Читаем Слишком глубоко онлайн бесплатно

 Серия «Джек Ричер»

The Jack Reacher series

Lee Child and Andrew Child

IN TOO DEEP

Перевод Колыжихин А. ака Kolyzh (февраль-март'2026)

Наша группа переводов ВКонтакте: NEXUS - ПЕРЕВОДЫ

Ли Чайлд — один из ведущих мировых авторов триллеров. Он родился в Ковентри, вырос в Бирмингеме, а сейчас живет в Нью-Йорке. Говорят, что каждую девятую секунду где-то в мире продается один из его романов с героем Джеком Ричером. Его книги постоянно занимают первое место в списках бестселлеров по всему миру, а их тираж превысил сто миллионов экземпляров. Ли является лауреатом многих наград, в том числе «Автор года» на British Book Awards 2019. В 2019 году он был удостоен звания командора Ордена Британской империи.

Эндрю Чайлд — автор девяти триллеров, написанных под псевдонимом Эндрю Грант. Он является младшим братом Ли Чайлда. Родился в Бирмингеме, живет в Вайоминге со своей женой, писательницей Ташей Александер.

Сначала появилась боль, а затем раздался звук, как молния опережает гром во время грозы.

Боль была в правом запястье Джека Ричера. Она была острой, внезапной и жгучей, и была настолько сильной, что затмила тупую пульсирующую боль, которая заполняла его голову. Звук был одиночным, круглым, затяжным. Металл о металл. Отчетливый, но несущественный по сравнению с звоном в ушах.

Боль и звук появились после того, как он попытался пошевелить рукой. Это все, что знал Ричер. Он спал — нет, он был в состоянии, более глубоком и темном, чем сон, — и когда он всплыл на поверхность, его потрясли волны головокружения. Он лежал на спине. Не в постели. Не на земле. На чем-то гладком и искусственном. И холодном. Холод проникал через его рубашку, проникал в лопатки и спускался по позвоночнику. Острый выступ врезался ему в икры. Голова, казалось, раздавливалась о твердую поверхность. Поэтому он оттянул правый локоть назад, готовясь подняться. Или, по крайней мере, пытался. И его остановило не только неудобство. Что-то было закреплено вокруг его запястья, не давая ему двигаться более чем на пару сантиметров. Что-то плотно затянуло его. Оно впивалось в кожу, но это было не самое болезненное. Болела одна из костей предплечья. Возможно, даже несколько. Под кожей было нанесено серьезное повреждение. Это было очевидно.

Ричер попытался пошевелить левой рукой. Боли не было, но запястье тоже было сковано чем-то острым. То же самое было с левой лодыжкой. И с правой. Он не мог видеть, к чему он привязан и чем, потому что не было света. Ни малейшего проблеска. Пространство, в котором он находился, было совершенно темным. Не было шума, теперь, когда металлический звенящий звук затих. И не было движения воздуха. Ричер не имел ни малейшего представления, где он находился. Не имел представления, как он туда попал. Но кто-то, должно быть, привез его сюда. И заковал в кандалы. И тот, кто это сделал, будет сожалеть об этом дне. Это было чертовски точно.

В то же время, когда Ричер снова погружался в безвестность, в пяти милях к северу от него на обочине дороги стоял человек и наблюдал за дымом и пламенем. За эти годы он использовал множество имен, но в тот момент он называл себя Иваном Видичем. Он был коренастым и немного сгорбленным, что делало его ниже, чем 188 см, указанные в его водительских правах, а его лысая голова была полна острых углов и выпуклостей, как будто ее высек из камня кто-то не очень умелый. Его машина была припаркована у второго из трех поворотов. Это было место, известное своими авариями. Повороты были крутыми, близко расположенными друг к другу и плохо освещенными. Дорога была отделена от крутого обрыва широким обочиной и ржавым ограждением, а уклон на выходе из первого поворота был сильно смещен. Это было связано с древними геологическими отложениями, которые разрушались и подрывали слои коренных пород глубоко под поверхностью. Ничего, что нельзя было бы исправить, имея достаточно денег. Но денег в тех краях было мало, поэтому местное управление дорог и мостов просто поставило пару предупреждающих знаков. Они не помогали предотвратить аварии, но юристы округа сказали, что они могут уберечь управление от судебных исков после аварий.

Немного раньше в тот день там разбился внедорожник. Lincoln Navigator. Он съехал с дороги, зацепил дерево, перевернулся три раза и остановился на колесах. Крыша была продавлена. Капот был помят. Двери были погнуты и искривлены, а все окна были в трещинах и мутными. Видич наблюдал за развитием аварии. У него не было выбора, потому что он ехал следом, быстро и близко. Он резко затормозил в тот момент, когда Lincoln потерял управление, и остановился, пока другой автомобиль еще двигался. Затем он выскочил из машины и подкрался к разбитому автомобилю, вдыхая запах бензина и напрягая слух, чтобы услышать капли топлива, капающие из разорванной трубки или треснувшего бака.

Lincoln оказался в плохом состоянии, но его водитель пострадал еще больше. Он был мертв. У него была сломана шея. В этом не было никаких сомнений. Видич улыбнулся, когда увидел, что произошло. Это был не тот исход, которого он ожидал. Но он мог его использовать. Более того, это было как ответ на молитву. В его голове прозвучало эхо из детства: - Бог помогает тем, кто помогает себе. - Его улыбка стала шире, затем он обратил внимание на пассажира. Сначала Видич подумал, что этот парень тоже отправится в морг, но, проверив его, почувствовал пульс. Поэтому он скорректировал свой диагноз: у парня было всего лишь сотрясение мозга и сломанное запястье, судя по острой кромке кости, которая торчала из-под кожи. Парня спас его размер. Он выглядел огромным. Хотя и прислонился к двери, его рост был не менее шести футов пяти дюймов. Весил легко 113 кг. И все это кости и мышцы. Ни грамма жира.

Видич позвонил нескольким парням, чтобы они пришли на помощь, и пока ждал их прибытия, вытащил водителя и пассажира из обломков. Это было нелегко. Голова водителя болталась во все стороны, а его тело было вялым, мягким и его было трудно удержать. С пассажиром было еще хуже из-за его размера и формы. Его руки были больше, чем ноги водителя. Его запястья были слишком широкими, чтобы Видич мог обхватить их пальцами. Видич задыхался и потел, несмотря на прохладный воздух, когда услышал за собой шум колес на асфальте, и у него было время только на то, чтобы докопаться до карманов пассажира и переложить туда несколько найденных вещей.

Новые парни приехали на пикапе Ford, что оказалось практичным выбором. Они никак не смогли бы перетащить без сознания тело пассажира на заднее сиденье обычного автомобиля. Он был слишком большой. Слишком неудобный. У них не было бы достаточно места для маневра. Поэтому трое подняли его на грузовую платформу и бросили рядом с ним труп водителя.

Парень, который вел пикап, звали Даррен Флетчер. Он был на пару сантиметров выше Видича, но стройнее и, наверное, на десять килограммов легче. Он захлопнул заднюю дверь, повернулся к Видичу и спросил: - Ты видел, как это произошло?.

Видич кивнул.

- Когда ты позвонил и сказал, что это был линкольн Гибсона, я надеялся, что ты ошибся.

- Ты когда-нибудь видел, чтобы я ошибался?

Флетчер хмыкнул и сказал: - Расскажи мне, как все было.

Видич пожал плечами. - Гибсон ехал довольно медленно. Очень осторожно. Я догнал его случайно. Я возвращался на базу. Думаю, он тоже. Он ехал с одной и той же скоростью, наверное, милю. Как всегда, ровный как струна. Потом он, наверное, увидел мою машину. Увидел, но не понял, что это моя, потому что вдруг попытался уйти от меня. Он нажал на газ, но в самый неподходящий момент. - Видич кивнул на разбитый автомобиль. - Как видите. Доказательство А.

- Ты мигал светом? Сигналил? Делал вид, что хочешь устроить гонку?

- Нет. Зачем мне это? Мне же не шестнадцать.

- Тогда почему он пытался уйти от тебя? Или от того, за кого он тебя принял?

Видич снова пожал плечами. - По-моему, это паранойя. Она витает в воздухе. Она началась, когда умер О'Коннелл, и усугубилась после исчезновения Бауэри.

Флетчер помолчал, а затем спросил: - Тот крупный парень, который ехал с Гибсоном. Кто он?

- Понятия не имею.

- У него нет документов?

- Нет.

- Багаж? Хотя бы рюкзак?

- Только это. - Видич достал пистолет из-за пояса и передал его Флетчеру. - Глок 17. Любимое оружие ФБР. Делайте из этого выводы.

Флетчер и другой парень уехали на Форде, оставив Видича разбираться с Линкольном. Он проверил бардачок и багажник на наличие личных вещей, а затем обратил внимание на водительское сиденье. Он был готов убрать кровь, но ее не было. Кожа Гибсона, должно быть, не была повреждена в результате аварии. По крайней мере, пока его сердце еще билось. Видич улыбнулся. Это облегчало его следующую задачу. Он взглянул на пассажирскую сторону и заметил место на дверной раме, где от удара головой крупного мужчины осталось кровавое пятно. Он достал нож из кармана, сделал надрез на подушечке левого большого пальца и выжал несколько капель крови на раму водительской двери в соответствующем месте, только примерно на три дюйма ниже. Он схватил руль. Переключатель передач. Он отрегулировал зеркало заднего вида. Нажал на несколько кнопок системы климат-контроля и развлекательной системы. Он достал из кармана мобильный телефон, дважды проверил, что это тот самый, и засунул его в боковую часть сиденья. Затем он нажал на тормоз и повернул ключ. Ничего не произошло. Какая-то система безопасности, должно быть, отключила зажигание, когда автомобиль ударился о дерево. И, если повезет, отключила подачу топлива, подумал Видич. Он с помощью ножа снял крышку с рычага переключения передач, выбрал нейтральную передачу, затем открыл дверь и выпрыгнул из машины. Он сел в свой автомобиль, завел его, подъехал к Линкольну и слегка толкнул его. Автомобиль прокатился несколько метров и остановился. Видич немного сильнее нажал на газ. Линкольн покатился быстрее. На этот раз он не остановился и набрал еще больше скорости. Достаточно, чтобы проломить ограждение и исчезнуть в темноте по другую сторону.

Видич остановил свою машину и поспешил к пролому, который Линкольн проделал в ограждении. Он мог видеть автомобиль в пятидесяти футах ниже, лежащий на крыше, с тремя все еще вращающимися колесами. Он стоял и смотрел. Взрыва не было. Никаких признаков пожара. Он подождал двадцать минут, чтобы убедиться. Затем его оставшийся мобильный телефон зазвонил. Звонок был с номера, который он узнал. Он нажал кнопку ответа и сказал: - Привет, Пэрис. Как дела?

В трубке раздался женский голос. Он был тихим, резким и немного дрожащим. Она сказала: - Это правда? Гибсон мертв?

- Да. Еще один ушел в мир иной.

- Это был несчастный случай?

Видич не ответил.

Парис сказала: - Я слышала, он разбился на машине. Сломал шею.

- Ты слышала правильно.

- Ты видел, как это произошло?

- Все.

- Кто-то был с ним?

- Незнакомец.

- Какой незнакомец?

- Просто какой-то никому не известный автостопщик. Ничего страшного.

- Ты уверен?

- Абсолютно.

- Потому что я не могу не думать: Бауэри исчезает, а потом появляется таинственный парень и случайно едет с одним из наших?

- Иногда случаются совпадения.

- Может быть. А может быть, у Бауэри проснулась совесть. Он нас сдал.

- Он нас не сдал. Это не в его стиле.

- Тогда где он?

- Я думаю, он нас обманул. Сделал обмен и сбежал с деньгами.

- Зачем ему это делать? Это мелочь по сравнению с тем, что нас ждет. Он знает, что поставлено на карту. Он был бы сумасшедшим, если бы сбежал сейчас. Если только он не знает, что больше не будет другой выплаты. А откуда он это знает? Разве что он в этом уверен?

- Даже если бы он хотел, он не смог бы нас сдать. У него нет на нас ничего.

- Он знает о докладе.

- У него нет копии.

- Ему не нужна копия. Он знает, о чем он. В общих чертах. Он знает, откуда я его взяла. Любого из этих двух фактов достаточно, чтобы все агенты в нижних сорока восьми штатах начали следить за нами, прежде чем мы успеем моргнуть.

- Хорошо. Успокойся. Поверь мне. То, что случилось с Гибсоном, не имеет никакого отношения к Бауэри. И никакого отношения к незнакомцу.

- Что случилось с Гибсоном? Значит, это был не несчастный случай.

Видич не ответил.

- Гибсон был хорошим водителем. Он знал эту дорогу. Он не стал бы просто так разбивать свою машину. Значит, авария была не случайной, верно? Скажи мне прямо.

- Была. И не была.

- Это твое представление о ясности?

- Послушай. Я узнал кое-что о Гибсоне. Сегодня утром.

- Что узнал?

- Не могу сказать. Не по телефону. Но это имеет последствия.

- Какие последствия?

- Прежде всего, нам нужно сдвинуть наш график.

- На сколько?

- У нас есть максимум сорок восемь часов. Потом нам нужно уехать. Как будто нас никогда не существовало.

- Это невозможно.

- Возможно. Забери из дома все необходимое. Только самое необходимое. Не слишком много, чтобы не вызвать подозрений. Нам нужно выполнить одну физическую работу. Потом мы сможем обналичить счет.

- Работа не состоится в течение пяти дней. Это невозможно. Мы должны дождаться окончательной доставки.

- Нет. Мы должны взять то, что есть сейчас. Восемьдесят процентов чего-то лучше, чем сто процентов ничего. Я поговорю с Флетчером. Заставлю его сдвинуть график.

- А если он не согласится?

- Мы уйдем.

- Я не хочу уходить. Я организовала эту работу. Нашла возможность. Я вложила в нее средства.