Читаем Смертельные игры онлайн бесплатно

— Это Элвис Коул, величайший в мире детектив? — спросила Патриция Кайл.

— Именно.

Я лежал на кожаном диване, стоящем напротив моего рабочего стола, и наслаждался видом на Нормандские острова. Раньше у меня были кресла, но диван значительно лучше помогает расслабиться после трудов праведных на детективном поприще, особенно если ты специалист мирового уровня.

— Ты спал? — поинтересовалась она.

— Я никогда не сплю, — возмущенно заявил я. — Я жду, когда Синди выйдет на соседний балкон.

Стеклянные двери, ведущие на мой крошечный балкон, были открыты, чтобы впустить внутрь ветерок, пробравшийся по бульвару Санта-Моника в Западный Лос-Анджелес. Мне нравился этот прохладный ветерок, потому что он нес с собой запах моря и морских птиц. А кроме того, открытая дверь позволяла слышать Синди.

— А кто такая Синди?

Я перенес телефон от левого уха к правому, потому что левое еще болело после того, как по нему дважды врезал каджун, [1]у которого были могучие руки, но напрочь отсутствовали зубы.

— Синди — агент по продаже косметических товаров, и ее офис находится рядом с моим.

— Хмм, думаю, я знаю, что она продает, — бросила Пэт Кайл.

— Такие грубость и бездушие тебе не к лицу. Она очень славная женщина и всегда с удовольствием улыбается.

— Угу, знаю, что она делает с удовольствием.

— Частные детективы очень одиноки и ведут замкнутую жизнь. Мне совершенно нечего делать после того, как я начищу свой пистолет и смажу маслом дубинку.

— Ты не мог бы пригласить меня на ланч в кафе «Люси Эль Эдоуб»? То, что напротив «Парамаунт».

— Синди? — спросил я.

Пэт Кайл рассмеялась. Ее смех был таким, каким должен быть смех. Чистым и без намека на смущение. Пэт Кайл сорок четыре года, у нее вьющиеся каштановые волосы и отличная спортивная фигура. Когда мы познакомились шесть лет назад, она выглядела как «Граф Цеппелин» [2]и пыталась покончить с неудачным браком. Я ей помог. Теперь она каждый день пробегает четыре мили, владеет собственным агентством по подбору актеров и помолвлена с дантистом из Пасадены. Возможно, когда-нибудь он даже начнет мне нравиться.

— Я подбираю актеров на фильм, который будет снимать «Кэпстоун пикчерс». Режиссер Питер Алан Нельсен. Ты о нем слышал?

— Он снимает боевики.

— Точно. Причем очень успешно. Журнал «Тайм» назвал его Королем Приключений.

— И не только.

«Высокомерным, требовательным и великолепным». Я читал ту статью.

— Да. Это он. — Я слышал какой-то шум, может быть, голоса у нее за спиной. — У Питера возникла проблема, и я рассказала про тебя. Представитель «Кэпстоун» хочет с тобой переговорить.

— Хорошо.

Я сел и спустил ноги на пол — детектив, готовый к действию.

— Когда Питер учился в школе режиссеров, он развелся с женой. Это произошло сразу после рождения их единственного ребенка. Мальчика. С тех пор Питер их не видел и ничего о них не слышал, но хочет их найти. Я сказала ему, что ты мастер находить пропавших людей. Возьмешься?

— Это как раз то, чем я занимаюсь.

— У «Кэпстоун» есть офисы в «Парамаунт». Я оставлю для тебя пропуск на главном входе. Скажешь, что должен встретиться с Донни Брустером. Донни — директор, — (Донни. Двенадцатилетний мальчишка во главе кинокомпании.) — Ты можешь быть здесь минут через двадцать?

— Подожди, я проверю календарь.

— Ха, какой календарь? — поинтересовалась Пэт.

— Злая и грубая. Все вы, дамочки, такие.

Она снова очень мило рассмеялась и повесила трубку.

Я встал с дивана и задумался о «Кэпстоун пикчерс» и Питере Алане Нельсене. Да уж! Я был в фуфайке с Микки-Маусом и пятном от горчицы на правом плече. Микки вполне сошел бы, а вот горчичное пятно — ни в коем случае. Успею ли я съездить домой и переодеться в смокинг? Я взглянул на часы с Пиноккио. Хмм. Сняв фуфайку, я натянул желто-белую гавайскую рубашку, прихватил «дэн-вессон», свой револьвер тридцать восьмого калибра, а поверх надел светло-голубой пиджак, как у официанта. Наряд, гарантирующий мне полный успех.

Я начал тихонько напевать себе под нос: «Нет ничего лучше шоу-бизнеса», затем включил автоответчик и прослушал свое сообщение, которое слушаю вот уже два месяца: «Детективное агентство Элвиса Коула. У нас низкие цены». Может быть, пришло время перемен. Если ты работаешь на большую кинокомпанию, нужно что-нибудь посерьезнее. Например: «Детективное агентство Элвиса Коула — нет мелких дел, есть мелкие детективы. К вашим услугам самый крупный сыщик, работающий в этой области!» Я решил оставить все как есть.

Я спустился с четвертого этажа в гараж, сел в машину и поехал на восток по бульвару Санта-Моника через центр Голливуда. Стоял октябрь, и воздух был весьма бодрящим. У меня открытый автомобиль, «корвет» 1966 года, но я не стал поднимать верх, решив, что еще не настолько холодно. Впрочем, здесь редко бывало настолько холодно. Глобальное потепление. Лето кончилось, и машины из Юты, Мичигана и Делавэра исчезли, зато появились гости из Канады. Зимние пташки спасаются от холода. На красный свет на пересечении Санта-Моники и Ла-Бри я остановился рядом с бордовым «бьюиком»-седаном, за рулем которого сидел крошечный мужчина, рядом с ним, на переднем сиденье, примостилась крошечная женщина, а сзади — двое крошечных детей. Мужчина неуверенно вертел головой по сторонам. Я дружелюбно им улыбнулся, помахал рукой и сказал:

— Добро пожаловать в Лос-Анджелес.

Женщина поспешно закрыла окно.

Я продолжал ехать по Санта-Монике до Гауэр-стрит, затем свернул направо, по Гауэр миновал голливудское кладбище и направился к «Парамаунт».

Студия «Парамаунт» расположилась в великолепном здании на углу Мелроуз и Гауэр за неприступной стеной. Судя по всему, именно эта стена, высокая, надежная и мощная, помогла «Парамаунт» удержаться на плаву после того, как большинство первых голливудских студий пошло ко дну. В таком нищем, грязном и не самом спокойном районе стена эта даже избежала набегов любителей граффити. Возможно, потому, что всякого, кто осмелится подойти к ней слишком близко, начнут поливать кипящим маслом засевшие на парапетах стражники в кольчугах.

Я свернул за угол на Мелроуз и подъехал к охраннику, стоящему у ворот.

— Элвис Коул. У меня назначена встреча с Донни Брустером.

— Певец? — поинтересовался охранник, заглянув в журнал.

— Элвис Пресли умер в тысяча девятьсот семьдесят восьмом году, — объяснил ему я.

Охранник нашел желтый листок и прилепил к моему ветровому стеклу скотчем.

— Не Король. Другой парень. В очках.

— Элвис Кастелло. Нет. И не он.

Охранник печально покачал головой:

— Господи, я еще помню времена, когда был только один Элвис.

Видимо, он попал сюда из простых патрульных.

Донни Брустер обосновался в двухэтажном домике с красной черепичной крышей и экзотическими растениями размером с динозавра. Девушка, сидевшая в приемной, провела меня к секретарше, а та, в свою очередь, — в зал для совещаний, где я обнаружил Патрицию Кайл и лысоватого мужчину лет сорока, в спортивной куртке за восемьсот долларов, которая сидела на нем, как отсыревшая палатка. Остатки волос были стянуты сзади в короткий хвост. Очень стильно.

Пэт Кайл встала, улыбнулась и поцеловала меня в щеку. Со времени нашей последней встречи она успела загореть, и загар ей очень шел.

— Элвис Коул, это Донни Брустер. Донни, Элвис Коул.

Донни Брустер протянул мне влажную руку — видимо, нервничал.

— Господи, где вы были? Думал, вы уже не приедете.

— Я тоже рад с вами познакомиться.

Донни наградил меня взглядом, в котором читалось: все-хотят-меня-обидеть, и посмотрел на Пэт Кайл.

— Она предупредила меня, что вы считаете себя очень остроумным. Только вам придется понять, что все это вовсе не смешно. — Он поднял три пальца. — Есть Спилберг, потом Лукас, только он больше не снимает, и Питер Алан Нельсен. Шесть картин Питера, которые обошли весь мир, принесли нам больше миллиарда долларов прибыли. Питер занимает третье место в списке самых успешных режиссеров в истории кино и знает это.

— Это нелегко от него утаить.

Донни потер рукой голову и подергал себя за хвостик. Он делал это с таким остервенением, что я понял, почему у него осталось так мало волос.

— Питер — очень талантливый, блестящий режиссер. А с талантливыми и блестящими людьми иногда бывает трудно, и обращаться с ними следует осторожно, — сказал Донни, причем скорее для себя, чем для меня, а затем, взглянув на Пэт, добавил: — Ты ему объяснила, в чем проблема?

— Да, — ответила Пэт, повторив то, что рассказала мне.

Донни кивнул и снова на меня посмотрел:

— Ну так вот, нам нужен человек, который найдет его бывшую и сына. Чем скорее, тем лучше.

— Хорошо.

Донни уселся на один из вращающихся стульев, откинулся на спинку и наградил меня оценивающим взглядом, демонстрируя деловые качества: бизнесмен нанимает на работу частного детектива.

— Вы берете почасовую оплату или за число отработанных дней?

— У меня жесткая такса. Вперед.

— Сколько?

— Четыре тысячи плюс накладные расходы. Счет за расходы я представлю, когда работа будет сделана.

— Это немыслимо. Мы не можем заплатить четыре тысячи вперед.

— А как насчет шести тысяч?

Он постучал пальцами по столу и наградил меня хмурым взглядом чрезвычайно делового человека.

— Вы вернете деньги, если не найдете то, что ищете?

— Нет.

Донни Брустер снова принялся барабанить по столу. Уговаривал себя.

— Я поручил нашим юристам навести справки. Они разговаривали с одним человеком из офиса окружного прокурора и полицейским по имени Ито. Все сказали, что вы отлично справляетесь с подобными вещами. Сколько дел такого рода вы вели?

— Может, триста.

— Хмм. И сколько из этих трехсот дел закончились успешно?

— Думаю, двести девяносто восемь.

Донни поднял брови — мой ответ его явно впечатлил. Возможно, ему стало не так жалко четырех тысяч.

— Хорошо. Мы вас нанимаем. Сколько вам нужно времени, чтобы их найти?

— Не знаю.

— Ну хотя бы примерно.

Я только развел руками.

— Если она живет в Энсино и любит рассказывать своим друзьям, что была замужем за Питером Аланом Нельсеном, возможно, я найду ее завтра. Если она пять раз меняла фамилию и работает в миссии на Амазонке, на это уйдет больше времени.

— Боже праведный!

Я едва заметно пожал плечами и улыбнулся.

«Мистер Уверенность в Себе».

— Настолько плохо бывает не так уж часто. Люди, как правило, не меняют фамилию по пять раз и не уезжают на Амазонку. Они пользуются кредитными карточками, а в кредитной истории указывается их предыдущий адрес. Кроме того, у людей есть машины и права, а также номера страховок, и все это идеально помогает, когда нужно кого-то найти.

Моя уверенность его не слишком вдохновила. Он снова подергал себя за волосы, встал и начал расхаживать взад-вперед.

— Через три недели Питер должен приступить к съемкам нового фильма, и именно сейчас ему взбрело в голову искать свою семью. Господи, он не видел эту женщину десять лет. Мог бы подождать до окончания съемок.

— Это было бы бесчувственно с его стороны.

Донни скрестил руки на груди, продолжая расхаживать по комнате.

— Да, понимаю, как все это звучит, но и вы должны меня понять. Мы собираемся вложить в фильм Питера сорок миллионов долларов. Я уже истратил восемнадцать. Заказал декорации и звукозаписывающую аппаратуру. Пригласил звезд, которым нужно платить, даже если нет съемок, и набрал съемочную группу. Если Питер будет отвлекаться на посторонние дела, мы превысим бюджет на десятки миллионов долларов и получим очередной «Небесный замок». И тогда все: я пропал.

На его месте я бы, наверное, тоже нервничал.

— Ладно. В таком случае, может быть, лучше подождать до окончания съемок, а потом начать искать его семью. Бывшая жена ведь никуда не денется. И я тоже. Позвоните мне, когда дело будет сделано.

Донни закатил глаза, перестал расхаживать и упал на другой стул.

— Вы видели «Бензопилу»?

— Да.

— «Бензопила» — первый фильм Питера. Бюджет составил около четырехсот тысяч. Фильм принес четыреста миллионов долларов, и за один день Питер Алан Нельсен из никому не известного паренька, паркующего чужие машины, превратился в нового голливудского вундеркинда. Каждый его фильм приносит целое состояние. Каждая студия в городе хочет заполучить Питера Алана Нельсена на свою следующую картину. Самые знаменитые актеры обхаживают его в надежде на роль, а всемирно известные сценаристы, обладатели «Оскаров», готовы продать мать родную ради того, чтобы он прочитал их сценарий. Вы понимаете, что я говорю?

— Вы говорите, что Питер всегда получает то, что хочет.

— Совершенно верно, черт подери! Самое главное, самое важное, важнее и не бывает, чтобы Питер был счастлив и доволен. Питер желает найти этих людей, а мы желаем, чтобы Питер был счастлив, поэтому мы нанимаем человека, который их отыщет.

— Чтобы Питер был счастлив, — добавил я.

— Совершенно верно, черт побери! — Донни оперся ладонями о стол и встал. — Вы мне нравитесь. Очень нравитесь. Питер о вас знает, он хочет с вами встретиться, так что сейчас мы пойдем к нему. Если Питер будет счастлив и доволен, мы вас наймем.

— Самое важное, важнее и не бывает, чтобы Питер был счастлив.

— Точно. — Донни Брустер наклонился ко мне и заговорил тише, словно боялся, что его могут подслушивать. Настоящий Конспиратор. — По правде говоря, мне глубоко наплевать, найдете вы его бывшую или нет. Но если Питер будет счастлив и доволен, что кто-то ее ищет, значит, мы обеспечим ему такого человека.

«Мистер Искренность».

Он махнул рукой и направился к двери.