Читаем Слепая преданность (ЛП) онлайн бесплатно

Переводчик: Джейн

Редактор и оформитель: Наташа

Русификация обложки: Александра Волкова

Три года спустя

— Дойдёшь сама, Тиш? У меня сегодня мало времени.

— Не переживай. Передавай привет Мередит.

— Обязательно. Спокойной ночи.

Пытаясь не улыбнуться, Тиш кивнула на прощание и вышла из машины своего коллеги. Они остановились в конце улицы, а не возле подъездной дорожки, как делали обычно.

Взвизгнув шинами, Брайан помчался за сексом к одной из подруг Тиш. Она знала их обоих с седьмого класса. К счастью. Только благодаря этому она не умерла от смущения, когда случайно услышала сообщение Меридит в «Снапчате», где она хриплым голосом просила Брайана поторопиться, потому что «нуждается в нём».

Тиш двинулась по улице, которую в два часа ночи должна была окутывать тишина. Но нет, тысячи цикад пели свои серенады.

«Если на горизонте маячит секс, то о хороших манерах люди напрочь забывают, — размышляла Тиш. — Наоборот, бросают друга на обочине и летят домой».

Правда, Тиш это не только забавляло, она еще и немного завидовала, но о причинах думать не стала. Не сегодня. Сегодня хотелось поплакать. Наверное, скоро месячные. Или она чувствовала себя несчастной, потому что на работе приходилось вкалывать?

Тиш оттянула футболку от влажной кожи, чтобы охладиться. Но её попытки оказались бесполезны из-за знойного августа в Аризоне.

Наблюдая по дороге за звёздами в небе, желание раскиснуть росло. Все эти миллионы маяков Вселенной находились на своих местах. А она нет.

Тиш сглотнула растущий в горле ком и сосредоточилась на стуке ботинок по асфальту. Она ненавидела август. Но так было не всегда. Два года назад девушка любила этот месяц. Теперь же Тиш ждала его  как и воскресенье, которое  тоже ненавидела. Но когда Джош вернётся, возможно, и воскресенье станет её любимым днём.

Тиш приблизилась к дому, и холодная ярость нахлынула с такой мощью, что защипало глаза. Там она стала жить по настоянию дяди вскоре после того, как исчез её луч света. Тиш скучала по нему. Боже, как же она скучала! Не проходило и дня без тоски, что казалось ненормальным.

Или, возможно, это было настоящей любовью.

Ага. Так и было. Тиш знала это уже несколько лет. Она так сильно хотела, чтобы её любовь вернулась домой, что ощущала постоянную физическую боль в груди. Хотела, чтобы он никогда не бросал её. Хотела, чтобы мать поменялась с ним местами. Именно Рейчел должна была сидеть за решёткой, отбывая пятилетний срок за нелегальное хранение запрещённых веществ, а не Джош. Но нет. Рейчел разгуливала на свободе, ширяясь и прыгая в постель то к одному дилеру, то к другому, счастливая и удовлетворённая. А Джош сидел в одиночестве взаперти , отдав свою свободу за то, к чему не имел никакого отношения.

Очень жаль, что он полностью исчез из жизни Тиш. Джош без объяснений запретил навещать его. А ведь она могла бы помочь ему пережить это! Да и видеться с ним даже раз в неделю было бы раем по сравнению... ни с чем.

Тиш поджала губы и остановилась у дома. Только дядя Ник знал, почему Тиш не пускали к Джошу, но он был слишком предан, чтобы разбалтывать тайны. Слишком предан и слишком занят. Восемнадцать месяцев назад его наградили нашивкой вице-президента. В это же время назначили  Чейза, нынешнего президента местного отделения МК «Стальные Шакалы». Скорее всего, он тоже знал, что скрывалось за решением Джоша, но Тиш не осмелилась спросить. Просто оставила всё как есть.

Зевнув, она мысленно отругала себя и направилась по дорожке к дому. Возможно, завтра она подольше поспит. Так время пролетает быстрее. На работу завтра не раньше семи вечера, что было странным. Обычно по субботам смена начиналась с четырех и длилась до закрытия. День казался длинным, но зато она получала хорошие чаевые, а потому брала любые часы, лишь бы это не мешало учёбе. Последний семестр в колледже только начался, и Тиш не хотела, чтобы что-то помешало его закончить.

Вытащив из сумочки ключи, она уставилась на лампочку над дверью, которая снова вырубилась. Тиш стукнула кулаком возле дверного звонка, после чего прищурилась от яркого света, ударившего по глазам. Она постояла, часто моргая, пока зрение не прояснилось, и отперла замок.

Но как только дверь за спиной закрылась, улыбка Тиш снова вернулась. Если повезёт, к возвращению Джоша её запланированный художественный бизнес будет процветать, и она сможет похвастаться...

Вопль зародился в её горле ещё до того, как она подумала о крике. Тиш отшатнулась и ударилась о дверь, когда заскрежетал стул, и тёмная фигура мужчины, сидевшего в тени, подлетела к ней. Сильная рука обхватила Тиш за запястье, и ужас буквально наэлектризовал атмосферу, отчего волоски на теле встали дыбом. Широкая ладонь накрыла её рот, и девушка услышала самый прекрасный звук.

— Полегче, Тиш-Тош, — пророкотал над ухом знакомый голос. — Это всего лишь я. Мы же не хотим разбудить соседей твоими бурными приветствиями?

Тиш прижималась к тёплому и крепкому телу, стараясь подавить пронзительный крик, а её сердце пыталось вырваться наружу.

Она старалась дышать, с каждым вдохом погружаясь в знакомый аромат и воспоминания: Джош поднимается с дивана, чтобы приготовить ей перекус и проводить до школы; Джош забирает её с учёбы, и Тиш с гордостью садится на заднее сиденье мотоцикла, пока подружки охают и ахают при виде её опасного и красивого друга; Джош и дядя Ник, пугая остальных родителей гордо выставленными напоказ нашивками, стоят в конце аудитории. Они хлопают и одобрительно присвистывают, пока Тош награждают за первое место в конкурсе орфографии. И последнее нежное объятие Джоша, когда он велел не навещать его больше в тюрьме.

У Тиш не было ни единого шанса справиться с поднимавшимися в ней эмоциями.

— Джош? — она попыталась ещё что-то сказать, но ей помешала ладонь, закрывавшая половину лица.

— Если ты не дала такое прозвище тому, кого ненавидишь, то да, милая, это я.

Он опустил ладонь и хотел отступить назад, но Тиш не собиралась его отпускать. Она обвила его шею руками и обняла так крепко, как только могла. Тиш изо всех сил старалась не расплакаться, постоянно сглатывая, но это не помогло.

— Воу, — усмехнулся Джош, снова её обнимая.

Она закрыла глаза, наслаждаясь его близостью, и слёзы полились из глаз. Её дыхание замедлилось, мир остановился, а внутри всё снова встало на свои места. Все разбитые кусочки вновь воссоединились, и Тиш ожила впервые за долгое время. Она чувствовала, как расцвела душой и телом. Для этого мужчины. Исчезла пустота, наполнявшая её в его отсутствие. Обида и смущение за то, что он не хотел её видеть, тоже испарились.

— О Боже, — выдохнула девушка, наслаждаясь красотой происходящего.

Последовавший за этим вздох был самым медленным и счастливым звуком, который она когда-либо издавала.

— Джош, — прошептала она, когда мужчина опустил руку. — Ты дома. О, Г-господи, ты правда з-здесь. — Она уткнулась лицом в его шею,  пытаясь взять себя в руки. Её всю трясло. — Я т-так по тебе с-скучала.

— Я здесь. — Он нежно поцеловал её в макушку и погладил по волосам, прижимая к себе и давая понять, что тоже скучал. Но это продолжалось недолго. — Ладно. Хватит уже меня душить.

Когда она не сдвинулась с места, он расцепил её руки, отвёл их от своей шеи и отошёл. Секунду спустя комнату озарил свет.

Джош обернулся, и Тиш, щурясь от яркого света, не упустила, как напряглось его большое тело, а на лицо вернулась опасная маска, которую он всегда так непринуждённо носил.

— Какого хрена ты делала на улице в таком виде?

Он уставился на неё.

Она — на него.

Он был таким же, каким она его запомнила, но в то же время другим. Он выглядел... мрачным. Словно не улыбался целую вечность. Телосложение осталось внушительным, учитывая его рост метр девяносто, но кожа под татуировками стала бледнее, а тёплое золото глаз поблекло. Он всё так же носил ирокез, вот только грязные светлые волосы довольно сильно отросли и теперь спадали на лоб.

— Ты изменилась, чёрт подери, — низким голосом прорычал Джош. Зло. — Ты каждый раз так одеваешься на работу?

Коленки задрожали, и Тиш начала переживать, что сердце никогда не замедлится. Вытерев мокрые щеки, она опустила взгляд на свою униформу: шортики из обрезанных джинсов и черную футболку с надписью на груди «Жадный змей». Она поспешно скинула  черно-серые ковбойские сапоги, потому что в доме они выглядели неуместно. Когда ходишь в них с другими четырьмя официантами по усеянному ореховой скорлупой деревянному полу, то не особо выделяешься. Но здесь она будто вырядилась на маскарад.

— Да. Нас заставляют.

Тиш стянула носки, засунула их в сапоги и подошла поближе к Джошу. Если бы она не боялась его спугнуть, то вцепилась бы в него и приластилась, как обезьянка, влюблённая в хозяина. Не то чтобы Джош был её хозяином. Что очень плохо.

— Как ты? В порядке? Как ты вообще здесь оказался? — запоздало спросила она, прерывисто вздыхая от такого поворота событий.

Когда он продолжил молча подозрительно изучать её, Тиш подошла ещё ближе и потянулась к его татуированной руке. Она поднесла его ладонь к щеке и нежно потерлась о неё.

— Поверить не могу, что ты здесь, — удивлённо прошептала она, упиваясь его присутствием.

Джош нахмурился и неловко похлопал её по плечу, что для него было нехарактерным, а потом высвободил руку и задвинул стул к столу. Сколько он просидел тут в темноте? О чём  думал? О времени, проведённом в тюрьме? Чем займётся теперь, когда освободился?

«Вернётся к управлению свалкой, которой владел вместе с Ником», — предположила Тиш.

Как, чёрт возьми, он выбрался? Он ненавидит её мать из-за того, что попал за решётку? И Тиш тоже ненавидит?

Девушка слишком боялась спросить его об этом, пока он находился в тюрьме, но ненависть объяснила бы, почему он запретил навещать его, а сейчас смотрел на неё волком.

Вместо того, чтобы задать один из множества вопросов, Тиш стояла молча. Выжидала.

— У хорошего поведения есть свои преимущества, — наконец произнёс Джош. — Как и у знакомства с нужными людьми. — Он провёл пальцем по столешнице, будто проверил поверхность на наличие пыли. — Какого хрена ты так поздно мотаешься на улице одна? Разве в баре нет дневных смен? И кто, чёрт подери, убирается в доме? Хоть и кажется, что здесь никто не живёт, я все равно чувствую повсюду твой запах.

Вот дерьмо. Неужели такое примитивное, животное наблюдение может затронуть каждую эрогенную зону? И должна ли эта покровительственная нотка в его голосе вызывать мурашки по позвоночнику и тянущее ощущение внизу живота?

— Я, эм... — Тиш прокашлялась и попыталась взять себя в руки. — Я периодически убираюсь, но так как тут кроме меня никто почти не бывает, то не напрягаюсь. Я не разбрасываю вещи по всему дому и не устраиваю бардак в каждой комнате. Днём я учусь в школе, поэтому мне приходится работать по вечерам. Ты же знаешь. Или ты не читал моих писем?

«Почему его лицо так покраснело?»

— Тебе жарко? Я могу отрегулировать термостат, если хочешь. Не держу его на слишком низкой температуре, хотя дядя дал понять, что счёт уже включён в арендную плату.  — Она улыбнулась, подумав о Нике. — Правда, он не хочет, чтобы я сама платила и за аренду. Когда я завожу этот разговор, он велит расслабиться и наслаждаться фактом, что у меня вообще есть дом. Что я и делаю. Это одна из причин, почему я так трепетно ко всему здесь отношусь. Это первое место, которое я действительно ощущаю домом. Довольно необычные ощущения.

Как она могла забыть квадратную линию его бородатого подбородка и мощную шею, покрытую чернилами? И татуировку Мрачного Жнеца с флэш-роялем в руках? Боже, как же Тиш её любила! Рисунок начинался под левым ухом и спускался ниже, пока не исчезал под футболкой. Тиш знала, что развевающийся плащ Жнеца раскинулся на плече и доходил почти до локтя.

Джош сделал несколько шагов к ней. Странный свет озарил его глаза, но тут же исчез.

— Это твой дом, Тиш, — хрипло проговорил он из центра комнаты. — И всегда им будет.

Тиш слишком увлеклась попытками понять его странное поведение, поэтому лишь кивнула.

Он наклонил голову на бок, словно пытался размять шею.

— Значит, ты не напрягаешься и не разбрасываешь свои вещи по дому, — повторил он, и в его голосе промелькнуло нечто, чему Тиш не могла дать названия. — Потому что ты здесь всё время одна? Где, чёрт подери, шляется твоя мать?

Искрившаяся радость, бурлившая вокруг сердца, начала стихать. Что здесь происходит? Почему он так себя ведёт? Тиш знала его как саму себя и видела, что с каждой секундой он становился всё более раздражительным и враждебным.

Или, возможно, она больше его не знала? Говорят, тюрьма меняет людей. Изменила ли она и Джоша? Тиш никогда бы не подумала, что такое возможно.

— Я не знаю. Ник к тебе тоже не приходил? — Тиш с надеждой посмотрела на него. Ей очень не хотелось оказаться единственной, кому не разрешали с ним видеться.

Джош не оправдал её надежд, не подтвердив и не опровергнув предположение. Проклятие! Стало быть, дядя с ним виделся.

— Ладно, эм, тогда ты наверняка знаешь, что мама слетела с катушек и почти не появляется. Она изредка заходит, но надолго не остаётся.

Выражение его лица стало непроницаемым.

—  Ник забыл об этом упомянуть.

Что не было удивительным, ведь дела её матери не были такими уж важными, чтобы их обсуждать.

— Ох, ну, она иногда появляется, побудет немного дома и уходит. — Тиш была рада возможности поделиться с ним хоть чем-то, пусть даже поведением её мамы. — Она не встречается со мной взглядом, потому что знает, как я отношусь к её поступку, поэтому и быстро уходит. Обычно я вижу её меньше суток.

Ничего. Он был похож на статую. Он всегда был сдержанным, но не с ней. Чувствуя почти магнетическое притяжение, Тиш приблизилась к стоявшему у плиты Джошу. Он стиснул зубы и отодвинулся. Тиш старалась убедить себя, что это не ранило её, но не смогла. Она не позволила ему это увидеть: спокойно заняла его место и прислонилась попкой к ручке духовки. Тиш понимала, что продолжала глазеть, но ему придётся с этим смириться. Она просто ничего не могла с собой поделать.

— Хорошо, что она надолго не остаётся, — продолжила Тиш, когда тишина стала напрягать. — Знаю, ужасно так говорить о собственной матери, но после... — Расстроится ли он, если упомянуть поступок Рейчел? На всякий случай Тиш перевела тему. — Мне не особо нравится по утрам в спешке выбегать из комнаты и натыкаться на дилера. — Она указала на место, где тот сидел в последний раз. — Скажем так, я предпочитаю жить одна и немного пугаться по ночам, чем мириться с этим. — Тиш передёрнула плечами и скрестила руки на груди.

— Её дилер оставался здесь? Наедине с тобой?

Она кивнула, радуясь, что Джош отозвался. По крайней мере, теперь она убедилась, что её слушали.