Читаем Соперницы (ЛП) онлайн бесплатно

========== Часть 1 ==========

Все началось на второй день после возвращения в Коноху. После четвертой войны шиноби прошло пять недель и две недели после того, как был убит Учиха Мадара и раскаявшийся в своих деяниях Саске вернулся домой.

Сакура с нетерпением ждала встречи с Хокаге – они не виделись друг с другом долгое время и Сакура очень скучала по наставнице. И когда они наконец-то встретились за послеобеденным чаем, Цунаде практически сразу огорошила ее новостью: именно ее, Сакуру, выбрали на роль лечащего врача Итачи Учиха – единственного, кто сумел вернуться к жизни, сумев освободиться от жуткого дзюцу Кабуто – Эдо Тенсей.

– Это очень сложная задача, – с каменным лицом сказала Цунаде.

«Это еще слабо сказано», – подумала Сакура. Эдо Тенсей было обращено вспять только один раз за всю историю. И ради ками, это же Итачи! Ее выражение лица сменилось с воодушевленного до негодующего, когда Хокаге сказала, чтобы Сакура не рассчитывала, что сможет скинуть эту обязанность на кого-то другого.

– Да, и еще, – продолжила Цунаде, пока Сакура обиженно пряталась за чашкой с зеленым чаем, – я тут говорила с Карин. Так как она решила, что останется в Конохе, я решила, что ты и Шизуне займетесь ее обучением. У нас как раз сейчас не хватает медиков, так что ее умения и навыки вполне подойдут. В общем, ты вместе с Карин будешь работать в твоей лаборатории. Я уже отдала ей дубликат ключа. Думаю, она обустроится к полудню.

Сакура застыла на мгновение, будучи в полном убеждении, что только что испытала слуховую галлюцинацию. Проведя краткую самодиагностику и выяснив, что с ней все в порядке, она выплюнула чай прямо на стол Хокаге.

– Что?! – выдохнула она, неверяще глядя на Цунаде. – Нет-нет, вы шутите, правда?!

– А разве было похоже, что я шучу? – мрачно спросила та, аккуратно вытирая чай. – Сакура, мне кажется, что ты слишком много времени проводишь в компании Наруто. Он постоянно так делает, поэтому я никогда не предлагаю ему ничего пить. Особенно после того случая, когда он зря перевел целый стакан моего лучшего саке из-за какого-то… Эх, ладно. Ему еще повезло, что я не выкинула его из окна.

– Шишоу, – осторожно начала Сакура, стараясь контролировать свой голос так, чтоб он не звучал как нытье. – Это же Карин. Я не выдержу.

– Что за чушь! Ты и Шизуне самые квалифицированные медики из всех, что мы имеем, и Шизуне не может обучать ее в одиночку, – Цунаде посмотрела на ученицу поверх своей чашки, совершенно невпечатленная ее внезапной бледностью и умоляющим взглядом. – Не драматизируй, Сакура. Между прочим, не очень хорошо, когда молодая куноичи всю жизнь торчит только в своей деревне и не имеет возможности завести себе новых знакомых. Тебе необходимо расширять кругозор и больше общаться. Кто знает, может в итоге у тебя появится новый друг, – она сделала паузу, вспомнив про Учиху. – Или два друга.

– А вы, возможно, не заметили, как к вам подкрался маразм, раз в голову приходят такие мысли, – тихо пробормотала себе под нос Сакура.

– Что-что?

– …Ничего, шишоу.

После того, как чай был допит, Сакура покинула кабинет Хокаге с таким лицом, будто она шла на собственные похороны. Она вернулась обратно в больницу и при входе столкнулась с Ино. Та, перехватив убитый взгляд Сакуры, остановилась:

– Что случилось, широколобая? У тебя вид еще хуже, чем когда ты вернулась со свидания с Ли!

Сакура не смогла сдержаться от того, чтобы не выплеснуть свой гнев, напугав при этом проходящих мимо двух генинов. Она вцепилась руками себе в волосы и загробным голосом взвыла:

– Моя жизнь кончена!

– Ну-ну, что ты, не все так плохо, – Ино утешающее похлопала ее по плечу. – В конце концов, Итачи вполне симпатичный. Кто знает, может, у тебя наконец-то появится парень! Цунаде-сама молодец. Может, цветы ей подарить или типа того…

Сакура застыла:

– …Чего?

Ино непонимающе нахмурилась:

– Ну, он уже не ходячий труп, и вы будете много времени проводить вдвоем, ты будешь за ним ухаживать и все такое… Ты станешь одной из тех, кому он будет доверять, доверие перерастет в что-то большее, а когда до тебя дойдет, каким благородным и самоотверженным он всегда был, между вами проскользнет искра, и затем, после того, как вы сперва долгое время будите тормозить и колебаться, вы наконец-то переспи…

– О боже… Ино, заткнись. Сейчас же. Это такое клише, что у меня даже слов нет. Слушай, тебе действительно пора завязывать с этими глупыми бульварными романами.

– Да неужели, – Ино надулась. – Ладно-ладно, это мы еще посмотрим.

– Посмотрим-посмотрим. Если такое хоть когда-нибудь произойдет, то обещаю, что оплачу тебе все покупки в самом дорогом модном магазине. Лучше скажи, что мне делать с Карин? Она же… Она просто… такая… – не сумев найти слов, чтобы точно выразить все свои чувства, Сакура просто скривилась и беспомощно развела руками.

Ино вздрогнула и тоже поморщилась:

– К сожалению, даже я с моим вечным оптимизмом здесь тебе не помощники. По крайней мере, как только она достаточно поднатореет, у тебя и Шизуне будет поменьше работы. Может, ты даже сможешь… ну, я не знаю… О! У тебя появиться больше времени на свидания с Итачи!

– Очень смешно, Ино-свинина.

Они еще немного поговорили, а потом Сакура в глубокой задумчивости направилась к своему рабочему месту. В том, что сказала Ино, был смысл. Было бы неплохо иметь еще одного медика-ниндзя – кого-то, с кем можно разделить страсть к медицине. Возможно, невыносимый характер Карин, о котором она слышала от Ибики, Ино и Иноичи, изменился после того, как та решила остаться в Конохе. Может, Цунаде-сама права и Сакуре действительно следует общаться с новыми людьми.

Сакура завернула за угол и уже более бодрым шагом подошла к двери своего кабинета. Так, отныне она будет смотреть на все позитивно и не обращать внимание на предрассудки. Она потянулась к ручке, бросив взгляд на табличку на двери – и тут же ее благостное настроение испарилось в неизвестном направлении.

– Да чтоб мне…

Сакура с трудом подавила желание стукнуть себя по лбу. На отполированной поверхности деревянной двери, прямо над элегантной золотистой табличкой с ее именем (на которую она украдкой могла часами любоваться первые дни после установки) кто-то наклеил кусок бумажного скотча, на котором аршинными буквами черным маркером было написано имя «Карин». Это же можно расценивать как преступление против эстетики! Не говоря уже о том, что подрывает ее авторитет и портит лак на двери. И, что было хуже всего, это был чертов специальный скотч АНБУ – тот самый, который невозможно отодрать.

Сакура глубоко вздохнула, пытаясь подавить поднявшуюся в ней волну ярости. Быстрый стук ее сердца набатом отбивал песнь войны, Внутренняя Сакура уже вовсю жаждала крови Карин и отплясывала танец смерти. Сакура напомнила себе не забывать дышать и распахнула дверь.

Карин с удобством расположилась в левой части кабинета. Кто-то притащил второй стол и на нем уже стояли несколько отвратительных рамочек с фотографиями котят. Не глядя в сторону Сакуры, Карин небрежно обронила:

– Эй, розовая башка! Ну что, когда приступим к работе?

Сакура почувствовала, как быстро задергалась ее правая бровь. Как можно спокойней она ответила:

– Для начала ты будешь просто наблюдать за моей работой. В ближайшие пару часов посмотришь, чем я обычно занимаюсь, а потом я займусь оценкой степени твоего контроля за чакрой, чтобы определить твой уровень.

Карин беззаботно от нее отмахнулась:

– О, в этом нет необходимости! У меня довольно неплохо получается контролировать мою чакру. Я могу исцелять неглубокие раны, залечивать сломанные кости и… – Карин резко замолчала и, нахмурившись, уставилась на Сакуру. Смутившись, Сакура попыталась незаметно проверить языком, не застряло ли что-то у нее в зубах. Она машинально сделала шаг назад, но тут Карин неожиданно подалась к ней ближе и ткнула в лоб пылающим от зеленой чакры пальцем. Прикосновение причинило резкую боль и Сакура, судорожно пытаясь понять часом не уничтожающее ли клетки мозга дзюцу это было, оттолкнула руку Карин.

– Какого черта?!

Карин отшатнулась, с отвращением вытирая палец о шорты:

– … и я могу залечивать разного рода дефекты кожи. В частности, такие отвратительные красные прыщи как у тебя, – она высокомерно и недоверчиво оглядела Сакуру. – Слушай, ты бы в зеркало что ли смотрелась перед тем, как на улицу идти. Не знаю, говорил ли тебе кто-нибудь раньше, но у тебя непропорционально большой лоб, так что не стоит привлекать к нему дополнительное внимание.

В течение нескольких ударов сердца царила полная тишина. Сакура молча разглядывала алые глаза и безупречную фарфоровую кожу Карин и мысленно рассуждала, этично ли в первый же день выцарапать глаза новой ученице, потом восстановить их при помощи чакры, а затем все это несколько раз повторить. Или, может, не несколько, а в течение пары часиков. Память услужливо подкинула одну из статистик, что как-то упоминала Шизуне: для того, чтобы стать ниндзя-медиком, требуется минимум два года интенсивного обучения. Восемь из десяти претендентов отсеиваются в первые два месяца, и, к сожалению, Карин уже прошла вступительный этап.

Ясно одно – впереди у них два долгих, очень долгих года.

***

По крайней мере, Цунаде-сама была права в одном.

Они с Итачи довольно быстро стали друзьями. Через пару месяцев, к великому удивлению Сакуры, она даже стала считать его своим лучшим другом – наравне с Наруто. Правда, за тем исключением, что Итачи был в тысячу раз адекватней и нормальней. И почти год потребовался ей для того, чтобы понять, что их отношения становятся чем-то большим, чем просто дружба. И счастье от того, что они начали встречаться, не смогли омрачить ни Цунаде с ее «я же говорила», ни Ино, которая с радостью воспользовалась когда-то данным ей обещанием и устроила грандиозный поход по магазинам, потратив при этом половину месячной зарплаты Сакуры.

А что касается Карин… Что ж, есть вещи, которые никогда не меняются.

***

– А, совсем забыла – поздравляю. Я слышала про вас с Итачи, – небрежно прочавкала набитым ртом Карин, рано утром столкнувшись с Сакурой в коридоре возле отделения интенсивной терапии. Сакура от неожиданности сглотнула обжигающий кофе. Нет, она не удивилась, что Карин уже знает о том, что они с Итачи начали встречаться – новости в Конохе распространялись со скоростью лесного пожара. Мало кто смог бы остаться в неизвестности – во многом благодаря нечеловечески громкому голосу Наруто. Она с сомнением посмотрела на Карин. Вряд ли ее мог подвести слух, да и выражение лица той было вполне искренним. Она неловко кивнула:

– Спасибо.

– Да, я действительно рада за тебя, хоть это и значит, что я проиграла пари, – беспечно ответила Карин.

– …Э? Пари?

– Ой, ну ты знаешь, – с видимым удовольствием продолжила та, – мы тут всей больницей поспорили, умрешь ли ты старой девой, погрязшей в работе, или начнешь от отчаяния встречаться с тем стремным техником, Сигэру.

Сакура осознала, что только что потеряла дар речи. У нее только что от ужаса и шока отпала нижняя челюсть – она думала, что такое бывает только в книгах.

– Расслабься, это мы в шутку, – небрежно продолжила Карин. – Хотя я вряд ли когда-нибудь смогу понять, как тебе удалось охмурить кого-то настолько симпатичного, – она оглядела Сакуру с ног до головы и продолжила: – Я имела в виду… ну ты сама понимаешь.

Сакура продолжала зловеще молчать, и только пульсирующая вена на лбу выдавала ее состояние.

После того, как их совместная работа на сегодня была закончена и Шизуне милостиво забрала Карин на остальную часть дня к себе, Сакура вернулась к себе в кабинет. На двери по прежнему красовался злосчастный кусок скотча, который не удалось содрать несмотря на многочисленные попытки. Она зачеркнула очередное число в календаре: остается еще год до конца обучения Карин. Всего один год, а затем она, наконец-то, нанесет ответный удар.

Оказывается, до того, как началось это «испытание Карин», она даже не знала, насколько ужасной может быть рабочая атмосфера. Они с Шизуне всегда по-сестрински относились друг к другу, без единого намека на соперничество! Сакура всегда смеялась над рассказами Ино о том, как стажеры в Отделе дознаний страдают от различных степеней паранойи и психоза и постоянно пытаются подставить друг друга в погоне за вожделенной должностью главного следователя. Бедной Ино каждую неделю приходилось разбираться с разного рода покушениями. А еще Сакура зря дразнила Итачи, когда тот рассказывал ей о их вражде с Шикамару. Нара презирал Итачи с удивительной страстью (особенно удивительной для того, кто любое маломальское проявление эмоций считал «проблематичным»).

Теперь-то Сакура понимала, что в рабочем соперничестве нет абсолютно ничего смешного.

***

Шли месяцы.

К зимнему фестивалю Карин подарила Сакуре подарочный сертификат в один из салонов нижнего белья Конохи.

«Я слышала, что там есть просто замечательные вещи! Кто знает, может у них даже найдется белье, которое сможет создать иллюзию, что у тебя женственная фигура. Лучше не тяни с этим – увидишь, твой парень еще благодарить меня будет. С любовью, Карин».

Когда Сакура открыла подарок и прочитала записку, Итачи потребовалась вся его сила и скорость, чтобы удержать разъяренную девушку от крушения всего, чему не посчастливилось оказаться на ее пути, и весь ораторский талант, чтобы уговорить ее не убивать Карин и положить кунай на место.

На следующий день Сакура купила несколько книг о диетах с советами как сбросить вес, завернула их в нарядную подарочную бумагу, а сверху под бантик подложила записку: «Дорогая Карин, надеюсь эти книги помогут тебе найти здесь, в Конохе, свою любовь».

Услышав полный ярости крик Карин, после того как та нашла подарок на своем рабочем столе, Сакура еще минут пять не могла остановить злорадное хихиканье.

Вскоре о соперничестве Сакуры и Карин, которое еще более усилилось после того, как Карин закончила свое обучение и стала полноправным медиком-ниндзя, знала вся деревня. Масштабы поражали – даже конкуренция между Саске и Наруто не шла ни в какое сравнение (и тех этот факт в тайне слегка раздражал). И те, кто работал в больнице, и те, кто там лечился – все испытывали смешанные чувства: вроде как забавно, но, в то же время, и страшно. Ясно было одно: это вражда пугала.

– Явный перебор с пассивной агрессией, – признался как-то Шикамару Ино и Чоджи за обедом. – Я даже кое-что стал записывать: кто знает, может получится натравить этих проблематичных женщин на Итачи.

– Разве не пора уже дать Карин свой собственный кабинет? – спросила как-то Шизуне Цунаде, когда они одним поздним вечером разбирали документы. – У нас как раз появился свободный после того, как Мацу отправили по обмену в Песок. Может, хоть так у Сакуры будет какая-никакая передышка. Боюсь, бедняжка такими темпами может заработать себе сердечный приступ.

Цунаде обдумывала это предложение в течение пары минут, но затем покачала головой:

– Не получится. Я уже пообещала отдать этот кабинет ребятам из дипломатического отдела.