Читаем Солнце в зените онлайн бесплатно

Восход

Встреча в лесу Уиттлбери

Жакетта наблюдала за приездом дочери с высокой башни усадьбы Графтон Манор. Она лично удостоверилась, что спальня Елизаветы готова, и что комната удобна настолько, насколько ее было возможно такой сделать. Бедной Елизавете удобство понадобится, ведь та осталась скорбящей вдовой с двумя маленькими детьми на руках и простирающимся впереди неопределенным будущим.

Времена на самом деле стояли неопределенные, смутные. Причиняющие страдания схватки продолжались снова и снова, раскачиваясь то в ту, то в другую сторону, принося сегодня - победу Йоркам, а завтра - Ланкастерам.

Чума на их столкновения, - подумалось Жакетте, - они постоянно отнимают у женщины с горячей кровью мужа, да и дочь ее супруга лишают.

В конце концов, любимый Жакеттой Ричард жив, даже сумел прислать жене весточку, сбежав с королем куда-то на север, так как послание добралось до нее из Ньюкасла. Они опять потерпели поражение, и, на этот раз, казалось, уже можно что-то решить относительно Эдварда Йорка, провозгласившего себя королем и любимого народом. Жакетта должна была признаться, - Эдвард являлся крайне обаятельным юношей, пусть Риверсы и сохраняли верность Ланкастерам. 'Король каждым дюймом', - вот, что говорили об Эдварде, а тот достигал целых шести футов и четырех дюймов, то есть королевского величия в нем наличествовало с избытком. Он был великолепным солдатом, пылким и нравящемся женщинам любовником, составляя максимально возможный контраст с бедным Генри, отличавшимся такой святостью, что страстно желал стать монахом и далеко не единожды впадал в безумие.

'Вероятно', - решила Жакетта, - 'мы выбрали неправильную сторону'.

Когда Жакетта в отдалении смогла различить группу всадников, то сердце ее стало биться чаще. Среди них должна была находиться и дочь. Она сразу спустилась, чтобы встретить молодую женщину, уверить, что та - желанный гость, что Графтон - ее дом и останется таким столь долго, сколь Елизавета этого пожелает.

Облик дочери наполнил Жакетту гордостью. Елизавета была, как всегда прекрасна - самая красивая из и так очень привлекательной семьи. У ее матери была причина гордиться рожденными Ричарду детьми - семью сыновьями и семью дочерями. Старшая, Елизавета, пришла в этот мир крайне тихо и незаметно, ведь брак ее родителей вызвал недовольство высших общественных сфер, и все с ним связанное следовало проводить в обстановке строжайшей тайны.

Молодая женщина спешилась. Она сохраняла ожидаемое от нее матерью спокойствие. Елизавета производила впечатление раздраженной ершистости и расстроенности, и это шло еще с детских лет. Дочь сразу поставила себя заводилой и главой, что, видимо, было естественным, так как она была старшей, и братья, энергичные жизнерадостные мальчишки, никогда не сумели бы найти кого-то лучше для этой роли, чем их сестра Елизавета.

'Дорогая моя', - воскликнула Елизавета, обнимая дочку. 'Прими мои соболезнования'.

Со сдерживаемой признательностью Елизавета обняла мать в ответ.

'Мы знали, что вы предложите нам пристанище', ответила она и вывела вперед мальчиков. Томас и Ричард Грей были приятными детьми, десяти и восьми лет соответственно, достаточно взрослыми, чтобы понять, - гибель их отца являлась чрезвычайно трагичным событием и несла его сыновьям далеко простирающиеся в будущее последствия.

Жакетта с жаром расцеловала внуков и назвала их своими маленькими барашками, которых рада была получить на попечение.

'Заходи, милое дитя', - продолжила Жакетта, беря дочь под руку. 'Ты должно быть устала. Твоя личная комната уже готова, и мальчики разместятся рядом. Добро пожаловать в Графтон, мои драгоценные. Это - твой дом, дорогая Елизавета, каким он являлся всегда и каким останется, пока здесь нахожусь я'.

'Примите мою сердечнейшую признательность, милая госпожа', - ответила Елизавета. 'Наши обстоятельства в самом деле суровы'.

В дом они зашли вместе.

'Поездка в Нортгемптоншир оказалась долгой', - продолжила Елизавета.

'Не беспокойся, дитя мое. Теперь ты здесь'.

Мальчиков развели по приготовленным для них комнатам, и Жакетта отправилась проводить Елизавету в ее покои.

'Тут, дочка, все также, как и раньше. Ты снова обретешь счастье, я тебе обещаю'.

'Вы прочитали знаки?'

Жакетта заколебалась. Многие люди полагали, что она была ведьмой. В каком-то роде, по предположению самой дамы, так и обстояло. Временами она прозревала будущее сердцем, но не обладала уверенностью, не потому ли, что жаждет происшествия чего-то конкретного и собственными действиями подталкивает воплощение желаемого в жизнь. Говорили, что одной из прародительниц Жакетты являлась обитавшая в Рейне речная нимфа Мелузина. Одна из тех чудесных легенд, что связываются с некоторыми семьями. Сверхъестественные существа находят путь в глубины семейной истории, соблазняя кого-то из членов клана, и, таким образом, создавая некоторое напряжение, к добру или злу, неотъемлемое от династии на протяжении жизни целых поколений. Дому Люксембургов досталась Мелузина, и змея, считавшаяся знакомой этой прекрасной колдунье, превратилась в изображение на гербах его принцев. Так как Жакетта происходила из правящего в Люксембурге дома и имела право на его герб, и родилось подозрение на ее способности к ведовству. Сама женщина считала их довольно интересными, часто даже полезными, поэтому, хотя и не поощряла прямо, но и категорически не отрицала.

'Тебя ждет огромное счастье', - произнесла Жакетта. 'Доченька, сейчас твоя удача страшно слаба, но это изменится. Перед тобой лежат настолько ошеломляющие надежды, что скоро, стоит тебе оглянуться на сегодняшний день, и ты поймешь, что он был лишь ступенькой к великим событиям. Он, как маленькая темная чаща, которую тебе необходимо пройти, прежде чем ты достигнешь поле своего благоденствия'.

'Дорогая госпожа, вы мне этого желаете или вы это видите?'

'Елизавета, я не говорила это никому, кроме тебя, но иногда и сама не вижу тут никакого различия'.

Елизавета откинула свой капюшон. И в этот миг весь блеск ее красоты поразил даже мать молодой женщины, лишив ту дара речи, хотя она знала о привлекательности дочери. Так случалось всегда после того, как они какое-то время не виделись. Молодая женщина это понимала, поэтому в том, как она откинула капюшон, на драматизм существовал только намек.

Чудесные золотистые волосы свободно легли на плечи, доходя длиною до колен. Их волны сияли, стоило к ним прикоснуться свету, смягчающему лицо, классически совершенные черты которого, в противном случае, могли показаться отчасти отталкивающе холодными. Елизавета обладала здоровыми белыми зубами и окруженными длинными и густыми золотыми ресницами серовато-голубыми глазами. Ее нос был прямым, не длинным и не коротким, но совершенным. Жакетта всегда думала, что от каждого из родителей дочь унаследовала лучшие черты, а они оба являлись людьми невероятно красивыми.

Тем не менее, от материнской теплоты Елизавете досталось крайне мало. Она была умна, с самого раннего детства, и Жакетта уже тогда полагала, что дочка сможет о себе позаботиться. Именно поэтому женщина ощущала внутреннее ликование от ее возвращения домой в эти полные нужды времена.

'Наши земли и имения конфискованы', - сообщила Елизавета. 'У нас совсем ничего не осталось. Милая матушка, мне необходимо продраться сквозь эту темную чащу как можно быстрее'.

'Так и будет. Я тебе это обещаю. Мы живем в необычные времена'.

'Уорвик сделал королем Эдварда Йорка, и, как говорят, он им останется. У Генриха нет сил для борьбы'.

'Они есть у королевы', - напомнила дочери Жакетта. 'И у юного принца'.

'Маргарита будет сражаться до самой смерти', - ответила Елизавета. 'Но Маргарита глупа'.

'Хорошо, что эта дама не может услышать, как ты произносишь подобное'.

'Она на меня разгневалась, угрожала всеми видами чудовищных кар, а потом, стоило мне напомнить ей о нашей дружбе и служении ее делу, - обняла, простила и сказала, что всегда чувствовала ко мне привязанность. В этом вся Маргарита'.

'Ты должна знать ее. Ты служила в ее спальне, а подобная служба - лучший способ близко узнать свою королеву'.

'Матушка, мы на стороне проигравших. И чем скорее мы это осознаем, тем лучше'.

'Милое дитя, знатные семьи не могут менять сторону только потому, что они с проигравшими'.

'Все говорят, что королем останется Эдвард. Уорвик за этим проследит, а ведь именно Уорвик возводит на трон королей, как и низводит их оттуда'.

'Эдвард выглядит как король, чего отчаянно не хватает бедному Генриху, но королей выбирают не за их внешний вид'.

'Определенное воздействие он имеет', - заметила Елизавета. 'А пока правят Йорки, я никогда не верну моих имений, у моих детей не будет ничего, и мне придется остаться вдовой'.

'Мое дражайшее дитя, ты обладаешь величайшим средством достижения цели'.

'И в чем оно заключается?'

'В тебе. В твоей красоте...Я никогда не видела более прекрасного создания. Поэтому! Как ты можешь отчаиваться, имея такой природный дар!' Жакетта приблизилась к дочери, таинственно и тихо прошептав: 'Грядут перемены, я тебе обещаю. Твоя судьба переменится. Подожди, Елизавета. Наберись терпения. Доверься твоей матери. Доверься древней змее Рейна'.

Елизавета с пылкой надеждой взглянула на мать.

'В конце концов, мне удалось взбодрить ее и воодушевить', - подумала Жакетта.

Оставив дочь мыться и отдыхать, она отправилась в свои покои.

Было замечательно видеть Елизавету с мальчиками рядом. Проблемы с детьми заключались в том, что они уходили, мальчики - воспитываться при других знатных семьях, а девочки - в дома их будущих мужей. Жизнь окрашивалась грустными тонами, а те, в свою очередь, вызывались глупыми условностями. Членам семьи следует находиться друг с другом. Жакетта всегда восставала против совершения поступков, которых от нее ожидали. Она твердо верила, что наделенная силой духа женщина способна все решить сама.

Жакетта была вынуждена вступить в брак, как только ей исполнилось шестнадцать. Этот союз обладал чрезвычайной значимостью и, несомненно, радовал семью. Она вспомнила, как дядюшка, Луи Люксембург - Епископ Теруана, - пришел к ней, потирая ладони и приговаривая: 'Великая удача, племянница. Я устроил для тебя сказочно удачный брак'.

Пришлось прибегнуть к определенной завесе тайны, ибо союз раздражал великого герцога Бургундии. Тогда все боялись нанести ему оскорбление, даже важный человек, кого родственникам Жакетты удалось связать узами Гименея. И причина была не только в нежелании Бургундией обновления англичанами их влияния на Люксембург, но и в недавнем вдовстве новоявленного жениха, чья покойная жена являлась сестрой самого великого герцога.

Сложившаяся интригующая ситуация привлекла к своей завязке заинтересовавшуюся ей Жакетту. Будущим мужем девушки оказался могущественный герцог Бедфорд, в те годы (как некоторые утверждали) - самый важный человек во Франции, потому что он занимал положение регента с того самого момента, как скончался его брат, Генрих Пятый, завоевавший страну и женившийся на дочери французского короля. Не удивительно, что семья Жакетты грезила об их союзе. Да и невеста не испытывала к данной мысли отвращения, за исключением факта принуждения ее выйти замуж, ведь Жакетте всегда нравилось лично выносить окончательное суждение. А затем она его увидела. Суженый находился в расцвете сорока лет и показался Жакетте совсем стариком.

Однако, свадьба состоялась. Муж не был злым. Он считал супругу очень привлекательной и полной очарования, а та не часто его видела, - герцог регулярно занимался важными вопросами и связанными с ними церемониями, относившимися к еще одному основательному делу - умиротворению могущественной Бургундии.

Брак продлился не долго. Несчастный пожилой человек, он умер, изнуренный проблемами и глубоко подавленный, зная, что власть над Францией англичане теряют.

Жакетта обрела свободу. Когда она увидела самого привлекательного в Англии мужчину, ей исполнилось семнадцать. Он выглядел таким не только в отражении ее любящих глаз, девушка слышала, как остальные равно называют его красивым. Ричард Вудвилл владел Мот Мейдстоном, но тут умер брат, и он унаследовал Графтон в Нортгемптоншире.

Ричард хорошо служил покойному мужу Жакетты, к тому же за десять лет до их встречи, его посвятил в рыцари в Лестере сам Генрих Шестой. Разумеется, даже принимая во внимание рыцарство, Ричард являлся только скромным оруженосцем, тогда как Жакетта - дочерью графа Сен-Поля из правящей люксембургской династии. Девушка понимала, - если она сделает свое желание сочетаться узами брака с Ричардом Вудвиллом известным, со стороны семьи последуют возражения. Хотя возражения ли? Гораздо серьезнее. Брак строго запретят, а затем последуют попытки поспешно устроить союз с кем-то, занимающим высокое положение и, скорее всего, абсолютно не способном пробудить в ней физического влечения. Дело обстояло так, что, после встречи с Ричардом Вудвиллом, Жакетте никто не подходил. Поэтому, опираясь на определяемое ее дядей, как нехватка соответствующего социальному положению рассудка, она тайно вышла замуж за красивейшего мужчину в Англии. Пыл, с которым брак осуществился, оказался настолько велик, что, прежде чем взбешенные брат и дядя узнали о нем, Жакетта уже носила Елизавету, и, таким образом, все попытки объявить союз противозаконным становились невозможными.

Жакетта окунулась в сказочное счастье и, родив одного за другим четырнадцать детей, едва ли выглядела хоть на день старше минуты свадьбы с ее прекрасным Ричардом. Она знала, окружающие шепчутся, приписывая ей колдовские чары, ибо кому, кроме ведьмы под силу продолжать выглядеть столь молодо, привлекательно и наслаждаться жизненными силами после вынашивания такого количества детей.

Но Жакетта обладала нужным запасом сил и использовала их. Тут присутствовали порошки, смеси, не говоря о кремах, помогающих волосам удержать свойственный им цвет. В этом искусстве она разбиралась, и, если его называли колдовством, тогда Жакетта была настоящей колдуньей. И она наслаждалась своей жизнью, за исключением того, что муж и сыновья оказались оторванными от дома и семей, дабы биться в этих проклятых сражениях двух роз. Но природа Жакетты позволяла ей понимать, встречи не будут столь славными, не предшествуй им расставания. Жизнь полнилась значительными возмещениями.