Читаем Смерть Идола онлайн бесплатно

«Если у тебя есть силы сдаться, значит ты можешь двигаться дальше»

— Девин, чёрт возьми. Выключи своего робота!

— Сейчас! Он снова сбился с курса.

Парящий робот-прислуга врезался в стол и снёс с него стопки с бумагой. Кругом был сплошной беспорядок из-за хаотичных механичных движений. Девин наконец схватил робота, повернул лицом к себе и приложил большой палец к его верхней панели. Система считала его отпечаток, и робот мгновенно перешёл в спящий режим. В комнате повисла тишина.

— Ты зачем снова его включил? Он какой-то бракованный, — возмущенно спросил Клифф Маккензи, главный инженер на корабле и по совместительству — гид Девина на этом космическом судне.

— Я просто хотел, чтобы он принёс мне поесть с кухни, — Девин был настоящим примером человека нового времени. Он не привык самостоятельно действовать и распоряжаться собой, потому что дома, на планете Гитери, вся работа, даже самая незначительная, возложена на плечи миллионов роботов, отчего абсолютному большинству людей не приходится ничего делать.

Девину приходилось уживаться с теми немногими, кто до сих пор не только лишь существует, но и созидает. Учёные, которых осталось не так много, трудились на благо Доктрины. У каждого из них в голове около виска находилось отверстие для использования Системы Ускоренного Получения Знаний, она же СУПЗ. Само устройство выглядело как небольшой черный куб, внутри которого был толстый провод и маленький компьютер для вычислений. Всё работало довольно-таки просто — в это самое отверстие ввинчивался провод, который передавал напрямую в мозг нужные знания. Каждое слово или число, внесённое в СУПЗ, программировалось с помощью встроенного компьютера в несколько разных параметров, таких как ток, который воздействует на мозг с разной интенсивностью, а также множество вибраций и звуков. Обычным людям вживление таких технологий было запрещено, тогда как каждый без исключения человек, занимающий хоть сколько-то значимый пост, обязан был «вывести свой разум на новый уровень». Так говорилось в агитациях Доктрины, единственной и неоспоримой правящей силы на планете.

— Чтоб тебя. Из-за таких лентяев, как ты, мир на полной скорости мчится на станцию «Средневековье», — злостно рявкнул Клифф.

— Извини, я не привык к тому, что приходится делать всё самому, — Девин убирал беспорядок после своего робота.

— Как ты вообще пронёс этого робота сюда? Техника безопасности запрещает их использование в космосе.

— Может и так, но контролер, проверявший меня, не особо интересовался тем, что я провожу. Думаю, я просто счастливчик по жизни, вот мне и достался такой проверяющий, — он ухмыльнулся, — да и вообще, как вы тут выживаете без прислуги? Я понимал, что без помощника будет тяжело, но реальность оказалось ещё хуже! А мой старый робот, как назло, сломался за день до вылета, поэтому пришлось купить первого попавшегося. «Клавис — ваш лучший друг-лакей, который не нуждается в подзарядке!». Ага, может, заряжаться ему и не нужно, но эта прямоугольная железяка постоянно теряет сигнал со мной и начинает сходить с ума. Как прилетим, сразу же сдам этого Клависа на металлолом.

— Как же ты жалок, я не могу это слушать. Иди посмотри в стену, или чем вы там занимаетесь.

Общество негласно разделилось на два слоя — тех, кто просто беспечно существовал в полной беззаботности, и тех немногих, кто взял в свои руки поддержание системы и технологий в рабочем состоянии. От нескольких сотен, если не десятков, тысяч человек зависел весь современный мир. Ко вторым относились инженеры, учёные, изобретатели и так далее.

— Да если бы не норма, по которой нужно было использовать эту путёвку, то я бы в жизни здесь не оказался! Всё, что здесь есть — кучка сумасшедших, которые сутками смотрят на графики и расчёты! — Девин психанул.

— Я тоже не в восторге от всех этих туристов. Ходят здесь, лапают всё, что видят. Но скоро твой тур закончится, и как же я этому рад! — Клифф не сдерживался и говорил всё, что думает.

Завтра будет последняя развлекательная программа — все находящиеся на корабле погрузятся в крио-сон на один год, пока компьютеры будут обрабатывать новые данные, а потом за Девином прилетит корабль. Доктринарешила, что это дешевле и проще, чем постоянно отсылать еду с земли, и содержать людей, поэтому чуть что — людей погружают в сон.

Клифф ушел в обсерваторию, чтобы написать заключение по наблюдениям. Он бы ударил дверьми, но они были автоматическими.

Девин заметил в углу женщину, которая всё это время наблюдала за ними. Её зовут Бит-Дзет, она, как и миллионы подобных ей, выполняет только одну функцию — наблюдает за всем происходящим. Неизвестно, кто такие эти наблюдатели. Люди, которым промыли мозг, или роботы, превосходно симулирующие человека, — никто точно не знал. Они не принимали никакого участия в совместной работе и не являлись частью общества, ведь с ними было запрещено контактировать. Они были всегда и везде. Бит-Дзет стояла в дальнем конце комнаты, смотря на Девина. Его бросило в дрожь от этой жуткой картины, и он поскорее удалился.

Снаружи послышались удары. Девин подошёл к иллюминатору и увидел множество астероидов разных размеров, которые пролетали возле космического судна. «Ничего нового», — подумал он. Лишь мысль о скором возвращении домой успокаивала его. Он ещё немного посидел, уставившись в прекрасную пустоту Вселенной, и решил тоже подвести итоги своего пребывания в космосе, записав видео. Он зашел в свою комнату, уселся на кровать и стал жаловаться перед камерой на всё, что только можно. Когда он закончил, то отправил видео с задержкой, используя опцию «Отправить после открытия крио-камеры», после чего на экране появилась надпись: «Видео с кодом “Девин 67023.1 Элион. Девятое августа текущего года” было отправлено на проверку. Спасибо за сотрудничество». В номере после имени была закодирована вся информация о Девине, и использовался этот номер везде, где только можно, чтобы легко отслеживать деятельность человека. А в случае потребности благодаря этому номеру можно было быстро найти и узнать о человеке всё, что нужно.

Запись должна будет дойти до Гитери как раз после его возвращения.

Он вспомнил о роботе, оставленного в разгромленной лаборатории, сходил за ним, оттащил Клависа к себе и лег спать. Нужно было выспаться перед сном длиною в год.

Его разбудила Кэтрин Оттоссон, младший механик корабля. Это был её первый рабочий полёт.

— Просыпайся, Девин. Мы проверяем целостность техники и состояние людей перед крио-сном, — спокойно сказала она.

— Наконец-то это закончится. Хочу как можно скорее вернуться домой, — Девин поднялся с кровати.

Он перевёл взгляд на отключенного робота у стены.

— А-а-х, ещё нужно самому готовить еду из-за ваших дурацких правил.

— Вообще-то, — Кэтрин повернулась и взяла со стола за собой тарелку блинов: — я решила, что в твой последний день на корабле можно тебя немного пожалеть. Ешь.

— Ничего себе. Спасибо, — Девин принялся уплетать еду.

Кэтрин была, пожалуй, единственным человеком, с которым у Девина были какие-никакие дружеские отношения. Они часто обедали вместе, а когда Кэтрин заканчивала с работой, могли весь вечер сидеть и смотреть в завораживающую пустоту космоса. Правда в это время Девин почти всегда спал, но для Кэтрин это была отличная возможность передохнуть от постоянных расчетов и сбора данных.

Он наелся до отвала, и они прошли в медицинский центр. Девин вошел в капсулу с холодным воздухом для проверки организма, а Кэтрин направилась в технический отдел к Клиффу, чтобы закончить анализ систем. Через десять минут Девин получил результаты — весь организм был в норме, что было странно для его образа жизни.

Он решил напоследок пройтись по космическому судну, чтобы скоротать время. Угрюмые металлические стены, бесконечно длинные коридоры, темнота за бортом и никаких намёков на то, что это когда-нибудь закончится. Не этого он ожидал от обещанного ему «захватывающего космического тура». Впрочем, отказаться от него нельзя — это была одна из обязательных программ отдыха, рекомендованная Доктриной. На протяжении всей жизни люди были обязаны выполнять некоторые принудительные планы, чтобы поддерживать свой уровень «правильности». С каждым часом ничегонеделания этот уровень, закрепленный за каждым человеком, понижался на несколько единиц, а такого рода активности, одобренные Доктриной, существенно повышали «правильность» человека. В год было достаточно пары подобных туров, чтобы поддерживать шкалу на нужном уровне. Достоверно неизвестно, что случится, если уровень опустится ниже критических значений, потому что никто и не знал о таких случаях. Или думали, что не знали.

Пока Девин бессмысленно шастал по кораблю, команда подготовила всё для заморозки. Из громкоговорителей на стенах послышался голос капитана, который оповестил всех о начале крио-сна. Вскоре люди собрались в низкой комнате за герметичными дверями с несколькими рядами холодных капсул.

— Мистер Маккензи, проверьте, всё ли я сделала правильно, — Кэтрин закончила настройку крио-камер, но не имела права их применять без проверки Клиффом.

— Та-а-к, температура в норме, давление нужно опустить ниже на 20 процентов, и-и похоже, что всё остальное тоже в норме. Время сна — сто девятнадцать лет. Недурно.

— Ну да, это значение стояло по умолчанию. К тому же, нам говорили, что можно ставить любое число, если сигнал пробуждения будет отправляться с Гитери. Они-то разбудят нас, когда обработка данных закончится. А мы должны находиться здесь на случай, если чего-то не хватит. Никто же не знает, сколько времени это займет.

— Верно. Как минимум не выгодно будет в случае чего снова посылать всю команду сюда. Ладно, оставляй сколько хочешь, мне нужно отправить сигнал о начале сна на Гитери.

Помощник сказал Девину раздеться. Он посмотрел на Кэтрин, та сказала: «Всё-всё, ничего не вижу, я ушла». Он снял с себя одежду, положил её в контейнер внутри пола возле своей капсулы и собирался было войти в неё, как вдруг сзади его схватила Бит-Дзет. Она указывала на капсулу в левом углу комнаты. «Гражданин 67023.1, вам приказано воспользоваться другой анабиозной машиной. Проследуйте за мной», — сказала она. В случаях, когда Наблюдатель что-то приказывал, нельзя было отказываться. Всё же, Клифф поинтересовался, чем плоха эта капсула. На это он получил довольно развёрнутый ответ: «Вам не положено знать».

Девин забрал свои вещи, прошел за Бит-Дзет и лег в другую капсулу. Дверь закрылась. Он расставил руки, тут же резиновая оболочка полностью облегла его, не покрыв только голову. Его положение зафиксировали металлические стержни. Основа капсулы отсоединилась от крепления и совершила оборот на сто восемьдесят градусов. Тёмные держатели снова схватили капсулу, и она ввинтилась в пол.

— Заснёт через пятнадцать секунд, — сказал Клифф, и вошел в свою капсулу.

Вся команда начала погружаться в сон. Последней закрылась капсула Бит-Дзет, и на корабле наступил космический тихий час.

Монитор замигал красным цветом.

Холод пронизывал изнутри. Голова раскалывается. Такое чувство, словно из тебя вырвали душу, а заодно и все внутренности. Девин открыл глаза — комната за замерзшим стеклом наливалась красным светом, послышались крики и ругательства. Он закрыл глаза. Когда он снова пришел в себя, капсула уже полностью оттаяла, и дверь открылась. Девин вывалился из крио-камеры и упал на пол. Он смотрел вниз. Вокруг бегали люди, звуки становились всё громче. Вдруг кто-то резко поднял его. Девин еле стоял на ногах, его держала Кэтрин. Он смотрел на неё, видел, как она кричит, но не слышал её. «Последнее слово техники, тоже мне». Кэтрин растормошила его, и он наконец-то окончательно пришел в себя, хотя все-ещё опирался на её руки.

— Что вообще происходит? Я уже дома? — сонно спросил Девин.

— Девин, прости, пожалуйста, прости, это всё моя вина, — испуганно сказала Кэтрин.

— Подожди, что так… — он опустил взгляд и не увидел на себе одежды, — боже мой, как неудобно.

Он отпустил её и ринулся за одеждой, думая, что это самая большая из его проблем сейчас.

— Девин! Мы проспали всё! — на неё напала паника.

— Что значит проспали? — спросил он, натягивая обувь.

— Сто девятнадцать лет… мы спали сто девятнадцать лет, — она не сдержалась, и заплакала.

Она прижалась к нему. Теперь ей нужна была опора.

— Что? Почему сто девятнадцать лет? — Девин был растерян.

— С Гитери не пришел сигнал, который должен был разбудить нас. Я не знаю почему. За всё это время пришло лишь обратное сообщение о том, что наш сигнал не был получен. Ни одной попытки связаться, ничего. Ноль! — она окончательно впала в истерику, — мы посылаем им сигналы, но они будут идти на Центр связи больше месяца!

— Что за Центр связи? — спросил Девин.

— Космическая станция, предназначенная для более качественной передачи сообщений, — сказал Клифф, и помог им обоим встать: — нам всем нужно успокоиться и отправляться домой. Наверняка всему этому есть объяснение.

Центр связи находился возле Гитери так, что он мог беспрепятственно получать сигнал с планеты и отправлять его в любое направление. Когда сигнал приходил с Гитери, его нужно было направить в конкретную точку, чтобы избежать потери данных и доставлять информацию только туда, куда было нужно. Само место получения должно было вручную указываться с Гитери.

Кэтрин лежала на полу, окутавшись в одеяло печали. Клифф и Девин посмотрели на неё, перевели взгляд друг на друга, и решили на время приостановить выяснение отношений. Когда Клифф увёл её, и Девин остался сам в комнате с крио-камерами, он наконец осознал всё. Осознал, что его мир умер сто девятнадцать лет назад. Осознал, что там, внизу, не осталось никого, с кем бы он мог разделить этот мрак. Куда он вернётся — в мир, безжалостно захваченный врагами Доктрины, или в тот же утопичный мир грёз, где он жил до этого? Будет ли действовать гарантия на Клависа?

Открылась ещё одна капсула.

Высшее руководство корабля провело собрание в круглой комнате, дабы придумать план дальнейших действий. В комнату вошла Кэтрин и обратилась к капитану корабля, которого звали Фонс Либор.