Читаем Сова Аскира (ЛП) онлайн бесплатно

Ричард Швартц

Сова Аскира

Переведено специально для группы

˜"*°†Мир фэнтез膕°*"˜

http://vk.com/club43447162

Оригинальное название: Das Geheimnis von Askir — Die Eule von Askir

Автор: Ричард Швартц / Richard Schwartz

Серия: Тайна Аскира # 6 / Das Geheimnis von Askir # 6

Перевод: lena68169

Редактор: lena68169

Пролог

В городе Вечного Правителя, Аскире — ночь. Вечный город лежит под покровом темноты, небо затянуто тяжёлыми тучами, обе луны скрыты, как будто даже боги не хотят смотреть.

Внизу, в порту старого города, происходит неравная, безнадёжная борьба. Мужчина, скорее поджарый, чем сильный, борется за свою жизнь, а противник — он сам.

И он не один. Когда приходит ночь, в тёмных дырах появляются портовые крысы, те, что боятся света и служат Портному, заявляющему свои права на порт с наступлением темноты. Двое из этих мрачных субъектов с удивлением наблюдают за причудливой борьбой слуги.

Он крепко держит тяжёлый кинжал с острым лезвием в своих липких руках, которые борются сами с собой. Это кинжал, который обычно носит воин, а не слуга. Мужчина, тяжело дыша, падает в лужу. Тёмная ткань его вышитых, дорогих штанов пропитывается водой.

Губы мужчины шевелятся, он держит кинжал обоими руками. Лезвие дрожит, но остриё неумолимо движется дальше, в поисках его шеи. Он ругается? Или это молитва? Крысы слишком далеко в своих дырах, чтобы расслышать. Они могут лишь удивляться, когда кинжал прокладывает дорогу к шее мужчины, когда остриё впивается в плоть, и начинает течь кровь.

И теперь, нанеся длинный порез от уха до уха, лезвие выпускает фонтан крови, которая проливается на дорогую ткань. Хрипа почти не слышно, лишь ненадолго видны кровавые пузыри, и кинжал выпадает. Две руки мужчины хватаются за шею, как будто хотят теперь сохранить то, что только что уничтожили. Он медленно падает на холодный камень, сильно ударяется и остаётся лежать, его кровь не менее солёная, чем вода, с которой она смешивается. Он ещё один раз вздрагивает и замирает.

Словно стервятники, они притаились в своих дырах, ждут с лукавым взглядом, вздрогнет ли тело ещё раз. Грабитель трупов, уже задаётся вопросом, подойдёт ли ему обувь слуги, когда мёртвый снова начинает двигаться, берёт себя обоими руками за голову и медленно выкручивает её назад. Раздаётся ужасный хруст, и только после этого умерший снова лежит неподвижно.

Оба этих закоренелых убийцы уже многое повидали в своей жизни, больше, чем захотели бы увидеть другие глаза, но это зрелище пугает даже их… Вот почему они ещё ждут один-другой момент. Но потом, когда один из них, кажется, всё-таки набирается смелости, он уже слышит приближающиеся с севера шаги множества ног. Также свет факелов предупреждает крыс, что они колебались слишком долго и что добыча ускользнула от них.

С проклятьем на губах, один из них прижимается к стене, чтобы скрыться в тени, другой следует за ним, только он не ругается, а молится.

1. Труп в гавани

Капралу меча Феврэ порт этой ночью казался особенно жутким. Мачты пришвартованных кораблей слегка двигались в темноте, словно лес, обдуваемый ветром. И этот зловещий скрип, когда дерево и верёвка трутся о камень и металл. Тихое бульканье чёрной воды, которая всего в нескольких шагах ударялась о каменный пирс. Холодный ветер, дующий от морских ворот, поднимал на воде туман и гнал его к портовой стене, что заставило капрала сильнее закутаться в плащ.

Вдалеке, на могучих башнях, с двух сторон от морского входа в порт, находилось два больших маяка, которые указывали кораблям дорогу в безопасную гавань даже в самую тёмную ночь. Только вряд ли ночь уже была когда-нибудь такой же тёмной, как сегодня, с низко свисающими тучами, скрывающими небо и обе луны, как будто даже боги не хотели смотреть на то, что лежало на холодных камнях пирса у его ног.

Как и на всех Морских Змеях, на Феврэ была одета плотная льняная рубашка, брюки из того же материала, которые заканчивались на высоте полусапог, застёгнутых кожаными ремнями. В отличие от легендарных Быков имперского города, Морские Змеи — морские пехотинцы старой империи — носили только лёгкие доспехи, тиснёный нагрудник из твёрдой кожи с шестью метательными кинжалами, которые своими лезвиями образовывали над сердцем дополнительную защиту. Только от холодного ветра он почти не защищал.

Лёгкая рапира с левого бока, с правого — тяжёлая дубинка, обмотанная кожей, ещё на обоих руках усиленные сталью кожаные нарукавники. Длинный плащ был в комплекте, за что капрал Феврэ действительно был благодарен, потому что без этого плаща, он мёрз бы сейчас ещё сильнее.

Помимо бульканья воды и скрипа бесчисленных кораблей, здесь, в гавани, было тихо. Так тихо, что Феврэ слышал дыхание своих товарищей, а потрескивание факела в его руке, гулом отдавалось в ушах.

— Подними факел повыше, Феврэ, — глубокий голос штаб-лейтенанта вырвал капрала из раздумий. — И следи за тем, куда он капает.

На холодных камнях портовой улицы, стоящий на коленях рядом с трупом мужчина был высоким и мускулистым, чуть ли не слишком крупным для теснённого кожаного нагрудника Морских Змей, ремни которого едва застёгивались на массивной грудной клетке, с угловатым лицом, которое, казалось, было вырезано из гранита, и светло-серыми глазами, которые редко теряли спокойствие.

Штаб-лейтенант Стерин Сантер был мужчиной, о котором рассказывали самые авантюрные истории. Некоторые из них даже соответствовали истине. Как, например, та, что однажды, много лет назад, когда он ещё был молодым и неопытным новобранцем, связался с целой портовой бандой, и в конце драки был единственным, кто ещё стоял на ногах. Правдивая легенда, это Феврэ мог засвидетельствовать сам, за исключением конца. Потому что, когда Феврэ нашёл его, Сантер не стоял, а сидел, прислонившись к стене и зажимая рукой кровавую колотую рану.

В порту этого древнего города было много легенд, в том числе и о морских змеях — морских монстрах — которые одолжили имперским морским пехотинцам своё имя. Монстры, которых можно было увидеть ночью во время штиля и при полной луне, глубоко кружащими в акватории порта: далёкое мерцание в глубине, как будто существа носили с собой фонари. В порту имели силу слова, что лучше не связываться с штаб-лейтенантом Сантером, потому что с таким же успехом сразу можно было идти плавать на перегонки с морскими змеями.

Мужчина, который лежал у их ног, был не из тех, кому следовало бы находиться здесь ночью.

В жизни он был высоким и стройным, почти что тощим, и на нём была одета богато вышитая ливрея слуги знатного господина. Теперь, когда он был мёртв, его лицо превратилась в гримасу, которую Феврэ не захотел бы увидеть в своих снах.

— Ну, Февре, ты всё ещё уверен, что идея, подбросить тем двум Быкам в пиво мыло, была хорошей? — спросил Сантер, пока кончиками пальцев вытаскивал у мёртвого из воротника серебреную цепь.

— Что ж, — весело ответил Феврэ. — Учитывая то, каким грязным у них был язык, я просто не мог иначе!

Несколько других Морских Змей рассмеялись, они тоже слышали об этой шутке, которую Феврэ сыграл с Быками.

Сантер улыбнулся в темноте, услышав, как один из солдат спрашивает Феврэ, что именно произошло вчера ночью в «Тёмном Фонаре». За ответом капрала последовало ещё больше смеха.

Они вместе с Феврэ одиннадцать лет назад вступили морскую пехоту, став Морскими Змеями. С самого начала Быки — тяжёлая пехота имперского города — были объектом шуток и проказ Феврэ, что, несомненно, поспособствовало тому, что Феврэ всё ещё оставался капралом меча.

Смех, который капрал вызвал своими забавными рассказами, устраивал Сантера, потому что для солдата не пристало в тёмную ночь смотреть молча на мёртвого и придаваться тёмным мыслям.

Наконец Сантеру удалось открыть замочек не цепочке. Улыбка замерла на его губах, когда он понял, что держит в руках.

Он тихо выругался и посмотрел на капрала.

— Боги! — промолвил он. — Это будет долгая ночь, Феврэ. Ты будешь у меня за неё в долгу.

— Почему? спросил с любопытством Феврэ. Сантер молча протянул ему кулон, который нашёл у мёртвого.

Феврэ присвистнул, когда узнал символ.

— Может они пошлют нам Сову, — предположил он, широко улыбаясь. — Это же что-то новенькое и должно заинтересовать её!

— Сову? У нас снова появилась Сова? — удивился Сантер. Должно быть, он ослышался. Вот уже почти семьсот лет в Аскире не было ни одной Совы! — У нас снова есть подготовленный маэстро? Кто-то, кто дал клятву и был обучен искусству магии? Такой человек?

— Именно, — ухмыльнулся Феврэ. — Хотя я не знаю о какой клятве ты говоришь!

— Об особенной клятве, — рассеянно ответил Сантер, а его мысли неслись вперёд. — Клятве, которая связывает магическим образом, которая требует от человека, чтобы он посвятил всю свою жизнь империи и её гражданам. Клятва, которую нельзя нарушить. Она вечна, и, как говорят, связывает даже после смерти. Я всегда думал, что мужчина, дающий такую клятву, должен быть особенно смелым и решительным… — он покачал головой. — Откуда этот маэстро? Почему я ещё никогда о нём не слышал?

Феврэ рассмеялся.

— Это не мужчина. Это молодая женщина, которой всего два десятка лет. Неудивительно, что о ней почти никто не знает. Последние годы она провела в Башне Сов, запертая в этих белых стенах, где только и делала, что изучала старые, хранящиеся там книги. Она провела там более десяти лет.

— Тогда откуда тебе о ней известно? — недоверчиво спросил Сантер.

— Есть тут одна служанка, которая работает в «Серебреной Змее». Она сказала, что уже видела её! — Феврэ посмотрел на него сияющими глазами. — Держу пари, они пошлют нам Сову!

Сантер, улыбаясь, покачал головой.

— Думаю, ты издеваешься. Хорошо. Ставлю две серебреные монеты, что Сову они к нам не пошлют.

— Принимаю ставку, мне не помешает серебро, если уж ты им разбрасываешься.

— Как же, пошлют Сову! — весело промолвил Сантер. — А теперь, капрал Феврэ, ты отправишь сигнал портовому посту, — он указал на соседнюю кучу досок. — Там наверху, факелы будут хорошо видны.

Феврэ с сомнением посмотрел на кучу, которая возвышалась в небо, и выглядела мокрой и скользкой.

— Почему я? — спросил он.

— А почему нет? — ухмыльнулся Сантер. — Давай уже поднимайся, капрал!

2. Штаб-полковник Орикес

После последнего удара в колокол прошёл, наверное, один отрезок свечи, когда сержант Копья спешно спустился по широкой лестнице с крыши цитадели, где находились сигнальные шесты.

Он мог лишь надеяться, что полковник Меча ещё не лёг спать. На следующей лестничной площадке, перед тяжёлой, богато украшенной дверью, стояло два солдата из пятого легиона Быков, задача которых состояла в том, чтобы защищать цитадель.

— Что случилось, сержант? — спросил один из них, в то время как другой уже открывал тяжёлую дверь, не дожидаясь ответа. Он знал этого человека. Есть причина, почему он так спешил.

— Сообщение для штаб-полковника Орикеса, сэр, — быстро ответил сержант и бросился дальше, еще прежде чем дверь полностью открылась.

Он остановился у шестой двери справа, одной из лучших квартир, окна которой выходили во двор цитадели, но штаб-полковник Орикес всё-таки был полковником Перьев, подчиняющийся только самому Лорду-командующему, и самый высокий начальник сержанта. Теперь он сделал глубокий вдох и постучал, с облегчением заметив, что под дверью хотя бы горит свет.

Казалось, будто полковник ожидал его, настолько быстро дверь открылась.

— Что случилось, сержант Копья, — приветливо спросил полковник. Он вряд ли был похож на того, кто собирался ложиться спать. В своей тёмной тунике и серых брюках, начищенных до блеска сапогах и сером поясе с сумкой, являющимся символом Перьев, он выглядел так, будто немедленно мог принять парад.

Возможно, Орикеcу и было за пятьдесят, но он всё ещё был в отличной форме. «Неудивительно», — подумал сержант Копья, — «всё-таки Перья тоже носят тяжёлые латные доспехи, а полковник носил свои более трёх десятков лет.»

Штаб-полковник Орикес был чуть выше пяти футов, у него были короткие седые волосы и кустистые седые брови, из-под которых на сержанта Копья с любопытством смотрели два бледно-серых глаза.

Это было приветливое лицо. Лицо, которое больше подошло бы священнику, чем солдату, хотя он и принадлежал к Перьям.

— Сигнал от портового поста, сэр, — ответил сержант, взяв под козырёк, прежде чем передать полковнику небольшую папку, защищённую от непогоды и слишком любопытных глаз пристёгнутой кожаной обложкой.

Полковник убрал обложку, прочитал сообщение и нахмурился.

— Подожди здесь, — сказал он сержанту Копья, который даже не думал уходить без разрешения, подошёл к письменному столу и окунул своё перо в чернильницу, в которой всегда были чернила. Он быстро написал несколько строчек, а затем вернул закрытую папку сержанту Копья. — Пусть это доставят к вахт-воротам. Они должны послать гонца к Алданскому посольству. Спасибо, сержант.

— Да, сэр! — ответил тот и снова отдав под козырёк, поспешил прочь.

Орикес посмотрел ему вслед и улыбнулся. Он ещё хорошо помнил, как чувствовал себя, когда в первый раз предстал перед главным командиром… по сравнению с ним мужчина превосходно держался. У него тогда папка выпала из рук!

Медленно закрыв дверь, он прислонился к ней, и улыбка исчезла.

Спустя столетия, в Аскире наконец-то снова появилась Сова… И, хотя он знал, сколько тяжёлой работы она вложила. К тому же, сама просила его об этом, он колебался. Он ещё хорошо помнил, когда увидел Дезину впервые: маленькую девочку с огненно-рыжими, короткими волосами, веснушками и вызывающим выражением лица.

— Пусть он меня отпустит, — сказала она, указав большим пальцем на лейтенанта Копья из легиона Быков, чья тяжёлая рука в латной рукавице лежала не её миниатюрном плече. — Я ничего не сделала! — И произнеся эти слова, она вывернулась из-под руки Быка и пнула его в голень. Под тяжёлыми латами мужчина, скорее всего, даже не почувствовал её пинка, но уже тогда, видимо, для неё всё дело было в принципе.

Когда тебя сопровождает солдат в тяжёлых доспехах в большой кабинет полковника, к тому же находящийся в цитадели — сердце Аскира, то ноги задрожать могут даже у искушённых мужчин. Однако она, потеря плечо и с любопытством озираясь, выглядела так, будто это её совсем не впечатлило. Орикес подал знак мужчине, после чего тот отступил, отдал под козырёк и покинув кабинет, тихо закрыл за собой дверь.

— Ты знаешь, кто я? — спросил Орикес.

— Должно быть, вы Перо, — предположила она. — У вас много книг. Где, вообще, можно взять столько книг?

— Ты знаешь, кто такие Совы? — спросил он, улыбаясь.

Она с удивлением посмотрела на него.

— Конечно, знаю. Вы же не птицу имеете ввиду. Но я ничего не украла. Колбаски просто валялись там. Честно, — сказала она, глядя на него совершенно невинно широко распахнутыми, зелёными глазами.

— Тебе также известно о Совьем Талере? — спросил Орикес, беря из шкатулки серебренную монету. Он держал её так, чтобы она могла видеть отчеканенную сову.

— Да, — ответила она, подозрительно глядя на него. — Поэтому-то я и вошла в башню. Но там не было двери!