Читаем Солнце над руинами (СИ) онлайн бесплатно

========== Часть 1 ==========

Что плохого я сделала сну?

Отчего мое сердце сжалось?

У Элайны никогда не было ничего своего. Она богато жила в отчем доме, где мать держала её в качестве куклы, наряжая по последней моде. Она прозябала в убогой избушке, вынужденная ютиться с двумя сёстрами на узкой постели. Даже обретённое бессмертие судьба предложила ей разделить на двоих, связав парными узами с Ласэном. Дар ясновидящей медленно отбирал рассудок — он тоже больше не принадлежал девушке.

Но увидев в видениях, как с неба прямо к её ногам падает тёмно-синяя звезда, Элайна впервые поняла, что значит хотеть чего-то для себя. Мысли девушки разделились на правильные и неправильные, хорошие и плохие. Одни шептали ей, что стоит рассказать Ризанду и Фейре, другие — умоляли молчать. Девушка делала вид, будто сомневается и выбирает, но на самом деле приняла решение сразу же. Она, раздавшая жизнь по крупицам своим родным и друзьям, имела право, наконец, получить то, чем не станет делиться. Подло, эгоистично, глупо — она поступит именно так. Фейра оставила Тамлина у алтаря и сбежала, ничего не объяснив. Ризанд впустил в Веларис мерзких отродий из Двора Кошмаров. Ласэн ушёл с Вэссой и Юрианом. Неста и Кассиан спрятались ото всех в холодных Иллирианских горах. Мор до сих пор молчала о том, что Элайна так ясно видела в своих видениях. Каждый из них поступал опрометчиво, предавал и ранил других, действуя в своих интересах. Элайне тоже хотелось попробовать: сделать нечто ужасное в целях известных и понятных лишь ей одной.

Уединенная хижина, спрятанная среди скалистых выступов на границе Дворов Ночи и Дня, несколько сотен лет назад стала домом для ясновидящей. Сразу после обращения в фэйку, Элайна не могла даже представить, что сможет когда-нибудь покинуть Веларис. Неста, а затем и Фейра контролировали каждый шаг сестры. Но время шло. У верховной правительницы Двора Ночи родился сын — милый крылатый мальчишка с пронзительно-синими глазами — и ей стало не до заботы об Элайне. Неста, справившись с призраками прошлого, нашла своё счастье рядом с Кассианом, посвятив себя борьбе за права женщин в Иллириании. Ясновидящая осталась одна. Ей подарили дом с садом, опустевший после того, как Фейра с Ризом переехали в огромный особняк. Элайна часами сидела в своем жилище за небольшим круглым столиком, рассматривая цветочные узоры на чашке с остывающим чаем. Иногда приходил Ласэн. Но ему хватило половины века, чтобы прекратить попытки добиться девушки. Он тянулся к ней, горел тем тёплым и ласковым пламенем, какое дарит солнце кронам высоких деревьев и красной черепице домов, но Элайна не могла даже смотреть ему в глаза. Вэсса с Юрианом позвали мужчину на континент, и он ушёл, надеясь отыскать средство, способное разрушить парные узы.

Бесконечные дни сменяли друг друга, словно океанские волны. Они шлифовали память и чувства фэйцев, вымывая оттуда все мысли о ясновидящей. Спустя сотню лет Элайна просто исчезла. Ушла, обрезав длинные золотые волосы и сменив лёгкое платье на добротный плащ странницы. Тогда она могла забрать себе весь мир — лежать в колосьях на полях Двора Осени, купаться в тёплых летних водоёмах, заводить дружбу с робкими нимфами или суровыми белыми медведями. Но этот странный, огромный и всё ещё чужой мир пугал Элайну. Она хотела не жить, а умереть единственным возможным для фэйцев способом: исчезнуть из памяти родных и друзей, поселиться там, где её не найдёт ни одна живая душа.

Элайна наткнулась на заброшенную ветхую хижину, когда её ноги уже сбились в кровь, а глаза перестали различать проплывающие мимо пейзажи. Долгое странствие, больше похожее на паломничество, завершились в забытых Матерью и Котлом горах рядом с пресным озером и небольшой рощицей. Там Элайна и жила, перестав считать дни и ночи, позабыв человеческую и фэйскую речь. Она стёрла из памяти прошлое, но продолжила видеть картинки будущего, которое больше её не касалось.

Всё рухнуло безлунной душной ночью в начале лета. Элайна проснулась от кошмара. Во сне на её руках умирал истекающий кровью мужчина с переломанными крыльями и торчащими из разорванной плоти костями. Его лицо, чёрное из-за засохшей кровавой корки, опухло от многочисленных синяков и ссадин, но Элайна всё равно его узнала. Тёмной звездой, оставившей за собой кровавый след, рядом с её скрытой ото всех хижиной упал Азриель. Тени расползались, словно испуганные змеи — лентами вились по траве, влажной от ночной прохлады. Мужчину тошнило кровью. Вязкая бурая жижа заливала одежду Элайны, пачкала молочно-белые руки и золотые кудри. Девушка рыдала, пыталась остановить сочащуюся отовсюду кровь, но никак не могла. Жизнь покидала «певца теней».

Вырвавшись из когтей видения, Элайна попыталась наполнить воздухом лёгкие, разрывавшиеся в беззвучном крике. Неузнаваемое, похожее на жуткую кашу из крови и костей лицо Азриеля, стояло перед глазами.

Девушка поднялась со своей соломенной постели и вышла из дома. Обнажённая, она опустилась на колени, касаясь руками травы. Та была сухой, потому что даже ночи не приносили избавления от духоты. Значит, время ещё оставалось.

С этого дня жизнь Элайны вновь обрела смысл. Девушка отправилась в ближайшее поселение Двора Дня, чтобы продать сборы из горных трав, семена цветов и целебные мази, которые научилась делать за прошедшее века. Элайна двинулась дальше, потратив неделю на путешествие в земли Двора Зари. Там за полученные монеты она купила зачарованные магией Тесана повязки и каркасы для крыльев, чудесные капсулы, восстанавливающие кровь, и порошки, снимающие жар. Каждую ночь, проведённую в дороге, Элайна искала островки зелёной травы, чтобы коснуться стеблей и ощутить: они до сих пор сухие. Лето было в самом разгаре, люди на базарах говорили о долгой засухе. Но Элайна всё равно спешила.

Она убеждала себя, что делает всё возможное. Но тихий голос правильных и хороших мыслей шептал ясновидящей о том, что за эти недели она могла бы найти способ связаться с Ризандом. Элайна гнала это от себя. Молодому отцу не стоит волноваться. До Велариса очень далеко. Опасно менять будущее, позволяя вмешиваться в него большому числу фэйцев. Элайна уже давно отлично врачует раны. Оправданиям не было конца. Все они легко приходили на ум и звучали убедительно, поэтому девушка шла по ним к своей цели, как по тонкому слою льда, недавно схватившемуся над бездонным озером. Тьма, таящаяся в глубине, пела песни, хохотала и звала к себе, но ясновидящая высоко задирала голову, уверенная, что не провалится под лёд.

Спустя месяц в хижине появились стол со стульями, шкафы и кровать, сделанные нанятыми Элайной плотниками. Ясновидящая купила тёплые пледы, расшитые золотыми нитями, простенький сервиз и куски ароматного мыла. Девушка стала каждый день расчесывать волосы новым гребнем и орошать их розовой водой. Она умывалась, разводя настойку календулы с ромашковым отваром, и её кожа становилась сияющей и мягкой. Элайна расставляла заячьи силки и сушила яблоки. Купила пару платьев из льна с завязками на талии. Она ждала.

В начале осени засуха отступила перед натиском живительной прохлады. Элайна, дождавшись пока солнце закатится за горизонт, забирая с собой остатки жаркого дня, вышла на поляну перед домом. В плетёной корзине лежали зачарованные куски ткани, снадобья и порошки. Девушка опустилась на колени и приложила руку к земле. Тёмно-зелёный ковёр горных трав был холодим и влажным.

***

Той ночью страшный был ураган,

Искалеченной птицей упал ты к моим ногам.

Азриель восстанавливался очень медленно. Первую неделю он пролежал без сознания, балансируя между жизнью и смертью, словно цирковой ловкач на канате. Элайна сидела у его постели и следила за этой борьбой, не смыкая глаз. Она стала заводной куклой — изобретением инженеров Двора Зари — совершающей строго ограниченный перечень действий. Подавала мужчине питьё. Меняла простыни и повязки. Накладывала целебные компрессы. Молилась всем богам, о каких только слышала за несколько столетий жизни.

Иногда, в полудрёме услышав жуткие скулящие стоны Азриеля или по утру увидев, что его раны вновь открылись, Элайна уже надевала сапоги, чтобы бежать в поселение и передавать весть Ризанду. Но в последний момент она без сил падала на крыльцо, проклиная себя. Она не могла отпустить Азриеля; не могла вновь, как происходило из раза в раз, разделить его с кем-то.

Единственная блажь, которую фэйка позволила себе, разорвав все связи с прошлой жизнью при Дворе Ночи — иногда обращаться к воспоминаниями о «певце теней». У него, мрачного, спокойного, умного и циничного, получилось стать первым и единственным другом Элайны в Притиании. Возвращаясь в Веларис после очередной изнурительной миссии на континенте, он всегда заглядывал в опустевший дом с садом. Мужчина пил чай из тонкого хрусталя и всегда хвалил сладости, которые пекла Элайна. Даже если фэйка из-за нахлынувших видений путала сахар с солью. Азриель был добр к девушке. Но ничего более.

Элайна ненавидела себя за то, что продолжала надеяться на большее. Каждую минуту она ждала «певца теней», выглядывая в окно на втором этаже — вдруг он не переброситься, а прилетит на своих прекрасных крыльях. Она заметила, что «певец теней» чаще выбирает шоколадное печенье, и научилась готовить ещё десяток десертов из шоколада. Выучила язык цветов и составляла композиции, которые кричали «ты мне нравишься», «ты мне очень дорог». Но Аз всегда отводил глаза, делая вид, что не замечает букетов. Он уходил, стило на пороге появиться Ласэну. И всегда, каждый из нескольких тысяч раз за сотни лет, шёл в таверну «У Рэтты», если Мор говорила, что собирается танцевать там вечером. Элайна знала, что посреди веселья, музыки и вина он выглядел чужаком и изгоем, забившимся в угол. Знала, что Морриган никогда не подходит к нему, даже если они остаются там всю ночь. Знал и Азриель, но всё равно шёл.

Со временем сердце Элайны разбилось в такую мелкую пыль из алого стекла, что боль уже не могла удержаться в этих крупицах. Грудь фэйки опустела. Кровь текла по венам, просто потому что так надо: она привыкла делать круги, перетекая из головы в кончики пальцев и обратно. Так и Элайна привыкла изо дня в день просыпаться, ухаживать за садом, читать и снова ложиться спать. Мир стал серым.

Но сейчас, когда Азриель был так близко, краски возвращались. Элайна видела золотистый цвет загара даже на бледном от кровопотери лице, ловила каждый редкий миг, когда карие глаза приоткрывались, равнодушно окидывая взглядом комнатку. Вернула свой цвет и алая кровь, которая бесконечными реками вытекала из истерзанного тела. Элайна смывала её влажными полотенцами, проводя ими по рукам с выпирающими буграми вен, крепким бёдрам и сильному торсу. Сначала девушка стеснялась смотреть на обнаженного мужчину — её в равной степени смущала как его нагота, так и невыносимая притягательность — но со временем привыкла. Она гладила тонкими пальцами его щёки и крутую линию подбородка, обхватывала крупную, горячую ладонь. Иногда Элайна ложилась рядом, позволяя себе обнять раскалённое крылатое тело. Тени прятались по углам хижины — эти давние друзья Азриеля почему-то сейчас казались девушке хищниками и падальщиками, с остервенелым предвкушением ждущими скорого пиршества. Элайна кричала на них и топала ногам, пыталась разогнать метлой. Тени смеялись, но фэйка не могла слышать их голоса.

Ясновидящая за день лишившись всех сил, сидела у постели Азриеля, положив сложенные руки ему на живот и опустив на них голову. Блестящие золотые волосы она плотно связала в пучок. Вся одежда воняла кровью, которая плохо смывалась и оставляла разводы. Элайна практически спала, находясь на грани реальности и кошмара — такие сны теперь мучили её каждую ночь. Но чуткие заострённые уши продолжали ловить каждое движение мужчины, контролируя ритм его дыхания и сердцебиения. Поэтому, когда Азриель глубоко вдохнул и открыл глаза, фэйка тут же поднялась, повернув к нему голову со скоростью хищной птицы.

Мужчина выглядел растерянным. Он едва смог оторвать затылок от подушки. Опухшие глаза лишь немного приоткрылись, но зато осознанно смотрели на мир. И на Элайну. Она, понимая неуместность и глупость своих действий, пригладила испачканный кровью фартук. Азриель открыл рот, но сначала оттуда вырвался только жуткий булькающий хрип. Мужчина напрягся, ещё больше побледнев от усилий, и выплюнул сгусток крови.

— Тише-тише, я сейчас принесу попить, — залепетала Элайна, её голос звучал немногим лучше.

Она суетливо поднялась со стула, но Азриель схватил её за запястье, со странным выражением заглядывая в глаза.

— Г-где я? — слова фэйка разобрала по губам.

Элайна хотела ответить, но осеклась, увидев, как сильно перекошено лицо мужчины. Даже когда он камнем упал с неба, разбившись о землю у её ног, он не выглядел таким сломленным.

— Кто ты? — голос прорезался на последнем слове знакомым баритоном. — Кто… я?

***

Я собрала тебя из отдельных частей,

Я взяла всё, что нравится мне, у роботов и у людей.

Элайна пообещала Азриелю рассказать каждый день из его жизни. Мужчина ещё был слишком слаб, чтобы подниматься с постели, и чаще спал или просто лежал с закрытыми глазами. Он слушал фэйку, со всем упорством обращаясь к своему сознанию в надежде на то, что оно откликнется на слова Элайны. Но воспоминания не возвращались.

Ясновидящая в те моменты, когда Азриель погружался в глубокий и спокойной сон, готова была рвать на себе волосы. Лёд, на прочность которого она так надеялась, ступая на этот путь, всё-таки треснул с оглушительным звуком. Элайна захлёбывалась в тёмных водах. Её ноги не ощущали дна. Тело сводило судорогой от холода. Сначала фэйка пыталась сопротивляться: она написала Фейре письмо, где рассказала о случившемся, и даже пошла в поселение, чтобы отдать его стражникам или купцам из Велариса. Но на витрине одной из лавочек она увидела дорогие шоколадные конфеты в красивой тёмно-синей коробке. Воспоминание, которое фэйка заперла в самой глубине души, вырвалось наружу.