Читаем Солнечный дракон (СИ) онлайн бесплатно

Её принёс на плече слуга владельца здешних земель. Бесчувственное тело, завёрнутое в мешковину, как тряпичную куклу бросил под ноги старшему жрецу.

— Вот, хозяйка сегодня у каких-то дикарей выкупила новую игрушку в замок. Вроде как дракон, а по виду не скажешь. Велено привести её в чувства, отмыть, одеть, но ошейник и цепь не снимать. Буйная, как бывшие хозяева, — мужчина расхохотался, пнул тело ногой и добавил. — Госпожа завтра смотреть будет.

Не дождавшись ответа, слуга презрительно ухмыльнулся и ушёл. Только когда за ним закрылись двери, старик склонился над телом. На серой грубой ткани выделялись свежие блестящие бурые пятна. Трясущимися от волнения руками осторожно откинул угол мешковины.

— Бедное дитя… — выдохнул в ужасе.

Ночью храм содрогнулся от мощного всплеска магии и призывного рёва дракона. После этого никто не решался зайти в храмовую купальню. Двери заперты изнутри, а ломать без разрешения старшего жреца не положено. Но именно там он и находился вместе с принесённой рабыней. Лишь приказ грозной жены мага, явившейся рано утром, заставил жрецов взяться за топоры.

Купальня стояла на берегу тихой полноводной реки, проточная вода всегда была чиста и прохладна, а дно в этом месте жрецы выложили плоскими разноцветными камнями для удобства и красоты. Вдоль стен кабинки с плетёными ширмами для переодевания, полки с полотенцами и мылом, длинные лавки. Широкий деревянный пол уходил лестницей под воду. В особые праздники священного омовения тут бывает тесно.

Но сейчас всё выглядело по-другому. Что можно было сломать, сломано до мелкой щепы. На полу, на оголённых стенах красовались глубокие борозды, оставленные когтями дракона. На рваных окровавленных полотенцах лежала девушка, почти девочка лет пятнадцати. Её тело покрывали бесчисленные шрамы, поверх них свежие кровоточащие порезы и следы от ожогов. Белые слипшиеся волосы выглядели одним серым колтуном. Металлический ошейник и цепь лежали рядом. А старого жреца так и не нашли.

Женщина молча указала на ошейник и большое кольцо в стене, к которому обычно привязывали небольшой плот для уставших купальщиков, заплывших далеко. Приказ тотчас исполнил тот самый слуга, что принёс несчастную рабыню. Жрецы так и не вошли внутрь купальни, лишь один из помощников старшего жреца остался стоять на пороге рядом с госпожой.

Слуга тем временем, не найдя во что можно было бы набрать воды, намочил подобранное с пола полотенце и выжал его над девушкой. Она вздрогнула и открыла мутные глаза.

— Вставай! — приказал он и пнул ногой.

Медленно, с большим трудом, но девушка сумела подняться на ноги. И только она подняла голову, взглянула в глаза госпоже, как та резко вскинула руку. Молния магического сгустка полыхнула и исчезла, заставив всех вздрогнуть. Женщина недовольно поджала губы, разглядывая обнажённую рабыню. Через минуту раздался её властный голос.

— Зачем ты это сделала?

— Что я сделала? — испуганный шепот в ответ.

— Убила! — крикнула женщина в гневе.

— Я кого-то убила? — девушка повернулась к жрецу.

— Да, — тихо ответил он, склонив голову.

— Но я не помню этого… мне жаль…

— Она не помнит? Действительно так? — женщина нахмурила брови, пристально вглядываясь в лицо жреца.

— Её память совершенно чиста, как и душа… в этом мире, — так же тихо ответил жрец.

— Так вот почему моя магия наказания не действует! Она использовала заклинание Чистой Души, но кто научил? — на лице женщины появилась торжествующая улыбка. — Глупая. Злая и глупая, убила сама себя. Теперь в этом теле новая душа… интересно…

— Госпожа, — жрец почтительно склонился и продолжил, — Не злая, а озлобленная, скорее искалеченная. Она сама искала смерть, несколько раз пыталась убить себя. И каждый раз её спасал дракон, вернее душа дракона, тоже искалеченная. Но как известно, магия дракона одна из самых сильных, она не давала им погибнуть. А старик… уже много лет мучился от сильных болей. Он не мог самоубийством оскорбить служение в храме. Поэтому позволил дракону убить, таким образом отвлекая, пока не закончится время действия заклинания. Каждый получил своё.

— В итоге осталась только искалеченная душа дракона, — задумчиво произнесла женщина, взглянула на тихо стоящую девушку, и добавила. — И таинственная новая душа для этого мира. Теперь понятно, почему дикарь так легко с ней расстался и так мало за неё попросил. Наигрался ублюдок.

— Госпожа готова забрать рабыню? Или?

— В таком виде? — магичка брезгливо скривилась. — Нет. Подлечите её до приезда мужа. Он заплатит. И придумайте, как усмирить дракона, безумный нам в замке не нужен.

Трактир постепенно наполнялся народом. Никто не хотел провести ночь в дороге, поэтому спешили снять комнаты, заказать сытный ужин и расслабиться в комфорте. Заведение это находилось на окраине большой богатой деревни, перед развилкой трёх дорог.

Хозяин, Михар, по прозвищу Гром, из бывших воинов, после тяжёлого ранения лишился ноги, но, будучи сильным человеком, не отчаялся, а на заработанные деньги купил это хозяйство у престарелой вдовы. Сам своими руками восстановил дом и все постройки. Бывшую хозяйку с детьми взял на работу, а потом и вовсе женился на её старшей дочери.

Друзья Михара по оружию, многие из которых были обязаны ему жизнью, все свои праздники и дружеские встречи проводили у него. Всегда и везде рассказывали и нахваливали трактир «Три дороги». И поток гостей не иссякал, даже пришлось расширять хозяйство.

В то предрассветное утро старший сын Михара семнадцатилетнийАнтор отправился к реке забрать улов из хитрой сетевой ловушки, которую поставил с вечера. За ним увязались младшие братья семи и тринадцати лет. Парень нагрузил мальчишек высокими корзинами. Те сразу, перевернув вверх дном, нацепили их на головы, не обращая внимания на рыбный запах, и перегоняя друг друга, сталкиваясь и хохоча побежали по тропинке впередиАнтора.

Выйдя из тени ореховых зарослей на открытый, уже освещённый первыми лучами Солнца, берег они замерли. Вода на месте ловушки бурлила, закручивалась водоворотом. Кто-то большой, со светлым гибким телом, длинным хвостом, пытался вырваться на свободу и не мог.

— Кто это? — прошептал младший из братьев, готовый сорваться на бег в любой момент.

— Это… это дракон? — с восторгом спросил средний, подёргав старшего за подол рубахи.

— Да… только маленький ещё, — ответилАнтор, наконец очнувшийся от изумления. — Его надо вытащить. Бегите за отцом, только тихо! Никто не должен знать о драконе.

Мальчишки кивнули и умчались домой. Подходить к бьющемуся в воде зверю страшно и опасно. Парень это понимал, но также понимал, что вода явно не его стихия и скоро обессилив дракончик утонет. Допустить такое никак нельзя.

Закинув на плечо верёвки от сети, не дожидаясь отца, он подтянул ловушку на мелководье, как можно ближе к берегу. Дракон затих, только тяжело с хрипами дышал, мелко дрожали сжатые сетью крылья, из порезов сочилась кровь.

— Всё хорошо, не бойся, я не обижу, — заговорил парень охрипшим от волнения голосом. Настоящий белый дракон неотрывно следил за его руками. — Это ловушка для рыбы, не для тебя! Ты ведь понимаешь меня, правда? Только не дёргайся, сейчас освобожу.

А нтор медленно приблизился, внимательно осмотрел кокон, который получился из сетки, покачал головой. Распутать не получится, только резать. Жалко до слёз, ведь целый год трудился над этим чудом рыбалки. Юноша протянул руку, осторожно провёл ладонью по горячему крылу, туго до крови стянутому нитями сети. Дракон тяжело с утробным стоном вздохнул, закрыл глаза и содрогнулся, белой дымкой растворяясь в воде.

Сеть опала, вместо большого зверя в ловушке лежала маленькая хрупкая девушка. Парень нервно сглотнул. Многочисленные раны ярко выделялись на белом нежном теле, даже видеть такое больно. А нтор решительно достал нож.

Когда к реке вышел Михар, сильно хромая из-за протеза, то застал сына заворачивающего в свою рубаху девочку. Светлая тонкая ткань быстро расцветала алыми пятнами. Просунуть руки в рукава мешала длинная тяжёлая цепь, свисающая с широких металлических браслетов на тонких запястьях безвольно свисающих рук.

— Мне сказали тут дракон, — удивлённо сказал мужчина.

— Она и есть дракон, папа! Кто посмел так обращаться с ней?

— Спросим, узнаем, сначала вылечим. Неси в дом, а я сеть заберу.

Так я появилась в Заречье у трёх дорог. Как и где меня нашли, о том, кто я на самом деле, узнала не сразу. Пробуждение было странным, многоразовым, путанным. Сознание пыталось выстроить логический путь событий, но сбивалось на невероятном появлении в новом мире, и отключалось.

Миг летящей на меня машины красного цвета забыть сложно. Кажется, страх вышиб душу из тела ещё до столкновения. А потом пустота. Иногда всплески каких-то эмоций, но вспомнить с чем они связаны не получалось.

Несколько раз чувствовала прикосновения к телу чьих-то рук, осторожные, ласковые, приносящие облегчение. Боль и жжение постепенно затухали, и я опять проваливалась в пустоту. Иногда удавалось приподнять тяжёлые веки. За мутной пеленой угадывались женские силуэты, мягкий колеблющийся свет где-то сбоку из темноты не давал их разглядеть.

Потом начала видеть кошмары, от которых мучительно сжимались мышцы. Затем ощущение, которое долго не могла объяснить сама себе. Тело расширялось, увеличивалось и успокаивалось, усыпляя сознание. И так продолжалось несколько раз, пока однажды из небытия меня не вырвал мужской голос.

— Ничего дочка, потерпи ещё немного. Скоро уже поправишься.

— Дочка? — послышался мягкий тихий смех женщины.

— А что? Хотели же ещё дочь. Вот и будет. Или ты против?

— Да, ты прав. Хорошая девочка. Только как объяснить людям её появление? И Антор влюбился… а ты знаешь, брак невозможен.

— Он знает, не волнуйся. Но любить её, как сестру может, — мужчина вздохнул, помолчал, и добавил. — А людям скажем, что приняли в семью мою осиротевшую племянницу.

Затаив дыхание слушала голоса и думала, вернее пыталась. Мысли метались, вспыхивали, как искры, и гасли. Сознание не успевало их фиксировать, обрабатывать. В конце концов оно решило, что это очередной бред и я уснула.

В следующий раз меня разбудил звонкий детский голос, даже вздрогнула.

— Красивая… А зачем ей волосы обрезали? А сколько она ещё спать будет? А как её зовут? Она теперь наша сестра?

— Ооо… расчирикался, птенчик! Марш во двор! И молчи, что заходил сюда, — скомандовал кто-то взрослый.

Открыла глаза, решив, что пора разобраться, пора понять, что происходит. Всё началось с красной машины, это помню, а вот дальше…

Передо мной стояли юноша и мальчик, их лица выражали совершенно противоположные чувства. В широко распахнутых глазах, в улыбке мальчика угадывался восторг. А юноша, нахмурив брови, с напряжением всматривался в моё лицо.

То, что это не больница, поняла сразу, быстро оглядев помещение. Стены из тёмно-серого гладкого крупного камня, ни одного окна, тёмный потолок, на бочке масленый фонарь. Стало страшно. Очередной кошмар? Но я не сплю! Чувствую, как становится жарко, душно, тесно в собственном теле. В глазах начались вспышки.

— БЕЖИМ!!! — резанул по ушам вопль парня и снова провал в темноту.

Неприятные ощущения заставили открыть глаза. Я лежала на полу в той же тёмной комнате. Рядом валялись обломки бочки и какие-то тряпки. В углу стоял низкий деревянный лежак с ворохом одеял и разбросанных подушек.

Холодно… Вот, что меня разбудило или привело в чувство. Мне холодно, потому что абсолютно голая на каменном полу. Почему? Лежать дальше глупо, нужно добраться до одеял. Всё тело противно дрожало от слабости и холода. Нужно встать, нужно, но смогла лишь сесть.

За спиной в пустом помещении громко щёлкнул засов, открылась дверь. Сразу хлынул поток света, проявляя цвета предметов и стен. Мелькнуло осознание, что до этого отлично видела в кромешной тьме. Странные шаги со стуком, отражаясь от стен, неприятно отзывались тихой болью в голове. Обернулась.

Ко мне прихрамывая шёл мужчина. В свете фонаря, который он держал в руке, разглядела деревянный протез вместо ноги, много седины в волосах и бороде, внимательный добрый взгляд и в напряжении сдвинутые густые брови. Вспомнила лицо парня, он так же хмурился, разглядывая меня.

— Не бойся, всё хорошо… — раздался знакомый голос. — Приступ закончился и тебе надо поесть, отдохнуть, согреться. Как ты? Понимаешь меня?

Обычное, короткое «да» из горла вышло хрипом и последующим кашлем. Но сработала привычка, одновременно с этим словом кивать головой. Мужчина понял, кивнул в ответ и улыбнулся. Отставил фонарь в сторону, наклонился и одним мощным движением подхватил на руки, как пушинку.

Завернувшись в одеяла с головой, оставила только щель для глаз, и замерла в ожидании, что будет дальше. А дальше мужчина похлопал в ладоши. Вошли две женщины, одна старая, худая, совершенно седая и морщинистая, другая пышнотелая, улыбчивая, моложе мужчины. Они принесли еду и одежду.

Было странно видеть глиняную посуду и деревяную ложку, пить после каши просто воду, а из одежды облачиться в длинную белую рубаху с завязками на вороте и поверх неё в тяжёлую юбку до пят из плотной тёмно-синей ткани. Обувь тоже удивила. Это были мягкие кожаные лодочки с острыми мысами, без каблуков, с подошвой из нескольких слоёв той же кожи. Они оказались точно по размеру моей ступни. И я какое-то время разглядывала и ощупывала их.

— Нравятся? — усмехнулся мужчина. — Антор специально для тебя сшил.

— Антор это наш старший сын, — заговорила молодая женщина и я узнала её голос. — Это он тебя из реки спас. Меня Вета зовут, а тебя как?

А действительно, как? Я напряглась. Оказывается, все события до красной машины потускнели, почти забылись. Даже собственное имя кажется теперь чужим. Зато отлично помню кошмары и связанную с ними боль, жуткие лица мучителей, их омерзительный запах и постоянный голод. Что это?

При свете фонаря во время одевания, успела разглядеть своё тело, руки, ноги. У меня раньше не было шрамов вообще, а тут… как изломанный морозный узор, вся кожа бугрилась мелкими и крупными полосами, точками, зигзагами. Я не в себе, а в ком-то другом… Чья-то чужая память постепенно вытесняет мою собственную. Опять страшно.

— Тихо, детка, тихо… — заговорила старшая из женщин, поглаживая меня по плечу. — То, что ты забыла своё имя даже хорошо. Мы дадим тебе новое, красивое. Ты теперь не одна, а в семье, которая тебя любит. Посмотри на нас, мы страшные?

Я замотала головой. Она права, надо успокоиться, осмотреться и тогда возможно пойму, что произошло и происходит. И совершенно не хочется признавать себя сумасшедшей. Всему должно быть объяснение, надо только найти и выяснить причину.

Женщина поняла, её слова подействовали, притянула меня к себе и обняла, поглаживая по спине, по голове. Это было приятно. Даже почувствовала, как где-то внутри расслабились нервные струны.