. – добавил он, обращаясь к мужчине. – Это всего несколько минут. Потом я не стану вас задерживать и, если захотите, подброшу до работы.

– Миша, подожди. – приказным тоном обратилась к своему спутнику женщина и села в машину. – Я не понимаю…

– Не вы одна в этом деле не понимаете. Боюсь, вы действительно мало чем сможете мне помочь, но упустить такой шанс, пусть и весьма призрачный, я не имею права.

– Мы вообще-то спешили. – намекнула женщина следователю, что на долгие предисловия у неё времени нет.

– Я очень надеюсь, что информация, которую я вам сейчас сообщу, останется только между нами и вы не станете ничего рассказывать ни вашему спутнику, ни тем более вашему бывшему мужу.

– У меня их было три. Кого конкретно вы имеете ввиду?

– Вашего последнего. Каменского Сергея Николаевича.

– Боюсь даже подумать, каким образом этот урод перешел дорогу московскому уголовному розыску. Он дорогу в неположенном месте перешел? Или за проезд не заплатил? – она говорила с явным раздражением в голосе. – Вы уж простите, но его законопослушность иногда вызывала во мне тошноту. Сложно представить его вором или мошенником….

– Он не вор и не мошенник. Он киллер….

Макаров не успел заговорить, как Наталья громко рассмеялась, закрывая руками лицо. Приступ смеха длился у неё не меньше минуты и так же внезапно прекратился, как и начался, стоило только женщине увидеть совершенно непроницаемое и лишенное тени улыбки лицо следователя.

– Вы серьёзно? – спросила Наталья уже не так уверенно.

– Я в убойный отдел пришел в конце девяностых, но уже тогда у моего учителя, майора Хмарова, в разработке было дело некоего киллера, в преступных кругах известного как Кельт. Хмаров погиб при довольно странных обстоятельствах в декабре 2004 года. Не справился с управлением и врезался на машине в дерево. Эксперты посчитали, что это был несчастный случай, но при этом утверждали, что скорость при столкновении была не менее ста шестидесяти километров в час. Это странно, учитывая, что Хмаров редко ездил на шестидесяти. Знаете, есть такой сорт людей… впрочем, это неважно. Дело Кельта передали мне и я тогда очень долго не мог разобраться, что связывает убитых между собой. Ведь даже у наемника есть постоянные клиенты и так или иначе, но убийства от одной руки хоть как-то должны складываться в единую систему. Тогда мне казалось, что все наработки Хмарова чушь собачья и он пытался повестить несколько десятков глухарей на кого попало. Но Кельт был не выдумкой.

– Это долгое предисловие имеет отношение к Каменскому?

– Да. Со временем я сложил этот пазл воедино. Хотя, осталось много лишних элементов, но это уже детали. За пятнадцать лет работы я его всё-таки вычислил. В девяностые, когда Кельт только начинал своё грязное дело, сложно было отследить перемещение отдельно взятого гражданина по территории страны. Но времена меняются и теперь проверка может занять лишь несколько минут. Вводите даты в программу, ищите совпадения и получаете подозреваемого. С начала введения централизованного учёта междугороднего транспортного сообщения каждый приезд Каменского в Москву сопровождался громким убийством или убийствами. У нас нет на него даже косвенных улик. Только эти совпадения. Но я не сомневаюсь, что всё это его работа.

– Это смешно, Александр…. – запнулась Наталья.

– Фёдорович.

– Послушайте, Александр Фёдорович. Каменский никак не может быть киллером. Он просто не способен на такое. Убить человека…. Вы ошибаетесь. Насколько я могу его знать, он эмоционально на такое не способен.

– Моё начальство считает так же. Всех вводит в заблуждение его образ жизни. Он работает на заводе, живёт в скромной однушке, не имеет машины и на банковских счетах у него кот наплакал. Но чутьё подсказывает мне, что это он.

– Почему?

– В девяностых вся информация хранилась на бумаге. Чтобы получить её, требовалось сделать запрос. Но чтобы сделать запрос, надо было ещё знать куда и зачем. Когда все архивы были оцифрованы и собраны в единой базе, картинка постепенно стала вырисовываться. Каменский дважды был задержан органами правопорядка. Впервые это произошло с ним в том возрасте, когда уголовное преследование по возрасту было невозможно. Тогда дело просто закрыли, его перевели в другую школу и на этом скандал закончился. Не буду вдаваться в подробности, но пострадавший остался инвалидом на всю жизнь. Второе его задержание так же до суда не довели, потерпевшие отказались от претензий в его сторону и предпочли разойтись мирно. Тогда он впервые проявил свои способности на деле. Голыми руками отправил в реанимацию трёх парней, по габаритам его превосходящих. Спустя два года его призвали в армию, где он полтора года провёл в секретной части, на запрос его личного дела из которой мне ответили отказом. Я поинтересовался его службой у тех, кто находился в части в тоже время, в том же призыве. Выяснилось, что Каменского четырежды командировали и дважды посылали в отпуск. Занимался им тогда лично лейтенант Козаков, который сегодня занимает одну из ведущих должностей в аппарате ФСБ.

– Вы знаете, мне уже пора. Всё что вы мне сейчас рассказываете… Я этого знать не хочу. Каменский, чтобы вы о нём не думали, точно не убийца. И я не понимаю, чем могу помочь вам…

– Ваш мужчина. Он может. Но всей правды ему знать не надо.

– Что вы хотите?

– Мне нужно знать, когда Каменский будет покидать здание общежития. Установить слежку за ним в Кольцове я не смогу, но в Москве это будет сделать проще. Его отследят по камерам наблюдения. Главное знать время.

– Хорошо, я сделаю как вы просите. – она взяла из его рук визитку и посмотрела на пританцовывающего от холода на улице Михаила. – Надеюсь, что вы ошибаетесь.

– Я не ошибаюсь, Наталья Владимировна. Уделите мне ещё несколько минут и я покажу вам кое-что.

– Если это хоть как-то угрожает моей жизни…

– Нет. Не угрожает. Я просто хочу, чтобы вы увидели всё своими глазами. Вот, – он достал смартфон, поколдовал над ним несколько секунд и передал его женщине. На экране шла запись с камеры беспилотника, по качеству напоминавшее дешевое мокьюментари режиссеров-любителей из албанских трущоб. На видео, длившемся несколько секунд, невысокая мужская фигура, подобно тени, кралась вдоль границы леса к дорожному блокпосту, на котором шестеро тербатовцев, направленных защищать целостность украинской территории на Донбасс, собравшись в широкий круг, увлеченно что-то обсуждали. Через несколько секунд они были мертвы. Тень, в несколько шагов пересекла дорожное покрытие и несколькими выстрелами в голову уложила пятерых. Смерть шестого была показательной. Тень нанесла жертве несколько ножевых ранений в живот, пах и бока, не защищенные бронежилетом, после чего истекающая кровью жертва была лишена защитной амуниции и практически выпотрошена заживо. Нож пропорол жертву от шеи до пупа, разорвав грудину, после чего тень так же быстро исчезла в соседней посадке. Жертва ещё почти минуту подавала признаки жизни. Отсутствие звука делало происходящее на записи ещё более зловещим, заставляя женщину отвернуться от экрана.

– Но с чего вы решили, что это он? – сдерживая тошноту, спросила Наталья.

Он принял из её рук телефон и включил ещё одну запись.

– Второй украинский беспилотник снял это в паре километров от места убийства. – прокомментировал он, указывая пальцем на снимающего шапку-маску мужчину. Запись по качеству оставляла желать лучшего, но даже на ней Наталья узнала лицо своего третьего мужа.

– Я в шоке. И что? Почему его не арестовали?

– Эта запись была передана органами СБУ в наше посольство. Копию мне передал мой знакомый, работающий в дипкорпусе в Киеве. До МВД эта запись не дошла. Её перехватили работники ФСБ. Если мне удастся взять Кельта с поличным на месте преступления, потянется нитка к таким людям….

– Вы меня пугаете. – остановила его мечтания Наталья.

– Не волнуйтесь, о вашей роли в этой истории никто не узнает.

– А что мне с этого? – неожиданно спросила Наталья, в голове которой включился счётчик. Подковёрные игры на уровне министерств обкладывались большими деньгами и бесплатный риск её не устраивал.

– Я выбью вам миллион рублей, если ваша помощь приведёт к аресту Каменского. – тут же ответил Макаров, для которого деньги в этом деле не имели никакого значения. – Это премия за помощь в раскрытии дела Кельта от министерства. Иногда у нас такое практикуется.

– А сколько всего? – вопрос был неполным и Макаров не сразу сообразил о чем идёт речь. – Сколько человек он убил?

Макаров молча взял с заднего сидения кожаную папку.

– Вот. – он достал из оттуда первую фотографию и протянул её женщине. – Это недалеко от Гадаути. 1992 год. Шесть тел в полукилометре от КПП миротворцев. Все шестеро – иностранные граждане, выражаясь простым языком террористы, были застрелены из одного оружия шестью выстрелами. Быстро, точно, хладнокровно. – на фото были запечатлены шесть тел, лежащих рядом друг с другом на земле. Все шестеро были мертвы. – Застрелены выстрелами в затылок. Очень похоже на казнь. А это Москва, 1993. – он положил перед женщиной ещё несколько фотографий. – Двое бизнесменов, выражаясь простым языком бандитов, были так же застрелены в затылок в Алешкинском лесу. Спустя шесть часов в Туле в одном из привокзальных туалетов были обнаружены двое десантников срочников с аналогичными ранениями. Во всех случаях, – Макаров подкладывал фотографии в руки опешившей женщины, не давая ей опомниться. – а их было ещё двадцать шесть до двухтысячного года, действовали одним орудием убийства. Измайлово, Капотня, Крылатское… Потом долго это оружие молчало, вплоть до 2010. Все уже решили, что нашего стрелка или убили или посадили. А потом началось снова. Кожухово, Таганский парк, Озерковский переулок…. До 2017 года ещё двенадцать трупов и все из того же оружия.

– Я не могу в это поверить. Знаете, всё это кажется таким нереальным. Каменский и всё это? Ну никак в моей голове это не укладывается.

– Да, странностей много. Это наводит на определённые мысли, знаете ли. У меня есть предположение, что Каменский не один работает. У него есть люди в Москве. Вы знаете кого-нибудь, с кем он мог бы в Москве связаться?

– Была у него одна подруга прошлого. Маша какая-то. Но мне всегда казалось, что это нереальный человек. Что она не существует вообще и он использует её имя, страницу в соцсети лишь чтобы меня позлить.

– Дело в том, что во время убийства в Филях Каменского зафиксировала камерах в торговом комплексе Манеж, где он встречался со своей знакомой. Мы её проверили. Обычный человек, случайный, можно сказать. Они виделись один раз, после этого какое-то время переписывались. Правда недолго…. Во время убийства на Хавской улице он со своим другом детства пил пиво на Патриарших прудах. Именно за это ему там штраф выписали. Так что дело мы имеем не с одним преступником, а с бандой.

– Неужели за всё это время вы так ничего и не смогли на него собрать?