Читаем Снежноцвет онлайн бесплатно

– Илаева!

Очередной снежок ударил в спину, и я заставила себя сдержаться, чтобы не развернуться и не дать сдачи. Сейчас не время устраивать драки и доказывать, что я могу за себя постоять. Просто проигнорировала, слегка прикрыв глаза и стараясь дышать ровнее.

– Эй, ты что, оглохла? К тебе обращаюсь.

Я посильнее сжала лук замерзшими пальцами. Как же жаль, что потерялись мои пушистые варежки, расшитые снегирями! Такие теплые, уютные, напоминающие о доме и маме, которая вязала их осенними вечерами. Теперь руки покалывало холодом, время от времени приходилось прятать ладони в карманах полушубка.

Вдохнула глубже и развернулась.

– Чего тебе, Льдистый? – из вредности я обратилась по родовому имени к первому красавчику в нашем селе.

Высокий голубоглазый блондин усмехнулся так, что сердце забилось, словно пойманная в силки охотника птица.

– Меня вообще-то Лайрис зовут, – отозвался он.

– А меня – Ульяна, – сочла нужным напомнить я.

Он легко рассмеялся, откидывая темный капюшон полушубка. Еще бы он не знал моего имени! Каждый раз, едва встречаемся, вспыхивает ссора. Мои подруги и его друзья устали нас во время драк разнимать. Самое обидное, что каждый раз, когда мы сцепляемся, победа никому не достается. Блондин, пусть физически и сильнее, зато мне не откажешь в ловкости. Лайрис уверенно и умело орудует мечом, а я способна налету подстрелить птицу. В любом состязании, что устраивают в деревне, мы с блондином вместе делим первое место и с ненавистью сверкаем друг на друга глазами.

С чего началась эта война? Кое-кому не стоило, отмечая свое двадцатилетие в трактире «Золотой Гусь», пить медовухи больше, чем надо! Неумеренное пьянство никого еще до добра не доводило.

«Моя цветущая вишня»… Нет, сомнительный комплимент я бы еще стерпела, все же цвет волос у меня для этих мест необычный – темно-красный, а кожа остается белой и летом, даже если я долго нахожусь на солнце. Мама говорила, у меня в дальних предках по отцовской линии были эльфы и феи, поэтому результат такого родства сказался на внешности. Но какого гхына болотного в тот злополучный вечер Лайрис полез целоваться? Я тогда так растерялась, что даже это ему позволила…

Его губы были мягкими, нежными, пахнущие медом и травами, а сильные руки, крепко обнимающие мою талию, казались такими правильными. Перед глазами все плыло, чадящие свечи превращались в огромные огненные шары, а по венам будто растекалось жидкое пламя, заставляя каждую клеточку отзываться. И как остановилась? Сама не помню. Просто в какой-то момент осознала, кто он и кто я. Неужели думает, что раз красивый, богатый и отбоя нет от девчонок, ему все можно? Быть очередным трофеем в его коллекции побежденных и покоренных девичьих сердец мне решительно не хотелось.

С синяком на лице, которым я щедро его наградила, Лайрис, зло сверкая глазами, ходил почти неделю. Украшение не смог свести даже целитель, как я потом слышала от Милары, известной сплетницы на деревне.

Мне всегда казалось, что для вражды нужны веские основания, и поцелуй никак не может стать такой причиной. Как же я ошибалась! С прошлой зимы мы друг друга доводим, и нет этому ни конца, ни края!

– Так что? Будешь дальше снежками кидаться или разбежимся? – спросила я, выныривая из некстати проснувшихся воспоминаний.

– Не ходи, Илаева! Знаешь же, что в этот раз удача будет на моей стороне, – серьезно ответил Лайрис, поигрывая мечом, рукоять которого усыпана синими и голубыми самоцветами.

Такими же красивыми, но столь же холодными, как и он сам.

– Тебя не спросила! – фыркнула я.

– Глупая, вернись обратно! Иначе сгинешь же в этом лесу! – рявкнул блондин, зло сверкая глазами. – Ты же ранена!

Я развернулась и решительно направилась в чащу леса. Пререкаться с ним – время терять! А мне нельзя! Нужно найти снежноцвет! Во что бы то ни стало найти!

Позади послышались ругательства, в спину снова ударил снежок, но я не оглянулась и шагу не сбавила.

В лесу становилось все темнее. Солнце давно скрылось за горизонтом, и рыхлый снег теперь казался серым. Ветки дубов чернели, напоминая угловатые силуэты древних чудовищ, о которых любили слушать сказки мои младшие братья. Елки же замерли неподвижными треугольниками, изредка осыпая меня снегом и колючими, но приятно пахнущими хвоей, иголками.

Нога, которую во время недавней схватки зацепил когтями медведь, при каждом шаге отдавала болью. Я час назад перевязала ее чистым лоскутом, приложила лед, но ссадина ныла и не давала покоя. А ведь впереди еще два этапа состязания!

Я достала флягу с водой, сделала глоток, переплела косу и прислушалась. В зимнем лесу было непривычно тихо. Исчезли шустрые белки и непоседливые синицы, бродяга-ветер не шалил среди голых веток, лишь луна серебрила снег. Да и что ожидать в такую волшебную ночь? Весь мир меняется, грани магии размываются, она выплескивается наружу и рождает волшебный цветок – снежноцвет.

Он цветет раз в год только в этом лесу, каждый раз меняя свое место. Непросто его найти! Да и не всем он дается. Лишь тому, кто чист сердцем, храбр и нуждается в чуде больше, чем кто-либо! Того цветок манит, зовет за собой. Любой маг чует его присутствие, может определить, где тот расцветет, что не может не радовать тех, кто отправляется на поиски. Еще бы… В снежноцвете такие силы, такое волшебство…

Но главные его чары – любовные. Сорвешь волшебный цветок, подаришь тому, кого любишь и… Нет-нет, все не так просто! Если чувства ответные – человек увидит истинный облик снежноцвета – ледяные, полупрозрачные лепестки, хрупкий тонкий стебелек, белые листья. Таким предстоит это чудо в старых легендах. Если же любовь не взаимна, то волшебный цветок станет розой, лилией, незабудкой… Любым цветком, что любит твой избранник или избранница. Примет его в дар – и вспыхнет яркой искрой истинная любовь, сильнее которой нет ничего на свете. Для этого и охотятся за ним смельчаки, погибая от когтей медведей и зубов волков, а так же от невиданной нечисти, становящихся в эту ночь в десять раз сильнее. Их такими делаем волшебство. Они призваны охранять и защищать цветок.

Я вздохнула, поправила колчан со стрелами. Вот зачем Лайрису снежноцвет? Нет, я слышала, что он собрался жениться на Раде, красавице-мастерице, к которой толпами сватались все мужчины в округе, и даже сын князя, поговаривают, приезжал, но Лайрис-то… Он мог только позвать, и она бы даже не пошла, побежала за ним по снегу босая, если нужно. Рада влюблена в Лайриса так, что слепой этого не заметит. Всем женихам отказывает.

Мне же снежноцвет необходим, как воздух! И дело вовсе не в любовной магии! Я усмехнулась. Тот, кого я люблю, никогда и ни при каких обстоятельствах не станет моим. Даже не стоит и пытаться пробовать искать для этого заколдованный цветок. Сейчас мне нужна другая магия, которой обладает снежноцвет – целительская. Отец прошлой зимой погиб в лесу, а мама… мама месяц назад вытаскивала из проруби Лара, одного из моих младших братьев. После этого она сильно простыла, никакие снадобья не смогли унять ее надрывного кашля и хрипоты. Жар ненадолго спадал, но я видела, что мама тает, как весенний снег. Знахарка на днях шепотом призналась, что маме не дожить до лета. Единственное, что ей поможет – чудо. За ним-то я сюда и пришла, согласившись участвовать в состязании.

Его устраивает князь наших земель. Тот, кто добудет цветок, получает награду еще и от него. Трое храбрецов, выполнившие задание несколько лет назад, теперь его лучшие воины и друзья, женатые на княжеских сестрах-красавицах. Остальные победители получали то, что желали: кто-то дом, кто-то сундук с сокровищами. Мне же не нужно ничего, кроме снежноцвета, но договор я, разумеется, подписала, скрепив каплей своей крови. Если умру – князь позаботится о моих младших братьях. Таковы условия соревнования. Девушки в нем вообще редко участвуют. У меня же выбора нет.

Схватку с медведем я выдержала, значит, впереди только озеро, которое нужно переплыть, и нечисть в развалинах старого замка. Если, разумеется, княжеские маги не ошиблись в своих предсказаниях. С ними такое редко, но случается. Их подсказки просто не дают потерять время.

Я оглянулась, стараясь рассмотреть, не видно ли кромки воды между деревьев. Озеро не замерзало даже зимой, подогреваемое горячими ключами. Правда, вода от этого не становилась теплой.

Эх! Все же не стоило сходить с заветной тропы. Но когда дело доходит до Лайриса, эмоции не всегда дают мыслить трезво.

Я попетляла среди черных стволов, кусая губы чуть ли не до крови. Уже ночь! До Ледяной Полночи, когда цветок исчезнет, совсем немного времени! Надо торопиться! Забыть и про страх, и про боль, помнить только то, ради чего я здесь – спасти маму.

Отодвинула пушистые ветки сосны, пробралась через кусты дикого шиповника, колючки которого всегда были остры, и с облегчением улыбнулась.

Озеро, над которым клубился белый туман, казалось совсем черным. В неподвижном зеркале отражались деревья и маленькие льдинки звезд. Ночь выдалась ясная, но не морозная. Как же переплыть-то это озеро? Соблазн этого не делать и повернуть обратно возник снова, а боль в раненой ноге лишь усилила желание оказаться в тепле уютной кухне, где всегда пахло пирогами с ягодами. Я потрясла головой, прогоняя непрошеные мысли. Так не годится. Если нужно нырнуть и проплыть, чтобы оказаться у развалин замка – я это сделаю. Жаль, чары этой ночи без купания в ледяной воде не дадут пробраться к заветному цветку.

Только что делать с вещами? Я нахмурилась. Кажется, князь говорил, что после того, как одолею водную стихию, они появятся. Мне остается лишь надеяться, что так и будет.

Я откинула колчан со стрелами, отложила лук, скинула полушубок и сапоги. Почувствовала холодок по спине, будто кто-то за мной наблюдал. Резко обернулась. Никого на берегу и среди деревьев. Даже ветки не шевелятся. Показалось? Скинула две верхние рубашки и штаны, стянула носки и, глубоко вдохнув, с разбегу нырнула в озеро. Я надеялась, так будет легче, но вода сковала в ледяные объятья, заставляя чуть ли не сойти с ума от ужаса.

Так, Ульяна, не паникуй! Ты сильная и смелая!

Убеждать себя получалось тяжело, холод не давал возможности прийти в себя. Я вынырнула, постаралась отдышаться и, спустя мгновение, заработала руками. Согреться это не помогло. Раненная нога налилась тяжестью, тянула на дно, до которого было далеко и глубоко. Там такие омуты, что мне и не снились! Никто из деревенских в этом озере не купается, не находилось глупцов.

Вдох. Выдох. Еще немного! До берега-то осталось чуть меньше половины. Давай же, Ульяна! Не сдавайся!

Перед глазами все снова поплыло. Ноги и руки не слушались. Не знаю, что действовало больше – магия этой ночи, призванная строить препятствия, или же холод, который лишал разума. Взмах рукой. Еще один. Мне, похоже, нужна передышка. Только сейчас ее взять не получится.

Я сделала еще один рывок, оказываясь в кромешном тумане. Странно как! Мне всегда казалось, что зимой его попросту не может быть! Глаза теперь сонно слипались, и черная вода, которой приходилось сопротивляться, внезапно перестала быть холодной. Манила, уговаривала в нее нырнуть. Я боролась с насланными чарами из последних сил, заставляя себя дышать и смотреть на желанный берег. Он будто бы и не приближался!

Может, все же стоит нырнуть и немного проплыть под водой, тогда дурман ослабнет? Ходили, правда, слухи, что в этом озере водятся мавки, нечисть, тянущая силы. Но ведь их точно можно в воде разглядеть! Полупрозрачные, с острыми ядовитыми зубами, с пронзительными тонкими голосами… Их невозможно не заметить. И раз до сих пор не появились, значит, их в озере просто нет.

Соблазн нырнуть стал сильнее, и я все же рискнула, окунулась. Уже под водой, сделала пару взмахов руками и блаженно улыбнулась, наслаждаясь окружившей меня темнотой. Почему-то сейчас мне не было ни страшно, ни холодно. Совсем. Я на минуточку закрыла глаза, чувствуя, как вода обнимает, а разум окутывает темнота.

Удар был неожиданным. Пощечина, от которой мгновенно захотелось разреветься, обожгла. За ней последовала еще одна. Я попыталась прийти в себя и даже ответить обидчику, но сил не осталось. Кроме слабости я ничего не видела и почти не чувствовала своего тела от холода. Дышалось тоже с трудом.

Кто-то зажал мне нос, и я глотнула ледяного воздуха. Тут же закашлялась, выплевывая воду. В рот бесцеремонно влили что-то горячее. Я замычала от ужаса, потому что горло обожгло огнем, но дышать стало легче. Я даже немного согрелась, начиная ощущать себя живой.

Зрение пока не вернулось, но вот мысли… закружились встревоженными птицами. Мне сразу вспомнилось, где я и зачем здесь нахожусь. Я не смогла сдержать отчаянный стон. Это какой же надо быть глупой, чтобы нырнуть в зачарованное озеро и поддаться его чарам! Наверняка ведь я нарвалась на мавок, которые вытянули столько сил, просто этого тогда не почувствовала. Я сквозь зубы выругалась и открыла глаза.

Что же все так мельтешит-то!

Зажмурилась. Голова по-прежнему ныла и кружилась, дышать вновь стало тяжело, зато рана, кажется, больше не болит. А еще на мне абсолютно сухая одежда. Как такое может быть? Что происходит?

Я встревожилась, попыталась рывком подняться, но не смогла этого сделать. Чье-то дыхание вдруг коснулось моего лица, и жадные требовательные губы обожгли мои, подчиняя себе. Этот поцелуй длился всего мгновение, но заставил меня забыться. Какое-то время после я просто приходила в себя.

Мне это почудилось или нет? Ведь, получается, этот кто-то явно меня спас! Вытащил из озера, переодел, согрел…

Почему-то в этот момент я уловила терпкий запах диких цветов. Зимой и в лесу? Хорошо тобой мавки закусили, Ульяна, раз такое привиделось!

Наконец, я почувствовала, что могу шевелиться. Ну, сейчас поднимусь и поблагодарю того, кто рискнул ради меня жизнью. Распахнула глаза, села.

Я находилась на берегу, рядом никого не было. И никаких следов поблизости. А может, мне это все приснилось? Я благополучно переплыла озеро, от усталости потеряла сознание, подействовала магия? И не было никаких мавок!

Голова по-прежнему гудела, и я потрясла ей, прогоняя остатки наваждения и мысли о случившемся. Не до этого сейчас.

Я быстро вскочила, подхватывая лук и стрелы, оглянулась. Сколько же прошло времени? Успею ли я добраться до развалин или нет? Меня снова накрыла паника. Я прижала к себе оружие и, уже ни о чем не задумываясь, помчалась через лес, как испуганная пташка.

На поляне, со всех сторон окруженной стеной леса, было тихо. Развалины старого замка освещала полная луна. Никого. Опоздала? Опоздала! Вся нечисть исчезает, едва снежноцвет сорван. Что теперь делать?