Читаем Случайный свидетель онлайн бесплатно

Одиноко стоящий куст ивы свисал над водой. В обе стороны от куста тянулся чистый луг с крутым берегом с ещё не скошенной травой. Речка Сойма в этом месте делала пологий поворот, подрывая торфянистый и снизу глинистый берег, отвоёвывая у луга пространство и увеличивая с каждым годом свою излучину всё больше и больше. Куст, подрытый в основании водой, наклонился. Нижние ветки достигали поверхности и заставляли спокойную гладь воды возмущаться, закручиваться и бурлить.

В этом месте и был обнаружен труп. У ребят это было излюбленное место для рыбалки. Под кустом рыба держалась. Хорошо хватал наживку окунь, попадался хариус, подъязки, иногда за крючок хватала даже щука.

Пашка Копейкин первым залез под обрыв к кусту и закинул удочку в надежде раньше всех выудить добычу. Когда поплавок подплыл к наклонившейся ветке и он, боясь зацепиться крючком, хотел вытащить его из воды, в этот момент он и увидел, что за куст что-то зацепилось.

– Ребята, тут что-то есть под кустом! – крикнул он остальным, которые тоже спускались с берега.

– Под кустом прячется сом или таймень, – пошутил Васька Жилкин.

– Да нет, тут что-то зацепилось.

Ребята, спустившись, пытались разглядеть, что же там такое находилось. Они видели только кусок оранжевой куртки, но по этому куску нельзя было определить, что это часть верхней одежды. Просто торчал кусок оранжевого материала.

– Сейчас проверим, – Васька, выломав длинную палку от сухой ветки, стал шевелить этот оранжевый предмет.

– Цепляй его снизу!

– Палку засунь глубже и тяни!

– Да, не под куст, а к берегу, – слышались советы товарищей.

– Сами бы и тянули, – Васька начинал сердиться, поскольку никто не помогал. Палка всё время соскальзывала и никак не хотела придвинуть этот оранжевый предмет поближе.

– Сейчас я тебе помогу, – Пашка начал раскачивать наклонившийся над водой куст.

В это время и появилась из-под воды рука. Ребята, побросав удочки, вмиг очутились на лугу. Они, не оборачиваясь, побежали от этого страшного места. Никто не проронил ни слова. Они бежали по тропе, где трава была не такая густая и не мешала передвигаться. Через пару сотен метров они перешли на шаг и только тут немного отдышались.

– Ребята, там мёртвый утонувший утопленник! – сообщил всем Ваня, как будто это всё видел он один.

– Утопленники живыми не бывают, – уточнил Васька, который раньше всех пришёл в себя и мог рассуждать.

– Надо сообщить в милицию, – подал голос Пашка.

– Сообщим, а они скажут, что мы утопили. Откуда мы знаем, кто там лежит.

– Как же мы утопили, если с нами больше никого не было!

– Вот так и утопили. Никто же не знает, что мы были втроём.

– Так оставлять тоже нельзя, там же человек, – Ваня был напуган, но рассудил лучше всех, – Надо сообщить, а там разберутся. Детей в любом случае не посадят. Я слышал, что детей нельзя даже допрашивать без родителей.

– Тогда надо сообщить родителям, а они знают, как надо поступить, – сделал вывод Пашка.

Они все вместе пошли к Пашкиным родителям. Его отец работал в администрации, и он-то наверняка знал, что надо в таких случаях делать.

Звонок в милицию поступил в 13.45. Я как раз пришёл с обеда и собирался разгребать бумаги, скопившиеся за неделю.

– Садчиков, зайди к майору Гаврилкину, – раздался в селекторе голос дежурного.

Я нажал кнопку:

– Я ещё пятнадцать минут на обеде.

– Обед для тебя закончился, иди, есть работа.

– Работа у мента есть всегда, даже тогда, когда её нет, – огрызнулся я на всякий случай.

Гаврилкин сидел в своём кабинете так, как будто обед его не касался. Весь его вид говорил: «Вот вы там прохлаждаетесь, а я работаю».

– Садчиков, на берегу, точнее в реке, нашли труп. Тело обнаружили ребятишки, побросали удочки и убежали. Езжай на место и разберись. Все данные о месте происшествия возьмёшь у дежурного, помощники тебе через несколько минут соберутся.

Главный помощник у меня был один. С некоторых пор мне дали в напарники Сашу Дарькина. Теперь все дела мы проворачивали вместе. Саша был молодым и энергичным, указания выполнял беспрекословно и точно. С ним было приятно работать, и вполне можно было положиться, как на самого себя. Он был невысокого роста, светловолосый и голубоглазый. Его обворожительная улыбка располагала к общению. Одевался Саша просто и не броско, ходил в гражданской одежде и, если бы не служебное удостоверение, он вполне мог сойти за простого гражданского пацана, каких на улицах тысячи.

– Товарищ майор, вы же сами приказали привести все бумаги в порядок.

– Бумаги подождут, выполняй, что приказано. Да не затягивай, если это простой утопленник, закрывай быстро дело и сдавай в архив.

– Слушаюсь, – я повернулся и быстро вышел. Спорить с Гаврилкиным было бесполезно.

Когда проходил мимо канцелярии, мне мило улыбнулась секретарша. Смысла её улыбки я не понял. Обычно она со всеми разговаривала сухо и не очень доброжелательно, показывая своё превосходство над мелкими сошками, появляющимися и исчезающими на её горизонте. В душе она считала себя не ниже генерального директора, так как именно от неё исходили все указания, которые передавал начальник, полковник Сёмин.

Машина ждала у подъезда. Здесь же ожидали трое ребят, которых привезли, чтобы показали место.

– Ну, что ребята, смелые есть?

– Мы все смелые.

– А что же тогда убежали с рыбалки, побросав удочки?

– Сначала мы испугались мертвеца.

– Место сможете показать?

– Покажем.

– Покажете место и сразу домой. Оставаться там нельзя, а рыбалку перенесите на другой день.

– А почему нельзя посмотреть?

– Смотреть особенно нечего, а нам вы будете мешать, так что вас отвезут домой.

Речка Сойма была притоком и впадала в основную реку ниже города в десяти километрах. С нами прибыли «Скорая помощь» и машина МЧС. Тело утопленника, точнее утопленницы было вытащено на берег. Женщине было на вид лет тридцать. Она была в тёплой болоневой куртке, хотя на улице было тепло, в капроновых колготках и юбке. На куртке ниже воротника с внутренней стороны, под петлёй для вешалки, была белая бирочка с надписью русскими буквами: «Мицуй одежда из торей нейлона» На одной ноге был сапог, на другой ничего не было. На пальце левой руки виднелось кольцо жёлтого цвета, в ушах недорогие серёжки, волосы рыжеватые, скорее всего крашеные, денег и документов обнаружено не было.

После осмотра и фотографирования тело отправили в морг. Напрашивалось три версии происшедшего: тело могло приплыть по реке, могло быть сброшено в воду с берега или с выше расположенного по течению моста и могло быть простое самоубийство, в которое больше всего хотелось верить, но что было наименее вероятным. В воде труп находился на первый взгляд не более трёх суток. Некоторые ответы даст экспертиза. Сейчас важно установить личность этой женщины, а уже потом искать ответы на поставленные вопросы.

Я дал задание Саше выяснить сведения о всех пропавших жителях в возрасте от двадцати до сорока лет за последний месяц, а сам направился в сторону моста пешком, осматривая внимательно берег. Пятьсот метров не такое уж большое расстояние. На траве следы автомобиля или другие, например, пешехода, должны быть видны отчётливо, если, конечно, люди или человек шли не по тропинке, проложенной рыбаками вдоль берега.

Ничего существенного по дороге до моста я не обнаружил. Возле моста стоял рыбак с удочкой. Одет он был, как все рыбаки: в плаще защитного цвета и длинных резиновых сапогах. На голове ничего не было. Выглядел не молодо, но про таких людей говорят – неопределённого возраста. Возраст добавляли спутавшиеся длинные волосы и лицо, заросшее густой щетиной с проседью. Он плюнул в очередной раз на червя и забросил снасть.

– Как, рыбак, клёв?

– Сам видишь, вокруг меня горы рыбы.

– Понятно. Часто здесь рыбачишь?

– Часто не часто, а бываю.

– А вчера или позавчера был?

– Ну, был вчера и два дня назад, а тебе что за дело? – в свою очередь спросил он.

Я показал своё удостоверение.

– Когда находился здесь, ничего, что бы заинтересовало твоё внимание, не видел?

– А что я должен видеть? Смотрю на поплавок, а больше меня ничего не интересует.

– Например, могли быть люди, такие же, как я, любопытные; могли останавливаться машины или люди на мосту. Наконец, могло что-нибудь упасть в воду.

– Что-нибудь случилось?

– Случилось.

– Ничего такого я не видел. Сам видишь, здесь тишина и покой. Машины проходят очень редко, не останавливаясь, а людей около меня не было. Ребятишки приходят, но они удят ниже по течению, отсюда далеко.

– Значит, ничего не видел?

– Нет, не замечал.

Записав его координаты, я дал на всякий случай свой телефон:

– Если что вспомнишь, позвони по этому телефону.

– А что случилось-то?

– В реке выловлен труп, возможно человека убили, – я не счёл нужным скрывать, что произошло, всё равно слух уже разошёлся от родителей школьников и от самих ребят.

– Хорошо, если что вспомню, позвоню.

Я направился на мост, но там ничего не привлекло моего внимания. За всё время, что я здесь находился, не прошла ни одна машина. Осмотрев мост и частично другой берег возле моста, я отправился в обратный путь к ожидавшей меня машине. Возле неё никого не было. Тело увезли, люди разъехались по своим делам. Эксперт и двое сотрудников сидели в машине.

– Володя, пока в отдел, – сказал я водителю, – Слушай, академик, – продолжил я шутливо, обращаясь к эксперту, – Нужна хорошая фотография, пусть художники в лаборатории постараются изобразить женщину в лучшем виде.

– Хорошо, попробуем. Только она, скорее всего, будет спящая.

– Пусть спящая, только похожа на живую.

– Спящую красавицу мы изобразим.

Саша ничего ценного не сообщил. Он уже успел навести справки. Люди за последний месяц не пропадали, более того, все были живы и здоровы. В соседних районах таких также не числилось.

– Алексей, может, она приехала откуда-нибудь и решила тут утонуть? – пошутил Саша.

– Может и так, но мне сейчас не до шуток, Гаврилкин спросит о предварительных результатах, а доложить мне нечего.

Тут же раздался звонок, и вкрадчивый голос попросил меня прибыть и сообщить о предварительных результатах. Тяжко вздохнув, я пошёл, тяжело поднимая ноги, выслушать всё, что обо мне думает начальник. Точнее, что он думает, я и так знал, просто, в очередной раз не хотелось выслушивать одно и то же.

Я ошибся. К моему удивлению, начальник был вежлив и в хорошем расположении духа.

– Я догадываюсь, что сообщить тебе нечего.

– Да, к сожалению, осмотр места происшествия ничего не дал. На ограбление не похоже, с руки не снято золотое кольцо, но в то же время деньги и документы отсутствуют. Возможно, они находились в дамской сумочке, которой при утопленнице не было. Потерявшихся и исчезнувших людей за последний месяц тоже не было. Теперь слово за экспертами. Как только будут первые результаты, я доложу.

– Отправь Дарькина с фотографией по организациям и злачным заведениям. Он парень общительный, может что-нибудь выяснит, а самому придётся пока поудить рыбу и пообщаться с местными рыбаками. Выяснить, кому принадлежит тело, мы просто обязаны, даже если в этом во всём и нет криминала.

– Слушаюсь.

– Можешь пока идти.

«Хорошее дело, приказано выяснить. А как выяснить, если пропавших людей нет? Женщина жила сама по себе, о её существовании никто не знал, и, когда она захотела утопиться, никто о ней даже не вспомнил. Какая-то мистика. Может быть, у неё на это время уважительная причина, чтобы о ней не вспоминали, например, уехала к больной маме или уехала в отпуск. В этом случае до дня, когда она должна выйти на работу или приехать, её могут и не искать, но с родственниками она наверняка должна за время отсутствия связываться. Значит, прошло мало времени и её не ищут».

Мысли лезли в голову, но стройной версии пока не было. Мне ничего не оставалось, как приготовить снасти и на вечерней зорьке порыбачить. Этим я бы занимался с удовольствием, но в данном случае снасти были только для вида. Тем не менее, доехав на попутке почти до места, я махнул удилищем и закинул крючок с наживкой в воду. К моему удивлению поплавок сразу резко погрузился в воду. Я даже не поверил своим глазам и потянул леску на себя, но обмана не было, в воде заходила из стороны в сторону рыбина. Провозившись не менее трёх минут, я вытащил из воды приличного язя. Из ивовой ветки сделал кукан и насадил на него язя, чтобы он случайно не упрыгал обратно в воду.

– Хороший улов! Даже завидно.

Провозившись с рыбиной, я не заметил, как подошёл уже знакомый мужик.

– Я сам не ожидал.

– Я тут почти целый день, а такую рыбину не выловил.

Попеняв себя, за то, что увлёкся и проморгал мужика, я спросил:

– Так ничего больше и не вспомнили?

– Нет, для Вас ничего существенного не вспомнил. А Вы что же, решили порыбачить? Раньше Вас я тут не замечал.

– Не всё же работать, когда-то надо и отдыхать. Увидел Вас сегодня, самому захотелось посидеть с удочкой на вечерней зорьке.

– Ладно, рыбачь, а я на сегодня закончил. Всего хорошего.

Мужик повернулся, и больше не проронив ни слова, быстрым шагом он от меня удалился. Я уже знал, что мужика звали Сергей Лаптев, бывший майор в отставке. Из армии уволился давно, жил сейчас на пенсию. Всё это я выяснил ещё при первой встрече.

Рыба больше не клевала. Я созерцал окрестности, надеясь увидеть что-либо заслуживающее внимания, но ничего не происходило. Сумерки заметно сгущались, движения у реки никакого не было. Я от скуки пошёл опять на мост, с которого обзор был заметно лучше. Вниз по течению плыла лодка. За мотором сидел человек, но мотор не работал. Сверху было видно, что в лодке лежит объёмный мешок, два весла, багор и бензиновый бак. Больше ничего не было. Что-то могло находиться в багажном отделении в носу, которое все называют бардачком, но крышка была закрыта, что-либо разглядеть не представлялось возможным.

– Эй, мужик, – крикнул я сверху, – До города довезёшь?

– Мотор не работает, быстрее пешком дотопаешь!

Лодка проплыла под мостом и поплыла дальше. На всякий случай я записал её номер. Примерно через полчаса послышался удаляющийся звук запущенного мотора. Мужик явно не хотел брать меня с собой. Такое, правда, бывает, когда не нужны лишние глаза или свидетели. Ясно, что мужик был не на прогулке, занимался какими-то, только ему известными, делами. Я сложил удочку и направился домой пешком. Только на полпути меня подхватила проезжавшая мимо «буханка». Местный фермер, которого я хорошо знал, поехал закупать продукты.

– Говорят, сегодня труп выловили в Сойме? – спросил он.

– Выловили.

– Убили или труп сам утонул?

– Это бы очень хотелось знать. А вы ничего не слышали необычного? Ваш дом всего в двух километрах от речки.

– А когда нам слышать? Мы целый день на работе. Поесть некогда.

– Никто не приезжал в течение примерно трёх дней на ферму?

– Нет, посторонних не было.

– А не посторонних?

– А не посторонние только мы с женой.

Утро не принесло никаких новых результатов. Саша Дарькин убил целый вечер, показывая фотографию в различных работающих заведениях, а где уже не работали, охранникам и сторожам, но результатов не было. В фотографии искусно заретушированной спящей женщины никто не мог опознать знакомое лицо. Ответы: «Нет, не видел» или «Не знаю» выводили Сашу из равновесия, но он упорно продолжал свой обход.