Читаем Смерть Мао Цзэдуна онлайн бесплатно

Мао Цзэдун умер 9 сентября 1976 г.

Его уход был окутан мистикой. Среди населения распространялись, например, слухи о том, что воинская часть, которая охраняла Мао Цзэдуна, получила свой номер — 8341 — далеко не случайно. Говорили, что этот номер можно расщепить на две части; при этом 83 означало число лет, которые проживет Мао Цзэдун, а 41 — годы, на протяжении которых он будет единовластным руководителем Коммунистической партии Китая.

Действительно, Мао Цзэдун родился в 1893 г., а умер в 1976 г., на 83-м году жизни. У власти в КПК он находился с 1935 по 1976 г., то есть 41 год.

Надо сказать, что число «ДЕВЯТЬ» имеет особый смысл в китайском языке.

День смерти Мао Цзэдуна — 9 сентября — девятое число девятого месяца; по-китайски это звучит как ЦЗЮ ЦЗЮ, то есть 9.9.

Одно из самоназваний Китая — ЦЗЮ ЧЖОУ, что означает земля, состоящая из девяти краев.

Девятка — это предел. Предел китайской земли. Предел жизни человека в фигуральном смысле.

День смерти Мао Цзэдуна обозначается, как уже упоминалось, двумя девятками.

ЦЗЮ ЦЗЮ, или «две девятки», имеют в китайском языке и еще один смысл. Существует выражение ЧУН ЦЗЮ — «двойная девятка»; имеется в виду девятый день девятой луны, а это, по китайскому народному календарю, празднество.

Кстати, в свое время Мао Цзэдун говорил, что человек должен уходить из жизни в 50 лет и не мешать новым поколениям. «Представляете, — говорил он, — какое омерзительное зрелище представлял бы собой Конфуций, если бы он дожил до наших дней».

Правда, чем старше становился Мао Цзэдун, тем менее он торопился умирать. Наоборот, он искал секреты «вечной жизни». В частности, в беседах с очень старым знаменитым китайским художником Ци Байши, который умер в 1957 г. в возрасте 97 лет, он расспрашивал живописца, как надо жить, чтобы дожить хотя бы до ста лет. В начале «культурной революции» — Мао Цзэдуну тогда было 73 года — маршал Е Цзяньин, очевидно потакая настроениям вождя, выступая перед молодежью, теми, кого именовали «хунвэйбинами», или «красной стражей» Мао Цзэдуна, провозглашал, что врачи обследовали вождя и пришли к выводу, что тот проживет до ста лет.

В китайском языке существует выражение ЦЗЮ ЦЗЮ ГУЙ И. Оно означает следующее: когда наступает день двух девяток, тогда люди могут вернуться к исходному положению; вновь прийти к тому, с чего начали. Может быть, сама смерть Мао Цзэдуна, попавшая на «две девятки», намекала на то, что «его времена, эти времена наконец закончились», что можно начать отсчет заново, начать жизнь сначала.

Есть и еще одно выражение в китайском языке, которое звучит так: ЦЗЮ ЦЗИНЬ ХУА КАЙ: когда девять периодов зимы кончаются, расцветают цветы. «Две девятки» — это конец прошлого, надежда на будущее.

Надо сказать, что в массах смерть Мао Цзэдуна не вызвала потрясения, не было проявлений великой скорби. Напротив, было ощущение, что подавляющее большинство вздохнуло свободнее. Мао Цзэдун в конце своего правления как камень висел на шее китайского народа, и, когда умер, с ним с облегчением расстались. День его смерти стал первым днем прощания, первым днем великого избавления от Мао Цзэдуна.

Удивительно и то, хотя это лишь совпадение, что 27-й год КНР (время с октября 1975 по октябрь 1976 г.) был необычным годом: произошло много чрезвычайных событий, причем все они явились составными частями ухода Мао Цзэдуна, конца его правления, разрушения механизма власти в стране, сложившегося при нем.

Мы имеем в виду следующие события:

— смерть палача при Мао Цзэдуне Кан Шэна в конце 1975 г.;

— смерть «правой руки Мао Цзэдуна» Чжоу Эньлая в 1976 г.;

— массовые выступления на площади Тяньаньмэнь в Пекине, явившиеся выражением протеста против политики Мао Цзэдуна, во всяком случае, в последнее десятилетие его правления;

— смещение Дэн Сяопина;

— кончина Чжу Дэ;

— землетрясение в Таншане;

— смерть самого Мао Цзэдуна;

— и, наконец, отстранение от власти его выдвиженцев периода «культурной революции», так называемой «четверки», членов политбюро ЦК КПК: Чжан Чуньцяо, Цзян Цин, Ван Хунвэня и Яо Вэньюаня.

На всех этих событиях необходимо остановиться. И потому, что каждое из них было важным в истории КПК и КНР, и потому, что, повторим, все они представляются звеньями одного процесса — ухода из жизни Мао Цзэдуна, ухода этой фигуры из политической жизни страны.

Иначе говоря, речь идет не только о констатации физической смерти Мао Цзэдуна, но и о затянувшемся его умирании, о процессе распада его режима, об окончании его эпохи.

Уход Мао Цзэдуна из политической жизни представляется не единичным и одномоментным актом, а длительным и затянувшимся процессом.

Более того, Мао Цзэдун умер более четверти века тому назад, но подчас возникает ощущение, что он еще не ушел окончательно из политической и общественной жизни страны, что его тень вдруг на какое-то время приобретает некие зримые и грубые черты. Расставание получилось долгим, и пока трудно сказать, когда этот процесс завершится.

Внимание к этому феномену необходимо, так как дает возможность разглядеть в политической жизни современного Китая, во внутренней и внешней политике КПК и КНР воздействие мыслей и практики Мао Цзэдуна. Китай еще далеко не избавился от Мао Цзэдуна и его наследия. Пристальное внимание к продолжающемуся процессу его ухода может помочь и пониманию происходящего в континентальном Китае и политики Пекина на мировой арене, прежде всего, что важно для нас, в отношении нашей страны в начале двадцать первого века.

Чжоу Эньлай был единственным и неизменным главой правительства КНР при Мао Цзэдуне, с 1949 по 1976 г. Он был одним из тех политиков в КПК и КНР, которые с 1930-х гг. и до конца своих дней считали необходимым помогать Мао Цзэдуну проводить в жизнь его замыслы.

Отметим: отношение Чжоу Эньлая к нашей стране — это отношение Мао Цзэдуна, и поэтому Чжоу Эньлай наряду с Мао Цзэдуном несет ответственность за весь тот вред, который их политика нанесла как нашей стране, так и двусторонним отношениям СССР и КНР. Чжоу Эньлай никогда не был другом нашей страны; более того, он враждебно относился к нам, впрочем, как и Мао Цзэдун. И дело не ограничивалось теорией. Чжоу Эньлай на практике осуществлял враждебную нашей стране политику Мао Цзэдуна.

Иначе говоря, Мао Цзэдун и Чжоу Эньлай — главные ответственные за возникновение и углубление враждебного по отношению к нашей стране внешнеполитического курса КПК и КНР. Все дурное в наших двусторонних отношениях в тот период порождалось Мао Цзэдуном и воплощалось на практике, иной раз и усугубляясь, но никогда не расходясь с замыслами Мао Цзэдуна, усилиями Чжоу Эньлая.

Чжоу Эньлай занимал свое, предназначенное ему Мао Цзэдуном, место в механизме политического управления КПК и КНР. Причем это было именно политическое управление; партия и государство были лишь формами проявления или функционирования этого управления. Ни партия, ни тем более, государство сами по себе, вне власти Мао Цзэдуна, просто не существовали. Это были лишь формы, в которые выливалась его политика.

При этом важно подчеркнуть, что, с точки зрения Мао Цзэдуна, власть над страной должна была быть сосредоточена в одних руках, в его руках. Механизм осуществления его политики должен был существовать и действовать под его абсолютным контролем и управлением. Этот механизм формально делился на партийный и государственный аппараты. На самом же деле партия была важнее государства, находилась над государством; государство было предназначено для того, чтобы выполнять решения вождя, который использовал партию в качестве главного рычага руководства государством. Государство в известном смысле было государством партии. При том понимании, что и сама партия была лишь инструментом в руках все того же Мао Цзэдуна.

Механизм руководства Китаем при Мао Цзэдуне, как представляется, сформировался в своем относительно стабильном виде в итоге проведения VIII съезда КПК, то есть в 1956 г.

Тогда появилось то, что можно считать «большой семеркой» руководителей Китая эпохи Мао Цзэдуна.

И «семерка», и весь этот механизм были рождены волей Мао Цзэдуна и соответствовали его представлению о механизме власти.

Мао Цзэдун исходил из того, что в своих руках он должен всегда держать руководство всеми вооруженными силами в стране. В годы его правления был создан совершенно особый орган — военный совет ЦК КПК. Формально это был один из органов ЦК партии. Тем самым подчеркивалась мысль о том, что вооруженные силы — это вооруженные силы партии. Они подчинялись не государству, а партии, а еще точнее — вождю партии. Мао Цзэдун и видел себя в роли такого вождя. Поэтому главным рычагом власти он полагал вооруженные силы, а формально руководство ими осуществлял как председатель военного совета ЦК КПК. Военный совет ЦК КПК, по сути дела, был автономным органом. Он подчинялся напрямую Мао Цзэдуну. Отделение вооруженных сил от государства, их абсолютная неподконтрольность правительству, но лишь Мао Цзэдуну — важная особенность ситуации в Китае в то время.

Далее, Мао Цзэдун считал необходимым держать в своих руках руководство партией. Поэтому он сохранял за собой высший пост — пост председателя ЦК КПК. И здесь положение Мао Цзэдуна было особым. Он был неограниченным диктатором. Свое слово он считал законом для всей партии, для любого ее члена, для любого ее органа, включая ЦК КПК.

Следующим по важности, с точки зрения Мао Цзэдуна, был пост формального главы государства — пост председателя КНР. Это был не самый важный пост, и на время, при известных обстоятельствах, им можно было поступиться. Поступиться при том условии, что и руководство вооруженными силами, и руководство партией оставались в его руках. Правда, к такому пониманию ситуации Мао Цзэдун пришел не сразу и пришел вынужденно.

При создании КНР Мао Цзэдун счел необходимым сосредоточить в своих руках все три поста: руководителя вооруженных сил в качестве председателя военного совета ЦК КПК, руководителя партии в качестве председателя ее ЦК и руководителя государства в качестве председателя центрального народного правительства; позднее в соответствии с конституцией это был пост председателя КНР.

Когда в конце 1950-х гг. в результате проводившейся Мао Цзэдуном политики «великого скачка» и кампании создания по всей стране «народных коммун» в деревне возникли трудности и от голода погибли десятки миллионов людей, Мао пришлось пойти на то, чтобы переложить ответственность за выправление положения на других. В этой связи он временно поступился постом председателя КНР. Однако при этом сохранил за собой два первых поста — председателя военного совета ЦК КПК и председателя ЦК партии.

Еще раньше, обеспечив себе руководящее положение бесконтрольного высшего руководителя, Мао Цзэдун создал механизм, который формально представлял собой как бы коллективный орган руководства, но фактически был сформирован из отдельных лиц с целью спрашивать с каждого из них за определенный участок работы и не допускать ни малейшей возможности их совместного выступления против него.

В то же время Мао Цзэдун сформировал «семерку» таким образом, чтобы в партии теплилась призрачная иллюзия того, что у каждой из частей партии, у каждой из фракций или региональных элит, особенно военных, есть свой представитель в высшем руководстве партии.

Мао Цзэдун, с одной стороны, был вынужден считаться с объективными обстоятельствами, с тем, что партия при нем так и не стала единым механизмом, в силу многочисленности китайского населения, разделения страны на более или менее самостоятельные регионы, а также как следствие истории компартии, истории ее вооруженной борьбы.

С другой стороны, Мао Цзэдун, очевидно, полагал, что ему выгодна такая ситуация, ибо он всегда мог стать высшим арбитром в подковерных спорах внутри партии, внутри ее руководства.

Мао Цзэдун создал механизм управления КПК и КНР: во главе диктатор (вождь). Без него структура теряла устойчивость, требовала переформирования.

Итак, во второй половине 1950-х гг. в КПК появилась упомянутая «семерка».

На вершине этой своеобразной пирамиды, которая официально именовалась постоянным комитетом политбюро ЦК КПК, располагался Мао Цзэдун. Формально комитет состоял из председателя, пяти его заместителей и генерального секретаря.

Иными словами, эта структура была сразу же поделена на две не сообщавшиеся между собой и не зависевшие друг от друга части. Одна — заместители председателя ЦК партии, другая — генеральный секретарь ЦК КПК. Заместители, по мысли Мао, должны были существовать и работать отдельно друг от друга. Мы не случайно говорим о существовании и работе как о разных состояниях, в которых заместители пребывали по воле вождя. Он мог любого из своих заместителей держать какое-то время без работы, отводить «на запасной путь». В таком положении пришлось побывать и Чэнь Юню и Чжу Дэ. Во время «культурной революции» Мао так поступил с Дэн Сяопином. По-иному Мао Цзэдун обошелся с Лю Шаоци, которого сначала подверг нравственным мучениям, затем физическим и в конечном счете довел до гибели.

Каждый из заместителей председателя ЦК КПК должен был действовать автономно. Общность допускалась лишь при поддержке мнения Мао Цзэдуна. При этом каждый из них напрямую подчинялся председателю. В то же время существовал генеральный секретарь, который также напрямую подчинялся Мао Цзэдуну и через которого он мог тогда, когда полагал это нужным, осуществлять руководство, оставляя в стороне либо всех заместителей, либо некоторых из них. При этой системе сохранялась персональная зависимость каждого из шести членов «семерки» от одного человека — от Мао Цзэдуна.

При этом Мао Цзэдун мог командовать и в вооруженных силах, и в партии, и в государстве, а мог действовать и через своих заместителей или через генерального секретаря ЦК КПК.

Важно отметить, что карательные органы, органы, осуществлявшие тотальную слежку за всеми, прежде всего за заместителями председателя и за генеральным секретарем ЦК КПК, были самостоятельной сферой, которой Мао Цзэдун руководил сам, действуя в случае необходимости либо через особый аппарат — канцелярию или управление делами ЦК КПК во главе с начальником охраны Ван Дунсином, либо с помощью «железной руки» — своего главного помощника по осуществлению репрессий особенно внутри партии, уже упомянутого палача при Мао Цзэдуне Кан Шэна, который в периоды «чисток» появлялся и в составе высшего руководства партии, политбюро ЦК КПК, секретариата ЦК КПК, постоянного комитета политбюро ЦК КПК.

При подборе состава «семерки» Мао Цзэдун принимал во внимание личные качества каждого из членов постоянного комитета, их вес и значение в партии.

Заместителями Мао Цзэдуна были Лю Шаоци, Чжу Дэ, Чжоу Эньлай, Чэнь Юнь, Линь Бяо. Их имена перечислялись именно в этом порядке.