Читаем Слесарь 5 Книга 1-2 онлайн бесплатно

Все-таки я молодец, что оставил кольчугу в тайнике на той стороне, пусть бросил невозвратно, можно даже так сказать.

Но нам и двух арбалетов за глаза хватает, чтобы очень тяжело подниматься в горы. Кольчуга там осталась самая простая, поэтому моя жаба ни разу не квакнула, когда я засыпаю ее землей вместе с местными деньгами и остальным, уже ненужным дальше барахлом.

Весьма комфортно и очень кстати получилось, что ночь на большой высоте мы провели около солидного костра. Там вполне нормально спали, акклиматизировались и утром со свежими силами рванули вперед. Но ведь нагружены мы теперь побольше прежнего, особенно дровами, поэтому сами идем очень медленно.

Клея меня слушается беспрекословно, похоже, убедительно сыгранная роль непробиваемого доминатора в верхнем селении и на нее произвела серьезное впечатление.

Теперь мы находимся на моей территории, в отличии от Сатума, где она изначально оказалась в лидерах. Я ее постоянно придерживаю, чтобы слишком не спешила, потому что второй перевал нам придется все равно преодолевать с завтрашнего утра.

Он самый сложный и опасный, не зря там скелет валяется, как зримое предупреждение легкомысленным торопыгам.

— Лучше не терять силы, все равно придется ночевать на этой стороне. Поэтому требуется спокойно найти хорошее укрытие от холода и ветра, — говорю я ей.

Пока в горах поздняя весна, лучи Ариала неплохо уже пригревают, снега и льда стало наглядно поменьше, но еще вполне хватает, чтобы нам сильно мешать в продвижении.

Я, конечно, тут зимой не ходил, ведь вообще невозможное дело. Зато теперь твердая корка образовавшегося наста нас хорошо держит, только в сильно затемненных местах можно увидеть, до какой высоты доходило снежное покрывало в горах.

Явно выше нашего роста, и ведь еще снег всяко немного уже подтаял.

Кроме теплой одежды и трех плащей, мы несем еще настоящее одеяло, которое я прихватил у Изауры. Не слишком плотное само по себе, но зато широкое, прикроет нас обоих.

Вот такого необходимого предмета у меня не оказалось в прошлый раз, оно бы очень облегчило мне одинокие ночлеги. Все-таки подобная вещь сильно защищает от потери тепла и леденящего холода снаружи, гораздо лучше работает в роли защитный буфера между нашими телами и воздухом гор.

«Плащи не дают ветру задувать под одежду, но сами тепло почти не держат», — теперь мне хорошо понятно.

Заодно проверю, насколько теплее спать с теплым и живым человеком, если прижаться друг к другу хотя бы спинами и согревать свое убежище от мороза общим дыханием.

Когда я приметил подходящую глубокую и широкую расщелину среди скал, то сразу остановился. Сказал Клее, что будем ночевать здесь, пусть до наступления сумерек осталось еще пару часов, а девушка хочет идти до конца.

— Мы сможем пройти еще немало пути и быстрее окажется на той стороне! — упирается она.

Явно очень хочет, чтобы как можно быстрее оказаться уже внизу, обступившие нас вокруг ледяные скалы действуют на нее пугающе.

— Клея, мы лучше пораньше выйдем с первыми лучами светила, зато уже с гораздо меньшим запасом дров. Но хорошо выспавшиеся и отдохнувшие как сейчас следует. Я накрою парой плащей наш домик на сегодня, здесь очень удобное место для такого полога. Я уже понимаю, когда нужно спешить, а когда лучше остановить. Ты пока начинай разводить костерок, я наколю щепы, потом мы сварим кашу с сушеным мясом. Очаг тоже сложу я, именно как требуется здесь, чтобы камни грели нас часть ночи. Да еще уляжемся спать потом на само костровище, никакой холод нам окажется не страшен.

Такое, конечно, очень оптимистичное заявление, ведь наглядно чувствуется, что сейчас температура воздуха на пару градусов пониже, чем я раньше ощущал той же осенью.

Только мне кажется — иди мы через перевал вчетвером с братьями и неси на себе в два раза больше дров — вообще получилась бы достаточно легкая прогулка для всех нас.

Только подобного радостного события все равно не случилось. Братья, ее друзья детства, погибли в бою, поэтому Клея сейчас такая задумчивая. Тоже гоняет в голове, наверняка, мысли, что можно было тогда сделать, чтобы парни остались живы.

Я отношусь спокойнее к жизни и смерти, ведь того, что случилось, уже никак не изменить. Хорошо, что мы победили в схватке, смогли похоронить братьев на кладбище в нормальных могилах, местный священник теперь даже знает их имена.

А ведь могли все сами на том берегу остаться, валялись бы сейчас страшными, распухшими кусками гниющего мяса под лучами светила. Если бы я заранее своим умением не почувствовал, что нам грозит от таких соседей.

Напади они совсем внезапно, как молодые волки, даже про себя не уверен, что сам бы отбился. И вряд ли смог бы хоть кого-то спасти, потому что бандиты оказались очень нацелены на быстрое убийство. Жизненная ситуация уже так прижала молодую банду к краю, что только наша смерть могла хоть как-то им помочь.

Когда они вдруг совсем внезапно выскакивают из тумана в паре метров от тебя уже с ножами и дубинками в руках, ни копье не поднимешь, ни свою дубинку не схватишь.

«Только я бы мог маной раскидать напавших именно на меня, и то не факт, что не пропустил бы пару ударов», — признаю я себе.

Сам я бы снова ожил на столе, уже на той стороне гор, только Клею не привел бы к брату никогда.

«Тогда даже рассказывать ему ничего не стал бы про нашу трагическую неудачу. Лучше пусть думает, что его сестра по-прежнему жива в том же Пельтуме».

Как раз сейчас все два часа готовились к отбою, сварили кашу и чай успели заварить. Расстелили мои кожаные мешки, набитые тряпьем Клеи, на присыпанное камешками место костра, обложили их по кругу нагретыми камнями. Потом я из копья и плащей сделал нам настоящую крышу, привалив его конец камнями. Так что она нависает в пятидесяти сантиметрах над нашей постелью с перекинутыми через копье парой плащей, прикрывающих сверху от совсем ледяного воздуха. Мы надели все, что налезло на нас, накрылись одеялом и еще одним плащом сверху, плотно прижались друг к другу, уже заметно уставшие за очень трудный день

Так проспали до самого утра, только меняя положение несколько раз за ночь. У того, кто греет спину напарника, сильно мерзнет своя спина, приходится постоянно переворачиваться по очереди. Но так все равно оказалось гораздо легче переносить лютый холод, одеяло спасает по-настоящему, тепло соседа помогает сладко спать, а не мучиться каждую минуту. На самом деле гораздо легче спать вдвоем, когда хоть одна половина твоего тела находится в тепле, и только вторая неумолимо замерзает.

Встали с первыми лучами Ариала, тут обозначилась одна небольшая проблема. Клея оказалась той еще засоней в условиях высокогорья, никак не соглашается вылезать из-под одеяла на мороз. Я пока развел костер, снова обложив очаг камнями и накрыв плащами расщелину полностью. Быстро нагрел снег в котелке, заварил местный чай, прихваченный девушкой еще из своего дома.

Заодно прикинул остаток дров и расслабился, пока нам хватает на две ночевки с большим избытком. Если немного ужаться в их расходовании, то хватит на три уже не такие теплые ночи.

Все же дополнительный груз, те десять-двенадцать килограммов дров, которые смогла пронести девушка, помимо своих вещей и арбалета, очень помогают проще смотреть на пронизывающий холод. А тепло, вырабатываемое двумя телами, делает ночлег уже не таким экстремальным. Большую часть ночи на нагретой земле получается проспать вполне комфортно. Да еще одеяло отлично сберегает тепло, в отличии от плащей, которые с такой задачей не справляются вообще.

После чая, когда девушка все же смогла заставиться себя подняться и выпить пару чашек горячего напитка, мы собрали наше добро и заметно полегчавшую поленницу.

— Клея, сегодня у нас самый важный день в горах, придется преодолеть перевал. Сначала поднять наверх все наше добро и забраться потом тебе уже самой. Это довольно сложно, придется постоянно страховаться веревкой, сначала пойду я налегке, потом поднимаются вещи, затем я поднимаю тебя. На сегодня у нас только такая задача, сильно дальше мы уже не пойдем, за перевалом, весьма близко к нему, есть подходящая пещера, в которой мы проведем следующую ночь.

— А потом что? Сколько нам идти? — видно, что выросшую в теплом краю Клею пугают суровые ледяные горы.

Ведь только силой воли она заставляет себя не сесть и не разрыдаться от отчаяния.

— После ночлега мы должны дойти до уже не такого тяжелого перевала, преодолеть его и начать спускаться вниз. Там еще один раз переночуем на знакомом мне месте. На следующий день дойдем до лесов или рощиц с кустарником, где будет уже нормальная погода. Там мы больше вообще не будем мерзнуть. Может еще быстрее все получится на самом деле, смотря на то, как преодолеем перевал.

Мое объяснение не особенно успокоило девушку, два перевала и еще две ночевки в горах пугают ее до реальной икоты.

Я попробовал успокоить ее, даже обнял для этого и долго глажу по спине. Сам раздумывая в данный момент, как объяснить девушке, когда доберемся до Храма, что она должна будет подождать меня одна почти сутки.

Пока я проделаю все положенные процедуры в нем, чтобы правильно понять, что во мне изменилось и насколько я усилился на Севере за прошедшие там полгода. По сравнению с собой, конечно, когда вышел из Храма после недели тренировок на Столе.

Сначала довести девушку до трактира Сохатого и там оставить на какое-то время — тоже можно, но нам особо так уж торопиться некуда.

Днем раньше, днем позже — не имеет никакого значения ни для меня, ни для нее. Ведь вернуться потом в Храм мне окажется довольно проблематично.

«Меня, наверняка, сразу возьмут в оборот в Асторе, чем окончится мое появление в городе — я не могу предугадать», — говорю себе и размышляю дальше.

«Стоит подумать, как подстраховать себя, чтобы не пропасть в подвале безвестно. Мне позарез нужна честная информация, но от кого бы ее можно было получить?»

«Гильдия здесь не помощник, лучше мне там вообще пока не появляться, как в трактире Сохатого. Можно только Клею отправить в трактир за едой, если она выучит несколько слов на местном языке. И что потом? Потом она сдастся на посту гвардейцам, встретится в Асторе с братом. Именно через него я смогу узнать, какая ситуация сейчас в Асторе, а самое главное, чем в итоге закончились мои поиски».

«Объявили все же всем знакомым, что я официальный враг города? Или просто спустили ситуацию на тормозах из-за моего быстрого и тихого исчезновения? Да, именно подобная информация мне очень требуется! Чтобы не лезть в возможную ловушку совсем вслепую!» — решаю я.

«И еще из-за полного отсутствия доказательств, которые могли быть получены только при жестком допросе моей тушки. Когда легко можешь и сам себя оговорить».

Вот самое важное, что должно меня сейчас интересовать.

Одно дело — когда ты официально объявлен шпионом и врагом, все знакомые предупреждены об этом, все должностные лица Астора обязаны тебя хватать и тащить.

И совсем другое — когда ты просто пропал, уволившись из Гильдии, ушел куда-то по своим личным делам — хотя бы искать родителей. Когда не под присягой все-таки оказался, поэтому вполне можешь так свободно поступить.

Но те же рядовые гильдейцы могут не знать о моем процессуальном статусе, а вот Альс с Турином вполне окажутся в курсе того, что про меня думают в Ратуше.

В курсе точно будут, но с отношением ко мне теперь могут проявиться разные варианты. Тем более теперь у меня есть почти неопровержимое алиби. Как я попал к стоянке, откуда пришел и кто я вообще такой по своему природному происхождению.

«Сложно пока что-то придумать, будем по ходу дела соображать», — так думаю я, поглаживая прижавшуюся ко мне девушку.

«Которая быстро перестала всхлипывать, уже заметно плотнее прильнула ко мне всем телом», — доходит до меня.

Да, ночь в обнимку не прошла просто так. То моя рука во сне ляжет на ее немаленькую грудь, то ее ладонь в поисках тепла заберется ко мне между ног. Вольно или не вольно, с этими женщинами не доподлинно поймешь никогда. И лезет все глубже, пока разбуженный нежным прикосновением мой детородный орган не спугнул ее подальше.

Хорошо еще, что столько одежды на нас надето и запах молодого женского тела не пробивается через запах пота и уже немного грязного одеяла.

А то вообще беда случилась бы с моим парнем, мешал бы переворачиваться на бок. В такой заднице мира находимся, в самых неблагоприятных условиях для выживания человека, а у него только одно в головке вертится.

«Куда бы забраться и погреться трением! Когда такая красавица уже довольно плотно забралась под меня».

Клея и сейчас все сильнее прижимается ко мне, скоро поднимет голову и подставит губы для поцелуя, как я предчувствую взрослым мужским умом.

«И, что тогда делать?» — не слишком понимаю я

Девушке тоже требуется сильное мужское плечо, особенно сейчас, когда кругом так страшно и безлюдно. Друзья погибли, брат далеко, криминальный сожитель, который хоть как-то заботился о ней, еще дальше теперь.

«Как его кодла, интересно, переживет пропажу всего общака, оружия и запасов еды? Не поставят ли его самого на растяжку за такое?» — довольно улыбаюсь я.

Я не стал дожидаться последующей развязки, мягко отстранился от девушки и предложил строгим голосом выходить и учить слова по дороге. Клея недовольно посмотрела на меня, но ничего не сказала, просто начала собирать свое добро.

Через десять минут мы идем в сторону перевала, я надиктовываю ей самые первые слова. Такие основные, как: Ариал, Черноземье и Астор, как попросить еды и сказать, что иду к брату, который служит в Гвардии.

Подобное занятие быстро увлекло девушку, наглядно показало ей, что встреча с любимым братом уже не за горами, в переносном смысле, конечно. Она-то сейчас точно за горами и долами еще, но мы движемся в нужном направлении. Обязательно придем рано или поздно туда, где она его точно встретит.

Костер я развел зажигалкой, плеснув на поленья немного крепкой спиртной настойки, взятой мной еще из Ивора. Уже тогда я мысленно готовился к перевалам, ну и раны ей тоже можно обеззараживать, если что случится.

Клея в тот момент еще лежала под одеялами, поэтому я не особо боялся спалиться видом совсем земного изделия, небывалого для здешних мест. Но она все же с большим удивлением посмотрела на меня, когда затрещал огонь, а она даже не слышала, чтобы я бил кресалом по кремню.

«Девчонка наблюдательная, этого у нее не отнимешь, нездешнего вида рюкзак и такое мгновенное разведение огня не пройдут мимо ее взгляда, не стоит на подобное и надеяться», — уверен я.

Или сложные для правильных ответов вопросы будут заданы, или мешок мой, где лежат рюкзак и котелок, который еще с грехом пополам можно выдать за изделие, производимое в Черноземье, будет тихонько осмотрен.

И уже потом заданы вопросы. И про фонарик, про тот же баллончик с перцем, еще про нездешнего вида топорик. Зажигалка и спички на мне спрятаны, теперь переложу к себе фонарик с баллончиком. Останется только топорик, однако с явно нездешней прорезиненной ручкой.